Глава 14

Вероника Михайловна

Вечер выдался тяжелым.

Я готовила, параллельно следила за Марком, которому было то хуже, то лучше.

Сын привез лекарства в больницу, отзвонился, потом заскочил к нам.

Зайдя в квартиру, прошел, осмотрелся.

– Все будет хорошо, не паникуй!

– А я и не паникую, – ответила.

– Шарлотка, два пирога, гуляш, котлеты – это конечно не паника.

– Это я на всех готовила… – сын скептически посмотрел на меня. – Ладно, не переживаю.

– Вот-вот. Завтра найдем все записи с камер, благо знакомых много, так что решим любую ситуацию.

– Спасибо, сынок!

– Только без слез! Ты же помнишь, я почему-то тоже начинаю реветь, а мне не положено по статусу. Люблю! На связи!

Закрыв за Елисеем дверь, убралась в кухне и пришла к Марку. Обезболивающее сделали свое дело, ему стало легче, с подушек сполз. Дыхание было ровным, но я все равно укладывалась рядом с ним осторожно, боясь потревожить. Плохо ему будет первые несколько дней, потом все станет хорошо.

Главное потерпеть… Почему-то уверена, он даже не признается, что ему хуже, хотя хуже будет. Но я мать на опыте, от меня подобные вещи не скрыть и не спрятать.

В следующий раз я проснулась ночью от того, что мужчина рядом со мной закряхтел и тяжело повернулся на бок. Я замерла мышкой, во все глаза смотря на Марка, который совсем скоро затих, опустив свою тяжелую ладонь мне на талию.

Не знаю как ему, мне вот было крайне непривычно. Я всегда долго находила то самое удобное место и положение в кровати, при котором можно было уснуть. Вчера же, понятное дело, устала, переволновалась, тело и голова расслабились быстро, а сейчас что-то немного непривычно.

Дыхание Марка выровнялось, рука расслабилась и съехала с меня на кровать. Стала привычно, но прохладно. Вот и пойми, что мне надо.

Глаза закрыла, успокоилась, понимая, что вот так рядом с мужчиной я когда в последний раз спала? В браке? Вот и не удивительно, что меня то в одну сторону уносит, то в другую.

Проспали до утра вполне неплохо, я так точно. Первой поднявшись с кровати, быстро умылась, привела себя в порядок и поспешила в кухню ставить чайник. Минут через двадцать послышались тяжелые шаркающие шаги Марка.

– Доброго утра! – проговорил, обведя стол, заставленный едой, голодным взглядом.

– Доброго, – улыбнулась я.

– Я пулей…

Ну, как пулей… Неспеша, тяжело разворачиваясь, мужчина вышел в ванную комнату. Я прислушивалась к каждому шороху и звуку. Была бы моя воля, по пятам бы ходила, но я ж имею дело с самостоятельным и сильным человеком, который никогда и никому свою слабость не показывал.

Прямо как я.

Марк пришел в кухню, тяжело сел на стул и с тоской посмотрел в сторону кофемашины.

– Я тоже буду пить чай, чтобы тебе не было обидно, – усмехнулась я.

– Потом как кофе с тобой литрами пить начнем, – улыбнулся Марк. – Я такую кофейню знаю!

– Обязательно сходим! – заверила я, понимая, что с ним я готова идти куда угодно.

– А если на свидание позову? – прищурился он.

– Пойду, – улыбнулась я.

Когда вчера позвонили из больницы, я так себя ругала, что мы упустили столько времени. Словами не передать, как я испугалась за этого строгого своенравного человека, с железным характером. А ведь он стал меняться, учиться новому, стал с людьми нормально общаться. Со мной так вообще…

Завтрак проходит отлично, я с удивлением понимаю, что мне очень комфортно рядом с Марком. Мы разговариваем, смеемся. После завтрака составляем график приема лекарств, расписываю дозировку и время.

– Я до этого даже не додумался, – бормочет мужчина, запивая капсулу водой. – Удобно, ничего не забуду.

– Вот-вот! – усмехаюсь я. – Какие планы на день?

– Честно? Не знаю. Впервые я ничего не делаю.

– Значит валяемся, отдыхаем, если самочувствие позволит, смотрим фильмы.

– Звучит очень заманчиво…

Через час звонит сын и уточняет, как себя чувствует начальник. Получив полный отчет, сообщает, что ему ребята из больницы дали номер начальника безопасности Марка. Они с ним вчера уже созвонились, поэтому сегодня он никого не донимает. Людей, стоящих за всем этим, нашли, записи с двух камер забрали.

– Отдыхайте! У вас больничный! – велел сын.

– Как быстро вы… – удивляюсь я.

