Глава 12

Медлить я не стала.

Пыль и перец разлетелись по комнате, того и гляди зацепят и меня, забьют глаза и нос, тогда точно никакого побега не выйдет.

Ухватившись за зонтик покрепче, окутала себя защитным коконом и представила, что на трапеции. «Перекладина» взмыла в воздух, унося меня с собой.

Левитация предметов у меня получалась куда лучше, чем самой себя. В книгах говорилось, что удержать в воздухе живое тело — задача для искушенных и опытных магов, а я так, недоучка-самоучка. Потому довольствовалась тем, что есть. Зато теперь мне стали ближе и понятнее ведьмы, летавшие на метлах, в ступах и прочем под руку попавшемся инвентаре. Поди тоже плохо учились в свое время!

В мгновение ока я оказалась в коридоре, пролетев над головами истошно кашляющих и протирающих слезящиеся глаза незваных гостей. Мало им было поляны, так я добавила. Бедняги, им бы в легочный санаторий после такого!

Еще одного помощника дознавателя, что остался в коридоре, я чуть не сбила с ног. Еле успела затормозить, не слишком грациозно спустившись из-под потолка прямо перед его носом. Он оторопел, оценив мой кульбит, и скорее всего именно от неожиданности не принялся сразу же меня ловить.

За что и поплатился.

Его я обезвредила второй самодельной слезоточивой гранатой. Пришлось разбить ее о потолок — не под ноги же кидать, и тем более не в голову. Так и до травмы недалеко, а я не планирую причинять вред, только сбежать куда подальше!

Кокон я как навесила, так и не снимала, по крайней мере с верхней части туловища. С нижней пришлось снять, потому что тесно прижатые к ногам юбки мешали бежать.

А бежать надо, и как можно быстрее!

Главное, успеть скрыться, пока они все не прочихались.

— Стой! — возглас раздался за моей спиной, когда я миновала кухню.

Между лопаток заледенело. Я обернулась на ходу, готовясь отражать нападение.

До моего разгоряченного спешкой сознания не сразу дошло, что голос женский.

— Погоди ты, разбегалась! — немного запыхавшись, меня догнала местрис Рути и всунула в руки небольшой замшевый мешочек.

Точнее, попыталась всунуть. Наткнулась на защиту, зачем-то потыкала в нее пальцем, и одобрительно улыбнулась.

— Я знала, что ты не из простых! — доверительно сообщила она, понизив голос.

Я отступила ближе к спасительным дверям. Что дальше будет делать кухарка? Попытается задержать, чтобы не профукала свое счастье в виде запечатывания и брака с магом?

— Держи! — местрис Рути снова сделала попытку вручить мне мешочек. — Да не упирайся ты, дурында, тут денег немного, тебе ж жить на что-то надо!

Наверное, стоило ей объяснить, что у меня в рюкзаке лежит то немногое, что я успела накопить, да и неловко обирать добрую женщину… но я молча сняла кокон и приняла дар. Быстро обняла ее — хоть так выразить обуревавшие меня чувства — и распахнула дверь на свободу.

За ней никого не оказалось. Даже удивительно. Вроде бы под окном кто-то бродил, неужели не понял, что тут происходит?

Одним прыжком преодолев порог, я махнула свободной рукой, рассылая таранную волну воздуха во все стороны. Вторая ладонь крепко сжимала зонт и подарок сердобольной кухарки.

Не зря я подстраховалась. Затаившийся у косяка бугай с воплем улетел в розовые кусты. Отменно колючие, должна заметить.

Я припустила по подъездной дорожке, слыша за спиной разгневанные вопли.

Знакомого мужского, хрипловатого, слышно не было.

Вместо того чтобы тратить силы и дыхание на бесполезные призывы остановиться, он молча попытался накинуть на меня магическую петлю. Та лишь скользнула по выставленному щиту и испарилась.

Мейстер Уинтроп процедил что-то сквозь зубы.

Мой словарь сегодня изрядно пополнился непечатными выражениями.

Вторая петля чуть не хлестнула меня по ногам. В этот раз охотник был хитрее и закрутил воздух в последний момент. Я перепрыгнула ловушку, скакнула зайцем в сторону и скрылась в невысоком подлеске, окружавшем усадьбу. Мелкий-мелкий, а меня из виду преследователи потеряли.

Раскрыв зонтик и подняв столб мучной пыли, я впрыгнула в него и влила силу. Чувствовала себя при этом очень умным медведем во время потопа*. Для полноты образа меня еще качало и швыряло из стороны в сторону. Подобных финтов я еще не отрабатывала, пришлось подбирать заклинание и мощность на ходу. Но довольно быстро я втянулась, и мое своеобразное «суденышко» уверенно заскользило между вековыми деревьями.

