12

— Мама, там что-то горит!

— Что…?

Виктория немного наклонилась вбок, чтобы выглянуть в окно кареты, но сидящая рядом Мэри Виккерс полностью загородила собой обзор.

— Где горит? Что за глупости? — засуетилась Джейн напротив.

— Я видела, как на аллее что-то вспыхнуло, клянусь! — выпалила девушка, почти вплотную прильнув к окошку.

— Наверно, это какая-то часть представления, — подала голос Виктория. — Её величество раньше очень любила приглашать факиров и жонглёров на свои балы…

— Ах, да! Ведь и правда! И как я могла об этом забыть?

Джейн принялась перебирать вслух королевские балы, на которых ей удалось побывать, а Виктория поплотнее закуталась в накидку и сцепила в замок замёрзшие от волнения пальцы.

Ей всё же пришлось отправиться на бал-маскарад. На утро после спасения сбежавшего поросёнка, Виктория получила ещё одно официальное приглашение на празднование — на этот раз от её высочества королевы Каталины — и после этого уже окончательно поняла, что не сможет саботировать бал. Новый наряд пришлось подыскивать и подгонять по фигуре чуть ли не на бегу, а маску, что сейчас закрывала половину её лица, Виктория втридорога выкупила в антикварной лавке за пять минут до закрытия. Эта маска идеально подходила к бордовому индийскому шёлку, из которого была сшита длинная накидка с глубоким капюшоном, а золотая роспись на ней удачно перекликалась с отделкой платья из тёмно-синего, почти чёрного бархата.

Виктория выложила приличную сумму за свой наряд, однако сделала это не каприза ради. Таковы были её представления о том, как должна выглядеть графиня на королевском приёме. Пока лорд Колин Олбридж не женился, именно она, Виктория, являлась действующей графиней Видмор, а значит она просто не имела права бросать тень на титул покойного мужа.

— Как жаль, что дорогой Уилфред не увидит факиров! — вздохнула Джейн Виккерс, выглянув в окно, как только Мэри отсела от него. — И ведь говорила же ему вчера: не стоит налегать на копчёную сельдь за завтраком…

— Дело не в сельди, мама. Он просто прикинулся больным…

— Что ты такое говоришь, Мэри? Ты хоть понимаешь, кем выставляешь своего отца перед леди Видмор, когда несёшь такую чушь…?

Сидящая рядом с Викторией Мэри запоздало смутилась и быстро извинилась, но Джейн продолжала её распекать.

В чём бы ни было дело — Виктория втайне радовалась, что так сложились обстоятельства. Предложение поехать на бал-маскарад вместе с Виккерсами поступило неожиданно, буквально пару часов назад, и она приняла его с благодарностью. Лучшей компании нельзя было и представить.

На площади перед дворцом Вестхолл царило самое настоящее безумие. Огненное представление, похоже, было в самом разгаре: около фонтана то и дело вспыхивали языки пламени, под сопровождение изумлённых возгласов взлетали столпы оранжевых искр, раздавались хлопки и свист. Публика в цветастых нарядах ручейком тянулась к главному входу.

— Сумасшествие какое-то… — раздался напряжённый комментарий Джейн. Виктория взглянула на подругу и обнаружила, что та не спускает глаз с шляпки шагающей впереди дамы. Хотя шляпкой это назвать было сложно — голову женщины венчал небольшой морской корабль с мачтой и парусами.

— Там павлины! — вдруг воскликнула Мэри, указав рукой в сторону парковой аллеи.

На её голос обернулись все — и даже дама с кораблём на голове. И действительно, совсем рядом за невысоким ограждением, прямо среди фигурных столбиков и клумб расхаживали крупные птицы с длинными хвостами. А неподалёку уже начала собираться толпа зевак.

— Давайте посмотрим на них поближе… — начала было Мэри, но тут же умолкла, видимо, напоровшись на суровый взгляд матери.

— Мы не будем толкаться там у забора, даже не думай. А вдруг эти птицы налетят на нас?

— Кто, павлины? Но разве они летают?

— Ещё как летают! Спроси у отца, когда вернёшься, откуда у твоего дяди Альфреда взялся шрам на затылке…

Мэри шокировано распахнула глаза и прекратила расспросы.

И они продолжили молча шагать ко входу во дворец.

Наверное, это был самый грандиозный бал из всех, что Виктории приходилось посещать в своей жизни. Даже праздник по случаю коронации короля Августа не смог бы посоперничать с ним по размаху и оригинальности.

У распахнутых настежь дверей гостей встречали лакеи в алых с золотом ливреях, а их лица были закрыты масками.

Нет, не просто масками.

Стоило Виктории увидеть свиные пятачки на них, и странное чувство тревоги накрыло все её мысли разом.

— Просто какое-то сумасшествие, — снова пробормотала Джейн. — Интересно, кому всё это пришло в голову…

— К костюмам прислуги точно приложила руку её высочество королева, — отозвалась Виктория.

В холле уже звучала музыка; на верхнем ярусе расположились скрипачи и виолончелисты, а под потолком Виктория неожиданно для себя рассмотрела движущуюся фигуру и от удивления чуть не встала на месте, как вкопанная.