– Кому-то работа, а мне интересно!

Когда разговор был завершен, Марк заявил, что выпишет сыну премию. Такого помощника нужно беречь, уважать, ценить и следить, что б не сбежал.

– Никуда не денется, – улыбнулась, – пока я работаю, он точно будет.

– Значит, буду тебя еще больше ценить, беречь и следить, чтобы ты от меня никуда не ушла.

Вышло двусмысленно, мы друг друга поняли без слов, а уж когда вдруг разговор перетек в поцелуй, я даже понять не могу.

– А давай ты переедешь сразу на этот этаж? – вдруг предложил Марк.

– На этот? – удивилась я.

– Ты рано или поздно все равно переедешь, – прищурился он. – Так может быть сразу? А то потом второй сбор, лишняя трата сил и времени.

– Ты уверен…

– Как никогда…

На принятие решения мне хватило несколько минут.

– Можно сразу и к тебе.

Такого довольного Марка я не видела давно. Второй поцелуй вышел долгим и томительным, но невероятно сладким.

– Больной, вам некоторые вещи противопоказаны.

– Быть такого не может! – возмутился мужчина, чуть морщась.

Болит, но скрывает.

– Врач сразу мне список выкатил, – призналась.

– Всегда эти врачи не вовремя… Ладно, но потом…

И взгляд многообещающий говорил сам за себя.

До обеда мы честно отдыхали, потом покушали, и мой мужчина благополучно уснул. Видно было, что держался из последних сил, но таблетки сделали свое дело. Я же достала ноутбук и села за работу, которой на почте накопилось много.

Юрий Аркадьевич прислал документы для перевода. Ими я и занялась, составляя договор сотрудничества в двух вариантах. Через два часа глаза даже в кучу стали собираться, но почти все было готово. Осталось только проверить. Хорошо, что проект был типовой, многие пункты я брала готовыми из уже имеющихся документов, но было то, что составлялось индивидуально для этой компании.

– Я тебя даже потерял.

В кабинет, который я наглым образом оккупировала, зашел Марк. Он встал в проходе, посмотрел на меня долгим взглядом и произнес:

– Ты отлично смотришься за этим столом.

– Он невероятно удобный, – пробормотала, сохраняя документ и вставая.

Мужчина меня крепко обнял, целуя куда-то в макушку. И так хорошо рядом с ним, так спокойно, что хотелось бы, чтобы эти минуты длились вечно.

Звонок в дверь был неожиданным для нас двоих.

– Я никого не жду! – предупредила сразу же.

– А я тем более, свои все дома. Причем, у меня дома…

Я пошла в сторону коридора, Марк плелся следом. До нас доносились приглушенные, но довольно уверенные крики:

– Я знаю, что ты дома! Открывай!

Недоуменно посмотрела на Марка, который на небольшом экране в коридоре вывел с камеры трансляцию.

– Марк! Я как только узнала, что случилось, сразу поехала к тебе! Я помогу!

– Ну надо же, – с пренебрежением и даже отвращением в голосе произнес мужчина. – И почему мне кажется, что она каким-то образом, но причастна к последним событиям?

– Жена? – уточнила я, рассматривая на экране женщину.

– Бывшая жена, – пробормотал Марк. – И слава богу!

Дальше мы услышали, что она будет вызывать спасателей, чтобы они взламывали дверь, потому что Марк на звонки не отвечает.

Где его телефон не знала даже я, мужчина же поморщился.

– Я на заслуженном больничном, конечно же телефон отключил. А то знаю я их…

Дверь пришлось открыть. Мы внимательно смотрели на то, как торопливо женщина проходит, как спешно преодолевает небольшой коридорчик тамбура и замирает перед основной дверью. Открывать не спешит, достает из сумочки зеркальце, поправляет прическу.

Мое терпение на этом этапе заканчивается. Входную дверь я открываю сама.

– Вас долго ждать? – уточняю, внимательно рассматривая отразившиеся эмоции на лице бывшей жены Марка.

Она даже зеркальце из рук уронила, благо оно не раскололось, но, возможно, мелкими трещинами пошло.

– А…

Слышится в ответ растерянное. Меня явно тут не ожидали увидеть, явно не в домашнем костюме.

– Ты пришла зачем? – уточнил Марк за моей спиной.

– Ну так авария… Травма…

– Какая травма? – уточняет мой начальник.

– Головы…

– А откуда ты это знаешь? – так же невозмутимо отвечает мой мужчина, скрываясь в тени коридора. Если бы его можно было бы рассмотреть, то в глаза бы бросилась не только травма головы, а то, как он весь «помятый».

