Глава 15

Я внимательно смотрю на бывшего мужа и понимаю, что внутри нет ничего. Пусто. Или же темно. Пытаюсь понять, остались ли к нему чувства… Но ничего не соображаю. Лишь вымученно выдыхаю, наблюдая, как Рамиль тянется к кнопке «стоп». Нажимает.

— Что ты делаешь? — цепляюсь за его запястье.

Почувствовав тепло его кожи, сразу же отпускаю. Сколько времени я его не касалась? Полгода? Семь месяцев? Да черт его знает!

— Ты можешь выслушать?

— Нет! — отрезаю грубо. — Не хочу я с тобой разговаривать! Оставьте меня в покое, в конце-то концов! Все! Все пошли к черту!

Умом понимаю, что это финиш. Это был последний удар — та троица в ресторане, которая окончательно вывела меня из себя. Сколько же их… Сколько же, оказывается, у меня врагов! А ведь я была готова сделать даже ДНК-тест. Наступить себе на горло, но сделать это лишь для того, чтобы те самые враги не радовались, но слова Рамиля о том, что он женится, поставили огромную жирную точку над моими попытками доказать ему свою чистоту.

Как же больно… Ведь в итоге только Мила добилась своего! Да, она добилась нашего развода, но это не значит, что мой бывший побежит к ней. Ни в коем случае! Я Рамиля знаю как свои пять пальцев. Он никогда не подпустит Милу близко к себе. Без сомнений! Даже если назло мне!

Был бы уверен Рамиль во мне точно так же, как я в нем, всего этого не случилось бы.

С одной стороны, Макс разбит. Теперь он окончательно потерял веру в женщин. С другой стороны, Галина, которая, я так понимаю, тоже жалеет. А также Рамиль… У него в голове наконец что-то щелкнуло. Ведь понимает, что мозаика не складывается. Какие-то обрывки не совпадают или же каких-то вообще нет! Пусто!

И его сестры… Они тоже будут жалеть, но не сейчас. Немножко осталось.

Да только что это изменит?! Абсолютно ничего!

— Успокойся, — хриплый шепот действует на нервы. Он снова тянется к кнопке, но в этот раз запускает лифт. Отстраняется от меня и поднимает руки вверх, дав этим понять, что сдается. — Я не стану приближаться, но прекрати кричать. Ты бледная и… Беременная. Нельзя тебе…

Он не договаривает, но я вижу, как его кадык дергается. Рамиль Сглатывает.

— Господи… — я снова усмехаюсь, горько так, и всхлипываю. — Как же вы мне надоели! Свалить бы мне отсюда и не видеть лица ваши! Предатели! Вокруг меня только Макс нормальный человек и мама твоя. Нет третьего, кому доверять можно. Нет! А у тебя есть? Остался такой, Рамиль?

— Нет, — отвечает он, внимательно всматриваясь в мои глаза. — У меня только ты была, но я…

Уголки его губ поднимаются, изображая ухмылку. Только какая-то она странная. Не искренняя.

— Чего молчишь?

— Я зайду к тебе чуть позже, Лер. Уйдешь, значит, жди меня у себя дома. Этот разговор состоится в любом случае. Сегодня. Я устал, Лера.

Только я хочу крикнуть, что я тоже устала и не хочу его видеть, двери лифта распахиваются. Сглотнув, затихаю, заметив двух девушек, которые откровенно пялятся на нас. Прекрасно! Ловите крутую картинку. Будет о чем посплетничать.

— Пошел к черту! — цежу бывшему, уходя от лифта.

Рамиль ничего не говорит. Просто кивает и проходит мимо.

В свой кабинет идти нет желания, поэтому тянусь к ручке двери и без стука захожу в кабинет Макса. Он успел прийти, сидит и по телефону разговаривает. Я же снимаю с себя пальто, направляюсь к окну и опускаюсь в кресло. Отсюда весь город виден.

— Нет, я никого видеть не хочу, и точка! — рычит он в трубку. — Закажи, что я тебе только что сказал. Чтобы через десять минут было готово. Я голодный! Жду!

