Эпилог

Александра

— Ты слышала, — пережевывая лист салата, пробурчала Ленка, — к нам новенький перевелся.

— Очередной зажравшийся мажорчик, небось? Раз уж сплетни до тебя дошли. — закатила глаза, отпивая из кружки горячий чай.

— Эй! — обиженно пихнула меня подруга. — Так вот, как ты о нас думаешь! — надула ярко красные губки.

— Ты — не все. — назидательно подняла палец вверх, утаскивая помидорку из тарелки Лены. — Да и богатые парни все, как на подбор, — наглые, заносчивые и…

— Красивые! — вставила свои пять копеек брюнетка.

— Ставлю сотню на то, что на следующей неделе Анжела будет виснуть на нем. Или же, при невероятном стечении обстоятельств, они будут парой.

Но Лена впервые не поддержала мою ставку.

— Да я и сама не прочь замутить с таким экземплярчиком.

— Так ты его уже видела что ли? — удивилась, вскинув брови.

— Лучше бы не видела. — тяжко вздохнула подруга. — Чувствую себя виноватой перед Ником за свои порочные мысли. — ее губы дрогнули, увидев мою трагичную моську, и следом она расхохоталась. — Тебя так легко провести, Лекси. Доверчивая, что я прямо-таки не могу! Отдельный вид удовольствия — подкалывать тебя из раза в раз.

Зло стрельнув в брюнетку глазами, резко встала из-за стола и, подхватив поднос с грязной посудой, отправилась к раздаточной, чтобы оставить его там.

— Да я же пошутила, Лекси! — крикнула мне вслед подруга, но я была непреклонна. Даже не обернулась, спешно покидая людную столовую.

В коридоре я не особо смотрела по сторонам, шла, скрестив руки на груди и уставившись в пол. Да, я злилась. Злилась на то, что Лена была права, и я слишком часто страдала от своей доброты и доверчивости. Да и настроение последнее время было ни к черту, поэтому я так и отреагировала. Первый запал обиды спал, но возвращаться в столовую не хотелось. Сейчас уже начнется следующая пара. На перерыве подойду к Лене и попрошу прощения за свою выходку. Или она меня поймает раньше…

Я настолько ушла в свои мысли, что столкновение на очередном повороте стало для меня неожиданностью. Я чуть было не улетела носом в пол, но меня вовремя подхватили чьи-то сильные и горячие ладони.

— Не ушиблась? — раздался низкий рокочущий голос, отдающий приятной вибрацией где-то глубоко в грудной клетке.

Не знаю, что со мной произошло, но я просто утонула в этих карих омутах, встретившись взглядом с парнем, спасшим меня от падения. Сердце пропустило удар. Я шумно сглотнула, поражаясь собственной реакции на незнакомца. В месте, где соприкасалась наша кожа, пробегали разряды тока.

Густая копна черных волос и челка на правый бок, практически закрывающая глаз. Квадратная челюсть и ярко выраженные скулы бросались в глаза вторыми после карего омута. Высокий, настолько, что я едва доставала макушкой до его плеч. Подтянутая фигура, облаченная в дорогущие шмотки — рванную белую футболку, с накинутой поверх косухой, и черные джинсы с высокими «джорданами» от ведущего бренда.

Между нами повисла тишина. Незнакомец также пристально разглядывал меня, нахмурившись своим мыслям. Его кадык пару раз за все время успел пройтись вверх и вниз, словно он чувствовал себя точно так же, как и я.

— Если ты в порядке, я пойду. У меня уже должна была начаться пара по истории. — хрипло произнес парень, выпустив меня из импровизированных объятий.

И стоило ему отпустить меня, как наваждение спало, будто и не было вовсе.

— У меня тоже история. Ты новенький? Не видела тебя раньше. — в голову закрались подозрения, что это тот самый «мажорчик», о котором говорила Лена. — Просто аудитория в другой стороне. — ответила на его вопросительный взгляд.

— Вот ты где, бука! — нагнала меня Лена, схватив за плечо и резко развернув к себе лицом. — Еще раз так сбежишь, я тебе пурген подсыплю в чай твой любимый, чтобы ночами не спала и только обо мне и думала, пока тебя мучает совес… ть. — окончание она чуть не проглотила, увидев, кто стоит за моей спиной.

— Меня зовут Лена, рада познакомиться. — протянула опешившему парню руку для пожатия. — Ты Денис Светлый? Новенький?

— Откуда ты меня знаешь? — странно, но незнакомец не стал катить к Лене в ответ, а лишь напрягся.

— Да кто тебя не знает, — загадочно хмыкнула брюнетка, хитро улыбаясь. — Пошли с нами. Знакомить с остальными будем.

И, встав между мной и Денисом, подхватила нас под руки и потащила в сторону лекционного зала.

***

— Он смотрит на тебя. — пихнула меня в бок брюнетка.

— Что? — я не расслышала, что сказала Лена, ибо говорила она очень тихо, а я внимательно слушала лектора.

— Только не смотри в его сторону, когда я скажу. — предупредила. — Денис, он всю лекцию пялится на тебя и глаз не сводит.

