Глава 16

Данте.

После ухода отца я еще какое-то время стоял в гостиной, пытаясь совладать с гневом, одергивая себя от того, чтобы не последовать за ним и потребовать пояснить последние слова. Но вместо этого отправляюсь наверх, подмечая, что придется пока поселить Алексию в своей комнате. Рядом со мной ее никто не посмеет тронуть, зная о последствиях, а вот если она будет жить в отдельной спальне — сомневаюсь. Ей небезопасно здесь находиться, но другого плана у меня пока нет.

Открываю дверь и захожу внутрь, оказываясь наедине с собой, и лишь из ванной комнаты слышу шум воды. Останавливаюсь посередине комнаты и погружаюсь в воспоминания.

Когда-то в этом доме не стихали смех и веселье. Мама каждый день пекла выпечку по утрам, а на пороге всегда оказывались гости, которых наша семья принимала с радостью и уважением. Но у нас это отобрали! Объявив себя вершителем судеб, один человек забрал жизнь дорогого нам человека, и в моей ванной комнате сейчас находилась плоть и кровь этого ублюдка, но я не испытывал к ней ненависти. Я не хотел трогать девушку с самого начала, предлагая отцу другие методы, ведь я не такой как ее отец. Я летел в Россию за местью, а вернулся с дочерью врага, поселив в доме, который был полон воспоминаниями о счастливом прошлом. Как так получилось, я не знал ответа, как и не знал почему вообще ввязался во все это, забрав девушку с собой. Но я не смог обречь ее на гибель, возможно, причиной стало то, что я представил на месте Лекси Бьянку.

Из воспоминаний выдергивает звук открываемой двери, на который я оборачиваюсь и замираю. У меня из груди словно весь воздух выбили, а кровь горячей лавиной скользила по венам, разгоняя сердце биться еще быстрее. На пороге стояла Алексия, облаченная в платье Бьянки. Хотелось громко ругнуться на маму, но умом я понимал, что другой одежды подошедшей девушке в доме нет.

— Что-то не так? — нервно спросила Лекси.

— Нет, — с трудом выдавливаю из себя, — Все в порядке. Выбери себе необходимые вещи в онлайн магазине. Мой помощник оформит заказ и привезет его сегодня же вечером. Ноутбук на столе.

Нужно сразу позаботиться о ее гардеробе, иначе мама ей перетаскает все вещи сестры, а та, к слову, была той еще шмотницей. Боюсь, видеть Алексию в одежде Бьянки постоянно, моя психика не выдержит.

— Хорошо, спасибо, — слышу в ответ бормотание.

— Ванная свободна? — на всякий случай уточняю, кивком головы указывая на дверь позади нее, от которой она так и не отошла.

— Да, я уже закончила, — сдвигается в сторону девушка, но не отходит от нее полностью.

— Тогда я в душ, а потом прогуляемся, — беру с кровати вещи, по всей видимости заранее приготовленные мамой и иду в сторону ванной, — Жди меня здесь и никуда не выходи, — предупреждаю ее в дверях, когда наши глаза, у обоих карие, встречаются. Ее светлые с зеленоватым отливом, и мои темные, почти черного оттенка.

Находясь друг от друга на расстоянии вытянутой руки, улавливаю от Алексии запах своих косметических средств, и просто дурею. Никогда не думал, что это такой кайф, когда от девушки пахнет твоим, ярко выраженным, мужским гелем для душа. Прогоняю наваждение, которое стало обволакивать мое воображение и собираюсь ретироваться, но прежде говорю: — И вот еще что: спать будешь в моей комнате. Со мной.

Настраиваю теплый душ и окунаюсь в расслабляющую воду, смывая с себя всю усталость минувших дней. Только сейчас я понимаю, как был напряжен с самого прилета в Россию, и лишь сейчас позволяю себе ненадолго расслабиться. Беру с полки гель для душа, выдавливаю на ладонь и в нос проникает запах, подкидывая интересные картинки, как этим самым гелем Алексия натирала свое соблазнительное тело. Проклятье. Уже не впервые замечаю за собой, как думаю о теле девушки. И мне не нравятся эти мысли. Ничего хорошего они не сулят, а она тут только для того, чтобы переждать опасный период. После чего, как только все устаканится, я помогу ей с работой и жильем, и она покинет стены этого дома. Кто знает, может и Италию она тоже покинет. Мне даже думать о ней запрещено.

После душа, пока Алексия занята выбором одежды в онлайн магазине, успеваю решить кое-какие возникшие вопросы, дать указания Габриэлю на завтрашний день и обсудить, что стало известно о потерянном товаре с Карло, разговор с которым меня совсем не обрадовал.

Во время обеда в столовой стояла гробовая тишина, которую никто не решался нарушить. Воздух наэлектризовался из-за напряжения, сквозившего от присутствующих. Отец с ненавистью смотрел на Алексию, отчего девушка почти совсем не притронулась к еде, однако не спешил выводить меня из себя оскорбляя ее. И лишь мама как-то пыталась сгладить ситуацию, только, к сожалению, у нее ничего не выходило. Отец не раскаялся и был убежден, что он прав. А меня стали посещать сомнения относительно его. Я должен во всем разобраться.

После обеда мы с Лекси вышли во двор, пройтись по нашему саду, за которым тщательно ухаживает садовник. Это место раньше было святая святых Бьянки, где она лично высаживала многие растения. Сестра с детства любила возиться в земле, по долгу пропадая в саду. Сейчас здесь частым гостем был я, приходя, чтобы подумать или просто помолчать. Не знаю, чем я руководствовался, но мне хотелось показать его Алексии.

