Глава 24

Засыпая на плече Дерека, я больше всего боялась того, как начнется наше утро. Знаете это неловкое чувство в дешевых романтических комедиях? Когда герои после страстной ночи просыпаются, натягивают на себя одеяло по самый подбородок, прячут глаза и не знают, что сказать друг другу. Я боялась, что между нами повиснет именно такая звенящая, неловкая пауза.

Но… утро началось с пустой кровати.

Я приоткрыла глаза, щурясь от лучей солнца, пробивающихся сквозь мутное окошко нашей избушки. Дерека рядом не было. Сначала в груди кольнуло странное чувство потери, но следом, к моему собственному удивлению, пришло облегчение.

Я сладко потянулась, зарываясь носом в подушку, хранящую запах его кожи. Тревоги не было. Наоборот, внутри разливалось удивительное спокойствие. За эти несколько минут одиночества я смогла собраться с мыслями. Правда, как только я осознала, что дверь сейчас откроется, войдет он, и уже ничего не будет как прежде — пульс всё-таки подскочил. Эта ночь изменила всё. Она изменила нас.

Скрипнули тяжелые петли.

Я приподнялась на локтях, натягивая на грудь грубое льняное покрывало. В дверном проеме стоял Дерек. В лучах утреннего солнца его растрепанные волосы казались чуть светлее, а в темных глазах было столько тепла и неприкрытой любви, что у меня перехватило дыхание. Я просто не могла не улыбаться, глядя на него.

А затем мой взгляд опустился ниже. В одной руке суровый Палач короля держал дымящуюся глиняную кружку с травяным отваром, а в другой — широкий лист лопуха, доверху усыпанный крупной, спелой земляникой.

Этот сумасшедший, невероятный мужчина встал ни свет ни заря и пошел в чащу собирать для меня лесные ягоды!

— Дерек! — мой голос со сна прозвучал слегка хрипло, но я не могла сдержать счастливой улыбки. — Ты просто чудо! После такого я просто обязана взять тебя в мужья!

Я искренне рассмеялась своей же шутке, ожидая, что он подхватит этот легкий тон.

А вот Дерек не рассмеялся.

Он подошел к кровати, поставил кружку и ягоды на тумбочку, а затем сел на край постели. Его взгляд стал таким глубоким, серьезным и пронзительным, что мой смех мгновенно оборвался. Я напряглась, чувствуя, как воздух в комнате снова становится тяжелым.

— Дерек, ну ты чего… это же была шутка, — неуверенно пробормотала я, кутаясь в покрывало.

— А я не шучу, — его бархатный голос прозвучал тихо, но невероятно твердо. Он протянул руку и мягко, но собственнически заправил выбившуюся прядь мне за ухо.

Сердце ухнуло куда-то в желудок.

— Дерек, не надо, — взмолилась я, отводя взгляд. — Пожалуйста. Сейчас совершенно не время. И… ты же знаешь всё сам.

"Знаешь, что я иномирянка. Знаешь, что у меня там осталась жизнь, и я до одури боюсь оставлять своих детей в этом жестоком мире Шафрана."

— Знаю, — он тяжело вздохнул, и его пальцы скользнули по моей щеке, спускаясь к шее. — Знаю. И пока не настаиваю. Но ты должна мне пообещать, Аня. Пообещай, что дашь нам шанс. И что не уйдешь в свой мир, не сбежишь втихаря, пока мы с тобой всё не обсудим.

Я посмотрела в его глаза, полные надежды и скрытого страха потерять меня, и сдалась.

— Обещаю.

Завтрак после этого разговора прошел как-то скомкано. Напряжение, которое мы так старательно игнорировали, всё равно витало где-то рядом, кусая за пятки.

Мы довольно быстро оделись и собрались возвращаться в общину. Но перед выходом Дерек остановил меня на пороге.

— Подожди. Снаружи ты всё сделала идеально, — он обвел взглядом чистую, пахнущую свежим деревом спальню. — А вот внутри у нас всё еще новострой. Надо закончить начатое.

Я нервно сглотнула, вспомнив вчерашний стол, превратившийся в серую пыль.

— Дерек, я боюсь. Мой контроль снова сбоит. А если я сейчас чихну и состарю этот дом так, что мы рухнем вместе с крышей?

Он подошел сзади, его грудь прижалась к моей спине. Большие, горячие ладони легли поверх моих рук, переплетая наши пальцы.

— Не бойся. Я с тобой. Я буду твоим якорем, Аня. Закрой глаза. Дыши.

Его близость подействовала лучше любого успокоительного. Я прикрыла веки, опираясь на него, и потянулась к магии. Золотистая сила откликнулась мгновенно. Но теперь она не бурлила, как горная река, готовая снести всё на своем пути. Направляемая спокойной, уверенной поддержкой Дерека, моя магия потекла плавно, как густой мед.

Мы как будто бы вместе выпустили этот импульс в пространство комнаты.

Дерево стен тихо скрипнуло, темнея. Свежий запах смолы сменился терпким, сухим ароматом пыли и трав. Грубое постельное белье на кровати поблекло, половицы под ногами просели ровно настолько, чтобы казаться старыми, но крепкими.

Я открыла глаза и ахнула. Это было безупречно! Настоящая, обжитая избушка потомственной лесной ведьмы.

Совместная магия сработала как отличная терапия — она полностью сгладила неловкость нашего утреннего разговора. Всю дорогу до Мельфиса мы шли за ручку, перешучивались, смеялись, прячась от редких патрулей, и чувствовали себя абсолютно счастливыми.

