Глава 23

Я слышал и видел такую тварь только в воспоминаниях Кирилла. Химера. Судя по звукам, не меньше слона. Она билась о внешнюю обшивку, и каждый удар сотрясал весь транспорт.

Наконец, с оглушительным скрежетом, тварюга пробила броню. Кусок бронепластины с лязгом отлетел в сторону, открывая чудовищный проем.

В прорезе металла я увидел… жуткую уродину. Месиво из когтей и клыков, с глазами, горящими безумством.

Автомат, словно игрушка, заплясал в руках. Очередь за очередью, отдача рвала плечо.

– БАМ, БАМ, БАМ! – но тварь только мотала головой, словно отмахиваясь от назойливых мух. Магазин опустел с сухим щелчком. В воздухе стоял удушливый запах раскалённого металла и пороха.

Я собрал силы, что ещё оставались, вложил их в меч и с диким криком вонзил лезвие ей прямо в пасть. Химера взвыла, её челюсти захлопнулись, зажимая клинок, и начала бешено мотать головой. Меня бросало по салону кареты, как бумажный пакетик в урагане. Кости трещали, кровь стучала в ушах.

Ох, я об этом пожалею… Эй, … кузнечик! Хочешь нового тела?

Мгновенно высунулись тонкие лапки. Существо во мне закивало, словно маятник.

О, это он ещё тело не видел.

— Забираешь… и уматываешь… так далеко, как сможешь… Договор?

Кузнечик, потирая свои невидимые жгуты силы, снова закивал. И в следующий миг через мой меч потекла в тварь невообразимая мерзость. Нечто липкое, тёмное, вязкое.

— я об этом точно пожалею… но позже, — прошептал я, чувствуя, как ослабевает хватка.

Затем раздался ВИЗГ. Такой, что, казалось, его слышал весь город, пронзая саму ткань ночи. Он был нечеловеческим, нехимерическим – это был визг чего—то иного.

Меня оглушило и отбросило с такой силой, что я потерял ориентацию. Карета вновь куда—то отлетела, с треском врезавшись во что—то. Пошатываясь, я выбрался в ту дыру, что прогрызла химера. На земле лежали люди. Кто—то держался за голову, в шоке. Кто—то… Я достал пистолет. Мертв. Еще один. И еще.

Я прошёлся по зданию. Оно было похоже на старое, заброшенное издательство, а не на мастерскую артефактов. Куча комнат. Стеллажи, какие—то бумаги и прочая ерунда. Ни следа цеха или чего—то стратегически важного.

— Ну чего, Клоп! Делёж начнём?

— А то!— голос моего спутника прозвучал неожиданно бодро.

— Я беру здание, а ты всё что в нём, — предложил я и засмеялся. Нервно. Напряжение сегодняшней ночи требовало выхода.

— Ладно, не парься, пошли, — я хлопнул меня его по плечу.

— Ещё вчера утром я бы тебя послал… за город. Почки собирать. А сейчас скажу: веди. Я чую запах добычи, мой капитан.

Я промолчал, зачем человека расстраивать, пускай привыкает считать меня старшим.

Мы неспешна пошли по так и не поспавшему сегодня городу.

Мы подошли к бару Марта. Я дёрнул за ручку. Заперто? Уже? Или ещё?

Я забарабанил в дверь.

— Март, открывай! Апрель пришёл!

Из—за двери послышался глухой, недовольный голос:

— Марта нет, для вас, Кирилл. Он может быть по адресу Южная шесть.

— Это там мы шумели с вечера? — спросил Клоп, оглядываясь на уже светлеющее небо.

Я кивнул.

— Ясно!

Первые, робкие лучи нового дня еле—еле пробивались сквозь утреннюю дымку когда я уже колотил в другую дверь. На Южной шесть.

— Чего надо?! — раздался из—за двери грозный бас.

— Не чего, а кого. Ската надо.

— Кто его спрашивает?

— Кирилл.

После короткой паузы:

— Жди!

Клоп, принялся проверять пистолеты— И чего мы сюда пришли? — прошептал он. — Добычу забирать? Ты бы хоть предупредил.

— Не, без стрельбы, я надеюсь, — выдохнул я. Сегодняшняя ночь вымотала меня до предела. — Маруся! Там что—нибудь слышно, видно?

Маруся, которая шла за нами обиженным хвостиком – я просто не успевал реагировать на её шутки и подкаты – только пожала плечами и поджала губки.

Нам открыл… мелкий, щуплый мужичок, который только что громовым басом отчитывал нас сквозь дверь. Контраст между его голосом и внешностью был разительным. Он пропустил нас и сразу, не говоря ни слова, провёл в мрачную комнату на втором этаже, окна которой были наглухо заколочены досками.

За массивным столом сидело трое.

