27

Чем ближе был вечер, тем больше я нервничала. Павел это заметил и, улучив момент, спросил тихо:

— Юная и наивная девственница?

И все, мою нервозность как ветром сдуло.

— Мафиози! — не осталась в долгу.

После ужина Павел обратился к сыну:

— Иван, ты же уже большой мужчина?

Ну, какой пятилетний мальчик не согласится, был взрослым мужчиной?

— Конечно, — серьезно кивнул мальчик.

— Значит, спать будешь отдельно, — сообщил сыну Родимцев — старший. — Не к лицу взрослому мужчине делить постель с Катериной.

В этом момент я как раз пила сок, и услышав такое заявление, подавилась. Павел похлопал меня по спине и продолжил:

— Так что у тебя будет отдельная спальня. Как дома.

— А вы с Катей, где будете спать? — задал вопрос ребенок. — Тут только две кровати.

— Как-нибудь разместимся, — ловко ушел ответа Родимцев — старший.

— Кровать большая, — продолжил Ванька, — вы там уместитесь. Или тебе тоже нельзя спать с Катей?

Теперь уже соком подавился Павел. Откашлялся и посмотрел на меня. Пришлось прийти ему на помощь.

— Вань, папа имел в виду, что такие большие мальчики, как ты, не спят с воспитательницами, тем более что тут есть прекрасная кровать, специально для тебя. А взрослые, такие, как твой папа, могут спать с женщинами. Если те не против.

Сказала и осеклась. Теперь на меня заинтересовано смотрели оба Родимцева. А Павел (гад такой!) даже покивал весело, мол, продолжай — продолжай, очень интересно.

Но Ванька, золотой ребенок, не стал цепляться к словам.

— Я понимаю, — согласился со мной. — А папа может уступить тебе вторую кровать и лечь на диване. Он сам говорил, что девчонкам нужно уступать.

Теперь уже я весело посмотрела на Родимцева — старшего. Ну, что скажешь? Но Павел решил не продолжать дискуссию.

— Так, давайте-ка укладываться. Завтра рано вставать. Иван Павлович, марш в душ. Катерина Алексеевна…

— Тоже в душ? — перебила его.

Павел грозно глянул на меня и продолжил:

— Катерина Алексеевна, будьте так любезны, присмотрите за молодым человеком.

— А вы, Павел Петрович, чем займетесь? — кажется, я обнаглела.

— А я попрошу, что бы здесь убрали и закажу вина. Надеюсь, ты не против?

Я не стала отвечать, ушла вслед за Иваном.

Помогла умыться, укутала в полотенце и отнесла в кровать.

— Сказку почитать? — предложила привычно.

— Угу, — сонно согласился мальчик.

И пока я листала книжку, выбирая, что читать, Ванька уснул. Погасила ночник, поправила москитную сетку и вышла, плотно закрыв за собой дверь.

Гостиная в мое отсутствие преобразилась. Унесли остатки нашего ужина, а на полу расставили маленькие светильники. Получилось очень романтично. Родимцев ждал меня, сидя в кресле. Рядом с ним, на низком столике, стояла бутылка вина, пара бокалов и какие-то фрукты.

— Уснул? — спросил Павел, разливая вино по бокалам.

— Ты не поверишь, но мгновенно.

— Устал, — он дождался, когда я сяду в кресло напротив и протянул мне бокал. — Попробуй, это хорошее вино.

Сделала глоток, действительно хорошее.

— Вкусно, согласилась и задала вопрос: — Мы здесь надолго?

— Думаю, еще пара дней, и можно ехать дальше.

— А говорил, что можем остаться здесь жить, — шутливо подначила его, выбирая из фарфоровой менажницы клубничку повкуснее.

Павел глазами проводил ягоду до моих губ и ответил:

— Да в чем проблема? Хочешь здесь жить — будем жить.

— Так просто?

— А зачем усложнять? Жизнь вообще штука довольно простая. Но вот жить здесь не самая хорошая идея. Это все-таки лодж, и всегда будет полно народа. Лучше арендовать дом где-нибудь неподалеку, хотя я предпочёл бы берег океана. Надо съездить, посмотреть.

— Дом? — уточнила на всякий случай, ширина чужого размаха впечатляла и сбивала с толка.

— Если хочешь, и дом тоже. Но я про океан. А лучше полетели на Занзибар, — предложил Павел.

