Глава 2. Эрслаэм

— Эрслаэм! Тебя вызывает матрона Рилиэль!

Я еще даже не успел отключить артефакт перехода из иллюзии в реальность и окончательно прийти в себя, как по моим ушам словно ударило дварфским молотом.

Настоящий голос у вызвавшей меня из Иллюзионариума подгорной эльфийки был отвратительно звонкий, именно поэтому ее и сослали в объединенное королевство. В Шиасмариаэле, в реальном мире, продвинуться чуть выше тайного лазутчика или главы маленького отряда убийц ей не светило, а заняться чем-то более мирным не позволила бы гордость. Ведь для того, чтобы удерживать подчиненных в повиновении, надо обладать особой магией: зачаровывать интонациями, менять тональность, заставлять замирать от благоговения, вслушиваясь в каждое произнесенное слово. А у меня после услышанной фразы до сих пор в ушах звенит!

Почти все наемницы-дроу, с которыми мне приходилось сотрудничать, в реальности обладали каким-то изъяном: или голос подвел, или внешность. Некоторым ума с хитростью не хватило для выживания в настоящем мире. Однако, если имелся дар удерживать сразу несколько аватаров в иллюзионном, более ядовитые соперницы не убивали несчастных, а запинывали к нам в мужское царство. Ведь в Иллюзионариуме от нашего королевства работали в основном эльфы.

Конечно, едва попав к нам, эльфийки по привычке пытались начинать командовать. Вот только Совет матрон категорически осуждал подобное поведение. Объединенное королевство являлось местом равных возможностей для мужчин и женщин — это было главным условием его создания.

Даже заселившиеся туда обычные эльфы, не наемники с врожденными способностями, могли творить все, что им нравится, наравне с эльфийками. Всем им приходилось выдавать себя за местных, ведь появлялись они в Иллюзионариуме новорожденными.

Возможно, это было не слишком удобно, так как приходилось годами выращивать себе тело до нужного возраста. Но зато создавалось практически полное погружение в мир самообмана. Единственное, что можно было выбрать за определенные деньги, — семью, в которой родишься.

Вторым из непреложных законов проживания в объединенном королевстве было сохранение в тайне факта межкоролевской миграции и того, что со временем некоторые аватары подселенцев, напитываясь под завязку манной, переставали стареть.

Просто, как ни странно, были и те, кому нравилось проживать жизнь за жизнью, вырастая, старея, умирая и рождаясь снова. Молодежь привлекала возможность почувствовать себя взрослыми, стариков — вернуть на время молодость. В Иллюзионариуме вроде бы все было обманом, но получалось очень реалистично.

Неизвестно, как его создатели этого добились, однако все жители объединенного королевства были вполне самостоятельными и порой даже занятными личностями со своими мыслями и чувствами. А еще маги специально создали их людьми, одной из самых короткоживущих рас. Наверное, чтобы им просто не хватало времени задуматься о странностях своего мира.

Хотя бывало, что впавший в маразм старик или, наоборот, молодой и наивный борец за права угнетенных начинал бегать по стране, призывая жителей изгнать захватчиков, или нес еще какую-нибудь схожую ересь…

Иногда мы сами успевали нейтрализовать таких сумасшедших. Иногда их отлавливали стражи Иллюзионариума и специальным ритуалом отделяли взбунтовавшееся сознание от тела. Они называли это изгнанием демона.

К счастью, способностью к экзорцизму владели немногие, потому что его можно было провести не только с обезумевшим местным, но и с любым подселенцем. Уж не знаю, сами ли иллюзионные жители выкрали описание обряда, или кто-то из заправляющей всем верхушки им его подсунул. Но это был настоящий работающий магический ритуал по принудительному удалению из объединенного королевства. Причем попасть туда снова после такого обряда никогда больше не получится, ведь изгонялось именно сознание. И из-за этого вызывать подозрения странным поведением было опасно.

Поэтому Совет матрон осуждал неоправданные попытки проявления власти женщин внутри Иллюзионариума. То, что ты эльфийка в реальном мире, не дает тебе права руководить более опытными наемниками, среди которых часто встречались и местные жители. В объединенном королевстве равных возможностей уважение надо было заслужить, а не получить по праву рождения. Иначе это вызвало бы возмущение и подозрения.

