Глава 18
Напроситься в гости Максим не решился — не было повода. Ясно, что для кофе и чая уже слишком поздно, а алкогольных напитков в меню Нины явно не было. Оставались только смузи из протеина... Хм... Максим решил оставить это на следующий раз. Пожалуй, интересно, расшевелится ли эта красотка в постели. Может, он ошибся в своём первом мнении о ней?
Болтая о всякой скучной ерунде, Нина в тоже время явно терлась об него, прижималась то ли ненароком, то ли специально. Ещё никто и никогда так с Максом не флиртовал.
Дома было тихо, мама уже лежала в постели и при свете ночника читала книгу. Скинув одежду, молодой человек прошёл в ванную. Долго разглядывал себя в зеркале и под конец, решив, что ему надо почаще ходить в спортивный зал, включил воду в душе и, от удовольствия закрыв глаза, постарался представить Нину и ее трепещущую в его ладонях грудь с розовыми бутончиками сосков, пшеничные волосы, рассыпанные по молочно-белым плечам... Черт! Вместо этого перед глазами возник совсем другой образ, вызвав мгновенное напряжение между ног — Ульяна, эта черноволосая волоокая ведьма. Почему он все время думает о ней? Вернее, нет — почему она постоянно преследует его во снах?
Макс быстро помылся, вышел из кабины и, резко сорвав полотенце с крючка, вытерся. Он был раздражён. Наверное, ему пора серьезно заняться личной жизнью — нужна хорошая сексуальная партнерша.
Подойдя к своему столу, выдвинул ящик и взял в руки лежавший там аметист, переданный ему Ульяной. Поднёс его ближе к глазам — грани сверкали в свете настольной лампы, и фиолетовая глубина сгущалась в самом центре кристалла. Молодой человек сжал его в руке и почувствовал, как сотни тоненьких иголочек пронизали кожу.
Этой ночью он положит его под подушку. Кошмары? Так пусть вообще ничего больше не снится.
* * *
Теперь Женя часто звонил по вечерам, и мы подолгу разговаривали. К моей просьбе не подходить к моему прилавку во время работы отнёсся с пониманием.
Иногда он дожидался меня после работы неподалёку от рынка в своём «Land Cruiser». А ещё часто дарил цветы — самые разные и необыкновенно красивые. Довозил меня до дома и уезжал. Куда? Мне было все равно. Наверняка Евгений очень занятой человек — он рассказывал о многочисленных проектах в Москве и области.
Ольга, приходя домой, вопрошающе глядела на меня в ожидании горячих новостей. Мне нечем было взбудоражить ее воображение — наши отношения с Женей по-прежнему оставались в конфетно-букетной стадии.
А я, лёжа ночами в постели, который раз задавала себе вопрос — что чувствую к этому человеку? Женя обладал харизмой — он такой стильный, обаятельный, с прекрасным чувством юмора и к тому же очень привлекательный внешне. Нравился мне, очень-очень, но... почему мое сердце упрямо молчало? Я готова была любить. Хотелось снова почувствовать безрассудство и страсть, мурашки на коже и бабочки в животе. Закрывала глаза, вызывая образ Жени, шептала его имя, но все напрасно. Ольга возмущалась, не могла понять, какого рожна мне ещё надобно. И я была с ней согласна.
В тот вечер мужчина позвонил мне чем-то явно воодушевленный.
— Русалка, какие у тебя на сегодня планы?
Я поглядела в окно, за которым валил белый пушистый снег.
— Жень, как всегда. Сейчас поужинаю, почитаю книгу и...
— Забудь про еду, — весело перебил он меня. — Позволь мне приготовить для тебя романтический ужин!
— Но... — я посмотрела на часы, стрелки которых перевалили уже за цифру шесть.
— Прости, но я взял на себя наглость и уже начал его готовить. Ну что, согласишься или мне придётся все съесть самому?
Я кивнула, затем, сообразив, что он этого не может видеть, сказала твёрдое «да».
— За тобой заедут мои ребята. Будь готова через полчаса.
Он повесил трубку, а я в панике бросилась сначала к шкафу, затем к ванной, а потом и к зеркалу. В реальность меня вернула Ольга, так вовремя вернувшаяся с работы.
— Ульяна? Ты занимаешься ориентированием на местности?
— Ой, Олька, Женька пригласил меня на ужин, — я сжала пылавшие щеки ладонями.
— Ну так первым делом беги в ванную, принимай душ, а я тебе подготовлю наряд, — подруга слегка прищурилась, смерив меня взглядом.
Эх, лучше бы я ей не доверяла!
