Глава 19

Тому, кто обладает зрением и слухом, ясно, что ни один смертный не способен хранить секреты. Пусть на губах печать молчания, нервно пляшущие пальцы красноречивее слов: тайну предательски выдаст тело.

«Вводные лекции в психоанализ», Зигмунд Фрейд

Камилла

Я очнулась на свадьбе, держа Джейсона Харриса за руки, когда он произносил слова клятвы. Видимо, Джессика испытывала в тот момент очень сильные эмоции, и это разрушило барьер, за который она меня упрятала. С того момента я всё видела и слышала, даже иногда выходила на поверхность, чтобы насолить Джессике.

Она захотела избавиться от меня навсегда, и я всячески этому препятствовала. Заменила её таблетки на обычные витамины, а последнее приобретение подсыпала в алкоголь и добавила мощный стимулятор. Если смешать эти три компонента, то получится самый настоящий яд.

Я всё продумала. Сегодня я обрету долгожданную свободу. Джейсон умрёт, Джессика и её нерождённый ребёнок сгинут с концами, а я стану богатой «несчастной» вдовой. Буду так сильно «скорбить», что вскоре уеду из ЭлЭй навсегда, потому что этот город «напоминает мне о любви всей моей жизни и причиняет боль». Я прекрасная актриса. Я носила маски всю жизнь. Притворялась, лгала, прогибалась и выживала. У меня большой опыт. Я в этом хороша.

Изображаю невменяемый восторг и падаю в объятия Джейсона. Он поглаживает мою спину, зарывается лицом в волосы и врёт о том, как сильно меня хочет.

Он всё такой же. Напыщенный бессердечный ублюдок и лгун. Нужно быть полной дурой, чтобы влюбиться в такого.

Однако… О, святые угодники, да он не врёт! Он правда хочет свою малышку Джесси. Разбухший бугор в области ширинки врать не может. Провожу по нему руками и еле сдерживаю смешок. Неужели Джейсон и правда залип на этой долбанутой? Он просто обнял меня, и у него моментально встал. Неужто система дала сбой?

– Не форсируй, Джесси, – хрипло шепчет мерзавец. – Оставь на потом. Я хочу взять тебя в спальне, не здесь.

Может, я бы и позабавилась с ним напоследок, но мне не хочется притворяться влюблённой дурочкой. Пусть он и трахается как супермен, но я прекрасно помню, что последний раз он взял меня силой. Скидываю его руки и отступаю на два шага.

– Что-то не так, детка? – в его голосе сквозят стальные нотки. – Ты не рада меня видеть?

Снимаю маску восторженной идиотки и снова превращаюсь в себя – расчётливую стерву, которой дорога лишь её шкура. Его взгляд моментально становится холодным и жёстким.

– Где Джессика?

– Боюсь, что она покинула нас навсегда.

На мгновение его лицо перекашивает от ярости, но Джейсон быстро берёт себя в руки. Даже пары секунд не проходит, как его окутывает кокон обманчивого спокойствия.

– И что дальше? – спрашивает Джейсон, располагаясь на диване.

– А чего бы ты хотел?

Тишина повисает в гостиной. Разумеется, я и не надеялась, что он ответит. Удивительное дело, впервые я его не боюсь. Наверное, это связано с тем, что я полностью контролирую ситуацию. Джессика часто упрекала меня в том, что я излишне пуглива, расчётлива, мнительна и одержима контролем, но именно благодаря этим моим качествам, мы выжили. Я забирала на себя все негативные мысли, переживания и стресс. Это я тащила нас на своей шее. Это я зарабатывала деньги и строила карьеру, попутно борясь с паническими атаками. Джессика плыла по течению, в то время как я планировала всё до мелочей. Она наслаждалась жизнью, игнорируя проблемы, а я – решала их. Она тусила и напивалась, а я тащила наше непослушное тело домой. Джесс безответственная, глупая и безрассудная. Я – её полная противоположность.

Джессика спокойно раздвигала ноги направо и налево, совершенно не парясь на эту тему, а я потом мучалась угрызениями совести и ненавидела всю мужскую половину человечества. Исключением был только Саймон. О нём у меня остались преимущественно хорошие воспоминания. Я была рада видеть его сегодня. Единственный человек, с которым мне захотелось попрощаться перед отъездом. Пусть Саймон и предал меня, но сделал он это не со зла. Он, как и я, просто спасал свою задницу. Джейсон Харрис никому не оставляет хорошего выбора.

– Посиди со мной, Ками, – раздаётся его обманчиво спокойный голос.

Джейсон легонько хлопает ладонью по дивану, а сам смотрит мне в глаза и улыбается. В голове моментально всплывает наша первая встреча. Он тогда и правда заинтересовал меня. А потом подключилась Джессика, и понеслось…

– Ну же, иди сюда, – вкрадчиво произносит Джейсон. – Я тебя не обижу.

– Слабо верится.

Не знаю, почему я ему подчиняюсь. Не знаю, зачем сажусь рядом и позволяю положить руку на моё колено. Не знаю, почему не протестую, когда он наклоняется ко мне и обхватывает мои скулы пальцами. Я лишь завороженно смотрю в его опасные глаза и не испытываю ни капли страха. Только интерес и недоверие. Как в тот роковой вечер.

– Я не трахался несколько дней, Ками, – шепчет он в мои губы. – Знаю, тебе я противен. Может, ты оставишь нас с Джесси наедине? Я хочу свою жену. У тебя её тело, и я обещал ей больше не причинять вреда ни одной из вас. А свои обещания я выполняю.

– Разве?

– Конечно.