Появляться в Тормоте было бы чистой воды самоубийством. Проще вернуться в пансион и сразу сдаться дознавателю.

Но я и не собиралась сворачивать к цивилизации. Вместо этого направила зонт к дороге, ведущей в столицу. Судя по низко висящему солнцу, обеденное время давно уже миновало, а значит, почтовый дилижанс не так давно выехал из городка.

Кто бы знал, что мне пригодятся долгие наблюдения за местным отделением связи! Расписание я выучила наизусть, к тому же мне изрядно повезло, что письма привозили и забирали именно сегодня. Дилижанс проезжал Тормот далеко не каждый день.

Скорее всего, маг и его проверит, когда придет в себя и начнет расследование. Я почему-то была совершенно уверена, что мейстер Уинтроп от меня так просто не отцепится. Нет, у него был взгляд охотничьей собаки, напавшей на след аппетитной мясной косточки.

Только вот косточка прилагалась к уточке, которая еще пожить хотела.

Желательно на свободе, желательно без травм.

А запечатывание я воспринимала как увечье, без вариантов.

Придется путать следы.

Дорога из Тормота до ближайшей развилки одна. Ну, если не считать проселочные тропинки, ведущие в еще более тихие и затрапезные деревеньки. А полноценная, мощеная — одна. По ней и катил дилижанс, который я догнала уже через полчаса. Спикировала, пользуясь отсутствием на местном транспорте зеркал заднего вида, и плавно приземлилась на крыше, оставляя отчетливые белесые следы.

Трясло на неровной щебенке отчаянно, думаю, возница и не заметил легкого толчка. На всякий случай я тут же пригнулась, скрываясь от посторонних взглядов среди наваленных кое-как посылок.

Конструкция предполагала два уровня хранения и перевозки вещей. Письма, дорогие и бьющиеся предметы ехали внутри, а для дешевых и крупногабаритных добавили второй уровень, эдакий огороженный загончик.

В непогоду верхний «этаж» закрывали брезентом, но вот уже несколько недель в регионе не выпало ни капли. Я сдвинула немногочисленные свертки так, чтобы загородить себя и освободить место в самой середине. Скинув наконец котомку с плеч, растянулась во весь рост и уставилась на проплывающие в небе редкие облака. Солнце катилось к горизонту, мерное покачивание дилижанса убаюкивало, но постоянно попадающиеся кочки не давали полностью расслабиться.

Мне дремать нельзя. Важно не пропустить момент, когда перевозчик достигнет той самой развилки. Маркировка на бортах гласила «Лейкню». Городишко, если верить старой карте из учебника по географии, немногим больше Тормота.

Мне туда совершенно не нужно, хотя бы потому, что туда едет этот дилижанс. Логично, что меня в первую очередь будут искать в окрестностях и там, куда меня могли подвезти местные жители, сознательно или не ведая того.

Желательно сбить Уинтропа со следа, а для этого нужно оставить ему улики, которые он точно заметит.

Первым делом я избавилась от зонтика. Боевого товарища было жаль, но слишком уж он приметный. Да и потоптан мною за этот перелет был нещадно, запылился и носил следы той самой смеси. Слишком очевидная зацепка.

Я оставила его прямо там, на крыше.

Развилку, которую так ждала, пропустить было сложно. Мы добрались до нее в сумерках, и оказалось, что в месте схождения трех дорог расположен целый постоялый двор.

Да, к местным темпам жизни и поездок мне еще привыкать и привыкать.

К счастью, на крышу никто не полез и проверять сохранность посылок не стал. На меня небрежно набросили брезент, тот самый, защитный, и я поспешно зажала нос, чтобы не расчихаться.

Не на меня, конечно, а на груз.

Придавило знатно, ткань оказалась не только пыльной, но и тяжёлой.

Должна заметить, бардак у них в транспортной системе изрядный.

Вот лежат письма без присмотра целую ночь. Возница ушел и ни охраны не оставил, ни замка не навесил. Приходи кто хочет, бери что надо.

Да и берут, поди.

А если письмо какое важное? Или ценности в посылке?

Я немного полежала, внимательно прислушиваясь к звукам снаружи. Где-то невдалеке всхрапывали и хрустели чем-то коняги. Человеческих шагов вроде бы не слышно. Повозившись, осторожно приоткрыла брезент и выглянула. Не хватало еще свалиться кому-нибудь на голову!

Во дворе стояла тишина, прерываемая разве что влажным шуршанием, с которым лошади собирали со дна кормушек остатки овса. Дилижанс поставили вплотную к конюшне, рядом с еще двумя повозками с какими-то тюками и коробками, переложенными сеном. Прятаться в них сразу я не рискнула. Кто знает, что там внутри, впотьмах не понять. Вдруг еще и пассажиров везут? Вот они удивятся, обнаружив зайца!

Посмотрю утром, решу по ходу дела.

