Глава 7

Часть 1. Аня

В ушах звенело так, словно я только что постояла вплотную к колонке на рок-концерте. Разум превратился в кисель, а коленки предательски дрожали. Мистер «я целуюсь как Казанова после векового воздержания», кажется, мою жертвенность ради общего спасения вообще не оценил. Он что-то яростно рычал мне прямо в губы, но из-за этого дурацкого звона я не разобрала ни слова.

Аккуратно, стараясь не отлеплять своего тела от его шикарного черного камзола (чисто в целях маскировки, разумеется!), я выглянула из-за его плеча на улицу. Опачки. Патруль шакалов скрылся за поворотом.

Я шумно выдохнула, отпустила его воротник и похлопала мужчину по груди.

— Фух, пронесло! Ну, я пошла, спасибо за сотрудничество!

Но не тут-то было. Незнакомец тупо схватил меня за плечи, намертво зафиксировав, и снова начал требовать каких-то пояснений, сверкая глазами пуще прежнего. Совсем очумел мужик. Видимо, от счастья и моего неземного поцелуя крышу у парня сорвало окончательно.

Чтобы побыстрее привести его в чувства и напомнить, что мертвый час вообще-то продолжается, я не придумала ничего лучше, как со всей дури наступить своим твердым ботинком ему на ногу. Мужик от неожиданности глухо охнул и разжал хватку.

Освободившись, я рванула с места на такой скорости, которой позавидовал бы любой олимпийский бегун. Бежала, честно говоря, непонятно куда, петляя по темным закоулкам Мельфиса, пока меня резко — прямо на бегу — не дернули за шиворот и буквально не втянули в какую-то глухую подворотню.

Закричать мне не дали. Тяжелая ладонь намертво запечатала мой рот.

«Живой не дамся!» — моментально сработал мой новый девиз по жизни в этом мире. Я начала отчаянно вырываться и пинаться, пока над ухом не раздалось сдавленное, до боли знакомое шипение:

— Аня! Хватит! Это я!

Я замерла. Ладонь медленно сползла с моего лица.

— Джей? — округлила я глаза. — Ты где вообще был?!

— Палач в городе! — коротко и зло бросил Джей, нервно оглядываясь на улицу.

— Да помню я!

— Да ты не поняла! — перебил он меня, хватая за плечи. — Он с инспекцией в городе! Прямо сейчас! Мне пришлось срочно создавать видимость бурной работы. Ты, я надеюсь, ничего не натворила за это время?

— Ну... — я замялась, вспоминая свой эпичный забег. — Два замороженных адских пса ведь не считаются за «натворила», правда?

Надо было видеть выражение лица Джея в этот момент. И это он еще не знал, как именно я использовала того несчастного горожанина в нише! При мысли о мужчине — а точнее, о нашем поцелуе — мои щеки обожгло густым румянцем. Хорошо, что в темноте подворотни этого не было видно.

Джей окольными путями, трущобами и какими-то заброшенными чердаками повел меня к общине.

Там нас уже ждали. Стоило переступить порог подземелья, как ко мне подлетел Егор. Худенький мальчишка со слезами на глазах крепко обхватил меня своими тонкими ручками за талию, уткнувшись носом в пыльно-розовый подол моего платья. Я ласково погладила сына по растрепанным волосам. А вот Арт сдерживаться не стал и отругал меня по полной программе. Ругал долго, громко, но как-то... по-отечески, искренне волнуясь за мою шкуру.

Чтобы прекратить этот поток нравоучений, я молча вытащила из лифа платья тугой мешочек и вывалила монеты на стол.

В комнате повисла тишина. Мой заработок вызвал у старого артефактора не просто радость, а настоящий шок и восхищение.

— Ну ничего себе... — потрясенно протянул Арт. — Значит так. Отныне к скупщикам у нас ходит только Аня.

От такого обещания меня аж в холодный пот бросило. Ну уж нет, спасибо!

Утро началось скверно. В общину пришел взвинченный Джей.

— Дело иномирянки открыто снова, — сообщил он за экстренно собранным столом. — Потому что те два пса, которых ты, Аня, заморозила, не оттаяли до самого прихода Палача короля. И Палач лично возвращал им время в движение. Но это еще полбеды. Он дал канцелярии твой фоторобот, потому что лично видел тебя сегодня ночью.

Я едва не поперхнулась воздухом.

— Где?! Я, конечно, видела шакалов и убегала от них, но ни с каким Палачом я точно не сталкивалась!