— Ой, прекрати, а, — скептически закатила глаза, покачав головой, — ты слишком помешана на мужском поле, Лен.

— Если не веришь, то сама посмотри.

— Ты же только что сказала не смотреть в его…

— Забудь, просто глянь! — шикнула на меня подруга, и сделала вид, что увлеченно рассматривает что-то на доске, дабы не привлекать еще больше внимания недовольно нахмурившегося лектора.

Я почему-то занервничала, щелкнув пару раз колпачком ручки. Но любопытство и странное томление в груди не давало покоя еще с того момента, как Денис, не став ни с кем знакомиться, обособленно сел на последний ряд.

Не удержавшись, обернулась. И застыла, встретившись с его пристальным взглядом. Карие глаза напряженно изучали мое лицо, он даже моргал через раз. Но был хмур и будто бы злился от чего-то. Сердце бешено заколотилось, отбойным молотком отдаваясь в горле. Испугавшись собственной реакции, резко отвернулась. И весь остаток лекции безуспешно пыталась сосредоточиться на том, что говорил лектор.

— Ну, что? Убедилась? — ехидно поинтересовалась Лена, стоило нам покинуть аудиторию.

Рассеянно кивнула, прижимая учебники к груди. Пары закончились, и меня ждал очередной скучный день, посвященный учебе. Но прежде — отработки. Дьявол бы побрал эту новую кураторшу, из-за которой пришлось уволиться с любимой подработки.

— Ты сегодня к Нику? — перевела тему, не желая обсуждать Дениса. Ему и без нас, наверное, икалось, потому что весь универ только о нем и судачил на каждом углу.

— Ле-екси! — протянула подруга, надув губки. — Когда ты говоришь таким грустным тоном, я чувствую, будто бросаю тебя.

Я рассмеялась.

— Иди уже, а! Наверняка он ждет тебя под воротами, или пороги оббивает. А я пошла отрабатывать долги. — шутливо пихнула подругу в плечо, подталкивая в сторону выхода. — Но не советую затягивать с отработками. — решила высказать строгое назидание напоследок.

Послав мне воздушный поцелуй, Ленка резво убежала к своему новому парню, с которым они познакомились в клубе. Я же грустно вздохнула, немного завистливо смотря ей вслед. Лена всегда такая веселая, оптимистичная и беззаботная. А я вот… Обычная серая мышка. И с тех пор, как мы расстались с Владом, мое душевное равновесие еще больше сместилось в сторону пессимизма и апатии.

Снаружи сгущались тучи, укоротив световой день часа на два точно. Нужно было поторопиться сдать отработку по высшей математике, иначе возвращаться домой придется по темноте. А это страшно, потому что во дворе, где находится моя многоэтажка, горит один единственный фонарь на все восемь подъездов.

Препод сегодня особо зверствовал и вымучил нас так, что я и многие такие же бедолаги, которым «повезло» нарваться на «чудесное» настроение Вениамина Олеговича, возвращались домой, словно выжатые не по одному разу лимоны. Радовало только то, что отработку он нам все же закрыл.

Я медленно плелась на электричку, когда в небе полыхнула первая молния, осветившая сгущающиеся над городом сумерки. Прогремел гром, и я зябко поежилась. Даже больше от страха, чем от промозглого осеннего ветра, несущего с собой запах дождя. Надо было поторапливаться, иначе я точно не доберусь до станции прежде, чем пойдет дождь. Если не ливень.

Холодные капли упали на лицо раньше, чем я прошла половину пути. А следом полил сильный ливень, вмиг намочив мои волосы, тоненькую кофточку и джинсы. Одежда неприятно облепила тело. Стало жутко холодно. Настолько, что у меня зуб на зуб перестал попадать. А еще этот злосчастный ветер, пронизывающий до костей…

Вот надо было не лениться и взять с собой зонт и кардиган! Смотрела же с утра прогноз погоды!

На обочину рядом с тротуаром, по которому я шла, свернула дорогая иномарка и затормозила немного впереди меня. Не успела я сделать и шага, как пассажирская дверца переднего сидения приглашающе распахнулась. Поравнявшись с машиной, заглянула туда, с удивлением отметив, что за рулем сидел никто иной, как Денис.

— Садись, довезу. — буркнул он поглядывая на меня своими темными омутами из-под длинной черной челки.

— Спасибо, но…

— Садись! — настойчиво пробасил он, подкрепив просьбу недовольным взглядом из-за моего намечавшегося отказа. — Заболеешь ведь. Я не маньяк и не кусаюсь.

Поразмыслив над ситуацией, трезво оценила свои возможности и неловко умостилась на переднем сидении, отметив, что с одежды капает так, что весь кожаный салон вокруг меня стал мокрым.

— Прости. — пробормотала, избегая встречаться с ним взглядом. Он меня одновременно и пугал и вызывал некий внутренний трепет.

— Сейчас включу печку, согреешься. — сказал, вместо того, чтобы как-то прокомментировать мое извинение.

Влад бы мне уже плешь проел, что я ему весь салон заляпала и теперь выходной он потратит на то, чтобы отдраить после меня свою «конфетку».