Когда вышла из ванной обалдела — на диване лежали чёрные чулки, трусики, которые ими и назвать можно было с натягом, и чёрное платье. В растерянности оглянулась на Ольгу, стоявшую в дверях с довольной ухмылкой.
— Ты что это выдумала?
— Ульяна, разве тебе непонятно, что означает романтическое свидание? Сегодня произойдёт именно то, чего я так долго жду!
Я наивно округлила глаза, хотя и прекрасно понимала, что Оля имела в виду. Постаралась отбросить тревожные мысли о том, что может произойти этим вечером между мной и Женькой. Я не боялась. Бабушкин оберег от страха прекрасно работал. Однако внутри меня все дрожало от предвкушения неизбежного.
* * *
Я вышла из машины. Один из Женькиных телохранителей подал мне руку и больше не отпускал, пока мы не вошли в подъезд современного здания из металла и стекла. Я даже не успела оглядеться, так быстро мы шли. Только помню блестящий чёрный пол, мраморные стены. В лифте стояла, боясь пошевелиться. Не очень приятно, когда за твоей спиной постоянно мельтешат охранники. Не знаю, смогла бы привыкнуть к этому — постоянно опасаться за свою жизнь, находиться под постоянным наблюдением телохранителей, быть на виду у публики.
Евгений встретил меня в дверях, глаза его светились такой радостью, что вызвали у меня улыбку. Протянул ко мне руки.
— Добро пожаловать в мой дом! — Он кивнул телохранителям. — На сегодня свободны. — Парни нерешительно стояли за моей спиной. Женя нахмурился. — Ну? Будете нужны — дам знать.
Мы остались одни. Впервые за все время.
— Это твой дом? — я с любопытством водила взглядом по стенам, увешанным картинами в импрессионистском стиле. Может быть, даже подлинниками.
— Да, проходи.
Только хотела скинуть надоевшие туфли на каблуке, как поймала на себе жадный взгляд мужчины. Он сглотнул и внезапно севшим голосом произнёс:
— Можешь не разуваться.
Женя провёл меня по вытянутому коридору в огромную гостиную. Случайно поймав своё отражение в одном из зеркал, я поняла реакцию Евгения. Честно говоря, была бы я мужиком, у меня бы точно крыша съехала. В этой красивой и статной девушке, облаченной в платье в обтяжку, сексуальность плескала через край. Мне даже захотелось зажмурить глаза. Никто не признал бы сейчас во мне ту Ульку Гречишину, шныряющую с ружьём по тайге.
В зале, куда привёл меня Женя, царил приятный полумрак. Я обратила внимание на мерцающий свет от подвешенных на стенах свечей в подсвечниках. Полированный пол покрывала огромная шкура белого медведя. У панорамного окна два белых кресла и столик с возбуждающими аппетит ароматными закусками. В ведерке со льдом покоилась бутылка шампанского. Я прошлась по комнате, слегка покачивая бёдрами и стараясь держать спину прямо, как учила меня подруга. Повернулась к мужчине.
— Не могу поверить, что ты умеешь готовить!
— Не умею, — Женя развёл руками.— Но очень хотел попробовать. Для тебя.
— Спасибо.
Как приятно, когда ради тебя делают что-то, что выходит за рамки привычного. Он шагнул ко мне и остановился, словно не решаясь приблизиться.
— Я никогда ещё не видел такой красивой девушки, как ты. Ульяна...
Я застыла. Неужели за этим последует какое-то признание? И что мне сказать в ответ? Неожиданно Евгений рассмеялся и махнул рукой.
— Извини, вижу, что смущаю тебя. — Он указал на два кресла и столик между ними. — Садись, располагайся поудобнее. — Открыл бутылку шампанского, разлил по бокалам. — А ты знаешь, какой сегодня день? — Я отрицательно покачала головой. —Ровно два месяца как я познакомился с тобой. — Мои брови в изумлении взлетели вверх. Неужели уже прошло столько времени? — Да, и я ужасно счастлив, что в тот день оказался в нужном месте в нужный момент.
— Иначе ты вряд ли обратил бы внимание на девушку, торгующую рыбой.
Мы рассмеялись.
Женя поднёс свой бокал к моему, и раздался тонкий хрустальный звон.
— Ты совсем другая, и от этого я просто балдею. — Он сжал мои пальцы.
— Прекрати говорить мне всякие приятности, а то я, того гляди, растаю.
Мужчина положил на мою тарелку кусочки курицы под ананасовым соусом.
— Надеюсь, не оттолкну тебя своей стряпней.
Он смотрел, как я пробую приготовленную им пищу. Вовсе неплохо для первого раза. Я улыбнулась.