— Только посмотрите, Джейн, Мэри…

И она указала наверх, туда, где на канате двигалась самая настоящая воздушная гимнастка в светлом костюме и с белоснежными крыльями ангела за спиной. Гибкая и тонкая, как хрустальная статуэтка, она умудрялась выполнять танцевальные па то руками, то ногами, выгибала изящный стан в такт музыкальным пассажам, а потом неожиданно полетела вниз и — у Виктории чуть сердце не остановилось — зацепилась за свою страховку в самый последний момент. По холлу прокатился всеобщий изумлённый вздох, а гимнастка как ни в чём не бывало начала подниматься вверх.

— Какое непотребство! — прокомментировала Джейн неодобрительно и, подхватив дочь под руку, притянула к себе ближе. — Хорошо, что Уилфред этого не видит, ему бы такое точно пришлось не по душе. Пойдёмте скорее, кажется, я вижу одного из распорядителей бала.

Сразу из холла их в полном составе проводили сначала в банкетный зал, а затем в зал бальный, и уже здесь, к счастью, царила довольно привычная атмосфера. Если не считать слуг в поросячьих масках, что были расставлены по периметру, остальное убранство можно было даже счесть традиционным. Традиционно роскошным, разумеется.

Всё это время Виктория ни на миг не позволяла себе расслабиться. Напряжение не отпускало её, шестое чувство будто нашёптывало быть настороже, готовиться к чему угодно. И первый тревожный звоночек не заставил себя ждать: во время беседы с виконтом Десфордом, к ним вдруг подошёл лакей с подносом, на котором стояло несколько бокалов шампанского. Ни Джейн, ни её кузен-виконт не обратили особого внимания на появление слуги, но Виктория поняла практически моментально, кто именно прислал его. Она увидела красную верёвочку на ножке одного из фужеров.

— Для леди Видмор, — выразительно произнёс слуга, подхватив тот самый фужер.

Ей пришлось принять шампанское, только так можно было спрятать привязанную крошечную записку. Сорвав её тайком и смяв в кулаке, Виктория некоторое время почти не дышала, едва прислушиваясь к своим собеседникам.

Да, этого стоило ожидать, но она всё равно оказалась не готова. Его величество определённо приглядывал за ней, пусть и не лично. Глаз у него на этом празднике было предостаточно.

— Виктория, ты в порядке? — обратилась к ней Джейн. — Мне кажется, ты побледнела…

— Нет-нет, всё в порядке.

Ощутив на себе пристальное внимание подруги, Виктория едва не запаниковала и даже сделала глоток игристого вина. Кисло-сладкий вкус, разлившийся по языку вместе с пузырьками, заставил её слегка поморщиться. Но привычка держать вежливую маску на лице всё таки оказалась сильнее.

— Леди Видмор, если желаете, я могу проводить вас во внутренний двор подышать воздухом… — мягким тоном предложил виконт.

Виктория поблагодарила его, но мысленно содрогнулась от идеи выходить куда-то из зала. Нет, она должна быть на публике, среди людей. Здесь самое безопасное место.

К счастью, в этот момент внимание обоих собеседников привлекла Мэри, которая принялась отпрашиваться у матери к одной из подруг, а когда Джейн отпустила её, разговор вернулся в привычное русло.

К тому времени, когда был объявлен первый танец, Виктория уже окончательно пришла в равновесие и даже сумела незаметно спрятать безнадёжно измятую записку в рукав платья. Бал открывался вальсом (о чём Джейн пару минут неодобрительно ворчала). Первыми в центре зала появились его величество король Август, который вёл герцогиню Ленсингтон, и её высочество королева Каталина в сопровождении герцога Ривенхола. Увидев его, Виктория искренне удивилась. Обычно такая честь — открывать бал вместе с королевской четой — оказывалась самым высокопоставленным гостям праздника. Относительно герцогини Ленсингтон никаких сомнений у Виктории не было: эта женщина давно занималась благотворительностью, а её супруг являлся самым крупным землевладельцем сразу после короля. Но Ривенхол…? Чем он заслужил такую честь?

Вступительные аккорды покатились по праздничному залу, а спустя несколько тактов и другие пары начали занимать свои места на паркете.

— Герцог Ривенхол сегодня танцует с её высочеством, — словно в ответ на мысли Виктории заговорил виконт Десфорд. — Полагаю, таким образом королевская чета хочет выразить признательность герцогу за заслуги в обороне южной морской границы… Очень умно и дальновидно с их стороны.

— Герцог Ривенхол участвовал в обороне? Лично? — не удержалась от вопроса Виктория.

— Насколько мне известно, он больше года пробыл на линии фронта, а потом ещё длительное время занимался восстановлением разрушенных укреплений.

Эти слова внезапно заставили Викторию совсем по-другому взглянуть на Ривенхола. Про военный конфликт с французами она, разумеется, знала (не зря же почти весь прошлый год газеты трубили о победе), но о том, чтобы аристократы, тем более настолько титулованные, участвовали в военных действиях, слышала впервые.

Неудивительно, что герцог Ривенхол вышел на паркет в тёмном военном мундире и с орденской лентой. Кажется, когда Виктория встретила его впервые, он тоже был одет в военную форму…

— Леди Видмор, разрешите пригласить вас? — раздался вежливый голос виконта Десфорда.

Она с дружеской улыбкой ответила согласием и воспользовалась возможностью вернуть едва тронутый бокал проходящему мимо лакею. А затем виконт повёл её к танцующим.

Леди Виктория Олбридж. Пока ещё графиня Видмор.