Глава 13

Марк Сергеевич

Работа в фирме кипела. Новость о том, что мы первые провернули невероятное, обозлило многих. Юрий утверждал, что это временное явление, я ему верил, но не в этот раз. Не может быть все так гладко, обязательно где-то вылезет подводный камень, пока я его ждал, внимательно осматривался по сторонам.

Бракоразводный процесс у мужчины шел тяжело, но он не унывал, говоря о том, что много интересных моментов нашлось. Один из них явно сильно впечатался в его грудь, ведь оказалось, что из двух детей, которые были рождены в браке, только младшая дочка оказалась родной. А вот сын – никогда ему родным не был.

Это именно тот самый наследник, который приходил ко мне выяснять отношения, тот которого я быстро отфутболил. Юрий сник сильно, потом словно воспрял, или же делал вид, что воспрял. Однако, мужчина утверждал, что у него был план, как оставить детей обеспеченными, теперь же этот план он переиграет в свою пользу и пользу дочери. Так я и узнал, что именно девушка была на стороне отца, именно она и поддержала, когда Юрий Аркадьевич пошел на такой шаг. Не отвернулась, не обозвала за спиной плохими словами, не встала на сторону матери. Просто выбрала нейтральную сторону, продолжая общаться с обоими родителями. И если Юрий действительно общался и с удовольствием проводил время с дочерью, то его бывшая жена всячески настраивала девушку против отца, чем провоцировала ссору между собой и ребенком.

– Как только нужно будет, сразу дом оформим на вас, – уверял я.

– Верю, Марк. Тебе верю.

Это радовало. Юрию хотелось как-то помочь, но я никак не мог понять, как это сделать.

А на выходных мне неожиданно позвонил сотрудник и сообщил, что к нам идет большая проверка. Как оказалось, один из родственников этого человека работал в пожарной части и успел мимолетом кое-что подслушать.

Что ж, вот и обещанные неприятности. Готовы ли мы к ним? Да! Будет ли трудно? Безусловно!

Скорее всего, какие-то незначительные нарушения найдут, ведь именно для этого и прибудет целая инспекция. Штраф мы добросовестно заплатим и будем ждать вторую волну, которая неминуемо будет.

Выходные прошли суетно, мы списывались с Вероникой, но ни у нее, ни у меня не было времени даже позвонить друг другу, не говоря о том, чтобы просто встретиться. Я тесно сотрудничал с нашими новыми партнерами, разговор продолжался часто до глубокой ночи, но не приносил усталости или негодования, наоборот, я понимал, что набранные обороны начинают замедляться. Больше не было гонки, а значит не было того пика, который должен привести к краху. Есть золотое правило: «Нужно вовремя остановиться». Я считаю, что сделал все возможное, чтобы сократить риски, чтобы удержаться на плаву. Мне теперь хватит тех людей, с которыми мы работаем. Если брать еще какую-то крупную организацию, то работа будет идти на износ у всех. Именно это считается крахом. Одно дело, не успеваю я, совсем другое, когда не успевают все.

Понедельник начался для меня рано. Приехав в офис, еще раз посмотрел все помещения, еще раз нашел все документы и стал ждать. Вероника прибежала ко мне ближе к обеду, проинформировав о том, что я уже знал.

– Без паники! – произнес уверенно. – Они найдут к чему придраться, так зачем же переживать.

– В каком кабинете у нас психолог работает? – вдруг уточнила женщина. – Пожалуй, мне тоже нужна терапия.

Рассмеялся, но кабинет подсказал.

Вероника еще раз задумчиво на меня посмотрела и ушла, а через полчаса пришла комиссия во главе с наглым молодым парнем, который сунул свой нос везде, где только можно, прочитал тщательно документы и стал мне откровенно докучать. Столько пустых и никому ненужных вопросов было задано, что думал, вот-вот сорвусь.

– Я еще хотела уточнить… – дверь в кабинет открылась и на пороге замерла Вероника.