Мир мечты!

Неудивительно, что я так ненавидел выбираться из него в реальность. Однако для получения новых заданий иногда приходилось возвращаться в Шиасмариаэл.

В нашем реальном королевстве прошли времена, когда темные и светлые, то есть подгорные и лесные, эльфы враждовали. Только закончилось все не перемирием, а переходом власти в руки матрон. Выбравшись из своих подземелий, дроу захватили нас, наши леса, наше королевство. Мой дед был одним из последних старейшин-мужчин, имевших право заседать в Совете. Поколение отца выросло уже при матриархате. А для меня власть женщин — естественная норма, пусть иногда и немного пугающая.

Хорошо, что есть Иллюзионариум, куда можно сбежать, причем не только мне, но и любому мужчине-дроу. Естественно, если у него есть способности управлять сразу несколькими аватарами и легко менять их. Я, например, мог удерживать в рабочем состоянии с десяток разнообразных тел в иллюзорном мире.

Наемники из подгорных эльфов были самыми отчаянными, жестокими, расчетливыми и сражались всякий раз с таким рвением, как будто этот бой — их последний. Вот только все способности к интригам у дроу каким-то чудом доставались исключительно эльфийкам, а их в нашем мужском царстве не очень много. И это радует. Конкуренции почти нет. Все же я не настолько сильно владею этим искусством, чтобы противостоять тем, кто привык интриговать с паучьей королевой.

Так как все дроу немного параноидальны, наемников, работающих в Иллюзионариуме, в реальном мире держали в отдельных помещениях, за огромной железной дверью. Это правило действовало во всех Домах Шиасмариаэла, и наш не был исключением.

На самом деле такая забота меня даже радовала. Ведь когда сознание переносилось в объединенное королевство, реальное тело оставалось совершенно беспомощным, входя в некое подобие глубокого сна без сновидений, без желаний и потребностей. Вернее, все эти потребности оно осуществляло через второе тело, с которым было связано через сознание владельца.

Я много раз смотрел в глаза смерти, пусть и иллюзорной. Но когда ты внутри созданного магами мира, все выглядит как настоящее — и боль настоящая, и смерть… И друзей я терял тоже настоящих, даже если это и был кто-то из таких же наемников. Аватар погибал, а значит, нам уже не скакать вместе за караваном, не сражаться с врагами, не орать песни у костра, напившись местного самогона. Хотя где-то совсем в глубине души я знал, что мы еще встретимся, пусть с новыми телами.

Однако мы все боялись смерти реального тела в то время, как сознание находится внутри иллюзорного. Подгорные эльфы из-за своих религиозных убеждений. Я — потому что любил жизнь и потому что тут, кроме властной матроны с кучей неожиданных заданий, была еще моя родная семья. Мать, отец, братья, сестры. На свое жалование наемника я мог содержать их всех, а они — жить, не переживая о будущем.

Поэтому всякий раз, когда я, выходя в коридор, миновал пятерку эльфов, охраняющих нашу камеру от членов клана, у меня внутри все сжималось от страха. Просто в Шиасмариаэле таких, как я, недолюбливали. И, двигаясь к покоям Рилиэль, я постоянно ощущал спиной недовольные взгляды.

Некоторые просто завидовали нам и нашей свободе хотя бы внутри иллюзорного мира. Кто-то боялся, что мы попытаемся добиться такой же свободы в реальности. Правда, были и те, кто, наоборот, мечтал с нашей помощью свергнуть существующую систему. Я же опасался и тех и других. Меня вполне устраивало мое положение.

А еще все дроу, особенно женщины, презирали таких, как я: светлокожий выскочка из лесных, добившийся права жить в замке и напрямую общаться с верховной матерью Дома. Уверен, многие из эльфиек настраивают против меня других наемников, чтобы те уничтожили мерзкого иблиса. Только никто в здравом уме не пойдет против матроны. А Рилиэль прекрасно осознавала мою ценность.

