Глава 26

В мирное время добраться до нынешней столицы Гоминьдана было делом достаточно простым. Пересек сначала Желтое море, потом еще пару китайских провинций, и вот он — Чунцин. Но теперь, когда пути над морем были плотно перекрыты японским флотом, пришлось сначала лететь на север, потом, получив коридор от наземных служб, долго и упорно пилить над унылыми пейзажами Маньчжурии, затем Внешней Монголии и лишь потом повернуть на Юг.

Еще в момент прокладки маршрута Татьяна удивленно посмотрела на командира, как бы желая спросить, а почему так, но тот в ответ лишь бросил выразительный взгляд в сторону места цесаревича. Дескать, ты, правда, готова рискнуть нашим стажером?

«Ночная Птица», без происшествий добравшись кружным путем до цели, заблаговременно вышла на связь с диспетчерской башней и обозначила свои позывные, запросив посадку. Но их заставили прождать без малого десять минут, пока на дистанцию прямой видимости, очевидно, для надежного опознавания, к ним не подошел дежурный корвет.

Обстановка на авиабазе русских рейдеров в окрестностях Чунцина напоминала разворошенный муравейник. Небо постоянно обшаривали мощные лучи прожекторов ПВО, на взлетке то и дело стартовали и садились борта, шла непрерывная работа наземных служб, крутились без устали топливозаправщики, технички.

Тяжелые трехосные грузовики с боекомплектом, рыча моторами, везли свой смертоносный чугун, разгружая большой транспорт и по новой доставляя к грузовым аппарелям рейдеров. Подмигивая желтыми фарами и сияя электрическим светом сквозь широкие окна, словно новогодние лампочки, сновали автобусы со сменными экипажами.

Было очевидно, что идет активная работа. Именно ночная. И судя по всему, «отсыпали» конвейерным методом где-то далеко за горизонтом. Вот там сейчас наверняка творилась настоящая «жара» от десятков тонн рушащихся с воем и грохотом с небес на грешную землю тяжелых авиабомб.

— Интересно, наши стараются сдерживать напор врага или наоборот, поддержать наступление китайцев? — по КПУ негромко сформулировал Март свою мысль по поводу происходящей на земле «суеты».

— По сводкам фронт вроде без изменений. Так что, скорее всего, наши работают по тыловым базам, — отозвалась на реплику командира Калашникова. Подумав немного, добавила, — но это не точно.

— Скоро узнаем.

— «Ночная Птица», это Башня. Для вас подготовлена особая стоянка. Следуйте за машиной сопровождения.

— Принято.

Вскоре рядом с бортом появилась небольшая легковушка с новомодной новинкой — включенным синим проблесковым маячком. В европейской части России на аэродромах они встречались редко и исключительно красные, а значит, хорошо заметные с высоты. Здесь же, судя по всему, светомаскировкой не пренебрегали. Ловко развернувшись перед «Ночной Птицей», водитель несколько раз мигнул фарами и без лишних пояснений повел корабль за собой.

— Это куда он нас тащит? Дальше вроде скала…, — выразил свои сомнения Ким.

— Ты через «сферу» посмотри. Там пещеры. Целый город под горой. Эребор или еще какая цитадель гномов Средиземья… Часть явно природная, и много всего уже люди отстроили.

— А что, логично. Если противник сильнее, лучше иметь надежные укрытия от атак с воздуха. Интересно, а нам такая честь по какому поводу?

— Вопрос… Поводов как бы хватает… Да я и не против. Спокойнее будет. А то прилетит снаряд или бомба и…, — Март даже не стал договаривать фразу, до того его вдруг поразила мысль, что «Ночная Птица» может погибнуть от случайного попадания вражеского боеприпаса.

Внутри скального ангара оказалось очень просторно и неожиданно светло. «Город толком не освещен и не электрофицирован, а тут просто торжество цивилизации и почти коммунизм по заветам Ильича…»

Машина сопровождения, доведя корабль до стоянки под четвертым номером, выведенным на прилегающей стене белой краской, выключив проблесковый сигнал, укатила дальше по своим делам, оставив экипаж в некотором недоумении. Что дальше?

— Ну что, пойдем, разомнем ноги? Насиделись мы от души, — предложил Колычев своим товарищам и уже другим, командным тоном, четко распорядился, — Стоп машина. Раздраить главный люк, спустить трап. Выставить охранение. За старшего Калашникова. Ким и стажер со мной.