Тряхнула головой, отгоняя неуместное сравнение Дениса с бывшим парнем.

Меня била крупная дрожь. Я обхватила себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла. Денис включил печку, но с места так и не тронулся. Отрегулировал подачу воздуха, поставив на максимально горячий. И в довершение накинул на меня свою косуху, хранившую тепло его тела и приятный запах лимона и мяты.

Салон нагрелся за те пару минут, что мы стояли на обочине. Да и я тоже быстро отогрелась. Больше от смущения, чем от климат-контроля спортивного автомобиля.

— Согрелась? — поинтересовался брюнет, когда мои зубы перестали отбивать чечетку. Дождавшись моего утвердительного кивка, спросил: — Где ты живешь?

Я назвала адрес, почему-то совсем не чувствуя опасности. Как бы это подозрительное легкомыслие мне потом не аукнулось…

Мотор приятно заурчал и мы тронулись с места, быстро набрав скорость. Обычно я еще та паникерша, но с Денисом как никогда чувствовала себя в безопасности. Рядом с ним было тепло и спокойно. Будто мы с ним знакомы целую вечность.

А еще меня непреодолимо тянуло посмотреть на него. Запах парня сводил с ума, будоражил изнутри, заставляя вздрагивать, но уже отнюдь не от холода. Со мной происходило нечто странное. И это отчасти пугало, потому что я всегда спокойно относилась к мужскому полу, а тут…

— Если тебе все еще холодно, на заднем сидении есть плед. — Денис смотрел вперед, уверенно держась за руль одной рукой с выступающими на ней венами. Я сглотнула, чувствуя, как сердце пускается вскачь.

— Нет, мне даже немного жарковато. — пролепетала в ответ.

— А чего тогда трясешься вся? — я впервые за все время подняла голову и посмотрела на его четкий профиль, освещаемый огнями ночного города.

И у меня перехватило дыхание, а к глазам подступили слезы. Я удивленно сморгнула их, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и успокоить внезапно накатившее чувство боли и потери.

Что это со мной?

Меня посетило ощущение дежавю. Будто я уже видела нечто подобное раньше. Вот только… Это прозвучит бредово, но я могу поклясться, что во внезапной вспышке дежавю Денис улыбался и не был таким хмурым! А еще… Его звали как-то по-другому. Но как бы я не напрягала память, воскрешая короткую вспышку чужеродных воспоминаний, у меня не получалось ухватиться за нужную ниточку.

«Именно возникшее дежавю и заставило меня прослезиться» — поняла я. В нем было такое острое и сильное чувство потери, будто то, что мне привиделось, происходило на самом деле. Хотя по сути такого и быть не могло. Я ведь знать не знаю Дениса. Сегодня увидела впервые в жизни.

Я уставилась в окно, стараясь больше не смотреть на парня, вызвавшего у меня подобные эмоции. Подперла подбородок рукой. Мотор не было слышно, от этого тишина начала давить на уши. Хотелось что-нибудь сказать, чтобы хоть чем-то ее заполнить, но я не могла подобрать слов. Да и вообще, с чего я взяла, что он так жаждет общения со мной?

Ну, стало жалко девушку. Ну, решил подвезти. Помочь. И что с того?

Когда мы повернули на трассу, ведущую в мой район, машина начала сбавлять скорость, а после и вовсе остановилась. Я перевела взгляд на дорогу, уставившись на то, что происходило впереди. Длиннющая пробка — вот что там было.

— Посиди, я сейчас. — произнес Денис, кинув на меня мимолетный взгляд, и вышел из машины.

За окном продолжал лить ливень, и никто не торопился выходить из машин. Лишь изредка кто-то особо нервный давил на руль, истошно сигналя. Новенький подошел к стоящей впереди машине, постучал по стеклу. Перекинулся парочкой фраз с водителем «мазды» и, сунув руки в карманы, вернулся обратно.

Стоило водительской двери захлопнуться, Денис вздохнул и откинулся на сидение, прикрыв глаза рукой.

— Похоже, что мы тут застряли.

— Почему? — похлопала ресницами.

— Река вышла из берегов и многие участки дорог, ведущие к твоему дому, затопило. Проехать по воде невозможно — как только вода попадет в двигатель, то мы вообще больше не заведем машину. Прощай, удобное средство передвижения, и привет, буксир. — он убрал руку от лица и ехидно взглянул на меня. — А также здравствуйте, «несколько километров пешком под проливным дождем».

Я же потерялась, впервые увидев улыбку на его, без стеснения сказать, красивом лице. Она была точной копией той, что была в «дежавю». По телу пробежал озноб, приподняв каждый мельчайший волос на теле.

— И ч-что нам теперь делать? — запнулась, во все глаза уставившись на брюнета.

Он перестал улыбаться и окатил меня таким горячим взглядом, что у меня в животе скрутился узел. Я проследила за тем, на чем остановились его карие глаза, и обнаружила, что облепившая меня одежда, которая все еще оставалась мокрой, не скрывала ничегошеньки! Мой кружевной лиф просвечивал сквозь белую кофточку, оголяя верхушки груди и кокетливо прикрывая темные ореолы.