Бывшая жена Марка ничего не отвечает, резко разворачивается и уходит, не забыв закрыть за собой дверь, которая вела в тамбур.

– Знаешь, я к тебе чуточку раньше перееду, – говорю задумчиво.

– Серьезно? – не верит Марк.

– Угу… А то ходят тут всякие…

– Кстати про них…

Пока я закрываю дверь, мужчина находит свой телефон и звонит начальнику службы охраны. Передаёт ему свои подозрения и просьбу проверить бывшую жену на причастность к случившемуся инциденту. При этом выглядит спокойно, будто каждый день с ним подобное происходит.

– Знаешь, – задумчиво говорит он, – вот ничему не удивлюсь.

– Как и я! – поддакиваю, обнимая Марка.

Хороший он… такой уверенный в себе!

А про переезд я не шутила! Ходят тут всякие!

Сын поздно вечером привез мне все мои личные вещи, которые были в составленном списке.

Счастливо обнял меня, смахнул со лба несуществующий пот и заявил:

– Наконец-то! Свершилось! А то больно на вас двоих шифровщиков смотреть! Совет да любовь!

От тапочка, который в него полетел, увернулся и убежал.

Марк рядом захохотал так заразительно, что совсем скоро присоединилась к нему.

Да, вот такого человека прямолинейного я воспитала!

Марк Сергеевич

Восстановление мое шло быстро. К врачу пару раз ездили, смотрели на мой лоб, снимали швы, обрабатывали, но отмечали положительную динамику.

Я целиком и полностью был уверен в том, что быстро на поправку шел исключительно по той простой причине, что меня оградили заботой, вниманием и любовью.

Вероника за неделю успела все: организовать переезд, перенести почти все свои вещи ко мне, заключить договор на продажу своей квартиры, получить ключи от квартиры, которая находилась на этаж ниже.

Но обо всем по порядку.

Во-первых, на ее квартиру быстро нашлись покупатели, что не могло не радовать. Она с сыном за два вечера собрала вещи, Елисей с друзьями разобрал нужную мебель, которую семья Смирновых забрала с собой. От меня так же была оказана обещанная помощь, машины и свободные руки, так что совсем скоро в квартире подо мной, точнее, в той, что была ниже этажом, уже были составлены коробки и пакеты с одеждой, техникой и прочими предметами быта.

Цветы, которых у Вероники было крайне мало, стояли у меня на подоконнике в комнате. Отметил, что все четыре горшка были орхидеями, вспомнил, что моя ненаглядная переводчица любила только их. Посмотрю потом, как цветут, найду ей ту, которой в коллекции не имеется.

Пока Елисей осваивал новые территории и собирал с друзьями в свою комнату мебель, Вероника осваивалась в моей квартире. С радостью отмечал, что постепенно то тут, то там появлялись разные вещицы: яркие полотенчики в кухне, множество красивых тарелочек для салатов, для вторых блюд. В какой-то момент в комнате появился торшер, который вечером давал теплый приглушенный свет. Мне понравилось, если честно. По глазам свет не бил, а вот уюта имелось вдоволь.

Постельное белье теперь не было исключительно синим, в какой-то момент появились цветы на простынях, яркие оттенки наволочек, мягкий плед, множество подушек.

Я начинал новую жизнь, где была гармония, уют и какое-то неведомое мне до сегодняшнего дня тепло.

Вещи Вероники быстро распространились по ванной комнате и коридору, около кровати, в гостиной, даже в кабинете, но я млел от счастья, что наш роман, который начинался медленными и нерешительными шагами, так резко закрутился. Можно было даже сказать спасибо тем, кто подстроил эту аварию, но не буду.

Парни мои шли на поправку, хотя до восстановления им еще долго, но мы не бросили ни одного из них: помогали семьям, привозили продукты, про финансовую сторону не забывали.

Как говорится, большая семья всегда держится вместе. А я в какой-то момент решил, что мы все – одно единое целое. Уверен, мужики теперь от меня ни ногой, да и я как без них? Сроднились уже за столько времени.

Валентина Ивановна несмело докладывала о том, что происходит на работе, беспокоила редко, только по существенным вопросам, а Вероника все последние новости узнавала через Сергея. Ее помощник в словах никогда не терялся, поэтому выдал всех, кого только могли заподозрить в данном происшествие. Так к числу прочих людей попал наш прошлый программист и какой-то мужчина, который занимал невысокую должность, но был уволен, так как слыл лентяем.

Светлана, та самая бывшая жена, которая нагло решила снова появиться в моей жизни, приходила и в офис, откуда ее быстро увели на улицу и объяснили, как она нам всем дорога.