— Мне нравится. Ты великолепный повар.
— Подожди, это ещё не все. Сейчас будет десерт.
— Жень, ну что ты! Я, наверное, вот-вот лопну! — Но мужчина уже нёс в высоких бокалах что-то белое и воздушное, украшенное вишенками. — Только не говори, что и это ты сам сделал?
Он кивнул.
— Знаешь, Ульян, ты будешь смеяться, но сегодня в офисе вместо того, чтобы заниматься работой, я выискивал кулинарные рецепты.
— Я бы не смеялась, даже если бы у тебя ничего не вышло. Ужин прекрасный, и ты, Жень, замечательный кулинар. Спасибо тебе.
— Русалка, хочешь я переведу тебя на другое место? Будешь продавать цветы.
— Нет, Жень, не хочу лишних разговоров.
— А хочешь вообще не работать?
— То есть как это? — не поняла я.
— Ну я мог бы обеспечивать тебя всем необходимым…
Я чуть не поперхнулась.
— Как это? Спасибо, конечно, но это для меня невозможно.
Он вздохнул.
— Ты очень дорога мне и я не хочу чтобы ты убивалась на работе, таскала ящики,
мёрзла зимой.
Его забота была приятна, но мне не хотелось выделяться среди других работников рынка.
— Давай не будем об этом, Жень. Расскажи лучше что-нибудь о себе.
Мужчина задумался. За все это время, что мы были знакомы, он старательно избегал
говорить о себе.
— У меня неинтересная жизнь — родился в небольшом селе, рос шалопаем, вечно
влезал во всякие драки…
— Ты? — вскинула в удивлении брови.
Он рассмеялся.
— Да, сам не верю. Родители постоянно ходили в школу к завучу и директору.
Наверное поэтому сразу после школы и отослали меня учиться куда подальше.
Закончил политех и вот он я.
— А я совсем недавно закончила школу и дальше учиться не собираюсь. Буду работать и копить на квартиру.
— Ну-ну, на рынке ты много не заработаешь, Русалка, — он рассмеялся. Потом сделался серьезным. — А знаешь, переезжай ко мне, в эту квартиру?
Я огляделась, вздохнула.
— Да, на такую квартиру я не смогу накопить… — грустно улыбнулась. — Спасибо, Жень, но нет.
Он прав. С такой работой как у меня я ничего не смогу позволить себе в этом городе. Решила сосредоточиться на воздушном суфле.
Женя отодвинул кресло и вышел из-за стола. Пройдя к стереосистеме, включил негромкую спокойную музыку.
— Мне так хочется танцевать с тобой… — он смотрел на меня и в его потемневших глазах застыл вопрос.
Встав, я подошла к мужчине и положила руки ему на плечи. Его ладони несмело скользнули на мою талию, Женя порывисто прижал меня к себе, словно давая почувствовать своё желание. Я не смогла сдержать вздох.
— Ты невероятно красивая, — услышала его шёпот. Тёплые губы Жени обхватили мочку моего уха. Мурашки, словно пузырьки шампанского, разбежались по моему телу. — Я влюблен в тебя, как какой-то подросток... — Он запустил руку в мои волосы, пропуская пряди сквозь пальцы. — Чёрное золото.
Я обхватила Евгения за шею обеими руками, положив голову ему на грудь. Казалось, слышала гулкий стук его сердца. Он взял мое лицо в ладони и несколько секунд внимательно и серьезно смотрел мне в глаза. Затем губами накрыл мой рот, обводя губы языком, несмело. Я приоткрыла рот, и он ворвался и закружился водоворотом, окончательно сводя нас с ума.
— Что ты со мной делаешь? — прохрипела Женя, на миг отрываясь и снова падая в пучину страсти.
Мои ладони блуждали по его плечам, затылку, спине. Внезапно почувствовала, как между ног распирает и становится горячо и влажно. Женя поднял меня на руки и, не отрывая губ от моих, куда-то понёс. Я больше ничего не видела, только ощущала кожей скользкий шёлк простыней. Веки отяжелели и сомкнулись, как створки раковин.
Я лежала посередине огромной кровати, а Женя с восхищением смотрел на меня сверху. Из его груди вырвался протяжный стон, и он начал осторожно снимать с меня платье. Да, я хотела этого. Очень хотела. Неловкими движениями помогала мужчине раздеть себя, пытаясь судорожно расстегнуть рубашку на его груди.
— Господи, какая же ты... Ульяна, — он весь дрожал и голос его срывался, — черт, прости, с тобой будто неопытный юнец...