— Макс, — оборачиваюсь в его сторону и не могу не заметить боль в его глазах. — Может, выслушаешь? Просто… Вдруг она сможет объясниться? Может… Все не так, как нам кажется?

Я просто ставлю себя на ее место. Рамиль мне не дал ни единого шанса. Знаю, что та Галина играла против меня и причастна ко всему, что со мной случилось. Но… Макс… Мне за него больно.

— Это ничего не изменит, — слышу в ответ.

— Просто выслушай.

Максим звонит секретарю, через несколько минут дверь кабинета уже открывается, и до меня доносится тихий женский голос:

— Максим…

Медленно встаю с места. Взяв свое пальто и сумочку, делаю шаг вперед, но Макс буквально впечатывает меня в стену своими словами:

— Сядь обратно, Лера. Если она хочет говорить, то говорить будет при тебе.

— Я все расскажу, — девушка всхлипывает. — Обещаю. Все расскажу как есть. Но, пожалуйста, дай объясниться.

Единственное, чего я сейчас хочу, так это уехать домой, перекусить и просто лечь спать. Безумно клонит в сон, но я понимаю: сегодня выспаться точно не удастся.

— Сядь, — рявкает Макс. — Если ты здесь, то только из-за Леры. Не горю желанием видеть тебя и о чем-либо говорить.

Мне неприятно слышать такие слова. Да, Макс прав, он зол, и есть причина, но все равно… Не стоит так обращаться с женщиной.

Я не оборачиваюсь, а просто смотрю в окно. Скоро начнет темнеть, загорятся огни ночного города. Но и это меня уже не успокаивает, хоть раньше и было иначе.

— Максим, клянусь, я пришла встретиться с ней, чтобы сказать… — она говорит как можно тише, аккуратно. — Что я больше не буду делать то, что она прикажет. Макс, я так жалею. Поверь, я узнала все после того, как ты мне рассказал. По словам Милы, эта история выглядела совсем по-другому.

— Да неужели? — мужчина огрызается. Я кожей чувствую его злость, ярость. — И как же эта история выглядела по словам Милы?

— Я… Валерия, простите меня, пожалуйста, — обращается ко мне. Я слегка поворачиваю голову, но не смотрю на нее. Просто не хочу, иначе сорвусь. И так голова кругом идет. — Простите, но она сказала, что вы отняли у нее мужчину. Много лет назад. Что вы ему изменяете. Но потом… Потом Макс сделал мне предложение и в тот же день обещал, что познакомит меня с вами. Рассказал вашу историю с Рамилем. Я тогда не знала, что и делать. Так плохо себя чувствовала… Поняла, что Мила все это время меня обманывала.

— Галь, прекрати, а? Прекрати все на Милу сваливать. Ты не невинная овечка! — повышает голос Максим, и девушка моментально затихает.

— Макс, — всматриваюсь в синие глаза. — Пусть говорит. Успокойся. Я просто скорее уйти хочу, а ты не отпустишь, пока я все не услышу.

Сжимая челюсти, Макс переводит взгляд на девушку. Кивает ей, мол, продолжай.

— Когда я с тобой познакомилась, не знала, что все зайдет так далеко. Не ждала серьезных отношений. Но потом так сильно… — выдыхает. — Я влюбилась, Максим. У меня до тебя не было почти ничего и никого, но ты меня принял. Дал все, что только мог. Поверь мне, последние два месяца я просто места себе не находила, все думала, как тебе рассказать. Умом понимала, что в один день все раскроется. В то же время я боялась. Боялась потерять.

Вроде бы взрослая, но не сообразила, что отношения, начинающиеся со лжи, никогда не смогут иметь счастливый конец. Возможно, действительно, расскажи она Максу все с самого начала, могло бы быть иначе. Но я знаю Максима — это тоже не точно.

— Она обманула всех. Даже сестер того самого Рамиля. Я его никогда не видела, только слышала. Мила всех подставила. Но больше всех вашего мужа, Валерия, — обращается ко мне. — А сделала она это не одна. С помощью вашего конкурента, Макс, — переводит взгляд на мужчину. — У вас же есть в данный момент какие-то проблемы в компании, ведь да?