Его рука проскальзывает под платье. Пальцы действуют осторожно, будто спрашивая разрешения. А я не могу. Мне нужен стимул.

Я не могу разрешить себе получать удовольствие просто так.

В моей жизни было только двое мужчин – Саймон и Джейсон. Остальных взяла на себя Джессика. Когда она с кем-то спала, я почти не участвовала в процессе. Но я всё видела, слышала и ощущала. Пусть не так явно, а будто эхом, но всё же. Тогда я понимала лишь одно: секс – это грязь, насилие, постыдное действие. Долго, очень долго я ненавидела всех мужчин.

Но позже я узнала, что секс бывает приятным. Джесс убедила меня попробовать, ведь я сама выбрала Саймона. Переспав с ним, я не могла не согласиться с её точкой зрения. Однако мне было так стыдно. Я чувствовала себя испачканной. Чтобы как-то смягчить это ощущение, впоследствии я просила Саймона завязывать мне глаза.

А спустя какое-то время я сделала очередное открытие: когда Саймон первый раз взял в руки ремень и отшлёпал меня перед сексом, я испытала облегчение. Тогда я наконец смогла расслабиться и испытать по-настоящему яркий оргазм. Тогда я впервые смогла себя отпустить.

Я могу получать удовольствие, только если меня за него заранее накажут. Но не любым способом, нет. Я как огня боюсь быть изнасилованной и униженной. А вот связывание или пара-тройка ударов плетью возбуждают меня, и мне не стыдно за своё возбуждение. Саймон был очень нежным со мной – там, внизу. Но достаточно жёстким в остальных местах. В меру, конечно. То, чем увлекается Джейсон – это, мягко говоря, перебор. И это ни разу не возбуждает. Лишь пугает до усрачки.

– Не могу, – шепчу и сжимаю колени. – Пожалуйста, перестань.

– А как тебе нравится, Ками? Наш первый раз вышел очень даже отличным, – Джейсон раздвигает мои ноги и вновь получает доступ к трусикам. – Ты спала, я завязал тебе глаза и приковал твои руки к изголовью кровати. Ты думала, что тебя трахает Саймон, поэтому не боялась. Тебе было очень хорошо, помнишь? Мне завязать тебе глаза? Связать тебя? Что ещё, Ками? Что ещё тебе нравится? Может, мне нужно выпороть тебя? Мерзкую, грязную, испорченную девчонку.

– Замолчи, – выдыхаю, чувствуя, как внизу живота нарастает возбуждение, отталкиваю Джейсона и встаю с дивана.

Джейсон расслаблен, а вот я взвинчена до предела. Ему каким-то образом удалось завести меня. Не прикосновениями, а словами, и мне трудно скрывать своё состояние. Между ног полыхает огнём, тело требует разрядки, мысли путаются. Я отдышаться не могу, а Джейсону весело. Отворачиваюсь, бросаю взгляд на столик и направляюсь к нему. Там – моё спасение.

Слышу, как Джейсон подходит ко мне. Спиной ощущаю жар от его тела и начинаю нервничать. Я больше не контролирую ситуацию, и это пугает.

– Налить тебе выпить? – спрашиваю, пытаясь придать голосу твёрдости.

– Позже, – его дыхание щекочет затылок, а затем Джейсон отступает назад. – Отойди на два шага, упрись ладонями в стол.

– Зачем?

– Выполняй.

Даже не зная моего замысла, Джейсон умудряется вносить свои коррективы. Но если я не подчинюсь, то всё точно сорвётся. Лучше выполнить, а потом усыпить его бдительность. Ну не силой же ему виски в рот вливать! Я нахожусь на его территории, значит, придётся уступить.

Делаю два шага назад, дотягиваюсь до стола и переношу часть веса на руки. Теперь моя задница оттопырена назад. Я слышу, как Джейсон расстёгивает ремень, и зажмуриваюсь.

– Ты же сказал, что больше не станешь так делать.

– Как?

– Насиловать.

– С чего ты взяла, что я собираюсь?

– Но…

– Молчать.

И секунды не проходит, как ремень опускается на мою задницу. Охаю и вцепляюсь в край стола. От нарастающего возбуждения по телу проходит дрожь. Я прогибаюсь в пояснице и прошу сделать это ещё раз.

– Ладони на стол, – его жёсткий голос доносится сбоку.

– Но…

Второй удар лишает возможности говорить. Издаю тихий стон и послушно возвращаю ладони на прежнее место, ожидая продолжения. Однако вместо этого я слышу удаляющиеся шаги. От охватившего тело желания я на ногах еле стою, а смех, доносящийся с дивана, вызывает волну злости, которая дезориентирует окончательно.

– Что это было? – цежу сквозь зубы, продолжая опираться на стол.

– Просто кое-что проверил.

– И что же?

– Ты завелась, Ками. Сильно. Готов поспорить, даже потекла. Значит, не всё потеряно. А теперь налей мне мартини. И себе не забудь.

Самоуверенный ублюдок! Ну ничего, недолго ему осталось. Главное, взять себя в руки.

– Решил изменить своим вкусам? – спрашиваю, вернув самообладание.

– Ты пьёшь только его. Другие бутылки ты могла отравить.

Я всё ещё стою спиной, и Джейсон не видит мою торжествующую улыбку. Конечно, мне не хочется вливать в себя эту гадость, однако я подготовилась к такому повороту событий. Таблетки и порошок распиханы по всем ёмкостям, а в сумочке лежит средство, которое нейтрализует даже самые мощные токсины. Из нас троих сегодня выживу только я. При любом раскладе.