Глава тринадцатая

Я осталась на борту “Принцессы”. Кем бы ты ни был, каковы бы ни были твои умения, невозможно просто взять и выскочить из космического корабля, который уже задраил шлюзы и пошел на взлет.

Экстренная предполетная подготовка –  дело нескольких минут. Да, пассажирам, которые вопреки указаниям стюардов не заняли свои места и не пристегнулись, перегрузки принесут несколько неприятных минут. Но им пришлось бы куда неприятнее, если бы пираты успели добраться до нас.

Если рассуждать трезво, Хейзл права: лучшее, что мы можем сделать, –  это как можно скорее добраться до Лусии и обратиться в галаполицию, которая снарядит настоящую спасательную экспедицию. И карательную заодно –  чтобы выжечь пиратское гнездо. Да, если капитан Магрид ранен, за это время он может истечь кровью. Или его могут успеть убить. Его шансы дождаться спасения исчезающе ничтожны. Но усилия одного или даже двоих человек ничего бы в этом раскладе не изменили –  разве что добавили лишних жертв.

Рассуждать трезво не получалось. Добраться до каюты, чтобы пристегнуться, я тоже не успевала, а в аварийной рубке не предусмотрены места для кого-либо, кроме минимальной взлетной команды. Впрочем, к перегрузкам мне не привыкать. Я просто улеглась на пол, упершись головой и ногами в приборы, продолжая коситься на экраны.

Пилот, навигатор и техник тоже косились на меня –  с недоумением. Но только поначалу. Каждый из них был слишком занят, чтобы обращать внимание на что-то постороннее. В конце концов, если капитан Суарес считает, что все в порядке, значит, так оно и есть.

А у меня перед глазами упорно стояло лицо капитана Магрида –  искаженное болью и залитое кровью. На воображение я никогда не жаловалась.

…Кто он мне вообще такой, чтобы так переживать? Бывший полицейский, отравлявший мне жизнь в последние недели. Я едва его знаю, и вдобавок лишилась из-за него свободы передвижения по кораблю. Именно он поставил меня под угрозу разоблачения, а значит –  и возвращения на Феникс.

Правда, еще я обязана ему жизнью. Да, думаю, все из-за этого. Надо возвращать долги.

Поэтому на Лусии я сойду с “Принцессы” и проникну на борт корабля галаполиции, который полетит на DR-17. Чем-нибудь да пригожусь. Да, по доброй воле соваться полиции в пасть –  рискованная затея, и раньше мне никогда такое не пришло бы в голову, но… долги нужно возвращать.

Я хочу, чтобы капитан Магрид продолжал слоняться по палубам “Принцессы” со своей вечно невозмутимой физиономией и придираться к каждой мелочи. А я буду продолжать следить за ним через бортовые камеры, как делала это каждый день в течение этого рейса.

Интересно, он умеет вообще улыбаться? Не криво усмехаться краешком рта, а улыбаться по-настоящему, искренне и открыто? А смеяться? Есть ли у нохайцев чувство юмора? Я в самом деле никогда не жаловалась на воображение, но представить улыбку Грейба Магрида удавалось с трудом.

Кажется, я слишком сильно погрузилась в размышления –  и не заметила, когда не только на экране внешнего обзора, но и в рубке все изменилось.

Первыми вслед оторвавшейся от земли и стремительно поднимающейся “Принцессе” взвились несколько лазерных лучей. Глупо и вряд ли обдуманно –  скорее всего, инстинктивный жест, просто кто-то от бессильной злости пальнул, обнаружив, что добыча вот-вот уйдет. Лазером при точном попадании по приборам можно сбить катер, но никак не межзвездный лайнер.

Следующий выстрел –  с секундной задержкой –  оказался из чего-то посерьезнее. Впрочем, мазнув рядом, он ушел в сторону. А еще несколько секунд спустя от поверхности планеты там и сям начали подниматься черные точки.

Погоня. Этого следовало ожидать. Впрочем, если успеем разогнаться, никакая погоня нам будет не страшна. На околосветовых скоростях преследовать кого бы то ни было станет разве что самоубийца, а стрелять из чего угодно –  только зря расходовать боеприпасы. А после выхода в гиперпространство ловить и вовсе нечего. У пиратов есть буквально несколько минут, пока мы выходим из атмосферы, а затем –  за пределы звездной системы и идем на разгон.