Я с ужасом выдохнула, поняв, отчего парень все это время был так сильно напряжен, и старался не смотреть в мою сторону. Вот идиотка!

Скрестив руки на груди, специально посмотрела на него в упор, ожидая ответа. Это было сложно, но я смогла. Переборола себя, затолкав свою природную трусливость куда подальше. И победила. Денис поднял взгляд, с трудом оторвав его от моей груди.

— У тебя есть родственники или друзья, которые пустят тебя переночевать? — предложил самый логичный выход из всех возможных.

— Есть. Сейчас я позвоню Лене. — спохватилась, достав телефон из внутреннего кармана сумки.

Набрала номер подруги. Но гудки все шли и шли, а телефон никто так и не брал. Лишь роботизированный голос автоответчика в конце оповестил, что набранный мною номер не отвечает на данный звонок, и попросил меня перезвонить абоненту позже. Я же не сдавалась, настырно позвонив подруге еще раз. А потом еще. И еще. Но она так и не взяла трубку.

Денис побарабанил длинными пальцами по рулю, переводя взгляд с меня на телефон и обратно. И выдал вердикт:

— Понятно, тогда остается второй вариант. Мы едем ко мне.

Я с ужасом уставилась на парня.

— Нет! — выпалила, не собираясь ночевать у первого встречного. Довезти — одно, а ночевать — совсем другое! — Надо будет, я лучше пешком перейду затопленную дорогу!

— Ты хотела сказать «переплыву»? — рассмеялся брюнет. В его глазах зажглись золотистые искорки. — Не глупи. Там сплошь и рядом аварийная ситуация и чрезвычайное положение. Уже ночь. Ты совсем одна, мало ли на кого можешь нарваться. — я окатила его опасливым взглядом. — И не надо на меня так смотреть. — оскалился парень. — Я тебя не трону. Клянусь! — выставил руки перед собой.

Я замолчала, не зная, что делать. С одной стороны Денис прав. И одна я сегодня уже не доберусь до дома. А ждать, пока стихия перестанет бушевать, и дороги расчистятся — это можно прождать до утра. Ехать в объезд — не факт, что дороги там не будут залиты водой точно так же.

— Черт! — выругалась, от досады несильно стукнув кулачками по бедрам.

— Ну, вот и отлично. Я рад, что ты согласна. — с этими словами Денис выкрутил руль до упора и включил заднюю.

Настроение у парня заметно взлетело вверх и я уже сомневалась, что приняла правильное решение, потому что на хорошего парня он явно не был похож. Скорей уж на плохиша, который чурается принципов, меняет девушек, как перчатки, и ведет не самый привлекательный образ жизни. Но деваться уже было некуда. Да и перцовый баллончик всегда при мне…

Денис жил в элитной многоэтажке, похожей на ту, в которой жила Лена. Его квартира находилась на седьмом этаже, и как только мы сели в лифт, я места себе не находила, став одним сплошным комком нервов. И я даже не знала, кого я опасалась в этот момент больше. Брюнета или своей собственной реакции на него, потому что меня буквально тянуло к парню магнитом. Хотелось прильнуть к нему всем телом, ощутить вкус поцелуя, прикоснуться к твердым мышцам, провести по шее, зарывшись в волосах…

Очнулась я только тогда, когда лифт звякнул, оповещая, что мы приехали, и распахнул перед нами двери.

Похоже, у меня гормональный сбой случился. Ибо иного оправдания, что со мной происходит, не вижу.

— Проходи, — Денис открыл передо мной дверь, предварительно вставив в нее ключ-карту. — Чувствуй себя, как дома.

Масштабы квартиры поражали воображение. Каждая мелочь в квартире буквально кричала о роскоши. И как это обычно бывает, когда я прихожу в гости к Ларцевой, мне стало неуютно. Но я подавила в себе это чувство и неловко положила сумку на полочку шкафа, стоящего в холле. Сняла с плеч куртку и протянула Денису, возвращая.

— Спасибо. — поблагодарила, стараясь не смотреть на него. Но взгляд невольно зацепился за влажные после дождя волосы, с которых на футболку стекали капли.

Пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы привести себя в чувство.

— Будешь должна. — в спину прилетел ответ. Я, которая уже собиралась пройти вглубь квартиры, ошарашено обернулась, смотря на него огромными глазами.

Долго сохранять серьезное лицо у парня не получилось. Его губы дрогнули, и он расхохотался.

— Видела бы ты свое лицо. Я же пошутил.

Воспользовавшись моим замешательством, Денис приобнял меня за плечи и повел в гостиную. Усадил на белый диван и удалился в сторону кухни. Через несколько минут на стеклянном столике красовались две кружки ароматного чая и круассаны с шоколадом.

— Пей, пока горячий. — на его губах блуждала легкая улыбка. — А потом прими горячий душ, чтобы не заболеть.

