Глава 40

РАЯ

Весь день я провожу с племянниками. Витя настоял на этом — сказал, что мне нужно отвлечься, провести время с теми, кто меня любит безусловно. И он прав. Наташа с Васей — это то немногое, что сейчас приносит мне настоящую радость.

Мы рисуем, строим из Лего замок, печем печенье, точнее, пытаемся, потому что оно получилось немного пригоревшим, но дети все равно в восторге. Они болтают без умолку, рассказывая про детский сад, про друзей, про то, как папа обещал взять их на рыбалку.

Витя волнуется за меня. Вижу это по тому, как он смотрит. По тому, как несколько раз за день спрашивает: "Ты точно в порядке?" Он знает, как сильно я любила Назара. Люблю. Черт, до сих пор люблю, как бы ни старалась убедить себя в обратном.

И он знает, как мне должно быть тяжело.

Отцу про развод мы пока решили не говорить. По одной проблеме за раз, как сказал Витя. Сначала нужно, чтобы я пришла в себя. Потом уже можно будет говорить с отцом. Объяснять. Выслушивать его разочарование и советы.

Возвращаюсь домой уже вечером. Устала, но это приятная усталость.

Я как раз поставила в холодильник коробку с тирамису — Витя передал, сказал, что жена специально для меня сделала, — когда раздается звонок в дверь.

Я бросаю взгляд на часы. Семь вечера. За окном уже темно. Кто может быть в такое время?

Иду к двери. Смотрю в глазок и сердце замирает.

В коридоре стоит Назар.

Я не видела его с того вечера. С того поцелуя на кухне. После того, как мы целовались так страстно и самозабвенно, что я едва нашла в себе силы остановиться. После того, как он ушел, не оборачиваясь, а я стояла на кухне и держалась за столешницу, чтобы не побежать за ним.

Он больше не тревожил меня. Не звонил. Не писал. Не приезжал.

И я почему-то чувствовала грусть по этому поводу. Хотя должна была чувствовать облегчение.

Смотрю на себя в зеркало у двери. Старые джинсы. Мятая футболка. Никакой косметики. Выгляжу как... как уставшая женщина, которая провела день с детьми и не планировала ни с кем встречаться.

Рука тянется к ручке двери, но в последнюю минуту я замираю. Должна ли я вообще ему открыть дверь?

Мы на тропе развода. Документы почти готовы. Адвокаты все улаживают. Еще две недели, и все будет кончено официально.

Зачем он здесь? Что ему нужно?

Но потом думаю: нам все равно придется поговорить. Рано или поздно. Потому что мне нужно сказать ему о ребенке. Скоро невозможно будет это скрывать.

Пусть муж из него получился плохой, но возможно, как отец он еще не безнадежен. Лида тому доказательство, он не пожертвовал ею ради нас и своего эгоистичного желания врать и дальше, чтобы я была рядом с ним. Пусть неуклюже, но он пытается быть ей хорошим отцом.

И наш ребенок... наш ребенок заслуживает иметь отца. Даже если мы с Назаром не будем вместе, я хочу, чтобы он был любим и никогда не чувствовал себя ненужным.

Делаю глубокий вдох. Беру себя в руки. Открываю дверь.

Назар выглядит... усталым. Измученным. Синяк на лице почти сошел, остались только желтоватые следы, но добавились свежие ссадины. Мы встречаемся с ним взглядом и я тону в его глазах. Внутри него настоящая буря. Без слов этот взгляд говорит многое. Там отчаяние. Надежда. Безумие.

Страх?

— Рая, — говорит он хрипло и делает шаг ко мне. Смотрит как-то странно. Словно не знает что делать или что сказать. А потом просто падает передо мной на колени, прямо на пороге, не заходя в квартиру. Обхватывает мои ноги руками и прижимается головой к моему животу.