Навигатор, не отрываясь, тарабанит по клавишам, делая расчеты траектории и сразу перебрасывая готовые фрагменты пилоту. Заготовки для всех экстренных случаев всегда делаются заранее, ведь может оказаться необходимо принимать решения вот так, в считанные минуты. Но сейчас нужно сделать массу поправок с учетом непредвиденных факторов, точных координат старта, положения планеты относительно ее звезды и прочего. Ошибка в навигации на околосветовых скоростях обойдется слишком дорого –  корабль просто размажет о любой встречный космический объект. Строго говоря, расчеты делает искусственный интеллект –  иначе это было бы невозможно с такой скоростью. Но в каждом случае ИИ предлагает веер вариантов –  и выбор между ними, лавируя между рисками и оценивая шансы, делает уже человек. Егор Милецкий –  опытный навигатор, он уже много лет рассчитывает трассы “Принцессы”, да и до нее налетал немало.

Пилот так же неотрывно следит за приборами, вцепишись в штурвал. Вряд ли Фрэнки О'Келли когда-либо мог представить, что придется самостоятельно вести корабль в такой ситуации. Он всего лишь третий пилот, да и возраст…  О'Келли всего несколько лет как закончил академию, и место на “Принцессе” –  небывалый взлет в его карьере. Небось, все бывшие сокурсники завидовали. Он с нами только третий рейс.

Пол чуть дернулся, и невидимый груз, придавливающий меня к нему, исчез. Я вдохнула поглубже. Из атмосферы вышли. Осталось…

Корабль основательно тряхнуло, и я, успев подняться, снова рухнула на четвереньки. Чем это по нам? Ничего, чем бы ни палили –  броня у “Принцессы” хороша… впрочем, пираты должны бы это знать, если ждали именно нас. На что же они рассчитывали?

И в ту же секунду стало ясно –  на что.

Потому что старший механик, на которого я не обращала внимания, оказывается, успел не только отстегнуться, но и вытащить бластер. И даже прицелиться –  в Хейзл.

*

Выстрел последовать не успел. В конце концов, зря я тут, что ли, валяюсь? Это пилоту с навигатором от своих приборов никак не оторваться, на что и был расчет.

На самом деле старший механик Кристинс мог избавиться от Хейзл за долю секунды – и, честно говоря, помешать ему никто не успел бы. Но он почему-то медлил. И бластер в его руке откровенно дрожал.

…Зачем он вообще привел сюда пилота и навигатора? Как большинство членов экипажа, они не знали расположения аварийной рубки.

Хотя, с другой стороны, очевидно, что в крайнем случае Хейзл с ее опытом могла поднять корабль в воздух и сама – и даже вывести из атмосферы. Возможно, даже проложить курс по приборам – рискованно, но всяко лучше, чем сидеть на пиратской планете и ждать гостей.

Значит, главным для него было вывести из строя отставного капитана, а для этого сначала – усыпить ее бдительность и дождаться, когда все будут слишком заняты взлетом.

Неизвестная девица в аварийной рубке, конечно, оказалась сюрпризом, но кто станет принимать во внимание случайную пассажирку?

Лучше всего из моей позиции было бы швырнуть чем-нибудь. Не в голову, разумеется – только в руку, чтобы сбить прицел. Да, рискованно в тесной закрытой рубке, но иначе в момент удара Кристинс может выстрелить просто от неожиданности, а то и случайно.

Увы, швыряться оказалось нечем. Незакрепленных тяжелых предметов в аварийной рубке по определению быть не могло. И Джека с его волшебными дротиками под рукой тоже не было.

Что я умею действительно отлично – это двигаться очень быстро и абсолютно бесшумно. Меня этому долго учили, и эта наука не раз пригодилась мне, пока я скрывалась на борту.

Мне понадобилось несколько секунд – пока Кристинс вскидывал бластер и отчего-то медлил – чтобы, не отрывая головы от пола, змеей проползти к его креслу. А затем молниеносно взвиться, резко вскидывая руку – чтобы ребром ладони резко ударить снизу вверх по бластеру, вышибая его из пальцев механика. В последнюю секунду тот все-таки успел нажать на спуск – но выстрел ушел в сторону и вверх.