Ещё пятеро человек на стульях у стены. Среди них Март. Итого восемь, плюс нас трое, не считая мелкого.

Скат, ткнул пальцем на единственный свободный стул за столом.

— Проходи, — его голос был сухим и жёстким. — Говори.

Я устало опустился на стул.

— Как и было договорено, Скат. Я пришёл за своей частью.

Скат приподнял бровь.

— Даже так? Напомни, пожалуйста.

— Мы договорились: я зачищаю здания Волков, ты их забираешь, и половину стоимости отдаёшь мне. По честной оценке, мелкими купюрами.

— И ты зачистил? — в его голосе сквозило явное недоверие.

Я вытащил из кармана мятую бумажку, исчерканную адресами. Двенадцать штук.

— Так ты предлагаешь сейчас их занять?

— Я ничего не предлагаю, Скат. Мы договорились. Я свою часть сделал. Теперь твоя. Деньги. И информация про Волковых.

— Ну… допустим, ты ещё не всех Ржавых прибил, — процедил Скат.

— Не всех, признаю. Сейчас мои люди над этим работают, к вечеру будет сделано. Но деньги я хочу получить уже сейчас, хотя бы по моей предварительной оценке. Вы потом пересчитать можете. То, что мы добыли, это… условно, наименьшая цена. До пятнадцати миллионов.

— Ого! — выдохнул Клоп, не удержавшись.

Сидящие за столом заозирались, не понимая о чем вообще разговор.

— Половина, как мы договаривались, вашему клану. Половина — моя, — продолжил я, стараясь говорить максимально уверенно, несмотря на дикую усталость. — Готов получить.

— А ты часом не спал сегодня? — Скат буквально офигел. — Откуда такие деньги?

— Могу позже выслать тебе полный расчёт по каждому зданию, со скидкой процентов в двадцать, на усушку, утряску, как говорится. Но сейчас мне нужны деньги.

— Что ты несёшь?! Какие усушки, семь миллионов?! — Скат почти вскочил, нависая над столом, его голос перешёл на шипящий, угрожающий шёпот. — Ты видел, что творится на улице? Наш штаб сегодня пытались взять, другие кланы на ушах стоят! Хватит одного неверного вздоха, одного выстрела, чтобы тут началось все против всех!

Я хмуро посмотрел на него.

— Да, Скат, я не выспался. Ваша война меня сейчас не волнует. Ты договор исполнять будешь?

— Какой договор?! Война кланов! Будет тебе договор, потом, после… — Он махнул рукой.

— После уже ничего не будет, — твердо сказал я. — Забирай здания, охраняй. Хорошо, с деньгами подожду пару дней…

— Ты меня слышишь?! Война! У меня нет людей на твои здания, мне плевать…

Мой пистолет, выхваченный мгновенно, без всякой мысли, издал сухой, одиночный

— БАМ. — Скат, только что нависавший над столом, осел, уронил голову и медленно сполз на пол, оставляя за собой мокрый след на столе.

Тишина. Я не вставал. Не суетился. Просто положил пистолет на стол. И посмотрел на остальных.

Над мёртвым Скатом повисла оглушительная тишина.

Я поднял взгляд, медленно обводя взглядом присутствующих.

— У кого—то ещё есть сомнения в святости договора? — спросил я, и зажёг огонёк на руке

Клоп среагировал мгновенно, как тренированный зверь: отпрыгнул к стене, выхватывая свой ствол. Все пятеро, что сидели у стены, синхронно потянулись за пистолетами. Маруся, прижавшись к моей спине, зашипела, дикой кошкой.

— Глава клана Гард… покинул наши ряды! — произнес один из сидящих за столом. Седой, весь в шрамах мужчина. Его голос, несмотря на трагическое объявление, звучал спокойно и уверенно. — Уберите пушки.

Гардовцы, повинуясь его тону, неохотно опустили оружие. Я погасил огонек на перчатке.

— Убивший члена клана будет казнён, — продолжил седой, его взгляд был прямым и тяжёлым. — Клан Гард объявляет войну…

— Кирилл Орлов, — представился я.

— …Кириллу Орлову, — договорил он.

Мои имя и фамилия ни на кого не произвели впечатления. Мало ли Кириллов Орловых в этом городе.

— Вот и договорились, — я устало вздохнул. — Кто будет исполнять договор? С кем мне теперь решать этот вопрос?

— Я заместитель клана, Барус, — ответил седой.

— Хорошо, Барус. Что с договором?

— Кто может подтвердить его заключение?

— Моего разговора со Скатом недостаточно? — вскинул я бровь.

Барус покачал головой.

— Я могу, — раздался голос Марта. — При мне договор был заключён.

— Этого достаточно, — кивнул Барус скользнув взглядом по Марту.