Макс откидывается на спинку кресла. Задумывается. Я бы сказала, притворяется. Я-то знаю, что те самые проблемы есть. И занимается ими Рамиль. Уже несколько месяцев.

— Какой конкурент? И чем он помогает Миле? — спрашиваю я, рассматривая брюнетку.

— Я имени не знаю, но… Тот самый мужчина ей помогает во всем. Даже те кадры с камер видеонаблюдения удалил, где Юля на шею Макса прыгнула и поцеловала. Не было ни одной зацепки, за которую мог бы схватиться ваш муж, Валерия. Все было против. Снимки, сообщения, которые писала… — она на минуту замолкает, но потом продолжает: — Которые писала Мила с моего телефона. Номер купил Макс, и оформлен он на него. Поэтому… Ваш муж поверил… Анализы… Фиктивное завещание.

Она обхватывает голову руками, а потом сжимает свои волосы в кулак и тянет их, будто хочет вырвать с корнями. Я молча наблюдаю за ней, мысленно подмечая, что я не должна ее жалеть. Она одна из тех, кто жизнь мне угробил, но я почему-то все равно жалею. Я не должна же… Ведь верно? Не должна я ее жалеть, черт побери!

— Валерия, я не знаю… Не знаю, что бы почувствовала, будь я на вашем месте, — девушка замолкает на телефонный звонок. Достает из сумки мобильник, отключает и бросает на стол. — Она звонит. Я сказала ей, что больше не стану молчать.

— Что тебя заставляло делать то, что она захочет, Галина? — снова спрашиваю я.

Макс молчит, не сводя глаз с меня. Губы сжаты в тонкую линию, руки же — в кулаки.

Девушка опускает взгляд. Смотрит куда-то в стену. В одну точку. Напрягается. А Максим вовсе не здесь. Далеко отсюда. О чем-то сильно задумался.

— Моя мама тяжело болела. Когда-то Мила очень помогла мне. По-дружески. А потом… Как-то в один день показала мне фотографию Максима. Рассказала все о нем. Где работает, чем занимается или же где больше всего проводит свободное время. Мне нужно было соблазнить его — это она попросила взамен на свою помощь. А главная цель — иметь доступ к его телефону. Но потом Макс подарил мне новый мобильник вместе с симкой…

— И этого было достаточно, — Максим перебивает. — Вокруг пальца меня обвела. Ради своих целей! Ради того, чтобы помочь своей подружке, решила играть с жизнью чужих! Какая же ты низкая… — рычит сквозь стиснутые зубы. — А я лох! Настоящий лох! Просто не могу поверить, что я тоже принимал участие во всем этом дерьме!

— Максим, пожалуйста, поверь мне… Я не думала, что все будет вот так, — она разводит руками.

— В смысле «вот так»? — спрашиваю совсем тихо.

— Ты же знала, что Лера с Рамилем в браке. Знала, не? — мужчина встает с кресла, упираясь ладонями в стол, наклоняется к девушке. — Ты знала, что они в браке. А как они там живут, счастливо или нет, — это совсем не твое дело, Галина! ЭТО. ТЕБЯ. НЕ ДОЛЖНО БЫЛО. ВОЛНОВАТЬ. Сечешь, о чем я? Ты специально сделала этот шаг! Специально, твою мать! Помогла Миле угробить счастливый брак! Но я тоже хорош! Да как я мог не увидеть твое истинное лицо!? Как я мог не понять, что ты, сучка, притворяешься?!

Он повышает голос, венка на шее вздувается, по лицу ходят желваки. А девушка, сжимаясь чуть ли не в комок, слушает, но не отвечает. Знает ведь, что Макс прав.

Я сижу в стороне и снова смотрю в окно. Устала. Как же я устала.

На самом деле хотела узнать все, а сейчас понимаю: лучше бы не знала. Да и что это теперь изменит?

