Глава 20

Вблизи баронесса была копией Исы, но копией улучшенной и… увядающей. Кожа идеальна, результат магии или химии. Но глаза выдавали всё. В них не было юности. В них была усталость женщины за сорок, которая видела слишком много.

— Моё почтение, Баронесса Оссая Исса.

Лодус тут же вклинился:

— Вот тот молодой человек, который разыскал мою вещь в одном не простом деле.

Зараза. И не сдал, и подставил под удар.

— Молва о вашей красоте не лжёт, — я чуть склонил голову. Не комплимент. Констатация факта.

— Благодарю, Кирилл. Присядьте, — она похлопала по дивану рядом с собой. Приглашение в личное пространство. Тест или оценка.

Я сел, но сохранил дистанцию.

— Слушаю вас баронесса.

— Прошу, просто Исса. Моё дело деликатное. Мне нужно найти Полония.

— Химеролога, что жил здесь? — уточнил я.

— Да, — она кивнула. — Теперь здесь живу я. Мастер Лодус любезно согласился переехать, здесь жутковато. Дом под полной охраной, периметр в километр просматривается с воздуха. Но… мне нужен Полоний.

— Для поиска людей существуют спецслужбы. Барон сидит в одной из них.

— Кирилл, можете ли вы хранить секреты? — её голос стал тише.

— Некоторые секреты сжигают того, кто их хранит, — отрезал я. — А некоторыми не стоит делиться вовсе.

— Мастер Лодус рекомендовал вас как человека… порядочного. А Барон не обрадуется, если в дела его ведомства будут вмешиваться. По крайней мере явно.

Пока она подбирала слова, я смотрел на Лодуса. Его забота о ней была почти отеческой. Моя картина мира треснула. Он не глава секты химерогогов... Он… не слуга. Защитник? Это в корне меняло расклад.

Баронесса выжидала.

— Так чем я могу быть полезен? — я вернул её к сути.

— Я совершила величайшую ошибку. Ох…

— Баронесса, позвольте, я введу Кирилла в курс дела, — вмешался Лодус.

— Да, извольте, мастер Лодус

— Дочь баронессы умерла несколько лет назад…

— И я сама, — перебила она, её голос звенел сталью. — Я сама приняла решение отдать тело Лауры для восстановления.

— Тело восстановили, — продолжил Лодус, — и запустили процесс формирования новой личности.

Через контур подчинения, — пронеслось у меня в голове. — Создали идеальную игрушку.

— Этим занимался Полоний. За неделю до передачи… результата… он исчез.

Видел я ваш «результат». Захотелось выплюнуть им в лицо, не за Ису, за саму возможность, создавать такие игрушки.

— В общем, — баронесса выпрямилась, отбросив слабость, — у меня есть баронский титул. Я готова отдать его тому, кто найдёт мою дочь.

Титул. За хомохимеру. Они безумны.

— Не дочь, Исса! — голос Лодуса стал жёстким. — То, что создал Полоний, никогда не было и не будет твоей дочерью.

— Я… знаю, — прошептала она. — Но я так решила. Простите, господа. Сегодня так устала. Я вас оставлю.

Она встала и ушла, не оборачиваясь. Сломленная женщина, цепляющаяся за призрак.

— Вот такие дела, Кирилл, — Лодус повернулся ко мне. — Интересное предложение?

— Очень. Будь у меня время, я бы взялся.

— Ваше текущее дело… его можно кому— то передать?

— Мастер Лодус, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Моё дело — личное. Такое не передают. Это война.

— Может, я помогу? У меня есть связи…

— Мы виделись четыре раза. И вы готовы рекомендовать меня на титул барона и предлагать помощь в моей войне? Почему?

— Поживите с моё — начнёте ценить настоящих людей. Целостных. Как вы. В вас есть стержень, хоть вы и воюете сами с собой.

Лекция о морали. От человека, который воскрешает мёртвых по заказу. Забавно.

— Давайте так, — он понял, что не убедил. — Приходите завтра к ужину. Суток на размышления вам хватит?

Двадцати четырёх часов. Мне хватило бы и одной секунды. Я уже всё решил.

Я вышел на улицу. Солнце к вечеру.

Время на раздумья кончилось. Оно всегда кончается. Остаётся только действие.

Я выкинул все сомнения из головы, едва покинув дом Дуса. Теперь это дом баронессы Оссая Исса. Её имя, её проблемы — всё это лишний шум. Отключить. Забыть. У меня соя война.

Прошёл квартал, свернул в переулок и подошёл к нашему логову со двора.

Окно было открыто. Внизу, на табуреточке, сидел Нестар, строгая какую— то деревяшку.