Ладони Жени блуждали по моему телу, сжимали грудь, ласкали, и от этого мне казалось, что вот-вот умру. Его страсть переливалась в меня, как в сообщающийся сосуд. Теперь уже я искала его губы и притягивала его лицо к своей груди, требуя и умоляя. Скользнула ладонью под джинсы, сжала его ягодицы, вырвав из груди мужчины протяжный стон. Он вжался в меня всем телом, и я чувствовала, какой он твёрдый и большой. Недовольно вскрикнула в безуспешной попытке стянуть с мужчины джинсы. Женя понял, приподнялся, и уже через миг я могла видеть всю красоту его обнаженного тела. Рука сама скользнула промеж его ног, пальцы сжали твёрдый и готовый ствол, двинулись дальше, сжимая подтянувшиеся от возбуждения яички.
Он застонал, его губы скользнули между моих грудей и двинулись ниже. Поцеловал пупок, и я выгнулась навстречу, вскрикнув. И когда я почувствовала, как его язык ворвался в самое мое укромное местечко, то уже не в силах была больше сдерживаться. Запрокинула голову, раздирая горло криком. Все мои чувства вдруг стали такими острыми и сосредоточились в одной точке. Я стала вулканом, готовым извергнуться раскалённой лавой.
Женя слегка согнул мои ноги в коленях, продолжая ласкать набухшую плоть с таким неистовством и страстью, что, опалённая ею, я сходила с ума. Я дрожала, хотелось кричать от восторга и плакать от переизбытка чувств. Приближалось что-то огромное и неотвратимое, как цунами.
В это время Женя отпрянул от меня, и от разочарования я всхлипнула, обхватила его, со всей силы прижимая к себе.
— Погоди, погоди, моя девочка, моя любимая... — шептал он мне в волосы.
Наконец, почувствовав, как его член упирается мне в лобок, я застонала, поддаваясь навстречу, приподнимая бёдра. Женя вошёл в меня, заполняя до отказа. Как хорошо! Я уже плохо соображала, выкрикивала что-то нечленораздельное, яростно расцарапывая ногтями мужскую спину и превращаясь в дикое животное, похотливую самку, требующую и жаждущую. Хотелось бесконечного кайфа от этого чувства наполненности, но торнадо уже приближался, сметая и сбивая, заставляя задыхаться от неистовства.
Очнулась я в нежных объятиях Жени. Меня все ещё потряхивало от первого в моей жизни «взрослого» оргазма. Слабо улыбнулась.
— Я люблю тебя, — еле слышно прошептал мужчина, накрывая губами мой рот.
Первое недоразумение между мной и Женькой возникло перед самым Новым Годом.
За неделю до этого ему пришлось уехать в какую-то командировку, и я ждала, считая дни и часы до его приезда. Чтобы скоротать время, после работы бегала по магазинам покупала небольшие подарочки для близких. Я по-прежнему работала на рынке, доход у меня был совсем маленький, и я старалась тратить деньги с умом.
Женя продолжал уговаривать меня уйти с этой работы и переехать к нему, но я упрямилась — не хотела быть его содержанкой. Не для меня это. Я надеялась на большее и, судя по его все увеличивающейся привязанности ко мне, в ближайшее время ожидала предложения руки и сердца.
Он постоянно слал мне коротенькие любовные сообщения, дарил цветы, делал маленькие приятные подарки. И говорил, постоянно говорил, как меня любит и как счастлив, что я есть у него.
Ольга откровенно радовалась за меня, но была против, чтобы я переезжала к мужчине.
— Попомни мои слова — стоит тебе переехать, и можешь смело забыть о замужестве. Зачем мужику жениться, если у него и так все есть?
Наверное, подруга была права. Именно это и сдерживало меня от подобного шага. Я ждала новогоднего вечера, втайне надеясь на заветные слова.
В предпоследний день рынок был открыт до самого позднего вечера, я крутилась, словно белка в колесе, мечтая вечером брякнуться в заполненную пеной ванну и лежать в ней, не двигаясь. Переодевшись, я подхватила сумки с продуктами и вышла с рынка. Несмотря на поздний час, на улице было на удивление много народа. В последнии дни перед праздником люди как угорелые носились по магазинам, стараясь успеть купить к столу деликатесы.
— Девушка, вас подвезти? — я резко обернулась.
Женька! Какая приятная неожиданность! Дверца машины распахнулась, и он вышел.
— Евгений Константинович! — окликнул телохранитель, но он только отмахнулся.
Обхватив за талию, приподнял меня.
— Русалка, как же я по тебе соскучился! Поехали ко мне прямо сейчас!