Я откинулся на стуле, чувствуя, как сводит мышцы от напряжения. Позади меня всё так же сидела Маруся, тихонько сопя. Отведу её в ресторан сегодня. Обязательно. Когда выберусь отсюда — мелькнула мысль.

— В таком случае, — Барус продолжил, — исполнение договора возьмёт на себя новый глава клана.

— Отлично. Учитывая, что у нас с вами теперь война, я бы хотел получить деньги прямо сейчас. Знаете ли, на них у меня есть другие договора.

Барус обвёл взглядом присутствующих.

— Для выбора нового главы… нас здесь достаточно. Кто хочет выдвинуть кандидатуру?

Моложавый парень, сидевший напротив Баруса, ткнул пальцем в его сторону.

— Ты был замом восемь лет, тебе и править.

— Кто за мою кандидатуру? — спросил Барус, и все шестеро Гардов, включая Марта, подняли руки. Барус оставил свою руку на столе.

— Единогласно, — констатировал моложавый.

— Требуется и мое согласие… — Барус медленно встал. — Ким! — Он повернулся к сидевшему за столом — Сколько у нас на счетах денег? Хватит расплатиться по договору?

Ким, коренастый мужчина с сосредоточенным лицом, уставился в свой планшет.

— Наберем, если в общак залезем… и с зарплатой. Если по полной, то у нас и десяти лямов не будет.

Барус хлопнул ладонью по столу.

— Если я залезу в общак, вы сами же меня и пристрелите. Нет, я беру самоотвод. Я этот договор не заключал!

В комнате повисла вязкая, гнетущая тишина. Я хотел есть, спать, пить… да что угодно, лишь бы свалить из этой заморозки. Эти люди попали в ситуацию отсутствия выбора, и я чувствовал, как их нерешительность начинает меня раздражать.

— Договор дело святое, — пробормотал Ким, нервно теребя край планшета, — но если Кирилл будет убит…

— Вы сначала отдайте, потом посмотрим, кто будет и как убит, — я растянул губы в хищной усмешке, хотя внутри всё тряслось от усталости. — Вы давно воевали? Я только что убил полсотни лично. А вы? — Конечно, я слегка преувеличивал. Никаких полусотни. Может, два десятка, да и то ... Но кто их проверит?

— Так что надежды, что вы сможете вернуть свои деньги, — я пожал плечами, — ну так себе. И… да, придётся мне все решать за вас, и сейчас.

Я медленно достал из—за пазухи почти целого паука.

— Как думаете, почему мне удалось то, что я сделал?

Да, я об этом думал. Ответ прост, как и всё в этом мире. Магия. Сила. Артефакты. В кланах нет магов. В кланах трущоб нет магов. И они не готовы к войне с магией. Может, кроме Ржавых, если там выступят Волковы.

Напитать клинок, как это сделал Александр, я ещё не могу, даже не представляю как. За все время не нашёл решения, как получить больше силы, кроме твари портала и её Кузнечика. И то, всю силу Кузнечика я куда—то дел.

— Магия! — правильно понял меня Март. Не мудрено, мы с ним вместе портал проходили.

— Решение простое, — предложил я, обводя взглядом оцепеневших Гардов. — Отправляете людей в захваченные здания, оцениваете, продаёте, возвращаете долг. После повоюем.

— У нас нет людей для этого! — воскликнул Ким, наконец отрываясь от планшета. — Двенадцать зданий! По десятке… да даже по пятёрке человек на каждое – это оголить тылы! Особенно сейчас.

Я подумал: А если бы Скат сейчас закашлялся, встал, будто я ему в броню попал? Реально же. Я бы в него ещё раз выстрелил? Да, договариваться с Барусом проще. Хоть я и вижу засаду. Если эти трое рулили кланом, понятно, почему они сдают позиции.

— Пока вы думаете, кто—то может уже прихватить ваши ресурсы. Подчеркну — ВАШИ! Мне, в принципе, все равно, — сказал я, скрывая свою нарастающую ярость. — Но все же, решайте поживее. Да, и я пойду, устал дико.

— Клан не может… исполнить договор, — наконец, дрожащим голосом выдавил Барус.

— Клан или вы? Мне наплевать, — я поднялся. — Хоть весь клан распродайте и распустите. К слову, неустойку в таких случаях мне с кого брать и сколько?

Ким сидел, уткнувшись в планшет, Барус смотрел в дальнюю стену, почесывая затылок. Вот уж не ожидал такой подставы. Тебе на блюдечке здания принесли, а они репу чешут!

Наконец, я не выдержал. Хватит этой мышиной возни. Я устал.

— Ох… ладно! — Я поднялся со стула, обводя всех взглядом. — В виду вашей полной неспособности к принятию решений, я выставляю свою кандидатуру на должность главы клана. Обязуюсь исполнить договор с самим собой с пользой для клана. Вот моё предвыборное слово.