Переводчица прищурилась, обвела взглядом сидящих за столом и грозно произнесла:

– Слепков, Яковлев, Долматов! Вы опять!

Трое мужчин в форме подскочили и резко повернулись.

– Вероника Михайловна – это не мы, честное слово!

Дальше шла заминка, после которой последовал дружный мужской… Не смех, а хохот.

– Вероника Михайловна! Я как ваш голос слышу, сразу думаю, что где-то провинился! – проговорил тот самый проверяющий, который выискивал недочеты у нас в фирме.

– А ты тут сидишь белый и пушистый? Так я тебе и поверила Яковлев! Выкладывайте!

Мужики замялись, потом покосились на меня, но уважение или страх перед, как понимаю, бывшим учителем взяло свое. Они коротко и сказали, что нужно найти недочеты, выписать штраф.

Следующий час мы документы составляли вместе. При этом Вероника ругала Долматова, что тот так и не научился писать.

– Зато я перевожу быстро и без словаря! – хвастался парень.

– Хоть что-то я в твою головушку вложила, – качала головой Вероника и посматривала на улыбающегося меня.

Эта женщина дана мне за все страдания. Не иначе.

Уже ни в первый раз она решает сложные задачи, минимизируя мои потери. Заберу ее замуж. Такая мне нужна самому, а то сейчас кто-нибудь поймет, что она свободна, не успею даже глазом моргнуть.

К вечеру на нас составили протокол, в котором зафиксировали некоторые мелкие нарушения. Не беда, уж это исправим.

Потом Вероника строго переговорила со всеми своими бывшими учениками и строго-настрого запретила лезть в подобные вещи. Все как один пообещали учителя любимого слушаться, переводчица же им не поверила.

– Как были хулиганами, так ими и остались, – покачала она головой и улыбнулась. – Но к нам они теперь будут приходить только с добрыми намерениями.

– Благодаря тебе, – улыбнулся в ответ. – Как проходят дела с оформлением квартиры?

– Я, собственно, за этим днем и пришла, – рассмеялась женщина. – У нас намечается переезд! Вещи к выходным соберу…

– Значит найду машину и соберу нужных людей, перевезем тебя!

– С меня ужин на новоселье, – проговорила моя сотрудница.

– А вот это вообще прекрасный подход! Буду обязательно!

Поговорив немного о том, в какое время лучше все организовать и что задействовать необходимо два выходных дня, отпустил Веронику домой. Зато через минут десять пришел ее сын.

– Сколько людей нужно для переезда? – уточнил он.

– У меня будет три человека и я, – отчитался.

– Значит с меня тоже надо двух или трех, да еще машина.

Обсудив некоторые нюансы с парнем, уже собирался с ним распрощаться, как он вдруг показал мне фотографию на заставке телефона. С экрана на меня смотрела Вероника, которая обнимала тот самый букет, который подарил на нашем втором свидании.

– Я ее такой счастливой никогда не видел, спасибо!

– Обещал же, что не обижу.

– Вам верю, – проговорил Елисей и пожал мне руку.

Что ж, я на правильном пути. Осталось только разобраться с завистниками и жизнь снова заиграет новыми красками.

Я чувствовал, что подошел к тому самому пику, с которого можно рухнуть вниз только так. Уже стал ловить внутренние ощущения, что начал словно спускаться вниз. Нужную планку взял, дальше мне ползти не имеет никакого значения. Но были с этим несогласные.

А мне бы достойно выйти из гонки и продолжить дальше работать, а там уже жизнь все на свои места расставит.

Поздно вечером, когда офис опустел, спустился на паркинг. Мои ребята уже ждали, так что не стал больше никого задерживать, пора ехать домой.

Безлюдные улицы были пустыми, только редкие машины сновали то в одну сторону, то в другую. Та, что выехала откуда-то с боку, была нами замечена.

– Держитесь! – услышал крик.