Я же ничего не ответила на это, потому что пребывала в полной растерянности, недоумевая, почему малознакомый человек проявляет по отношению ко мне такую заботу. И мгновенно возникали мысли о том, что ему от меня что-то нужно. Но я ничего не могла предложить, кроме своего тела… И то, как мне кажется, для такого парня это не проблема… Захотел — любая девушка будет у его ног. А понравиться Денису я не могла попросту потому, что не была первой красавицей в институте. Вот Лена идеально подошла бы под эту роль. Но не я уж точно.

— У меня есть гостевая комната, — продолжил брюнет, заметив, что я сохраняю молчание и не желаю поддерживать разговор, — я пока застелю кровать, а ты сходи в душ. Прямо по коридору и налево. — прожестикулировал в нужном направлении.

А затем неожиданно подсел ближе и посмотрел на меня в упор. Я замерла. Сердце, словно крылья колибри, сокращалось в груди. Настолько быстро. Дыхание участилось, губы приоткрылись. И я новь утонула в темном омуте его глаз.

Склонившись еще ближе, гортанно пробасил:

— Ешь. Круассан. И. Пей. Чай. — я растерянно хлопала ресницами, чувствуя непонятное разочарование.

— Х-хорошо. — сглотнула.

Парень, как ни в чем не бывало, поднялся с дивана и, поймав мой взгляд, несколько раз стрельнул глазами в сторону ванной. Стоило ему исчезнуть за дверью гостевой спальни, как я облегченно выдохнула, понимая, что только теперь могу дышать нормально, а не через раз.

Чай я хотела отпить, но в последний момент остановилась. Кто знает, может, он что-то подсыпал туда? Не зря же на ванную намекал. Типа оттуда сразу готовенькую и разгоряченную подхватит. И препарат как раз подействует по времени… Ларцева рассказывала множество подобных случаев. Так что подозрительности и претензий к парню у меня прибавилось.

Но в одном он был прав. Душ мне необходимо принять. Во-первых, весь день в универе, а во-вторых, после дождя я ощущала себя сырой и грязной. Так что чистота перевесила и стеснение и подозрительность. Да и в случае чего, если Денис окажется тем, кем я себе его представляю — плохим парнем — то я буду сама виновата, что вообще доверилась ему и пошла с ним в его дом. Поэтому, профилактируя нежелательное развитие событий, достала из сумочки перцовый баллончик и взяла его с собой.

На всякий случай, написала Ларцевой, где я и что я. Может, спасти успеет. Телефон я держала рядом все время, пока мылась. Даже нашла и сделала кнопки быстрого набора. Оставила вкладку с аудиозаписью на всякий случай. Для подстраховки.

Горячая вода сделала свое дело. Расслабила. Но стоило только открыть мужской гель для душа, как аромат взбудоражил сознание. Вот чем пахло от его куртки. Парфюмированный гель для душа с ароматом "Мохито".

Интересно, как пахнет его кожа без всяких дезодорантов и прочих «посторонних» ароматов?

Эта мысль возникла внезапно. Бесконтрольно. Живот скрутило в тугой узел, а тело обдала волна жара. Я прислонилась затылком и спиной к прохладной плитке кафеля, и крепко зажмурила глаза.

Да что же такое со мной происходит?!

Выход из ванной был ознаменован паникой. Полотенца нигде не было! А мои вещи все были в грязных разводах от дождевой воды, словно я в луже искупалась, надевать ее обратно на чистое тело ужасно не хотелось. Но, видимо, придется.

И только я хотела надеть кофточку, как раздался стук в дверь. Я опасливо покосилась на ручку, но ее никто не дергал. Это уже хорошо. Отставить панику! Пока…

— Александра, открой, я тебе подам полотенце. Смотреть не буду. Не переживай. — спокойный тон Дениса соблазнял поверить ему и довериться. Открыть дверь. — Я тебе свою новую футболку принес. Думаю, будет как платье-туника. — забалтывал парень. И ему это удалось.

Я опасливо щелкнула дверным замком и приоткрыла дверь, предварительно прикрывшись своими вещами. Но я зря ему не доверяла, или же он так ловко пытался усыпить мою бдительность, потому что никто не стал ломиться или распахивать дверь. Денис остался стоять на месте, протягивая мне одежду и полотенце в дверную щель.

— Спасибо, — пробормотала я, спешно закрывая дверь обратно на щеколду.

Мне показалось, или за дверью раздалось хихиканье?..

Белая футболка с черным перевернутым треугольником доходила мне чуть выше колен. Если прихватить пояском, то и вправду будет смотреться, как платье. От нее все еще пахло торговым центром, так что в новизне сомневаться не стоило. Но этот факт почему-то наоборот огорчил. Промелькнула та самая мысль о том, что возможно, его футболка пахла бы им.

Я зло тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли, и посмотрела на себя сквозь запотевшее зеркало. В нем отразилась испуганная девушка с платиновыми волосами и зелеными глазами, в которых закрались золотистые крапинки возле зрачка.

Соберись, Лекси! Что с тобой вообще происходит? Ведешь себя, словно мартовская кошка в период течки, но с синдромом панических атак!

