Глава 33

В кабинете, за массивным столом, восседал тучный мужчина, чью внушительную плешь венчали редкие волосы. Холодные, поросячьи глазки буравили гостя. На мясистых щеках проступил нездоровый румянец, а губы искажала едва уловимая, хищная усмешка. Тяжелые руки, казалось, жили своей жизнью, бесцельно вороша бумаги. От хозяина кабинета исходила аура власти и угрозы, как от раскормленного, но дикого зверя, готового в любой момент выпустить когти.

Гость, словно выцветшая тень, казался бледным и изможденным. Его худощавое лицо с заострившимися чертами выдавало тревогу и обреченность. Он стоял неподвижно, сцепив руки за спиной, отчаянно пытаясь выпрямиться, хотя спину пробивала слабая дрожь. В глазах читалась мольба, смешанная с ледяным страхом, обращенная к человеку за столом.

— Что ты можешь сказать в свое оправдание, Луис? — прозвучал писклявый голос, резко контрастировавший с грузной фигурой хозяина кабинета.

Браконьер глубоко вздохнул, собираясь с духом, словно ныряльщик перед погружением в пучину. Он понимал, что на кону его судьба. Ему предстояло говорить убедительно, но без подобострастия, честно, но без наивности. Ему необходимо было убедить этого человека в своей полезности.

— Господин Маток, моя вина в сложившейся ситуации лишь косвенная…

— Выкручиваешься, Луис! — хмыкнул Маток, и его двойной подбородок задрожал.

— Не смею, господин! Просто все пошло наперекосяк. Сатан должен был заранее сообщить о времени открытия портала в Алмазных горах и предупредить вестником, как только окажется на месте. Но я так и не получил сигнала. Лишь через своего человека я узнал об аресте господина Дракклина. Он полез в дом старосты, где его и застукала радужная. Хотя договоренность была четкой: я выведываю все о девчонке, а он хватает ее, когда она отправится к драконам. Для этого у него был приготовлен портал. Тем более, по нашим сведениям, в ближайшие дни девушка должна была наведаться к дракону.

— Можно ли доверять тому, кто рассказал тебе об этом?

— Нора — жена контрабандиста, которая помогла Сатану выжить в лесу.

— Не смеши, Луис! Дракон всегда выживет. На то он и хищник, — расхохотался Маток, и складки на его необъятном животе заходили ходуном.

Браконьер ненавидел этого человека, но вынужден был подчиняться. Связи господина Матока приносили ему неплохие деньги.

— Нора говорила, что носила ему еду, а Сатан хотел добыть информацию, хранившуюся в доме черного дракона.

— Продолжай! — приказал хозяин, и Луис невольно поморщился.

— Прежде чем его схватили, Сатану удалось открыть портал, но он втолкнул туда девчонку. Я не был предупрежден, поэтому не успел оказаться на месте. В это время я со своими людьми ловил экзотических птиц на заказ. Представляете мое удивление, когда в сети попала радужная? Я подумал, обычная птица. Держал ее в клетке, но позже узнал, что обычных радужных птиц не существует.

— Работать птицеловом и не знать особенностей птиц и оборотней! — презрительно хмыкнул Маток.

— Я ловлю на заказ! — недовольно буркнул Луис, и в ответ получил испепеляющий взгляд.

— Как она оказалась в замке рода Смелых?

— Нас засекли стражники! Мы спрятали повозку и сами укрылись в лесу. Поняв, что их слишком много, я осторожно отполз, освободил всех птиц из клеток, а радужную, ту, что вы заказали, вместе с клеткой отнес в чащу леса, спрятал в кустах и прикрыл ветками.

До этого момента Маток сидел, откинувшись на спинку кресла, но, услышав слова Луиса, его лицо налилось багровой злостью. Он резко подался вперед, так, что кожа на кресле противно скрипнула под его весом.

— Ты хочешь сказать, что это просто цепь роковых случайностей, приведших к провалу операции? Сатан перед арестом хотя бы додумался отправить ее порталом, а ты что сделал? Случайно пойманную радужную умудрился прозевать! Почему не вернулся сразу же, как только скрылись стражники? Насколько мне известно, ее нашли только через три часа! Хватит, Луис! Я прощал тебе твои промахи не раз. Но это была последняя капля.

— У меня есть информация, которая может быть вам интересна, — произнес браконьер, стараясь сохранить спокойный тон, несмотря на бушующий внутри ураган.