Оценивать, повреждено ли что-то из приборов, было некогда. Следующим резким движением я все так же ребром ладони ударила механика в висок. И ничуть не удивилась, когда подскочившая с другой стороны Хейзл заломила ему руку болевым приемом.

Да, хрупкая пожилая женщина едва ли справилась бы с крупным мужчиной силой. Но на нашей стороне было не только численной преимущество, но и опыт Хейзл, изучавшей боевые искусства, и внезапность.

Впрочем, надеяться, что вдвоем мы его все-таки запинаем, капитан Суарес не стала и, используя секундную заминку, выхватила из-за пояса электростаннер. Боевое оружие ей как лицу гражданскому теперь не полагалось, но, думаю, ходить безоружной вовсе ее не заставило бы ничто на свете. Короткий разряд надежно вырубил Кристинса, который обмяк в кресле, уронив руки.

Пилот и навигатор, дружно оглянувшись на долю секунды и удостоверившись, что все в относительном порядке, снова уставились на приборы – от их действий сейчас зависели жизни всех на борту.

Мы с Хейзл переглянулись.

– Я знаю, где добыть скотч, – сообщила я и получила одобрительный кивок. Неизвестно, когда Кристинс очнется, но лучше бы не давать ему возможности напакостить.

Пока бегала за скотчем, не переставала размышлять. Первого пилота я знала не слишком хорошо. С год назад его перевели к нам с другого корабля компании. Мог ли он быть предателем и шпионить для пиратов? Понятия не имею.

А вот Стива Кристинса я знала отлично. Пусть даже в качестве Хона старалась лишний раз не попадаться ему на глаза. Но все механики отзывались о нем с уважением. Работал он на  «Принцессе», по-моему, с того момента, как она сошла с верфи.

А еще я знала, что из каждого рейса он старался привезти какую-нибудь диковинку для маленькой внучки, которую не так уж часто удавалось видеть. О девочке, как и о своей дочери, он всегда охотно и с гордостью рассказывал. И в такие моменты вокруг его глаз собирались улыбчивые морщинки.

И мне не верилось, что он с легкостью обрек на смерть или что похуже десятки детей на борту  «Принцессы». Да, я знаю, что есть люди, любящие и внимательные к собственным детям и близким и при этом абсолютно равнодушные к страданиям чужих. Но… нет. Я не верила, что это тот самый случай. Не верила, что Кристинса просто купили.

А это значило, что нападение на  «Принцессу» было тщательно подготовлено. И еще…

Кристинс пришел в себя, пока мы с Хейзл вдвоем деловито упаковывали его в скотч.

В первое мгновение его глаза остановились на капитане Суарес – и в них мелькнуло облегчение. А потом взгляд снова затопила боль.

– Лилли, – прохрипел Кристинс и замолчал. А мы с Хейзл снова переглянулись и кивнули друг другу. Выходит, выводы мы сделали похожие. Хотя это вовсе не значило, что стоит отпускать с миром Кристинса – кто знает, на какой еще шаг отчаяния он решится. Потому что, похоже, где-то в заложниках у пиратов остается еще и маленькая девочка.

*

Грейб Магрид

К счастью, у морозильника не оказалось ни кода, ни системы распознавания личности. Здешним хозяевам просто не пришло в голову, что кто-то станет грабить их продуктовую кладовку на необитаемой планете. Они в принципе не рассчитывали, что здесь может оказаться кто-то посторонний – потому и были так беспечны.

Звук из-за угла заставил настороженно повернуть голову.

Кто-то шел по коридору. Стоит ему повернуть за угол – и все будет кончено. Пират успеет поднять тревогу.

Быстро оглянувшись, Грейб как мог бесшумно скользнул в морозильную камеру и задвинул за собой дверь – почти впритык, но не до щелчка. Затаившись у входа, прислушался. Шаги приближались. Определенно, неизвестный идет именно сюда.

Бывший полицейский беззвучно выругался, оглядываясь и прикидывая, что можно использовать в качестве оружия.