Матрона нашего Дома носила этот титул вполне заслуженно. Красивая, умная, властная, с идеально стервозным характером. Магические способности у нее были развиты сильнее, чем у большинства дроу. И говорила так, что заслушаешься!

После победы подгорных каждая семья лесных эльфов оказалась приписана к какому-нибудь Дому дроу. Мы вроде бы жили отдельно, молясь своим богам, занимаясь своими делами, но при этом прихоти матроны клана зависали над всеми нами как дварфский топор. И надо заметить, мне с Рилиэль очень повезло. Как и ей со мной.

Я очень выгоден даже как простой наемник: в приграничье, куда могут попадать лишь избранные, у меня припрятан десяток взрослых тел, и еще несколько растут в секретном месте, про запас. Причем я не чураюсь разнообразия. Один мой аватар — девушка из благородной семьи, якобы воспитывающаяся в пансионе. Но главное в другом!

Здесь, в реальности, я обычный маг природы. Только мой дар остается со мной и в Иллюзионариуме. Это получается не у всех, но мне повезло. В объединенном королевстве я могу вызвать дождь или вырастить сад в пустыне. Так что там, среди людей, я великий волшебник. Вернее, один из моих аватаров. Хотя на самом деле способностью к магии обладает мое сознание, а не тело. Но десять великих волшебников вызовут великие подозрения.

И все же, несмотря на уверенность в своей нужности, я все равно задержался, перед тем как войти в покои верховной матери, немного потоптавшись на месте, чтобы привести мысли в порядок.

Лесные эльфы сумели добиться права не соблюдать многие ритуалы дроу и не поклоняться Ллос, а чтить своих собственных богов. Поэтому я тихонько помолился Слаанешу, богу хаоса. А кого еще просить, чтобы ветреная и непредсказуемая удача не оставила меня в такой напряженный момент?

Но нельзя вечно оттягивать неизбежное. Стучать в дверь, если тебя вызвали, было необязательно. Дернув резную ручку, я сразу вошел в гостевые покои, место для приема посетителей.

— О, великая мать, прости, что так долго шел к тебе!

На колени я опустился сразу у двери, зная, что Рилиэль отмечает подобные мелочи. Мужчина должен знать свое место, особенно когда он иблис, грязь под ногами подгорных, светлокожий урод, по какому-то странному недоразумению одаренный способностью, доступной лишь избранным: управлять сразу несколькими аватарами.

— Ты плелся так медленно, что я почти забыла, зачем приказала тебе явиться, — недовольно процедила красивая темнокожая эльфийка, недоступная мечта почти всех моих знакомых дроу.

Рилиэль действительно была красавицей, к тому же очень молодой для матроны. А значит, оказавшейся умнее, хитрее и целеустремленнее многих соперниц постарше. Но самое главное — она понимала ценность наемников. Так что я готов был за нее в огонь и в воду… Желательно не в реальности!

Опустив голову, я замер, всем своим видом выражая вину и раскаяние. И терпеливо ожидая, пока верховная мать намеренно накалит атмосферу, качая туфелькой в такт своим мыслям.

— Ах да! Шпионы донесли мне, что Реглодал нашел нового ясновидца. Его повезут с торговым караваном из Еприхана и перепрячут в каком-нибудь из других городов. Уговори ясновидца служить шиасмариаэльскому королевству, перемани его. Он должен принадлежать моему клану!

Как всегда, Рилиэль начала во здравие королевства, а закончила выгодой для ее собственного клана. Но раз она так заинтересована в этом ясновидце, провалить задание нельзя. Иначе у меня будут настолько серьезные неприятности, что смерть покажется избавлением. А учитывая изобретательность и мстительность дроу, моей семье тоже достанется.

— Все, Эрслаэм Бар Эрин из Дома Гладэт, я позволяю тебе удалиться!

Понятно, детали задания ждут меня уже в Иллюзионариуме, причем собирать придется как мозаику, по кусочкам. Паранойя у дроу иногда достигает заоблачных вершин!

Пятясь на коленях до самой двери, я даже головы не поднимал, чтобы не встретиться нечаянно взглядом с матроной. Женщины произносят полное имя мужчины очень редко, и обычно ничего хорошего это не предвещает.

И как тут опять не помолиться Слаанешу?!