— Она просто умеет действовать на человека. Я не знаю как, но… Как бы психологически… Словами… Черт! — не договаривает, лишь потирает лицо рукой. — Валерия, я не хотела, чтобы так получилось. Простите меня, пожалуйста. На самом деле и ваш муж ни в чем не виноват. Он тоже жертва…

— Лучше замолчи, — перебиваю. — Замолчи, — шепчу.

Жертва… Какая из него жертва? Рамиль часто говорил, что не может думать головой рядом со мной. Типа действует только чувствами А в тот день, когда швырнул снимки мне в лицо… Вот тогда его голова начала работать. Он не послушал свое сердце, которое, видимо, начал слушать только сейчас. После того, как все разрушил собственными руками. Ведь он должен был понять, что его Лера никогда ему не изменит. Никогда не поступит так подло! Знал ведь, что много мужчин было вокруг меня до замужества, но я выбрала его. И зачем мне сейчас идти налево? Зачем мне мужчина, которого я сама не захотела много лет назад?

— Я понимаю, что уже поздно. Но все же, — Галина встает и подходит ко мне. Располагается напротив. — Валерия, я клянусь… — выдыхает. — Да, я знала, что мой шаг неверный. Я и Юля. Мы все знали. В вот остальные — нет. Ни ваш муж, ни его сестры. Все было так детально, грамотно спланировано, что… Просто нереально было не поверить. Я очень жалею. Простите меня, если сможете.

— Пошла вон! Пошла вон, Галина! И чтобы я больше тебя не видел вокруг себя! — Макс кричит. Он окончательно вышел из себя.

— Уходи, — шепчу, заглядывая в темные глаза, наполненные слезами. — Дай ему остыть.

Девушка молча выходит из кабинета. А Макс начинает копаться в шкафу. Что-то ищет. Матерится, обзывает себя такими словами, которые я впервые в жизни слышу.

Я тоже встаю и направляюсь к двери. Слишком душно. Воздуха не хватает. Выйду, прогуляюсь немного, а потом домой. Спать хочу жутко.

— Ты куда? — хмурится. — Подожди минуту.

— Что ты ищешь?

— Бумагу, которую Рам мне в лицо швырнул, сказав, что… Что ты мне сообщения посылала. А я тебе. Но я даже не посмотрел. Я, сука, не посмотрел! — снова начинает рычать. — Даже в голову не пришел номер Галины. А, оказывается, он прав был!

Достает какую-то бумажку, внимательно изучает. Снова матерится. Сжимает в кулаке, превратив ее в шарик, швыряет в сторону. Пинает кресло, затем кулаком по столу несколько раз бьет.

— Успокойся! Что ты творишь?!

— Он был прав! РАМИЛЬ. БЫЛ. ПРАВ!!!

Максим орет так, что я хочу уши ладонями закрыть и не слышать.

— Номер Галины… Черт раздери! Я их всех прикончу! И Милу ту, и всех остальных!

— Остынь, Максим. Хватит! — я тоже перехожу на крик, иначе он меня не услышит. — Сядь и прекрати орать. Рамиль не ребенок. Сначала нужно было разобраться, ты меня понимаешь? Нужно было детально все разузнать. Если тут есть виновник, то это только Рамиль! А ты… Остынь и иди с Галей своей нормально поговори. Она сделала ошибку, да. Но каждый имеет право на второй шанс.

— Второй шанс? — усмехаясь подходит вплотную. — Второй шанс, Лера? А ты тот самый второй шанс дашь Рамилю, а?

— Нет, — отрезаю, не задумываясь. — Нет. Никогда. Ни в коем случае. Не сравнивай, Максим. Это не одно и то же! Не сравнивай!

— Что значит не одно и то же? Что значит не сравнивай?

Максим злой как черт, но я не менее. Треснуть ему по голове хочется, чтобы он прекратил рычать. А если сесть и подумать трезвой головой, то реально постарались круто. Паутина прямо настоящая. И да, возможно, я ошибаюсь. Не нужно мне советы давать, потому что я сама в хреновой ситуации. И да, я тоже никогда не простила бы предателя. И не прощу. А Максим тем более. Характер у него не сахар. Мы сильно с ним похожи. Мне кажется, с Рамилем найти общий язык намного легче, нежели с Максом. Но это раньше было так.