Удар пришелся строго в ту дверь, где сидел я.

Меня ощутимо тряхнуло, машину повело, мир перед глазами закружился.

Удар, еще один и долгожданная тишина.

– Все живы? – мой хриплый голос приглушенно разнесся по салону.

– Вроде, – пришел с запоздание первый ответ.

– Да, – послышался второй, – выбираемся.

Мою дверь вмяло в салон, машина лежала на боку, поэтому выбирались через переднюю дверь друг за другом. Парни немного в крови, да и я разбил себе лоб, но более ничего не болело.

Пошатываясь, оперся на машину и посмотрел на того, что нас протаранил. Парня в авто зажало, машину перекорежило, выбраться самостоятельно было без вариантов.

– Видео с регистратора надо забрать, – распорядился я.

А дальше скорая помощь, полиция… Ребята быстро вызвали нам помощь, при этом сами качались, а от меня не отходили.

Совсем скоро приехала скорая, осмотрев нас, отправили в больницу, потому что раны оказались глубокими, придется что-то зашивать, моего водителя оставят на пару дней под наблюдением. Его напарник с переломом руки, но пообещали уже сегодня отпустить.

Марат уж сильно переживал, только виду не показывал. Он то работал, но и про семью не забыл. Трое детей, это огромная ответственность, вот и сейчас пытался сказать, что с ним все хорошо, что домой надо.

– Не переживай, жене все передам, помощь окажем! – проговорил я.

– Спасибо, – искренне поблагодарил парень, а я уже распорядился, чтобы домой продуктов отвезли и чтоб завтра всех детей развезли по школам и садам.

Мне же зашили лоб, сделали несколько снимков, осмотрели с ног до головы и пока что оставили в покое. Сидел в коридоре больницы, следил за тем, как помогают моим ребят, параллельно давал показания и думал о том, что мы еще легко отделались.

– Вас есть кому забрать? – уточнил мужчина в форме.

– А? – переспросил, потому что голова нещадно болела. – Нет… Есть…

– Давайте я позвоню…

Продиктовал номер Вероники. Больше звонить мне было некому.

Она ответила сразу же, выслушала и пообещала приехать через двадцать пять минут.

Уложилась в пятнадцать.

Стук ее каблуков был слышен издалека, потом уже она в расстегнутом пальто влетела в общий коридор, просканировала его и, заметив меня, рванула вперед.

– С такой женщиной и болеть грех, – проговорил инспектор.

– Вот-вот! – подытожил я, тяжело поднимаясь. – Все хорошо, меня просто надо забрать…

Начал говорить, но меня уверенно усадили обратно.

– Сейчас я сама узнаю, насколько все хорошо!

Тут в коридор вбежал Елисей, быстро дошел до меня и проводил маму настороженным взглядом.

– Если они хоть малый процент были не правы, этой больницы завтра не будет. А что случилось? – уточнил парень.

Инспектор коротко рассказал, что и как было с моих слов. Елисей лишь фыркнул и сказал, что к утру найдет и свидетелей, и запись со всех камер.

– Какая у вас семья, – проговорил мужчина, – мне пора.

Грубо говоря, вовремя слинял. Это он зря, Веронику ничего не остановит, такая и лично приехать может. А вот и она идет, разговаривая с врачом и попутно что-то записывая в телефоне.

– Теперь вы будете мечтать о работе, но вас туда не пустят. Полная забота, минимум стресса и максимум положительных эмоций. А, да… Забыл сказать. Полная диагностика вдоль и поперек. Крепись, Марк Сергеевич. Я выжил, и вы справитесь.

– Выбора у меня нет.

Да и не знаю я, что такое забота. Хоть познакомлюсь с ней.