— Тут очень красиво, — сказала девушка, залюбовавшись цветами, высаженными вдоль тропинки.

Ничего не ответив, я просто шел рядом и наблюдал за ней. С ней было как-то спокойно, что удивляло меня, будто аура Алексии утихомиривала мою буйную натуру.

Пройдя еще пару шагов, Алексия вскрикнула и спряталась за мою спину, крепко вцепившись в футболку. Посмотрев в то место куда смотрела она, чтобы понять, что ее так напугало, увидел, как к нам мчится Альто, чистокровный кобель добермана, угольного черного цвета.

— Альто, дружище, — присел на корточки, чтобы потрепать пса, — Не бойся, — взглянув на девушку из-за плеча, обратился к ней, — он не тронет без моей команды.

— Я боюсь собак, — заскулила она, — с детства.

— Дай руку, — мою просьбу она, собственно, проигнорировала, продолжая стоять и трястись, — ну же, будь смелее, — вставая я протянул ей свою руку.

Когда Лекси все же протянула мне руку, с трудом пересилив себя, что не осталось для меня не замеченным, я взял ее в свою и вместе с ее рукой погладил пса по голове, передвигаясь и вставая позади Разиной.

— Видишь, он не кусается, — прошептал ей на ухо, — он хорошо дрессирован и без команды не тронет человека.

Когда Алексия поняла, что угрозы от пса не последует, уже более смелее начала гладить Альта по голове, не нарушая лишних границ и не делая резких действий. А лично мне нравилось, что девушка не смотря на страх, не бежит в кусты. И эта ее черта проявлялась не только по отношению к собаке, а в целом.

Отпустив пса, мы еще немного прошлись и только собирались возвращаться в дом, как в нашу сторону уже направлялась та, которую я меньше всего ожидал здесь увидеть, как минимум еще пару дней.

Действия Кьяры я успел предугадать еще до того, как она успела сделать задуманное. Кьяра была в бешенстве, что читалось на ее, обычно всегда милом, личике. Когда девушка бросилась на Алексию, я успел перехватить ее за живот и увести немного в сторону от Лекси.

— Что происходит Данте? Как это понимать? — кричала она на меня.

— Скажи-ка мне Кьяра, — обманчиво спокойно начал я, — кто давал тебе права бросаться на моих гостей? И еще одно, запомни это очень хорошо, никогда не смей на меня кричать.

— Что эта, — тыкнула в сторону Алексии Кьяра, прекрасно зная, чья она дочь, — здесь делает? Я не ослышалась, ты сказал твоя гостья?

— У тебя все в порядке в порядке со слухом. По поводу остального, я не обязан перед тобой отчитываться.

— Это шутка какая-то?

— А ты наблюдаешь, чтобы здесь кто-то смеялся? — ответил вопросом на вопрос.

— Ты свихнулся? Привезти врага в свой собственный дом, что может быть безответственнее.

— Выбирай выражения Кьяра.

— А то что? Будешь угрожать мне, своей невесте? — крикнула, как можно громче, метнув ненавистный взгляд на Алексию, которая стояла белее мела, без сомнений слышав весь наш разговор.

Взяв Кьяру выше локтя, потащил вглубь сада, чтобы Алексия ничего больше не услышала.

— Отпусти, мне больно, — с психом вырвала она свою руку.

— Невеста значит? Быстро же ты переобулась. Помнится, совсем недавно ты не горела желанием выходить за меня замуж.

Кьяра стояла молча, не найдя, что ответить и метала в меня молнии, сложив руки на груди.

— Тогда слушай невеста. Можешь прямо завтра идти и выбирать свадебное платье, а я объявлю родным о том, что свадьба состоится как можно раньше.

— Что? Ты же сейчас не серьезно? — испугалась она.

— Почему-же? Я сейчас вполне серьезен.

— Но мы ведь… Я же…– замялась девушка.

— Любишь другого? — закончил за нее, — Да, я в курсе.

— Ты не можешь так поступить со мной и Габриэлем, — еле слышно шептала моя псевдо-невеста.

— Да неужели? И кто же мне запретит? М?

— Но я люблю его, — еще немного и у Кьяры потекут слезы.

— Тогда скажи мне дорогая, что за представление ты только что устроила?

— Но она враг, — не унималась Кьяра.

— Враг ее отец, а она жертва обстоятельств. Такая же, какой оказалась Бьянка. Если бы я не привез ее в Италию, ее бы убили. И приказ отдал ее собственный отец.

Кьяра подняла на меня свои изумленные глаза.

— Послушай, — уже более спокойно проговорил я, — Бьянка была моей сестрой, более того, мы были близнецами. Я любил ее, любил так, как никто. У нас была своя особая связь. Когда ее не стало, часть меня тоже умерла. Никто не сможет меня понять, не имея брата или сестру близнеца. Моя душа по-прежнему болит и это на всю жизнь. И я, как никто другой, желаю возмездия. Но эта девушка не виновата в смерти моей сестры. И разве это справедливо, что она должна умереть из-за того, что я совершил оплошность, не почуяв подвоха ослепленный гневом и ненавистью к ее отцу. Я не смог уберечь сестру, но попытаюсь уберечь Алексию.

— Я тебя поняла.

Что мне всегда нравилось в Кьяре, так это ее быстрая отходчивость и понимание. Когда-нибудь она станет хорошей женой.