Из всех присутствующих засмеялся только Март. Он, наверное, единственный, кто понял, что я не шучу, и оценил абсурдность ситуации.

— Кто за? — Я демонстративно поднял руку. Рядом со мной подняли руки Клоп и Маруся. Затем — Март. Четыре голоса. — Остальные что—то могут предложить?

В ответ — тишина. Никто даже не пикнул, только Барус неодобрительно хмурился.

— Ввиду абсолютного преимущества на выборах, — я саркастически развёл руками, — я объявляю себя главой клана Гард. Начнём с переименования. Как—то “Гард” звучит…

— Нет! — Барус резко встал, его лицо побагровело. — Я против!

— Против чего? — уточнил я, медленно поворачиваясь к нему. — Переименования?

— Переименования?! НЕТ, против тебя!

— Готов отдать это тёплое место тебе, не вопрос. — Я прищурился, зная, что он не возьмёт. — Ну?

Барус замялся, что—то невнятно промычал. Он, конечно, не хотел брать на себя этот бардак.

— Отлично, — я хлопнул по столу. — Новое голосование. Кто за Баруса?

Руки подняли трое — те, что сидели у стены на скамейке. Ни Март, ни Клоп, ни Маруся, ни даже Ким не пошевелились.

— Кто за меня? — Я поднял руку снова.

Поднялись все руки, кроме той тройки, что голосовала за Баруса, и самого Баруса. Ким, к моему удивлению, тоже проголосовал за меня.

— АЛЁ, да вы чего?! — Я не выдержал. — Я пришел, убил главу, а вы меня выбираете новым… Блин! — Я потряс головой, чувствуя, как абсурдность ситуации давит на виски. — Ладно. Я наведу тут порядки. Я вам устрою личную жизнь, если выжить сможете.

Я повернулся к Марту и Клопу, которые стояли, готовые к любой заварушке.

— Март, Клоп! Назначаетесь командирами боевых групп. Собрать всех, кого сможете, через два часа. Пойдём уничтожать Ржавых.

— Экономику… беру на себя. Ким! Могу на тебя рассчитывать?

Ким кивнул.

— Всю экономику клана приготовить к проверке! Барус? Ты остаёшься?

Барус тяжело вздохнул.

— Этот клан создавал я… тоже.

— Барус, ты остаёшься? Мне нужен зам. Но мы будем воевать. Сегодня Ржавые.

— Да, я с кланом.

— Вот и отлично. Остальные… — я повернулся к сидящим у стены. Это были в основном уставшие, обессиленные старики, жаждущие покоя. — На пенсию хотите?

Двое, явно обрадованные такой перспективой, кивнули.

— Ким! Рассчитай желающих отдохнуть. Сразу после войны отправлю в отставку. А сейчас — война. Все отпуска и увольнительные отменить.

Сейчас отдохну где—нибудь, пару часов покемарю и в бой, — пронеслось в голове. — Ага, так все и случится.

Я чувствовал себя на грани, но знал, что сейчас нельзя давать им опомниться. Нельзя расслабляться ни на секунду.

Уйду, и через минуту мне в голову залетит пуля. Плевать, какой я маг. Пуля в голове сильно мешает думать. И жить, в принципе.

Я взял их не хитростью, не умом, сообразительностью, не авторитетом. Я ошарашил их. И сейчас нужно озадачить так, чтобы других мыслей, кроме подчинения, даже не возникло.

— Всем понятно?

Кивнули Ким и Март. Даже Клоп выглядел озадаченным, не до конца понимая, что происходит и почему.

— Собираем всех. Всё оружие и всех людей, способных держать его. Сегодня… прямо сейчас мы идём и добиваем клан Ржавых Волков. Я уже уничтожил три четверти их сил. Сколько их осталось? Сотня? Половина сотни? Последний рывок — и захватим их штаб!

— Сбор через пять минут! — Я сделал паузу, чтобы слова повисли в воздухе. — Кто не успеет — не получит процент с добычи. Всю добычу поделим между присутствующими в бою. Кто будет халтурить — пристрелю лично! Так понятно?!

Видимо, обещание процента с добычи в условиях общей нищеты сработало лучше, чем угрозы. Люди наконец зашевелились, выдвигаясь из комнаты, чтобы собирать своих.

— Я думаю, тебя пристрелят к вечеру, после штурма, — Март подошёл ко мне, его лицо было серьёзным.

— А я бы прямо сейчас пристрелил, — Клоп встал с другой стороны, усмехнувшись.

В комнате остались только Март, Клоп, я с Марусей за спиной, Ким и Барус.

— Сейчас все на штурм штаба ржавых. Кто останется цел получит добычу. После штурма и раздела трофеев я… распущу клан, — сказал я, отряхивая несуществующую пыль с рукава. — Это не клан, это пансионат для ветеранов.