Но стоило нам переступить порог тайного двора общины, как нас встретили две пары очень выразительных глаз.

Егор и Мила.

Сын стоял у крыльца, насупившись так, что брови сходились на переносице, скрестив руки на груди — ну чисто маленький, суровый мужичок. А вот Мила, едва завидев нас, на всю улицу огласила окрестности звонким:

— Мама-а-а-а-а!

Девочка рванула навстречу так, что сверкали пятки, и с разбегу запрыгнула на меня, повиснув на шее. Я со смехом подхватила дочь, зарываясь носом в ее рыжие волосы, и мы вместе подошли к Егору.

— И где ты была? — тоном строгого родителя спросил сын. На Дерека он даже не посмотрел, демонстративно игнорируя Палача.

— Сынок, я вчера вечером увлеклась и заблудилась в лесу, — мягко, но серьезно ответила я, опуская Милу на землю. — Дерек искал меня и нашел уже глубокой ночью. Избушка оказалась ближе, чем город. Вот мы и решили не рисковать и переждать до утра. Всё-таки в лесу водятся дикие животные.

Мой рассказ вызвал на лице сына мгновенное волнение, которое тут же сменилось облегчением от того, что я жива и здорова.

Почему я так подробно отчитывалась перед десятилетним мальчишкой? Всё просто. Я свято верила, что честность с детьми — лучшая педагогика. Доверие — это фундамент, на котором держится вообще всё. Что отношения с друзьями, что с мужчинами, что с детьми. Соврешь один раз — и больше тебе никогда не поверят.

В доме нас уже ждали Арт и Джей.

Мужчины коротко пожали друг другу руки. Шакал выглядел уставшим, но в его глазах плясали довольные искры.

— Ну, докладывай, — Дерек опустился на стул, мгновенно переключаясь в режим сурового начальника.

Джей шутливо отдал честь и начал отчет по заданию, которое Палач передал ему еще два дня назад — проверить адрес больной матери того самого столичного бунтовщика.

Операция прошла как по нотам. Джей отправился в ту деревню, но, чтобы не вызывать подозрений, взял с собой Егора. План был гениален в своей простоте: именно грязный, юркий беспризорник постучал в дверь больной женщины, передал ее родственникам шприц с антидотом, быстро объяснил, как вколоть, и с таинственным видом заявил:

— Это от древней лесной ведьмы! Она велела передать, что свое с вас позже возьмет!

После чего Егор благополучно растворился в переулках. А спустя пару часов Джей заявился к ним в дом уже в своей серой форме шакала, под предлогом, что «соседи жаловались на шум».

— И что я вам скажу! — Джей торжествующе хлопнул ладонью по столу. — Я всё осмотрел! Женщине ощутимо лучше! Дыхание выровнялось!

— Ура! — не выдержала я, подпрыгивая на месте. — Вакцина работает на людях!

На кухне поднялся радостный гул. Это была наша первая, настоящая победа над болезнью! Но времени на празднование не было.

Мы перешли к главному вопросу: когда именно Дереку стоит «найти» ведьму и сообщить об этом королю Леонарду?

Дерек помрачнел, потер переносицу и тяжело вздохнул:

— Софи совсем плоха, ребята… Я понимаю, что у нас миссия, что король — ублюдок, но девочку искренне жалко. Она угасает на глазах.

Я закусила губу.

— Тогда не будем тянуть. Завтра же выступим. Арт, у тебя ведь остался тот артефакт изменения внешности, про который ты рассказывал? Чтобы я превратилась в дряхлую старуху?

Старый артефактор виновато крякнул и развел руками:

— Анечка, тут такое дело… Не совсем так. Артефакт был. Но он перегорел лет пять назад.

Мы с Дереком синхронно уставились на него.

— Но для тебя же это не проблема, верно? — Арт хитро прищурился, глядя на меня.

Джей хохотнул, Дерек спрятал улыбку в кулак.

— Да уж, нашли батарейку «Энерджайзер»! — фыркнула я, но всё же улыбнулась. — Давай сюда свою стекляшку!

А дальше на нашей маленькой кухне началось настоящее шоу!

Я заряжала кристалл артефакта, и мы по очереди тестировали его друг на друге. Джей превращался в сурового гнома с бородой до колен, Арт — в статную, пышногрудую трактирщицу, от чего мы ржали так, что держались за животы. Я примеряла на себя голос каркающей вороны, образ горбатой старухи с крючковатым носом, пугая Арчи до икоты. Артефакт жрал прорву энергии, быстро разряжался, я снова вливала в него магию времени, откатывая его состояние, и шоу продолжалось.

Мы смеялись до слез, сбрасывая всё то липкое напряжение последних дней.

— Всё! Стоп! — Дерек вдруг перехватил мою руку с артефактом, прерывая веселье. Его голос был строгим, но глаза улыбались. — Аня, у тебя резерв не резиновый. Тебе завтра еще короля обманывать.

Мужская половина кухни издала дружный, разочарованный стон, но спорить с Палачом никто не рискнул.

Вскоре мы начали собираться. Дереку нужно было снова возвращаться в столицу, чтобы официально явиться к королю с вестью: «Ваше величество, я нашел ее. Ведьма ждет вас».

А нам с ребятами предстояло подготовить сцену для главного спектакля в нашей жизни. И, несмотря на недавний смех, на душе у каждого из нас было до жути неспокойно. Завтра решится всё.