Плеснув на разгоряченное лицо холодной воды, взбодрилась и решительно покинула ванную комнату. Денис сидел на диване. Его нога нервно отстукивала неясный ритм на полу, а глаза зло сверлили нетронутый чай и круассаны.

— Мне тебя насильно поить что ли? — шла я тихо, не знаю, как он услышал, и как вообще узнал, что я стою за его спиной и рассматриваю его профиль. Развернулся и теперь вперил злой взгляд в меня. — Не знаю, что ты там себе надумала, но если считаешь, что я один из тех насильников, которые принуждают женщин к близости за помощь и прочее, то можешь прямо сейчас покинуть мою квартиру.

От его гневной тирады меня посетило двоякое чувство. С одной стороны хотелось стыдливо опустить глаза в пол, а с другой — гневно зыркнуть на него и развернуться, чтобы немедленно покинуть эту богатенькую квартиру.

Но я не сделала ни того, ни другого.

Вместо этого застыла, ощущая, как возвращается то самое щемящее чувство в груди. Как бросает в нервную дрожь, стоит всмотреться в черты лица парня. Он казался таким знакомым и… любимым. Но это было невозможно! Просто невозможно! Я никогда не верила в любовь с первого взгляда!

А сейчас готова была поклясться, что то, что я к нему испытываю, ни что иное, как влюбленность, или вообще любовь…

Во взгляде Дениса, направленном на меня, помимо недовольства, проскользнул дикий голод, который он старательно пытался скрыть. Мы не сводили глаз друг с друга, продолжая оставаться на месте. Но нас всё равно тянуло магнитом.

И первым сдался брюнет.

Вскочив с дивана, он приблизился максимально близко, но не касался. Навис надо мной огромной тенью. А на его лице сменялась целая гамма эмоций.

— Черт побери! — выругался. — Я понятия не имею, что со мной происходит. — и в этот момент на его лице застыла борьба. Борьба с самим собой. — Я говорю тебе одно, но мне хочется сделать другое…

Его признание вышибло из меня дух. Я смотрела на него, как кролик на удава, и ждала приговора. Своей участи. И знала, что если он меня сейчас поцелует — я не буду сопротивляться. И виной тому проклятое ощущение, будто я его знаю. Люблю. Словно когда-то давно нас разлучило время, обстоятельства, а теперь мы, наконец, встретились после длительной разлуки.

— Денис, — растерянно прошептала я, а у него будто крышу снесло от этого.

Судорожно вздохнув, он склонился, обдавая дыханием мои губы. Уставился на них, как заплутавший в пустыне путник, который, наконец, увидел оазис.

— Не называй меня так… — хрипло прошептал в ответ, заставив удивленно округлить глаза, в который раз за этот день, и набросился на меня. Впился в податливые губы, обхватив большими ручищами мою талию, и простонал от удовольствия.

Я с не меньшим порывом ответила на поцелуй, всем телом вжавшись в парня. Заключила его шею в кольцо своих рук. Меня с головой накрыло безумие и страх, что если он сейчас меня отпустит, то тут же исчезнет и растворится… Развеется черным пеплом…

А потом меня, или же нас, оглушило. Поцелуй продолжался, но в сознании будто ядерная бомба взорвалась. Начали мелькать какие-то картинки, да так быстро, что невозможно было ухватиться ни за одну из них, чтобы рассмотреть более внимательнее, детальнее… Мы задыхались, цепляясь друг за друга, как за единственное спасение. Боясь отпустить хоть на секунду, несмотря на возникшее жжение и боль по всему телу.

— Я так скучал…

— Я так скучала, мне было так больно и одиноко все это время…

Бессвязно шептали наши губы, покрывая мелкими поцелуями лица. Между нами происходило безумие. Безумие на двоих. Кто-то говорил за нас, но это были мы. Картинки продолжали мелькать, пока не стали причинять сильную боль, такую, которую невозможно вынести.

Не выдержав, я заскулила, чувствуя, как горит спина. На ней будто раскаленной кочергой выводили узоры. А потом все резко закончилось, словно мир поставили на паузу. И, делая новый вдох, я всем своим естеством ощутила, что стала целой. Осознала, что до этого момента какая-то важная часть меня была оторвана, а теперь воссоединилась.

— Габриэль? — распахнула глаза, отказывая верить в то, что это реальность.

Я всё вспомнила… Но происходящее сейчас казалось сном… Больше верилось в то, что я умерла и попала в Рай, где проигрывался счастливый сценарий моей жизни, потому что Габриэль… Исчез… Умер… Растворился в Небытии, принеся себя в Жертву, чтобы я жила… Ходила по этому миру.

Я все видела своими глазами! Моя Душа была там!

Парень с точной копией внешности моего любимого Ангела хмуро смотрел на меня. А я, все еще ощущая жжение на спине, не сомневалась, что если сниму футболку, то там будет вязь ангельской письменности…

Его молчание давило на уши. Причиняло боль. Хотелось упасть на колени и рыдать. Если все это альтернативная реальность, если все это циклический сон, чистилище… Да что угодно! Я не хочу вспоминать… Я хочу снова забыть обо всем… Я просто не смогу жить без Него…

Почему я вообще все вспомнила? Пробудилась Память Души, потому что я встретила человека, так сильно похожего на Габриэля? Или это личное издевательство Всевышнего за то, что когда-то мы нарушили запрет?