— А красиво тут. И сырости нет. И воздух нормальный, значит, вытяжка работает мощно. Особенно если учесть, сколько выхлопа выдают корабли при запуске ГСУ…

— Я так вижу, — отозвался Витька, — тут вентканалы пробурены под углом вверх, так что тяга должна быть очень мощная.

— Да, ты прав… Пустовато тут сейчас…

Очевидно, большая часть приватирских корветов сейчас была задействована в работе. Систематично сбрасывая тонны бомбовой нагрузки на позиции противника. В отличие от штатных корветов и тем более фрегатов ВВФ рейдеры зачастую не имели достаточной мощи бортового залпа, потому предпочитали работать как классические земные бомбардировщики времен Второй Мировой. Так выходило и проще, и дешевле.

— Март, это вроде по нашу душу? — заметил Витька, указав рукой в сторону небольшого кортежа, состоящего из четырех машин: роскошного, бронированного лимузина РБВЗ[25] С-60; небольшого грузовика-полуторки с установленным в кузове станковым пулеметом и группой бойцов охраны; старого, явно знавшего лучшие времена легкового форда с красным флажком Гоминьдана с белым солнцем на синем фоне в углу; трехколесного мотоцикла Индиан Скаут и сразу четырьмя местными бойцами-китайцами с новенькими воронеными ППК-41[26] на ремнях. Последний из них ловко соскользнул с багажника люльки и привычно занял позицию, перекрывая тыловой сектор.

Черный, с сияющими хромом радиаторной решеткой и бамперами автомобиль, приветливо и тихо урча могучим восьмицилиндровым двухсотсильным двигателем, подкатил прямиком к стоящей у борта «Птицы» троице и мягко затормозил. Тяжелая дверь распахнулась, из салона пахнуло ароматом кубинских сигар.

Сначала они увидели ногу в безукоризненно выглаженной брючине из дорогого итальянского сукна и в начищенном до блеска модном ботинке. А следом появился, мягко обволакивая смесью ароматов роскошного парфюма и все того же табака, сам чрезвычайный и полномочный посол Российской Империи в Китайской Республике князь Белосельский-Белозерский. Щегольскую шляпу он оставил на сиденье, в левой руке легко удерживая тонкую трость.

— Какая встреча, Константин Эсперович. Оперативно вы к нам добрались, — пожимая протянутую навстречу руку, с вежливой улыбкой заметил Март.

— Спешил к вам, господа, изо всех сил, — не приняв шутливой манеры, совершенно серьезно ответил посол. Повернувшись к цесаревичу он, уже окончательно перейдя на официально-церемонный язык, произнес. — Ваше императорское высочество, рад приветствовать вас в Китае.

— Да, мне уже сообщили, что государь приказал провести в Чунцине мероприятия. Жду от вас, Константин Эсперович, подробные инструкции и еще. Я никак не думал… и не захватил с собой ничего для торжественных встреч…

— Не беда, ваше высочество, здешние мастера, я уверен, смогут в самые сжатые сроки построить вам соответствующий мундир.

— В таком случае, хорошо. Одной проблемой меньше.

— Ваше высочество, необходимо как можно скорее отправиться в посольство. Официальная часть намечена на завтрашнее утро. А еще надо успеть хорошенько все обсудить и тщательно подготовиться.

— Это вопрос к моему командиру. Решения тут принимает он.

— Мартемьян Андреевич, видите ли, статус цесаревича на борту вашего замечательного корабля не вполне соответствует его высокому рангу. И государь распорядился начать официальную часть встречи с китайским руководством от здания посольства России. Поэтому на это время, согласно высочайшего приказа, я вынужден буду забрать вашего пилота.

— Константин Эсперович, я все понимаю и не оспариваю. Но пока Николай Романов — стажер в моей команде, я несу всю полноту ответственности за него. И предпочел бы оставить Николая на борту «Птицы».

— Это совершенно невозможно…

— В таком случае, или я лично, или Виктор Ким посменно должны неотлучно находиться рядом с цесаревичем. Это мое непременное условие.

— Но…, — попытался возразить посол, но взглянув в глаза молодого сенатора, сразу понял, что тот не уступит. — Впрочем, как угодно. Но в таком случае, вам также следует озаботиться гардеробом для завтрашних событий.