— Как обстановка? — спросил я, подкравшись

— Маруся сказала ждать тебя здесь. — не среагировал на моё неожиданное появление Нестар

— Правильно сказала, — я кивнул. — Подсоби.

Он сцепил руки, подкинул и я одним движением влетел в окно.

Ещё не вечер, но груз дня уже давил на плечи. Это была знакомая тяжесть. Тяжесть предстоящей решения и действия.

Первой я увидел Ису. Она выглядела лучше, но это ничего не меняло.

Я махнул рукой.

— Всем отдыхать. Подъём будет ранним.

Решение было принято. План был примитивен.

Завтра ранним утром. Цех «Волков». Сжечь всё. Этой простой мысли хватило, чтобы отрубиться.

Я проснулся через шесть часов. Два часа ночи. Идеальное время, чтобы раздавать приказы и уходить во тьму.

Собрал всех.

— Слушаем меня внимательно. Со мной идёт Маруся. Иса — твоя задача: анализ информации с диска Ската. Мне нужны все уязвимые места «Волков». Из квартиры — ни ногой. Что нужно — вносишь в список. Кобра — работаешь по адресам, которые даст Иса. Разведка, пути отхода. Нестар, — я передал ему меч и точильный камень. — Привести оружие в боевую готовность.

Моя оперативная группа готова. Молча кивнули

Маруся несла меня по тёмным улицам почти бережно. Редкие собаки и кворки шарахались в стороны, поджимая хвосты.

Первая остановка. Бар Марта.

Заведение работало. Я вошёл, сканируя зал. Знакомых лиц не было. Март стоял за стойкой. Увидев выражение моего лица, он молча кивнул и повёл в подсобку.

— Зажигательные смеси. Кастеты. Ножи, кинжалы. Гранаты. Взрывчатка, — выпалил я без предисловий.

— Я даже не все слова понял, — усмехнулся Март. — «Зажигалка» есть. Одна штука.

Он протянул мне перчатку без пальцев с металлическими жилами, сходящимися в центре ладони.

— Надеваешь, концентрируешь силу, запускаешь огненный шар. Артефакт. Кастеты есть, но обычные. Кинжалы.

Март выложил всё на стол. Перчатку я надел сразу. Стала как вторая кожа.

— Гранаты? Взрывчатка?

— Такого нет.

— Показывай, что есть.

Март кивнул и открыл потайную дверцу. Арсенал.

Я взял патроны для дробовика, пару ножей, кинжалы. Рассовывал оружие по карманам. Брал только то, чем умею пользоваться.

— Сегодня? — спросил Март, наблюдая за моими сборами.

— Да.

— Склады готовить? — он повеселел.

— Я сообщу, — отрезал я, не разделяя его радости. Я держал себя в состоянии холодного безразличия. Это помогало не думать.

— Как скажешь, — Март по— дружески хлопнул меня по плечу, но тут же отдёрнул руку, наткнувшись на мой взгляд.

— Пойдёшь ко мне кладовщиком?

— Э— э… я уже в клане… — удивился он.

— Грядут перемены. Твой глава готовится на пенсию. Ты сам слышал.

— Я бы тоже на пенсию пошёл, пора уже

— А ты ещё не заслужил, — отрезал я и вышел.

Проходя через зал, встретился взглядом. Наёмники. Нихонцы. За тем же столом, что и в первый раз. Пили чай. И смотрели прямо на меня.

Я вышел на улицу. Махнул Марусе, ждущей в арке.

— Через две минуты выйдут двое. Хватаешь пожилого. Тащишь в соседний двор, налево. Я буду там. Он будет сопротивляться. Твоя задача — остаться целой.

— Кричать будет?

— Не будет. Но действуй быстро. Чтобы напарник не среагировал.

— А если…

— Через две минуты. В соседнем дворе. Я жду. Выполнять.

Я ускорился, растворяясь в тенях. Встал под деревом. Рассчитал время. Минута на подход, секунда на захват. Сейчас.

Порыв ветра — и Маруся уже здесь. Она небрежно сбрасывает тело на землю.

Наёмник не паникует. Перекат, подъём — всё одним плавным движением. Рука на рукояти короткого меча, но лезвие остаётся в ножнах. Он оценивает меня. Я оцениваю его.

— Пэ— рэ— говоры? — его голос спокоен и тих.

— Что надо? — я не собирался тратить время на вежливость. Наёмники — не мой вариант. Слишком много переменных.

— Мы иськать. Важный вещь, — говорил он, коверкая слова.

— Мне какая с этого польза?

— Мы помочь.

— Не требуется.

— Мы платить.