Я оглядела себя, поморщилась.
— Надо заехать домой, принять душ, переодеться...
— Да плевать. Там и примешь душ, — и низким голосом прошептал на ухо: — Вместе примем.
Я согласилась. Соскучилась по нему, по его ласкам, поцелуям. Пока он был в командировке, поняла, что Женька очень мне нужен и, похоже, он может расчитывать на взаимность с моей стороны. Я, кажется, наконец-то начинала влюбляться в этого мужчину. Мне хотелось этого, но я не могла понять, почему мое сердце не учащает своих ударов от звука его голоса, почему не порхают бабочки в животе от его прикосновений, а глаза не сияют от счастья. Ведь Женька — идеальный мужчина.
Едва переступив порог, он набросился на меня. Моя куртка упала на пол, за ней
свитер. Женя прошелся по моим щекам, лбу поцелуями, что-то шептал, тыкаясь в мои волосы, путаясь в них.
— Русалка, как же я скучал по тебе... Любимая моя девочка, хочу тебя прямо сейчас.
За свитером на полу оказались мои джинсы. Евгений заразил меня своей страстью, и теперь уже я срывала с него одежду, зацеловывала его, жалась к нему. Полностью обнаженные, мы стояли посередине полутемной прихожей, под ногами ворох нашей одежды.
— Я тоже ужасно соскучилась по тебе, — улыбаясь, заглянула в его глаза. — Наконец-то ты здесь, Жень. Не бросай меня так надолго.
Он слегка отстранился, чуть нахмурился.
— Ну что, в душ?
Я кивнула.
Там под струями мы любили друг друга до тех пор, пока изнеможенные не осели на пол.
«Я люблю его!» — раздался радостный звоночек у меня в голове. Завтра же скажу ему это под бой курантов.
Пока Женя обтирал меня большим мягким полотенцем, я отрешенно улыбалась. Представляла, как каждое утро готовлю ему завтрак, провожаю на работу, как он приходит вечером домой и играет с нашим малышом. У нас будет сын. Во всяком случае, первенец. И даже придумала ему имя.
— Максим... — прерывисто вздохнула.
— Что? — Женя вопросительно поглядел на меня.
— Ой, — рассмеялась, прикрыв ладошкой рот. — Прости. Это я просто представила нашего малыша. Даже имя придумала.
Он отпрянул от меня.
— Какого малыша, Ульян?
— Да это я так, представила на минуту.
— Ну знаешь, — он схватился за голову. Обнаженное и ещё покрытое капельками воды тело совершенно не вязалось с его чересчур серьёзным видом. Мне стало смешно, и я опустила голову, чтобы скрыть улыбку. Евгений вдруг схватил меня за плечи и встряхнул со всей силы. Его лицо сделалось злым, глаза сузились. — Ты находишь это смешным?
— Что?
— Или ты надеешься залучить меня в свои сети с помощью ребёнка? Так вот знай, Ульяна, это у тебя не выйдет.
Я отбросила его руки со своих плеч.
— Какие сети, Жень, о чем ты? Да и ребёнок…
— Ульян, — внезапно смягчившись, он заглянул мне в глаза. — Не надо так со мной шутить, хорошо?
Теперь уже разозлилась я. Стала быстро собирать свою одежду с пола.
— Что ты делаешь?
— Мне пора домой, извини. Завтра на работу.
— Ты обиделась.
Одарив Евгения злым взглядом, я натянула одежду и бросилась к входной двери.
— Русалка, прости, я дурак, — он схватил меня за руку. — Я приготовил для нас ужин. Сегодня же такой день...
— Какой день, Жень? — едва проглотила застрявший в горле ком. Мне было горько и больно. Я думала, что мы доверяем друг другу, что мы близки, а на деле оказалось, что наши отношения ничего для него не значат.
— Ульяна, не уходи, прошу тебя...
Я покачала головой. Хотелось домой. Зарыться лицом в подушку и выплакаться. Ещё минута — и я не выдержу, расклеюсь, как слабонервная барышня.
— Жень, давай до завтра.
— Завтра? — мужчина наморщил лоб. — Но... я не могу... Завтра я занят.
Меня словно парализовало. Я стояла и не могла отвести взгляда от его почему-то испуганного лица. Разве мы не будем вместе в новогоднюю ночь?
— Ульян, я уезжаю завтра. Прости, забыл тебе сказать...
«Забыл сказать». Я уже не слушала — дёрнула дверь и выбежала в коридор. Не стала дожидаться лифта и бросилась к чёрной лестнице. Слышала за спиной крики, даже топот. Мне было все равно. Было противно и обидно.