И прежде чем я успела накрутить себя еще больше, парень очнулся. Я вся превратилась в высоковольтный провод, ожидая, что он скажет… Назовет сумасшедшей или?..

— Я не могу в это поверить, — было первое, что сорвалось с его уст. — Я же не застрял во временной петле? Это все реальность? Ты реальна? Лекси…

С этими словами Габриэль заключил мое лицо в свои ладони и прижался своим лбом к моему. А я разревелась. Рыдала так, как никогда раньше. Меня рвало изнутри и счастье и та боль, которую я пережила, когда Каин решил разрушить Срединный Мир и уничтожить несогласных.

— Ш-ш-ш, — вытирал мои слезы Габриэль, и успокаивающе, нежно гладил волосы, — судя по твоей реакции, всё здесь реально… А если даже и нет… То это самое прекрасное Небытие, которое я мог себе вообразить…

И припал к моим губам. Я мертвой хваткой вцепилась в вырез его футболки, притягивая ближе. Мне было мало. Дико мало его. Я терлась носом о его шею, запускала руки в волосы, неистово целовала губы и кусала их.

Он же сорвал с меня его же футболку, стянул с себя свою, чтобы чувствовать друг друга кожей, и исследовал мое тело так, будто делает это впервые. Но его ловкие ладони помнили каждую чувствительную точку на теле, искусно доводя меня до неистовства, до дрожи, которая простреливает все тело.

Подхватив меня на руки, Габриэль быстрым шагом, не отрываясь от моих губ, пошел в спальню. Уложив меня на широкую кровать, навис сверху. Окинул горящим взглядом все тело и пристально посмотрел в глаза. Улыбка посетила его губы.

— Будет больно. Как в первый раз.

Не знаю почему, но эта фраза вызвала приступ смеха. Я смеялась от счастья, а в носу першило от подступающих слез. Эмоции переполняли меня. Безграничная радость и счастье от того, что он здесь, со мной, что вопреки всему наша любовь оказалась неподвластна ни времени, ни обстоятельствам, ни законам.

А еще была благодарность. Неважно, кто приложил к этому свою сверхъестественную руку, я была ему благодарна.

— Мне плевать, я готова испытать, что угодно, если это означает, что ты всегда будешь рядом. — но Габриэль помрачнел после моей фразы.

— Никогда больше так не говори.

Я пожалела о своих словах. Казалось, что момент испорчен, но… Мужчина задыхался. Лег на меня всем телом и сжал в объятиях крепко-крепко, вдыхая мой запах вдох за вдохом.

— Я так счастлив, Лекси… Я люблю тебя! Нет… Не люблю… Это больше чем любовь! — хрипел он мне на ушко. — Моя! Моя золотая девочка.

— И я люблю тебя, Габриэль. — прошептала в ответ.

Какое-то время мы лежали молча, наслаждаясь спокойствием, зная, что отныне мы — сами хозяева своей судьбы. А затем началось наше личное безумие иного характера, когда мои пальчики начали повторять узоры письменности на его груди, ведя их к плечам.

— Почему Пророчество осталось? — поинтересовалась, заходя руками на спину. Оглаживая бугрящиеся мышцы, повторяя их контур.

— Это не Пророчество. Это наши "обручальные кольца", — на его губах блуждала счастливая улыбка. — "Духовные Супруги", вот что означает вязь. И в каком бы мире мы не переродились, в какой бы временной петле не встретились, нам суждено быть вместе. Мы предназначенны друг для друга.

— Хочешь сказать, что мы уже женаты? — притворно ужаснулась, чтобы подразнить мужчину. — Какой кошмар! Я не согласна!

Мужчина рыкнул, и со словами: «сама напросилась», перевернул меня на живот. Провел рукой вдоль позвоночника, заставив выгнуться от прострелившего тело удовольствия. Я простонала. Закусила губу, смяв в руках простыни. Это было странное ощущение. Быть девственницей уже познав, что такое занятие любовью. И, что самое главное, мое тело помнило его тоже, помнило его прикосновения и реагировало соответствующе.

— Вот так, моя девочка, — прошипел он, — выгибайся… Какой безумно прекрасный вид. Плавный изгиб спины, тонкая талия, шелк волос… И все это принадлежит мне. Ты принадлежишь мне! — властным тоном произнес он, придавив меня к кровати. — Навечно. — шепнул на ушко, вызвав табун мурашек.

Его рука скользнула к средоточию возбуждения, где уже давно было влажно. Мокро. И горячо. Размазав мои соки, Габриэль ласково провел по складочкам, массируя их круговыми движениями. Мои стоны усиливались с каждым движением его пальца. Я уже вся подавалась ему навстречу, когда он запустил в меня один пальчик. Неглубоко. Но это было так неожиданно, что скрученная спираль возбуждения взорвалась, разнеся удовольствие по всему телу.