— Полагаю, мы справимся.

— Уверен в этом, — кивнул дипломат.

— Я отдам команде необходимые распоряжения. Мы соберем вещи и будем готовы минут через десять.

— Замечательно. Жду вас, господа.

Все это время старый форд так и простоял в сторонке. Марту даже показалось, что это просто часть выделенной для князя Белосельского-Белозерского местной охраны. Но нет. Именно в моменте, когда беседа с послом завершилась, и Колычев собрался уходить, на свет с переднего сидения выбрался господин лет сорока в кителе цвета хаки с длинной многорядной наградной планкой на груди. Следом за ним появился и молодой офицер, ординарец или переводчик, как сразу предположил Март.

Генерал безошибочно определил, кто здесь главный, и прямиком направился к цесаревичу. Остановившись перед ним, китайский военачальник торжественно-отрывисто заговорил, но вот голос его оказался неожиданно высоким, впрочем, это никак не отразилось на пафосе момента.

— Ваше императорское высочество, разрешите от всего китайского народа и от генералиссимуса Чан Кайши приветствовать вас на земле Свободного Китая!

— Благодарю. Я рад прибыть в вашу страну. Надеюсь, в скором времени мы сможем лично встретиться с господином президентом.

Китаец, выслушав перевод, взял под козырек и без лишних слов откланялся, видимо, сочтя свою миссию исполненной. Колычев же, тем временем, принялся раздавать распоряжения:

— Виктор, хватай шмотки, ты едешь с нами! — начал он с Кима.

— Автомат брать? — поинтересовался нисколько не удивленный его решением друг.

— И патроны тоже! — ответил ему в том же духе Март. — Садишься с Николаем в посольский «Руссо-Балт» и глаз с него не сводишь. Куда он, туда и ты, понял?

— Есть!

— И постоянно сканируй «сферу».

— А ты как?

— А я на мотоцикле. Транспортом посольство нас вряд ли обеспечит, так что свои колеса не помешают.

— Пожалуй, — согласился приятель. — Не на рикшах же по городу рассекать…

— Вот и я об этом.

Собрав экипаж, Март быстро распределил задачи:

— Вахрамеев — охрана периметра. Дядька Игнат, эти ангары — явно режимный объект, уточни правила, пароли-отзывы, чтобы случаем не встрять на ровном месте. Богомаз, найди местных снабженцев, надо тут все с технической точки зрения разузнать и наладить обеспечение топливом. Хаджиев, борт не покидать ни под каким видом. Дежурите посменно с Калашниковой старшими вахтенными офицерами. И вам еще особое задание, Ибрагим-сан. Вы остаетесь единственным одаренным на корабле на все время, пока мы с Кимом и Николаем будем в городе. Сканируйте регулярно окрестности и при необходимости постарайтесь выйти с нами на связь. Ну, вроде все. Не расслабляться. В конфликты и пререкания не вступать. Помните, мы не дома…

Покончив с раздачей ценных указаний, Март поднялся в грузовой отсек и отцепил от креплений стального коня. Совсем недавно, можно сказать, перед самой поездкой Колычев пошел на поводу у своей любви к двухколесным стальным коням и приобрел черно-серебристый БМВ Р-71М, где М означало модификацию специально для российского рынка с увеличенной до 22 литров емкостью бензобака и запредельно дорогой облегченной рамой из «корабельного» сплава, производимого, к слову, на одном из предприятий ОЗК.

В итоге байк по цене вышел ненамного меньше приснопамятного «Опель-Капитана», но стоило Марту сесть в седло и завести мотор, как он понял, что каждый рубль заплачен не зря.

Еще одним бонусом Р71М являлась высокая скорость и динамика. Лучшее, на что был способен его прежний «Нортон» — 105 км в час. На БМВ ему удавалось выжать все сто двадцать пять, а предельное значение разгона «британца» становилось стандартным крейсерским ходом «на экономе».

Мысль задействовать недавнее приобретение и от души погонять по разбитым колдобинами и ухабами дорогам Китая не сказать, что была особо удачной, но и бесполезной ее назвать было никак нельзя. Дополнительный маневр мотоцикл определенно обеспечивал.

Впрочем, на этот раз все прошло тихо. Добрались без помех и приключений.