Я приходил в себя, голова болела реже, порой только реагировала на перепады давления, но в целом было терпимо. Возвращался семимильными шагами к работе, безумно радуясь тому, что Юрий Аркадьевич меня не бросил. Более того, он до конца оформил сделку, которая стала большим шагом вперед. Мы с ним по телефону обсудили все нюансы и решили, что достаточно идти по головам. Фирма бедствовать не будет, работы хватит на всех, значит просто входим в нужное нам русло и работаем.

Дней через девять я появился в офисе, хоть Вероника меня и отговаривала, напомнил, что все равно из своей берлоги выходить придется. Мне и самому не очень хотелось. Впервые в жизни работа не затягивала, а вот дом казался тем местом, куда хотелось возвращаться снова и снова.

С тоской посмотрел на то, как Вероника идет к своему кабинету, поплелся к себе. Привык я, что мы с ней двадцать четыре на семь вместе, чаще даже в обнимку, сейчас отпускать ее было тяжеловато.

В кабинете была рабочая суета, Юрий Аркадьевич обнял меня, поинтересовался о здоровье и напомнил, что совсем скоро будет благотворительный вечер.

– Помню, – тяжело вздохнул.

– С Вероникой пойдешь? – догадался мужчина.

– Сказала, что не бросит, – улыбнулся.

– Вот и правильно! Вообще ты стал все делать так, как нужно. Даже коллектив, который некогда тебя боялся, спрашивал о твоем самочувствии. Переживают.

– Возможно, – не до конца поверил я.

А вот к обеду убедился в том, что коллектив действительно меня поддерживает и даже обо мне переживает.

Валентина Ивановна и Сергей внесли большущую корзинку с фруктами.

– Вот! – проговорил секретарь Вероники. – Вам от всех! Поскорее выздоравливайте!

– Спасибо, – был поражен до глубины души такой заботой и вниманием.

– Ну, а я что говорил? – усмехнулся наставник. – Цени!

– Очень ценю, даже вот думаю, как отблагодарить.

– Скоро новый год, хороший корпоратив, семейный, в отличном месте, будет хорошей благодарностью.

– А ведь верно!

Пришлось снова вызывать секретарей и давать им очень секретное и щепетильное задание. Нужно подобрать место, которое устроит всех. Так как в большинстве своем люди у нас семейные, то и все мероприятие должно начинаться днем, чтобы были детские комнаты, чтобы стол был для любого возраста, чтобы аниматоры имелись подходящие. Одним словом, нагрузил Сергея и Валентину Ивановну работой, но судя по их переглядываниям и улыбкам, такое дело даже в радость.

В обед пришла Вероника.

– Больной, домой! – велела она, уже придя собравшейся.

– Домой, – развел руками перед Юрием Аркадьевичем и засобирался.

– Ты же всегда был трудоголиком, – удивился мужчина. – Марк, ты ли это?!

– Я, – рассмеялся.

– Не узнаю тебя! Вероника Михайловна, вы положительно влияете на людей!

– Все может быть, – уклончиво ответила женщина, дожидаясь, пока я соберу документы, которые хотел почитать дома.

Конечно же, одних нас не отпустили. Начальник охраны выделил две машины для контроля. Одна шла перед красным автомобилем Вероники, вторая после.

– Как только все решится, и виновные будут наказаны, такой метод сопровождения уйдет.

– Да брось, – отмахнулась переводчица. – У всех своя работа, меня даже не напрягают. Еду себе потихоньку, да еду.

Дома мы пообедали, потом Вероника велела ложиться отдыхать. Тихий час и точка. Что ж, тихий час был, а потом, смотря на нее такую расслабленную и отдохнувшую, со счастливой улыбкой на лице, не удержался.

– Ничего не болит, держаться больше не могу, – проговорил, наклоняясь над нет.

– Ну раз ничего не болит, – хитро прищурилась самая очаровательная из женщин и первой потянулась за поцелуем.

Это стоило всех моих ожиданий!

Даже самые яркие фантазии не сравнились с реальностью, с теми ощущениями и чувствами, которые испытал рядом с этой женщиной.

Я был счастлив и, честно признаться, разрабатывал план, как сделать так, чтобы Вероника осталась со мной навсегда. Предложить ей брак? А согласится ли она после прошлого опыта? Я вот этот вопрос немного проработал с психологом, но и у меня была иная ситуация.

Решил, что подготовиться нужно заранее, никто не знает, когда произойдет нужный для этого события момент.

Сейчас же смотрел на улыбающуюся рядом женщину, поправил ей волосы, которые закрыли часть лица и понял, что оторваться от нее не могу и не хочу.

По прищуренному взгляду понял, что и Вероника готова к продолжению, а кто я такой, чтобы заставлять женщину ждать?