Вероника Михайловна

Вечерний звонок от Марка застал меня в момент сбора вещей. Я была собой горда, потому что помимо того, что теперь все складывалось в коробки, попутно лишнее либо выкидывалось, либо выставлялось на продажу. Я прекрасно проводила время, мысленно строя планы на будущее. Когда за окном стемнело, дала себе срока еще час, а потом уже собралась принять душ, но звонок телефона прервал все мои мысли.

– Слушаю, – проговорила.

Ранее я настороженно принимала звонки с неизвестного номера, теперь же смело ответила на вызов, что даже внутри ничего не екнуло.

– Вероника Михайловна, вас беспокоит… – а дальше фамилия, должность и долгожданная суть. Марк Сергеевич в больнице, его нужно забрать, сможете подъехать? Пока мужчина называл адрес, я уже собиралась.

– Двадцать пять минут! – выкрикнула я.

– Что? – из комнаты выглянул сын. – Ты мне?

– Нет, Марк в больницу попал, авария.

– Я с тобой!

Еще никогда так быстро не собиралась, Елисей собрался еще быстрее, и доехали мы быстро, благо улицы были пустыми и от моего дома больница была не так далеко. Время, сказанное мной, было рассчитано с учетом пробок, но справились мы намного быстрее.

Я уже прекрасно знала, в какое отделение нужно было бежать. Не раз тут была, когда Елисей подрос и стал постоянно куда-то влезать.

Марка я увидела сразу же, но что удивительно, даже с шага не сбилась. Его одежда была залита кровью, на лице имелись кровоподтеки, на лбу большой пластырь, так что я сразу поняла – зашивали. У сына было точно так же, только он упал с самоката, а этот… Ничего, справимся!

Остановить меня было невозможно. Сначала я узнала, что с Марком, потом уточнила, как ребята. Записав список лекарств, которые необходимы для полноценного лечения не только начальника, но и его помощников, поспешила за мужчиной.

– Елисей, я тебе прислала список. Он мне нужен сегодня, – отчеканила, смотря на сына.

– Будет сделано! – ребенок быстро зашел в телефон, нахмурился и добавил, – часа два мне хватит. Сейчас ребят подключу!

Когда с одной проблемой вопрос был решен, внимательно посмотрела на Марка, который снова поднимался на ноги.

– К тебе или ко мне? – уточнила я.

– Если бы этот вопрос звучал не в этой ситуации, – печально произнес начальник. Шутит, значит поправится быстро. Или в каждой шутки есть доля правды?

– Значит к тебе, – решила я. – Места больше.

Сын отчитался, что его ждать не нужно, друзья заберут. Так что отпустил нас на все четыре стороны, пообещав привезти то, что нужно.

Я же подхватила Марка под руку и повела на выход.

– Я и сам могу… – нерешительно ответил он.

– Безусловно можешь, – не стала спорить. – Но пока тебя шатает из стороны в сторону, будешь держаться за меня.

Так мы и добрались до машины, где мне уже позвонил Юрий Аркадьевич.

– Вероника, что у вас там? – начал он сразу же, как только приняла вызов.

– Все живы, для меня это важнее.

– Безусловно! – воскликнул мужчина. – Марк рядом? Говорить может?

– Может…

Передала телефон мужчине, который осторожно принял его. Храбрится, а руки трясутся все равно.

– Живые, – проговорил он, пока я выезжала на дорогу. – Меня не сильно… угу… Подстроенная авария. Понимаю… Работаем дальше… Да, спасибо.

Из обрывков разговора было совершенно ничего не ясно, но Марк совсем скоро посвятил меня в суть.

– Юрий пока фирму на себя возьмет, всех гостей встретит, документы подготовят. Ты только переведи все, пожалуйста, да за коллективом немного присмотри. Тебе доверяют все.

– Сделаем в лучшем виде.

– Авария подстроенная была, конкуренты, что б их. Не нашли ничего лучше, как убрать с пути.

– Надо их найти и наказать…

– Елисей обещал записи с камер найти, а мои уже работают.

– Вот и славно! Со всем справимся, не переживай. Тебе сейчас поправиться нужно. Чтобы через две недели был как огурчик!