— Платить? — я усмехнулся. — Головами?

— М— м… мы мочь платить головами, — серьёзно кивнул наёмник.

Этот ответ мне понравился.

— Вы наёмники. Чей заказ?

— Заказчик — тайна.

— То есть, имя заказчика — тайна? Или заказчика нет вовсе?

— Да! — снова кивнул он.

Бесполезно.

— Это многое объясняет. Почему ко мне?

— Ты хитирый. Обаманщик.

— Я?

— Ты мочь кружить, — он сделал неопределённый жест рукой.

— В том баре целый выводок таких же.

— Но нэ каждый — друг Марата.

Так вот оно что. Моя связь с Мартом — это такой сигнал моей профпригодности. Интересно чем же таким еще Март занимается.

— Ладно. Подумаю. Завтра подходи…

— Думать сейчас! Ответ — завтра. Нам нужён час. Карманный.

— Часы?

— Да.

В этот момент во двор влетает второй, с мечом наголо. Мой пленник поднимает руку — короткий, властный жест. Второй замирает у входа, не приближаясь. Профессионалы.

— И как же мне понять, какие именно часы вы ищете? — спросил я. — Особые приметы есть?

— Он сказать: ты мочь знать.

Загадка. Загадка кто заказчик. Заказчик играет в игры. Или кто то проверяет меня. Хорошо. Подыграю.

— Кто «он»? И что я должен «знать»?

— Заказчик сказать: ты знаэшь эти часы.

— Я понял, — я развернулся, давая понять, что разговор окончен. Махнул Марусе. — Всё.

— Когда ждать часы? — крикнул он мне в спину.

— Ответ завтра, — бросил я через плечо.

Мы отошли на безопасное расстояние.

— «Он есть желать время!» — спародировала Маруся акцент наёмника.

— Он есть желать сомерти, — поправил я. — И он её может получить.

Маруся подхватила меня, и через минуту мы уже стояли напротив мебельного цеха клана Ржавых волков.

Карета на месте. Завтра она будет моей. Отдам Нестару, пусть приведёт в порядок.

В цеху горел свет.

— Десяток бойцов, может больше, — прикинула Маруся.

Надел очки. Весь цех — россыпь тепловых сигналов. Снял.

Анализ: свет есть, проводов нет. Не магия — артефактные очки её бы показали. Значит, автономное питание. Подземные коммуникации? Батареи?

Левое крыло, первый этаж.

—Кидай. — отдал я приказ, последнюю букву уже в полете.

Маруся закинула меня точно в центр окна. Её точность росла.

Осколки стекла ещё не коснулись пола, а я уже направил огненный шар в деревянные стеллажи с бумагами. Пламя— шарик с теннисный мяч жадно вцепилось в сухое дерево.

Я выбил дверь в коридор.

— ПОЖАР! — заорал я, вышибая следующую дверь. По данным очков, эти две комнаты были пусты.

Пусты от людей. Но не от тварей.

Из темноты шагнула химера. Медведь— переросток, собранный из шрамов и злобы.

Второй шар, заготовленный для поджога, полетел ей в морду. Огонь ослепил тварь, и она рванула туда, где я был секунду назад.

Я шагнул в сторону. Кинжал заработал, как швейная машинка. Четыре удара в шею, пока туша не осела на пол. Ещё один огненный шар в шерсть.

Завоняло горелым мясом. По классификации Исы — это малая химера.

Дым валил в коридор. Послышались крики и топот. Время уходить.

Я выпрыгнул в окно. Не так чисто, как влетал. Вынес раму плечом. Маруся поймала.

Тут же переброска на другой конец здания. Новый заброс. Снова с рамой.

В комнате сидел человек. Видимо, не расслышал криков о пожаре. Или решил, что его это не касается.

Он получил пулю в голову без разговоров. И чего я так раньше не делал?

Перчатка— зажигалка на правой руке, пистолет — в левой. Похоже, когда— то я был левшой.

Осмотрелся. Сейф. Стол с бумагами.

Сгрёб всё со стола в наволочку — я захватил из дома три, на такой случай — и выкинул Марусе.

Сейф встроен в стену. Живи пока.

Вышел в коридор. В дальнем конце суетились люди с вёдрами. Тушат.

Ну зачем? Я же старался.

Достал дробовик. Восемь выстрелов.

Первые два — по светильникам над их головами. Коридор озарился вспышками. Паника.

Остальные — по бегущим целям. Вдогонку — огненный шар.

Выбил дверь в одну комнату — шар. В дверь напротив — ещё шар.

Иду дальше. Лестница на второй этаж. Сверху спускаются трое.

Я выглянул и тут же отпрыгнул за стену.