— Какая ты чувственная девочка. — перевернув меня на спину, он демонстративно, смотря мне в глаза, слизнул с пальца блестящую жидкость. — Вкусная. Сладкая.

Внутри все снова сжалось от его слов. А спадающее было возбуждение вспыхнуло с новой силой, приправленное видом его тела, его горящих огнем страсти глаз, и от той порочности, которую он излучал.

Опершись на локти, навис надо мной и потерся каменным стояком о чувствительную горошинку. Я застонала, пытаясь свести ноги, чтобы помочь себе скорей достичь пика, но он не дал мне этого сделать, обхватив бедра.

— Не торопись, лисенок, — провел рукой вдоль тела, и обхватил призывно торчащую грудь, — эта ночь только-только начинается.

— Габриэль, я умру, если ты сейчас же не войдешь в меня, — жалобно проскулила я, понимая, что сойду с ума, как минимум, если он продолжит дразнить меня.

— Не позволю тебе умереть, — склонившись близко-близко, пробасил он. — Не в этой жизни, и ни в какой-либо другой… Больше никогда… — добавил едва слышно.

И одним плавным движением вошел в меня. Я даже боли не почувствовала, так сильно была возбуждена. Одно сплошное удовольствие. Его губы накрыли мои, ловя стон за стоном. Неторопливые толчки сопровождались сильным сжатием моей нежной кожи. Он сдерживался изо всех сил, чтобы насладиться каждым мгновением.

А затем мужчина гортанно зарычал, обхватив мои ягодицы, и начал глубже вбиваться. Я же распалась на мельчайшие осколки, почувствовав, что улетаю от этого ритма. И что вот-вот… Словно почувствовав меня, Габриэль ускорился, по его телу бежали капли пота. И это выглядело слишком сексуально и завораживающе. Я провела рукой по его мощной шее, притягивая своего мужчину для глубокого поцелуя. И он вторгся в мой ротик языком, повторяя им движения снизу.

Мы улетели к Небесам одновременно. Горячие пульсирующие толчки внутри меня продлили удовольствие. Ноги попрощались с хозяйкой, отказываясь не то, что вставать, но и шевелиться, став ватными, а тело била мелкая дрожь удовольствия, временами накатывая более сильными волнами.

Я открыла глаза и посмотрела на любимого. По его телу бугрились вены, волосы были растрепанными и влажными. А глаза блестели, смотря на меня. Он радостно улыбнулся, смачно поцеловав меня в губы, и счастливо рассмеялся. Я же притянула его, заставив улечься на себя, чтобы почувствовать тяжесть его огромного и мощного тела. Почувствовать, какая я маленькая по сравнению с ним.

Мир перестал существовать для нас в ту ночь, да и в последующие тоже. Были только мы. И раз за разом мы пытались насытиться друг другом, но понимали, что и жизни не хватит, чтобы это сделать. Чтобы показать, как сильно один нуждается в другом. И уже было неважно, как это называется: зависимость, болезнь, безумие, влюбленность, привязанность, или же то самое загадочное слово, — любовь. В одном мы были уверены наверняка. Какое бы название не носило это чувство — оно прекрасно.

Оно заставляет нас быть лучше. Или же становиться лучше, чем мы есть на самом деле. Теперь мы знали, что любовь — самое могущественное из всех сил, которые существуют во Вселенной. И какие бы ни были преграды, что бы ни пыталось вас разделить — у них ничего не получится. Ведь, полюбив однажды настолько сильно, что готовы умереть за другого, вы становитесь непобедимы. Всесильны.

И что бы ни ждало вас впереди, вы всегда будете уверены в том, что вас не разлучит ни что на свете.

Моя жизнь до него была такой пустой и определенной… А теперь есть только он и безграничные возможности. Будущее, наполненное любовью и счастьем, радостью и заботой, лаской и трепетом, страстью и бессонными ночами…

Память Души не стереть никакими силами, никакими способами, никакими обстоятельствами. Ты просто никогда не сможешь забыть того, кого полюбил столь сильно, что душа замирает только от того, что он просто стоит рядом. И неважно, полюбила ты его сейчас, в прошлой жизни, в прошлом времени, в другом измерении… Стоит только коснуться и ты тут же узнаешь его. Поймешь, что вот он — тот, кого ты ждала всю свою жизнь.

Нужно лишь ждать и верить всем сердцем в настоящую любовь, которая преодолеет любые преграды, пройдет сквозь время и пространство, и в итоге вы все равно встретитесь, чтобы влюбиться вновь. Любить друг друга, проживая одну жизнь за другой. Ведь по-другому и быть не может!

Твои зелёные глаза,

В которых бьется золото,

И позабыть тебя нельзя,

И вспомнить то, что дорого.

И встреча манит нас,

Наш космос клубится рядом

И важно здесь, сейчас,

Коснуться тебя взглядом.

Почувствовать тот ток,

Что бьет в крови по венам.

И пить тебя словно сок,

Сгорая, желая всем телом.

И дрожь мою не унять,

Ты только согреешь дыханием,

И это у нас не отнять,

Мы больше, чем все мироздание.

(с) Telairi

Конец