Джей посмотрел на меня с непередаваемым ужасом.

— Если бы ты с ним столкнулась, Аня, то поверь, ты бы здесь уже не сидела. А Егор, связанный с тобой нерушимой вассальной клятвой, сейчас как безвольная марионетка шел бы к месту твоей казни...

За столом воцарилась гробовая, леденящая кровь тишина.

--

Часть 2. Дерек Лаосский

Последние месяцы для Дерека Лаосского были не просто напряженными — они были до краев насыщены жуткими магическими аномалиями. То тут, то там домашний скот заболевал неизвестной хворью, заживо покрываясь хрустальной коркой. Вода в деревенских колодцах на рассвете застывала багровым льдом, а бытовые заклинания взрывались прямо в руках простолюдинов.

Но самым страшным было другое — люди начали вырождаться магически. Только за последние шесть месяцев в столице из тридцати детей, рожденных в семьях потомственных магов, двадцать появились на свет абсолютно без магического потенциала.

А тут еще и доклад из провинциального Мельфиса: посреди улицы из ниоткуда материализовалась голая иномирянка. Времени заниматься этой девчонкой у Палача не было совершенно, но король лично приказал разобраться.

Дерек прекрасно знал истинную причину этой спешки. У младшей, самой любимой дочери короля не было магического потенциала. Совсем. Об этом секрете, разумеется, никто в королевстве не знал, потому что Палач по приказу правителя отлавливал иномирян и вытягивал из них магию, чтобы через специальный артефакт ею могла пользоваться принцесса.

Чаще всего иномиряне не выживали после такого чудовищного вмешательства. Реже — сходили с ума, и королевская стража тихо сбывала их в подпольные дома терпимости. Еще реже попадались уникумы, столь сильные духом и телом, что оставались в здравом уме. Таких отправляли глубоко в горы, на секретные шахты — до конца своих дней добывать аурелий, редкий кристалл для подпитки артефактов.

Дерек терпеть не мог эти поручения. Он был Палачом. Его долгом было выносить справедливую казнь убийцам и предателям, а здесь... здесь было хладнокровное убийство невинных во благо короны. Тьфу.

Но и отказать королю Лаосский не мог — один неверный шаг, и он сразу станет изменником.

Вот с такими невеселыми мыслями Палач его величества и прибыл в Мельфис. Местная стража и не чесалась искать иномирянку, посчитав, что голая девица либо сгинула в трущобах, либо вернулась домой. Но Дерек чувствовал: девчонка жива. Именно поэтому он решил лично выйти на вылазку с патрулями в мертвый час.

Девушка в пыльно-розовой одежде низших слуг привлекла его внимание сразу. Что-то с ней было не так. И дело даже не в том, что она в комендантский час бежала по улице — мало ли, не успела. Но не узнать Палача его величества?!

В том, что девчонка понятия не имела, кто перед ней, у Дерека сомнений не было. Ладно, она могла не знать его в лицо. Но одежда?! Только он — личный Палач короля — носил абсолютно черные одежды, расшитые мерцающей серебряной нитью. Любой местный при виде этого камзола уже лежал бы лицом в брусчатке.

А эта пигалица, по ходу, решила, что он тоже не успел спрятаться, и решила его... спасти! ЕГО!

Она бесцеремонно затащила его в какую-то крошечную, тесную нишу между домами и прикрылась им, как щитом. И когда Дерек открыл рот, чтобы возмутиться, эта сумасшедшая подалась вперед и поцеловала его!

На мгновение Палач просто оцепенел. Ее губы были мягкими, пахли чем-то сладким, а сама она прижималась к нему с такой отчаянной смелостью, что у Дерека, не привыкшего к подобному обращению, внутри что-то предательски дрогнуло. Кровь на секунду прилила к вискам, заглушая холодный рассудок. И вот тут, через этот обжигающий, совершенно сбивающий с толку контакт, он понял, что с этой «служанкой» всё не то. Она была магичкой! Но как она скрывала свечение глаз в темноте? У нее был артефакт-морок! Дешевый, но рабочий.

Лаосский тут же попытался зафиксировать девку и выяснить, кто она такая, но та своим твердым каблучком наступила ему на ногу и... сбежала!

Но на этом ночь для Дерека не закончилась.

В одном из переулков обнаружились два замерших во времени адских пса. И тут весь пазл в голове Палача окончательно сошелся. Наглая златовласка в розовом платье и была той самой иномирянкой. Хроносом. И ей в этом городе определенно кто-то помогал.