— Слушай, у нас есть хоть какой-нибудь план? — поинтересовалась у него. — Или мы так, куда юбка понесет, туда и мы за ней?

Родимцев захохотал.

— Это ты хорошо про юбку сказала, — похвалил и, заметив, что мой бокал пуст, налил еще вина.

— Спасибо, — поблагодарила машинально. — И все-таки, план есть?

— Конечно, — Павел согласно кивнул. — Я собираюсь тебя слегка подпоить и совратить.

И искушающе улыбнулся, глядя мне прямо в глаза. Ожидал смутить? Не на ту напал.

— Это был мой план, — заявила в ответ и пояснила: — Я хотела тебя напоить и совратить.

— А поить зачем? — удивился Родимцев. — Не надо меня поить, я совершенно готов к совращению.

Откинулся в кресле и скомандовал:

— Начинай.

Теперь мне стало смешно. Хмыкнула и пригубила еще вина.

— А у тебя все работает? Не хотелось бы разочароваться в последний момент.

— Самое время проверить, — в тон мне ответил Павел и добавил серьезно: — Кать, ты мне нравишься. Очень. И я хочу тебя. Безумно и прямо сейчас. Только вот не знаю, может ты уже передумала?

Это был прекрасный шанс отступить. Но для себя я все уже решила еще утром, и идти на понятный не собиралась.

— Не передумала, — глядя в голубые глаза, ответила решительно.

Павел кивнул, но с места не сдвинулся. Я тоже продолжала сидеть в кресле. Наступила какая-то неловкая пауза.

А потом Родимцев как-то неуловимо перетек из кресла, умудрившись при этом не опрокинуть столик, и оказался около меня. Опустился на пол, обхватил руками мои ноги и уткнулся лицом в коленки.

— Не бойся меня, — пощекотал дыханием.

— Не буду, — пообещала, чувствуя, как его пальцы поглаживают косточки на щиколотки.

Павел потерся лицом о мои голые ноги, лизнул одно колено, потом другое. Его руки, вычерчивая замысловатые узоры на моей коже, поднялись выше, подхватили меня под коленки и потянули на себя.

Я почти лежала в кресле, а Павел уже поглаживал мой живот. Щетина чуть царапала кожу, пальцы надавливали на какие-то неведомые точки, которые в ответ загорались чувственными огоньками.

— Расслабься, — попросил Родимцев. — Просто получай удовольствие.

И я последовала его совету. Что-что, а доставлять удовольствие Павел умел. Через какое-то время, когда я пришла в себя и чуть отдышалась, глянула на часы и изумилась: прошло всего полчаса. Но зато каких!

Тело было переполнено наслаждением, хотелось просто свернуться калачиком и поспать немного.

Но у Родимцева были на эту ночь другие планы.

— Катерина, — сказал он строго, — не время расслабляться. У нас еще прошлый эксперимент не окончен, и новый уже назрел.

— Новый? — слабо отозвалась я.

— Новый, — решительно подтвердил Родимцев и встал с пола. — Ты сама идти сможешь?

— А куда?

Он демонстративно закатил глаза и подхватил меня на руки.

— Понесу, — сообщил. — На всякий случай.

— Далеко? — попробовала зайти с другой стороны.

— Ты что, всерьез думаешь, что все закончено? — удивился Родимцев. — Даже и не мечтай, ночь только началась. Мне досталась восхитительно страстная женщина, и я намерен насладиться этим по полной. Сначала ванна. Или душ?

— Душ, — решила я.

— Ванна романтичней, — возразил Павел, — но она какая-то маленькая. Мы вместе не поместимся. Вернемся домой, установлю джакузи. Огромную.

Я вопросительно на него посмотрела.

— Экспериментировать будем, — пояснил Родимцев. — А сейчас, пожалуй, действительно лучше в душ. Я тебе спинку потру. Ну, и другие части тела.

— А я?

— Ты тоже можешь мне что-нибудь потереть, — с энтузиазмом согласился Павел. — Я только за.

Душ получился долгим и не менее волнующим, чем предыдущая дегустация вина в гостиной. А когда мы, наконец, вылезли из душевой кабинки, довольные и уставшие, Родимцев, обмотав меня махровой простыней, гордо сообщил:

— Работает! Ну, вот теперь переходим к самому основному!

— К чему?

— Катерина, — с укором ответил Павел, — соберись! К эксперименту, разумеется.