Увы, оружия в продуктовом морозильнике никто не хранил. Полки занимали однообразные брикеты с замороженными пайками. Разве что у дальней стенки обнаружились небогатые запасы деликатесов – какие-то колбасы, пара упаковок морепродуктов с Гамбариуса…

Что-то прикидывая, Грейб сделал шаг и задумчиво взвесил  «оружие» в руке. Что ж, не всегда приходится выбирать.

Что-то насвистывая себе под нос, пират сдвинул дверь и шагнул в морозильную камеру, толкая перед собой пустую тележку.

А в следующую секунду дернулся всем телом от мощного удара по затылку – и беззвучно сполз на пол.

Грейб позволил себе ухмыльнуться, подбросив в руке палку замороженной колбасы. Грозное оружие, если знать, куда бить!

На тележку посмотрел с сожалением. На ней можно было бы увезти хороший запас. Но ее наверняка хватятся – как и пирата, если его добить. Начнут искать, выяснять… а тому, кто прячется за переборками, такое внимание совсем не нужно.

Грейб усмехнулся собственным мыслям. Вот уж не предположил бы, пока охотился по кораблю за Шайлой Севир, что однажды сам окажется в ее шкуре! Только не на мирном туристическом лайнере, а в пиратском логове на необитаемой планете.

Пирата капитан художественно уложил в дверном проеме – так, будто по затылку того ударило неожиданно начавшей закрываться створкой двери. К счастью, нападавшего тот не видел, так что и сам не сможет сказать ничего вразумительного, когда и если очнется. И едва ли у космических разбойников найдется достаточно квалифицированный врач, чтобы проанализировать характер травмы и предположить, чем и как она нанесена. Впрочем… конкретно это орудие преступления вообще вряд ли кому-то пришло бы в голову.

Перешагнув через все еще неподвижное тело, Грейб торопливо взял с полки несколько замороженных брикетов и рассовал их по карманам мешковатого комбинезона с коротковатыми штанинами и рукавами.

Комбинезон он тоже стянул, вспоминая о корабельном  «гремлине» – грязный, брошенный в стиральный автомат. Сейчас было не до брезгливости. В потрепанной капитанской форме Грейба было слишком хорошо и издалека видно. Впрочем, нохайца с его огромным ростом и разворотом плеч, увы, издалека было видно в любом случае. Но такой же комбинезон, как у многих членов шайки, хотя бы не бросался в глаза любому, кто случайно увидит его мельком.

Еще бы разжиться хоть каким-то серьезным оружием. Собственный бластер остался где-то на дне реки. И нет, бластер у ушибленного колбасой кока, или кто он там, забирать не стоит – такую потерю тоже слишком быстро заметят. Все-таки придется пробираться в жилой модуль.

Но пока – главное выбраться и вернуться в облюбованную пещеру, где можно отдохнуть и наконец напиться. На этой планете добыть еду и воду можно только у пиратов, а Грейбу надо восстановить силы.

…Шайле наверняка прятаться было проще – с ее-то субтильным телосложением.

Что-то слишком часто он вспоминает об этой неуловимой девушке. Как будто нет других забот у того, кто застрял один на необитаемой планете без еды, воды и медикаментов и отсиживается в пещере в двух шагах от пиратского логова.

А впрочем… почему бы и не вспомнить хоть о чем-то хорошем? По крайней мере, она сейчас жива и в безопасности. Как и все пассажиры и экипаж  «Принцессы Галактики». Тогда, вжатый в пилотское кресло в сорвавшемся в штопор катере, Грейб едва не потерял драгоценные секунды, нужные для собственного спасения. Но оно того стоило.

*

Экран коммуникатора, мигнув, погас после очередного удара. Грейб уронил руку, переведя взгляд на иллюминатор, в котором, кружась, стремительно приближалась земля. Главное сделано. А вот теперь можно подумать и о себе.

По инструкции в такой ситуации пилоту полагалось катапультироваться в спасательной капсуле. Катер, упав, скорее всего, разобьется всмятку, вдобавок может загореться, а то и взорваться.

На принятие решения оставались считанные мгновения. Нохаец протянул руку к кнопке катапультирования – и тут же сам себе качнул головой.

Нет.

Бессмысленно – с земли его маневр неизбежно увидят и с комфортом расстреляют вместе со спасательной капсулой. С гарантией.