Заскочив в пустующий денник, я наощупь выдернула из котомки чистое платье и быстро переоделась. Старое, со следами мучной пыли, запихала обратно в котомку. Отчищу, пригодится. Если отпороть и заменить воротничок с манжетами, а еще немного изменить юбку — получится универсальная форма горничной. Видела я нескольких в Тормоте. Там свои богачи тоже водятся, а на качественную одежду прислуге раскошеливаться не спешат.

Стянула парик, отправила вслед за платьем. Был соблазн сунуть его куда-нибудь в сено, но найдут ведь! А мне очень выгодно, чтобы Уинтроп и дальше гонялся за немой блондинкой.

Вряд ли он заподозрит болтливую шатенку с легким акцентом, даже если столкнется со мной нос к носу.

Мужчинам вообще не свойственно запоминать черты лица. Вот размер груди — это да. Цвет волос. Дальше уже идут частности, подделать которые не составляет труда даже среднестатистической барышне. Губы накрасила — уже другой человек.

Уинтроп, конечно, дознаватель, специалист и все такое, но что-то мне подсказывает, что гоняться за приглянувшейся девицей ему раньше не доводилось.

Сняла сеточку, выдернула шпильки, с большим облегчением встрепала пятерней упругие пряди. Кожу тянуло из-за слишком тугого пучка, но что поделать, иначе будет заметно, что волосы не мои. Сейчас позволю голове отдохнуть, а с утра сверну какую-нибудь гульку. Разгуливать без головного убора служанке еще позволительно, а с распущенными волосами быстро заметят, осудят, а после и оштрафовать могут за непристойное поведение.

Трактир был довольно большой, а лошадей в денниках всего пять. Две от дилижанса, по одной кляче на телегу, и еще одна, возможно, кто-то путешествует верхом.

Значит, постояльцев немного. Повезло.

Вычислить пустующие комнаты по темным, наглухо закрытым ставнями окнам не составило труда. Всех прибывших уже давно расселили, и вряд ли еще кто-то приедет посреди ночи.

В этот раз, чтобы подняться на уровень второго этажа, пришлось левитировать котомку. Тонкие лямки трещали, но я справилась. Воровато оглядевшись, убедившись, что во дворе никого нет и мой фокус никто не видит, я взмыла в воздух и, ловко подняв магией защелку на ставне, скользнула внутрь.

Комната действительно оказалась пуста. На всякий случай я еще проверила, не лежат ли где вещи постояльцев. Мало ли, попались любители посидеть, выпить, пообщаться подольше. Но нет — этот номер и впрямь свободен.

Мягкая застеленная постель манила, но я не торопилась поддаваться на зов. Во-первых, меня пугали клопы, которые в таких придорожных заведениях не редкость даже в наше просвещенное время, а во-вторых, мне нужно вызнать, в какую телегу я могу пристроиться без ущерба для себя и плана побега.

Запустив щуп прослушки между неплотно прилегающими досками, я опустилась на пол и расслабилась. Хоть полежу, раз уж поспать не вышло.

Звон ложек о миски отозвался недовольным урчанием моего желудка. Он напоминал, что в последний раз я чем-то перекусывала на кухне, пока чистила яблоки для компота. Шкурками их. А обед благополучно пропустила, забегавшись и заигравшись в спасателя. Топот разносчицы, негромкая беседа небогатых селян — по выговору я уже научилась определять зажиточных, получивших некое образование, и совсем простых, умеющих считать до десяти и то на пальцах. Они обсуждали грабительски низкие цены на помидоры в городе и хитрости, как довезти их целыми, не помяв бочка.

Хорошо, что я в телегу сразу не полезла. Подавила бы все, измазала единственное приличное платье, да и спалилась бы. Дознавателю наверняка бы донесли о странном происшествии в трактире на перепутье.

Где сидел почтальон — или как там еще назвать водителя почтового дилижанса — я сходу определить не смогла. Все-таки слышимость не идеальная.

В моей драгоценной записной книжке имелись и более качественные заклинания подслушивания, но их я до сих пор не отточила до идеала. Незачем было. Лезть в шпаргалку же сейчас не с руки. Да и темно.

Сглотнув тягучую слюну, я приготовилась ждать, пока все затихнет. Спущусь на кухню посреди ночи, наберу себе в дорогу что-нибудь. Воровать я не собиралась — оставлю пару медяков на столе в зале, вроде забыл кто. Кухарки и служанки всегда первыми поднимаются, найдут.

С тоской покосилась на кровать, представила, как буду выводить клопов в случае чего, поставила защитный контур и собралась было задремать прямо так, на полу.

Но тут на первом этаже начался переполох.

*Один из эпизодов мультфильма/глав сборника сказок о Винни-Пухе. Плавание в зонте во время потопа.