— А до этого, что у нас было? — осторожно поинтересовалась у него.

— Легкая разминка, — Павел смешно пошевелил бровями.

— Ты уверен?

— Катю-ю-ю-ша, — растягивая гласные, ответил Родимцев, — я никогда еще не был так уверен, как сейчас.

Меня опять подхватили на руки и понесли в спальню.

— Увы, — сообщал Родимцев, опустив мое слабое тело на кровать и проверив дверь, — замка здесь нет.

— Ванька может войти, — спохватилась я.

— Может, — согласился Павел.

— И что же делать? — спросила озадаченно.

— Экспериментировать.

— Но Ванька… — начала робко.

— Вот войдет, и будем думать, — отрезал Павел и приступил к эксперименту.

Я попыталась возразить, но через пару минут мне стало не до того.

А утром произошло предсказуемое — к нам в спальню прибежал Ванька. Кого из нас — меня или Павла он искал, осталось невыясненным. Распахнув дверь и заметив отца и воспитательницу в одной кровати, Иван слегка растерялся.

— Доброе утро, — внимательно разглядывая нас, пожелал ребенок.



— Доброе, — я выдавила улыбку, подтягивая простыню к подбородку.

За ночь так не удосужилась накинуть на себя хоть что-то из одежды и теперь костерила себя и Родимцева на чем свет стоит.

— Привет! — радостно пробасил Павел, поднимаясь с постели.

Я задержала дыхание, но Родимцев, как, оказалось, был в шортах. И когда успел?

— Ты выспался? — как ни в чем не бывало, продолжил Родимцев — старший. — Готов к приключениям?

Ванька оторвался от разглядывания кровати.

— Готов.

— Тогда пошли чистить зубы, — Павел подошел к сыну. — Дадим Катюше спокойно собраться.

— Конечно, — согласился Ванька и обратился ко мне: — Катюша, мы тебя в гостиной ждать будем.

Меня хватило только на то, что бы согласно кивнуть.

Родимцев пропустил Ваньку вперед и, закрывая дверь в спальню, послал мне весьма красноречивый взгляд и воздушный поцелуй.

В ответ я запустила в него подушкой. Не попала — Павел уже вышел, и подушка шлепнулась у двери.

Умываясь, я все еще злилась на Родимцева — старшего. Ну, неужели было так трудно разбудить меня пораньше, что бы я могла тоже хоть майку, какую на себя надеть? Вот что он за человек такой? Мерзавец, да и только.

В гостиную выходила с опаской, мне казалось, что Иван сейчас обязательно спросит: а чем же таким я занималась с его отцом?

Но Ванька, вопреки моим опасениям, казалось уже забыл про инцидент в спальне. Во всяком случае, завтрак волновал его больше — видимо за ночь мальчишка успел проголодаться.

Перехватила ободряющий взгляд Павла и выдохнула облегченно. Не знаю, что уж он сказал сыну, но, кажется, пронесло.

Завтракали в ресторане, среди остальных гостей. Семейство Родимцевых, наполнив свои тарелки, с удовольствием поглощало еду.

— Ешь, — скомандовал Павел, заметив, что я лениво ковыряю вилкой свой омлет. — Силы тебе пригодятся.

— Не хочется, — отмахнулась вяло.

— Ешь, — повторил с нажимом.

— Нужно кушать, — начал уговаривать меня Ванька. — Иначе будешь слабенькая.

— Я и сейчас слабенькая, — улыбнулась мальчику. — Силы меня покинули.

— Еще бы, — тихо прокомментировал Павел.

Пнула его ногой под столом.

— Поэтому нужно хорошо кушать, — продолжал мой воспитанник. — Что бы были силы.

— Ночью они тебе пригодятся, — тихо прошептал Родимцев — старший.

Но Ванька услышал.

— Почему ночью?

Мы с Павлом переглянулись.

— А папа сейчас пойдет и договориться на ночное сафари, — сообщила мальчику и мстительно посмотрела на Павла.

Он бросил на меня укоризненный взгляд.

— Правда? — с надеждой спросил Ванька.

За эти два дня он успел наслушаться захватывающих историй о ночном сафари.

— Правда, — кивнул Павел, и, обратившись ко мне, добавил тише: — Но это будет очень дорого стоить. Кому-то.

— А что делать? — философски заметила в ответ.

— Договорились, — согласился Родимцев — старший и продолжил трапезу.