Единственный шанс – попытаться вывести катер из штопора, смягчить пике. Посадка неизбежно будет жесткой, но шанс выжить остается. И главное – вряд ли кому-то придет в голову копаться в обломках, выясняя, выжил ли пилот. В конце концов, даже выжившему деваться будет некуда на планете, где нет ничего и никого, кроме пиратов.

О том, что он будет делать на самом деле после спасения, Грейб решил пока не думать. Рано. Сначала нужно просто выжить.

В иллюминаторе мелькнула буро-коричневая лента реки. Да! Капитан потянул на себя штурвал. Стоило начать выравнивать полет раньше – но у него были дела поважнее.

Посадка на воду в самом деле вышла жесткой – на несколько секунд Грейб потерял сознание. Сработавшие системы безопасности сжали его в тисках, намертво заклинив и отказываясь сворачиваться. Выбираться из спеленавшего его кресла пилота пришлось по миллиметру, стараясь не обращать внимания на боль в пострадавшей руке, ползущий откуда-то густой смрадный дым и тонкий ручеек грязной воды, уже бегущий по полу…

*

Только дважды свернув в уже знакомой пещере, Грейб позволил себе обессиленно сползти на каменный пол, уронив руки. Плечо нестерпимо ныло – до звездочек в глазах. К счастью, это оказался не вывих – просто сильный ушиб. Впрочем, найти не ушибленное место во всем теле было бы затруднительно. Природа наградила нохайцев крепким здоровьем, а регулярные тренировки сделали тело бывшего полицейского сильным и закаленным. Но у любой выносливости наступает однажды предел.

В пещере было тепло, влажно и кошмарно пахло – где-то недалеко бил горячий источник. Может, прятаться здесь и не лучшая идея, но вариантов не было.

Но главное – он добыл воду. Мужчина резко дернул клапан на кармане штанины, извлек из него брикет и отломил по шву припаянный кусок. Пайки были предназначены для безводных планет, и каждый включал одноразовый пакет со льдом. Чистая вода сейчас была ценнее всего на свете. Грейб разорвал край пакета и с наслаждением вгрызся зубами в лед.

 «Принцесса» улетела, он видел это. Да, следом стартовало несколько кораблей, но, судя по тому, как пираты бегали и ругались вскоре, намеченная добыча ускользнула из ловушки.

А это значило, что они вот-вот снимутся с места. Не станут же пираты дожидаться, когда прилетят отряды галаполиции для зачистки! Впрочем, какое-то время у них есть – пока  «Принцесса» доберется, пока экипаж обратится в галаполицию, пока соберут свидетельские показания и снарядят экспедицию. А у пиратов наверняка заранее подготовлены пути отхода. У них есть время, чтобы спокойно собраться и бесследно раствориться в космосе.

Наверное, какой-нибудь супергерой из популярных комиксов в одиночку раскидал и связал бы всех злоумышленников, а потом сдал их копам. Или угнал бы один из пиратских кораблей, чтобы добраться до ближайшей планеты Конфедерации.

Увы, ни один космический корабль не допустит к управлению постороннего. Да и внутрь пробраться не выйдет – это тебе не хозяйственный или жилой модуль. Система распознавания мгновенно выдаст его. Грейб криво усмехнулся, снова невольно вспомнив Шайлу Севир и позавидовав ее хакерским умениям. Как-то же она договорилась с искусственным интеллектом  «Принцессы»! Причем ухитрилась получить доступ едва ли не выше капитанского. Может, корабль воспринимал ее как часть системы? Или что-то вроде вируса.

Жаль, ни в полицейской, ни в летной академиях не учат взламывать компьютерные системы и космические корабли.

Но кое-что полицейский, пусть даже бывший, обязан сделать – хотя бы попытаться добыть информацию о том, куда направятся пираты с DR-17. И о ловушке, подготовленной для  «Принцессы» – ведь уже ясно, что не случайно эта унылая планета была включена в маршрут, а значит, у преступников есть рычаги давления на кого-то в правлении компании.

Правда, даже если удастся добыть эти сведения, не факт, что получится их передать. Капитана Магрида наверняка сочли погибшим и не будут искать на опустевшей планете.

Но об этом Грейб запретил себе думать.