— БАМ!

Стена содрогнулась. Дробь вырвала куски штукатурки. Дробовик у них помощнее.

Зато у меня есть это.

«Игрушка».

Те игрушки, что мы нашли в подвале Кобры, сначала я приказал их сжечь, но вовремя передумал.

Достал шар из восьми когтистых лап. Пропустил силу. Кинул за угол.

— БАМ! БАМ! — загрохотало на лестнице.

Четыре секунды хаоса. Я добавил туда огненный шар.

С лестницы скатился человек, вскочил и вслепую пальнул туда, откуда прикатился.

Кинжал — удобная штука. Удар в шею прервал его выстрел.

«Игрушка» замерла. Из восьми лап осталось две.

Забрал её и выкинул в окно из первого кабинета.

Здание затихло.

Я вошёл в центральные двери. Мастерские. Сюда бы Нестара.

Направил шар в ближайшую махину. Огонь лизнул металл и погас. Не горит.

Быстро на второй этаж. Всё в дыму. Кинул пару шаров наугад.

Спустился. Выбил ещё пару дверей, оставил огненные «подарки».

Выпрыгнул в последнее целое окно.

Мы отошли на сотню метров. Засели за углом. Ждём.

Полчаса тишины. Слишком долго. Что— то не сходится.

На тридцать третьей минуте — по часам, снятым с трупа в комнате с сейфом — они появились.

Я так и не разобрался как работают местная связь, но судя по времени прибытия — плохо.

Пять карет. Эмблемы «Ржавых Волков». По шесть человек из каждой. Засуетились. Из машин достали шары, стали закидывать их внутрь. Надо узнать что за приблуда.

Пламя дрогнуло, стало гаснуть. Хлопок. Огонь исчез.

Но свою работу он сделал. Целых окон не осталось, крыша прогорела. Шары видимо создали водяную завесу — воздух стал влажным и тяжёлым.

Я кивнул Марусе. Время.

Мы понеслись к следующему адресу.

Квартира на первом этаже. Логово. Пять человек внутри.

По огненному шару в каждое окно. Стекло плавится, шар влетает внутрь. Крики. Готово. Не заходим, мчимся дальше.

Дальше. Квартира.

Дальше. Ещё одна.

Дальше. Здание в промзоне.

Там уже кипело. Периметр оцеплен бойцами с дробовиками, у входа — две химеры.

Слишком много . Пропускаем.

Дальше. Здание на другой стороне трущоб. Архив. По данным Ската — документы и всякое барахло.

Маруся уже тяжело дышала.

Охрана по данным ската: пять человек и химера. Но я видел только четверых. Химеру, видимо, перебросили на другую точку.

Значит, бьём сюда. Сейчас мы выжигали их самые незащищённые точки. Сеяли хаос.

— На второй закинешь?

— Нет, милый… устала, — выдохнула Маруся. В её голосе не осталось даже флирта.

— Тогда пойду с парадного.

Очки показали расклад: один в фойе, прямо напротив входа. Двое в дозоре на разных этажах.

Я подошёл к двери. Потянул. Закрыто.

Время для эксперимента.

Зажёг шар, но не бросил. Поднёс к замку.

То, что надо.

Жар опалил руку, но замок потёк расплавленным металлом. Приятное зрелище.

Дверь содрогнулась от ударов изнутри.

— Вот гадёныши! По двери стреляют!

Замок выгорел. Я рванул дверь на себя.

Загрохотало с трёх сторон. Я укрылся за дверью — она, как оказалось, хорошо держала дробь.

Их тактика — шквальный огонь по проёму. Моя — нестандартный ход.

Пока они поливали свинцом дверь, я, не высовываясь, швырнул три огненных шара в соседнее окно. На каждый шар уходило секунд десять.

— БАХ!

В комнате что— то рвануло. Окно вынесло вместе с рамой, выплеснув на улицу огонь и свет.

В стрельбе возникла пауза. Мой шанс.

Восемь выстрелов из дробовика в дверной проём. Замер, перезаряжая.

Тишина. Они сменили позицию.

Я двинулся вдоль здания, запуская шар за шаром в каждое окно. Перчатка выдыхалась. Шар получался слабее, разгорался дольше. Всё. Мой ресурс исчерпан.

Я бегом вернулся к первому окну и попытался залезть внутрь.

— БАМ!

Удар в грудь. Меня отбросило метров на пять. Маруся тут же оттащила в тень.

Я хрипло выдохнул. Бронерубаха спасла. В груди всё горело. Переломы ребер. Заброневое поражение.

Из разбитого окна донёсся торжествующий крик:

— Я его пристрелил.