— Мы с Рамилем семь лет вместе. Он должен был по одному взгляду все понять.

— Каждый может ошибаться, Лера, — возвращает мне мои же слова. — Сука! Нет, я сегодня точно кого-то из них угроблю!

— И оставишь меня одну? Ты тоже…

Знаю ведь, очухается после этих слов.

— Звездец! — нервно смеется. — Ладно, забей. Как-нибудь переживем. Ты домой? Давай я подвезу, а потом вернусь сюда. Дел по горло.

— Нет. Я сама. Такси вызову, — забираю сумку, достаю мобильник. — Макс, я не говорю тебе, чтобы ты простил ее. Дело твое. Просто поговори. Не так. Не на эмоциях. Не ори и не рви на себе волосы. Просто поговори. Спокойно. По-человечески. Поверь, это очень важно, какой бы результат в итоге ни получил.

— Прекрати меня уму-разуму учить, Лер, — выдыхает. — Ладно, я тебя понял. Если даже решусь с ней поговорить, то точно нескоро. Иначе придушу собственными руками.

— До завтра, Макс, — слегка касаясь его плеча, заглядывая в глаза. Я сейчас прекрасно понимаю, что он чувствует.

— До завтра.

Решаю не идти домой. Выхожу из компании и направляюсь в парк, который находится буквально в ста метрах отсюда. Полезно дышать свежим воздухом беременным женщинам.

Снова падает снег. Кто-то гуляет со своим малышом, кто-то — со своей парой, а мне скучно и… Одиноко. Нужно будет поехать к брату в выходные. Постараюсь увидеть его, хоть в последнее время меня к нему не пускают. Каждый раз какой-то повод появляется. Даже не знаю, в чем дело. Но я безумно соскучилась. Да и хочу, чтобы он меня беременной увидел.

Домой приезжаю ближе к вечеру. Ноги ноют, голова тоже.

Купила торт, решила себя побаловать. Нет, я не любительница сладкого, но почему-то сильно захотелось, когда увидела его на витрине.

Принимаю душ и переодеваюсь в домашнюю одежду. Нужно пригласить Алену и бабушку Ясмину. Постоянно они меня в гости зовут, а сегодня пусть они моими гостями будут.

Набираю номер Алены, но она не отвечает. Выдохнув, отрезаю кусочек торта и сажусь на стул. Я дико проголодалась, не могу ждать. Но не успеваю я даже начать есть, как звенит дверной звонок.

— Алена… — шепча себе под нос, направляюсь к двери. Открываю ее и буквально застываю на месте. — Черт!

— Я не черт, Лера, — Рамиль стоит прямо передо мной. Сначала смотрит в глаза, а потом опускает взгляд все ниже и ниже. И снова возвращается к глазам. — Нам нужно поговорить.

— Господи, Рамиль, — усмехаюсь, заметив в его руке одну-единственную розу. Мою самую любимую — белую. — Нам не о чем говорить. НЕ. О. ЧЕМ!!!

— Ты ошибаешься, Лера! Нам есть о чем говорить!

Он нагло входит в квартиру, я же пячусь назад. Прижимаюсь к стене спиной. Рамиль нависает надо мной, подходит настолько плотно, что я чувствую запах его парфюма. Наклоняется, дышит прямо в губы. Между нами сантиметры.

Я упираюсь ладонями в его грудь, чувствую кожей грубую ткань пальто. Холодную от мороза и мокрую от снега.

— Что ты делаешь? Отойди от меня! — пытаюсь оттолкнуть, но напрасно.

Как можно айсберг с места сдвинуть?

— Мы сегодня поговорим, Лера, — ладонями проводит от плеч до запястий, затем касается живота и задерживает руку прямо там, где малыш начинает двигаться. — Поговорим. Я не могу позволить, чтобы мой сын рос без отца. Нет. Этого не будет. Ты в любом случае вынуждена согласиться с моим условием. Без всяких там протестов, Лера. Он и мой сын! Наш! Наш сын, Лера! И я его не оставлю!