– А что у нас через две недели? – пробормотал Марк.

– Благотворительный вечер в музейно-выставочном центре, – отчеканила я.

– Где будут все и каждый, – подытожил начальник. – Я об этом совсем забыл. Пойдешь со мной?

– Естественно! Не оставлю же я тебя один на один с этими пираньями?

Так за разговорами до дома и доехали. Марк далеко ни с первого раза нашел ключи, открывающие ворота, а потом и вовсе отдал мне связку.

– Дома есть запасные в ящике в коридоре, забери себе.

– Договорились.

Добравшись до квартиры и оценив состояние больного, приняла решение хоть чуть-чуть его отмыть. Вещи восстановлению не подлежали, да и Марк решил, что нечего за них держаться. Рубашка все равно пришла в негодность, как и брюки.

– Все есть, главное жив, остальное мелочи.

Пока он раздевался прямо в коридоре, сделала ревизию кухни и поняла, что доставка должна меня спасти.

– Ты все? – уточнила, не выглядывая в коридор.

– Все…

Голос мне его не понравился…

Собравшись с мыслями и приняв для себя решение, что сейчас передо мной человек, которому нужна помощь, а не мое смущение, вышла к Марку. Он стоял с закрытыми глазами, держась за стену.

– Давай отложим помывку…

– Ни за что… Надо с себя все смыть, хотя бы частично.

Конечно же мы воспользовались душевой на первом этаже, конечно же мне пришлось подключиться, отбросив весь стыд и сомнения в сторону. Стянула юбку и кофту, быстро сняла чулки. Прямо в нижнем белье залезла к Марку под воду, стала саморучно отмывать его от застывшей крови, минуя рану на лбу, отмечая, что правая рука имеет огромную гематому, о которой врач мне сказал, благо перелома нет, но ушиб сильнейший.

Синяки нашлись и на плечах, на шее…

Горячие руки легли мне на талию. Наши взгляды встретились.

– Вам, больной, многое противопоказано! – погрозила пальцем.

– А потом? – уточнил мужчина, гипнотизируя меня своим взглядом.

– А вот потом и поговорим…

Ладони проехались чуть вниз, потом снова поднялись выше и застыли, удерживая меня в одном положении.

– А если хочу сейчас и потом…

– Увы, – развела руками, выключая воду, – сейчас у тебя сильно кружится голова. Стоишь ты благодаря тому, что облокотился на стену. Терпения бы вам, Марк Сергеевич.

– Да как тут терпеть-то, – возмутился он. – Когда вот такое у меня в руках…

– Как-нибудь…

Откуда только выдержка взялась у меня шутить и переводить разговор. Тело горело от прикосновения, внутри все плавилось от жадного взгляда. Но нельзя… Никак нельзя! А если станет хуже? Да я себе потом не прощу!

Из ванной выбирались по очереди. Марк закутался в полотенце, я в халат.

Довела мужчину до гостиной, где был огромный диван, разложила его ни без подсказки.

– Жди, постельное принесу…

– В комнате моей, в шкафу…

Марк опустился на диван… И, пока я бегала на второй этаж, искала постельное белье и подхватывала подушки, он уснул. Сидя.

– Ладно, ты занял только край… – пробормотала, застилая диван наполовину. – Марк…

– Угу… – ответил он, перебираясь на подушку.

Я только успела в ногах все расправить, как он сел обратно.

– Вот так голова не кружится…

– Спи как удобно…

Вернулась в коридор, собрала разбросанные вещи, в ванной сняла мокрое белье, а из спортивной сумки, которую привезла с собой, достала новый комплект, джинсы и водолазку.

Пока Марк спит, закажу еду, встречу сына и буду караулить мужчину ночью.

Ничего, я его поставлю на ноги, а потом…

А потом… Я вспомнила руки, вспомнила широкие плечи. А это будет потом, обязательно!