Маток молча вскинул голову и вперил взгляд в гостя.

— Девушка — невеста помощника Рикарда Охвели. Его зовут Аннар Фобирд.

— И что мне это дает?..Хотя… Ладно, иди. Понадобишься, позову.

Луис выдохнул с облегчением и поспешил скрыться от пронизывающего взгляда главаря. Он чувствовал, как липкий пот пропитал рубашку и прилип к спине. Сердце колотилось, словно пойманная в клетку птица, рвущаяся на свободу. Луис не осмеливался обернуться, понимая, что промедление может стоить ему жизни. Он ускорил шаг, пробираясь по узким переулкам, лабиринту, который, как он надеялся, станет его спасением. Если господин Маток решит прекратить с ним всякие дела, то он проживет не больше часа.

Каждый шорох, каждая тень казались угрозой. Паранойя сплеталась с реальностью, заставляя его озираться, высматривая знакомые лица из банды. Он прижимался к стенам, пытаясь слиться с грязью и тенью, стать невидимым. Ему нужно было выбраться из этого района как можно скорее.

Мысли бились в его голове, словно стая испуганных птиц, отражаясь осколками разбитого зеркала. Что он натворил? Как угораздило связаться с этими змеями? Ответы, простые и жестокие, терзали нутро: глупость, алчность и отчаянная жажда вырваться из серой рутины. Но теперь он знал — цена за призрачную «новую жизнь» непомерно высока. Если всплывет его связь с теми, кто плетет интриги против короля, кто мечтает усадить на трон Сатана Дракклина, виселица станет его неизбежной участью.

Поглощенный мрачными мыслями, он вышел на людную улицу. Здесь, в бурлящем потоке прохожих, он чувствовал себя чуть более защищенным. Глубокий вдох. Стараясь унять предательскую дрожь в коленях, он остановил пролетку. «Нужно добраться до дома, собрать пожитки и исчезнуть, раствориться в толпе, начать жизнь с чистого листа, там, где его никто не знает!» — отчаянно пронеслось в голове. Он не заметил, как извозчик, подвезший его, немного отъехал и отправил тайное послание в секретное подразделение короля Лиора.

В то время как Луис, словно провинившийся школьник, склонял голову под гнетом наставлений главаря, Аннар и Маркус плечом к плечу ковали победу, распутывая клубок связей Сатана, словно паутину, и устанавливая незримый контроль над каждым, кто хоть раз неосторожно приблизился к его орбите. Лишь одна преграда, словно кость в горле, мешала их триумфу: часть приспешников мятежного Дракклина оказались людьми. Долгое ожидание решения Совета, словно мучительное вытягивание нити из ткани времени, было непозволительной роскошью. Приговор был вынесен: выкрасть их, словно дорогой товар, и переправить в королевство драконов.

Луис ютился в одиночестве на улице Торговой, снимая комнату в обветшалом доме вдовы купца. Пять лет назад черная коса смерти скосила ее мужа, оставив ее одну в этом мире. Детей у них не было, и мужская помощь в доме, где время неумолимо разрушало все, была как глоток свежего воздуха. Сообщив вдове о срочной необходимости отъезда, Луис лихорадочно начал собирать вещи в потрепанный мешок, хватая все, что попадалось под руку. Каким-то шестым чувством он ощущал надвигающуюся бурю, призывавшую его поторопиться.

Выйдя на улицу, он заметил экипаж, лениво катившийся по мостовой. Вскинув руку, Луис остановил извозчика и уже собирался забраться внутрь, когда вдруг почувствовал леденящее душу присутствие за спиной. Вонючая тряпка, словно липкая паутина, накрыла его лицо. Вдохнув ее ядовитые испарения, Луис, не успев оказать сопротивление, рухнул в беспамятство.

Два часа спустя экипаж замер на опушке леса. Солнце, опустившись за горизонт, оставило на небе полосы розового и лилового, как будто художник, покидая мастерскую, забыл убрать свои палитры. В воздухе чувствуется прохлада, несущая с собой аромат прелой листвы и влажной земли. В глубине леса уже сгущался сумрак, скрывая очертания деревьев и кустов.

Это была ирония судьбы — по случайному стечению обстоятельств, они остановились в том месте, где стражники недавно арестовали браконьеров. Двое мужчин, закутанных в черные плащи, словно тени, поддерживая бессознательное тело, шагнули в портал, ведущий в королевство драконов. А извозчик, словно верный пес, повернул оглобли и вернулся в город.