46

Мама обо всем договаривается.

Мы приезжаем в частную клинику. После короткого приема врач отправляет меня пройти общее обследование и сдать анализ крови.

Если я действительно беременна, то срок слишком маленький, чтобы можно было сказать что-то конкретное по УЗИ.

— Результат будет готов завтра утром, — сообщает врач и выдает мне запись на следующий день.

Время до нового визита проходит как на иголках.

Конечно, мама пытается меня успокоить, хотя бы немного переключить или отвлечь, но мысли вращаются только вокруг одного.

Неужели я беременна?

Даже представлять это не хочется.

— Арин, не накручивай себя, вот сперва дождемся анализа, — говорит мама, крепче обнимая меня. — Потом будем решать, что делать.

Киваю. Ничего не получается сказать.

Ночь проходит без сна. В кровать не иду. Сижу на диване, смотрю какой-то фильм. Мама рядом со мной. Просто говорить тяжело, а молчать еще хуже. Хочется, чтобы хоть на фоне звучали голоса.

Все сходится.

Задержка. Совсем слабые месячные в прошлый раз. То, как я набрала вес в последнее время. И постоянная тяга к еде.

Путаница с дозировкой экстренной контрацепции не прошла просто так.

Конечно, до последнего надеюсь на ошибку теста. И когда опять захожу в кабинет врача, и когда женщина с дежурной улыбкой подает мне распечатку с результатами анализов.

— Поздравляю, вы беременны, — говорит она.

И даже после этого мечтаю, чтобы мой английский меня подвел. Чтобы я просто сейчас ослышалась или не так ее поняла.

Но все видно четко.

Смотрю на листок, сжимаю его дрожащими пальцами. Моргаю. Строчки плывут перед глазами.

— Ваш муж… — начинает врач и осекается, столкнувшись с моим взглядом.

— Я не замужем, — говорю механически.

— Простите, понимаю, бывают разные ситуации, но возможно, если отец ребенка узнает…

Договорить она не успевает.

— Нет, — заявляю твердо.

Это пока единственное, в чем я точно уверена.

Каримов считает, что таблетка сработала. Пусть так и остается.

— Разумеется, мы никогда не раскрываем данные пациентов, — замечает врач и, немного помедлив, прибавляет: — Беременность нежелательная? Вы не хотите рожать?

— Не хочу.

— На этом сроке можно прервать беременность.

— Хорошо, — роняю.

Откладываю листок с анализом на стол. Смотрю на нее.

Виски дико пульсируют от напряжения.

А женщина продолжает.

— Но для этого вам нужно пройти дообследование, — говорит она.

Рассеянно киваю.

— Хорошо.

Сдаю новые анализы. Прохожу необходимый осмотр, УЗИ. Мама рядом. Ждет в коридоре.

Когда все заканчивается, едем в отель. Там просто вырубаюсь. Страшно устала, еще и бессонная ночь сказывается.

Через три дня звонят из клиники, приглашают на прием. Мои анализы готовы.

Едва захожу в кабинет, по выражению лица врача вижу, что есть какая-то проблема. Или я уже просто от страха все это придумываю?

— Результаты готовы, — замечает врач. — Не совсем то, что я ждала, учитывая вашу ситуацию. Сейчас попробую объяснить. На таком сроке как у вас обычно аборт с малым риском. Но именно в вашем случае все не так просто. Если прервать беременность сейчас, высока вероятность, что в будущем вы не сможете больше забеременеть. Либо у ребенка могут быть серьезные патологии.

Эти новости буквально бьют меня по голове.

Ком перекрывает горло.

Дышать тяжело.

Да что же это…

— Предлагаю вам запись на следующую неделю. До этого будет у вас будет время подумать и принять решение.

— Хорошо. Я поняла.

Поднимаюсь, выхожу из кабинета.

Ноги как ватные. И пол едва чувствую. Просто ведет куда-то в сторону. Только мама оказывается рядом. Поддерживает.

Она ничего не спрашивает.

И я молчу.

О чем тут думать? Уже сейчас понимаю, что не сделаю этого.

— Доча, — мама обнимает за плечи, гладит по спине. — Пойдем, в машине все обсудим.

Но меня прорывает уже здесь. Прямо в коридоре.

— Мам, ну как же так? — выпаливаю, чувствуя, как слезы собираются в глазах. — За что мне все это?

— Арин…

— Сначала изнасилование. Теперь… — с шумом втягиваю воздух, всхлип вырывается сам собой, и я больше не могу держаться. — Мам, она сказала, если сейчас сделаю аборт, то у меня никогда больше не будет детей.

— Ариш, тише, — крепче прижимает меня к себе.

А я продолжаю бормотать. Что это все еще не точно. Но риск есть. Вероятность высокая. И теперь у меня запись на следующую неделю.

Нервы просто не выдерживают. Я же только успокоилась. Ожила. Начала не то чтобы забывать. Но я как будто приняла, готова была двинуться дальше.

Развод же оформили. Каримов далеко. Больше никогда не встретимся.

И тут такое.

— Ариша, доча, послушай меня, — говорит мама, легонько меня встряхивает, в глаза смотрит. — Мы еще к другому врачу сходим. Сейчас позвоню. Тут есть клиника. Вот запишу.

— Думаешь, там другое скажут?

— Узнаем, время есть, но прошу тебя, успокойся, — обнимает, целует. — Тебе нельзя нервничать.

На следующий день иду на прием к другому врачу. После к еще одному. Везде говорят одно и то же.

Если сделаю аборт, потом могу больше никогда не забеременеть.

Такой у меня случай. И ничего не поделать. Все.

Надо успокоиться.

Но как тут не сойти с ума?

— Арин, ты сегодня ничего не ела, — замечает мама. — Давай что-нибудь закажем.

— Пока не хочу.

— Доча…

— Ну не могу пока, мам, — срываюсь, чувствую, как слезы опять подступают к глазам. — Просто не лезет. Успокоюсь немного и поем.

Ухожу в свою комнату. Хочу побыть одна.

В голове по кругу одни и те же мысли.

Как я буду с этим ребенком? К такому я точно готова не была. Но теперь деваться некуда. Нужно принимать мою новую реальность.

Не замечаю, как засыпаю.

Мама будит меня. Оказывается, уже обед.

Прислушиваюсь к себе, состояние вялое, но истерики нет. Молча привожу себя в порядок. Выхожу из ванну и вижу накрытый стол.

Мама заказала еду в номер.

Я голодна. Это хорошо. Молча ем.

— Арин, ну что ты молчишь? Дочь, ну ты чего? Не трагедия это. Родишь — воспитаем. Все будет хорошо. Когда я была беременна и…

— Мам, — резко перебиваю ее. — Зачем ты мне это говоришь? Когда ты была беременна? Ты от любимого мужчины ребенка ждала. А я… ты же сама знаешь!

Голос срывается.

Бросаю вилку, ухожу в ванную.

Мама стучит. Зовет меня.

Не хочу отвечать. Не могу.

Просто бессильно опускаюсь на пол, обнимаю колени руками. Роняю голову вниз, больше не сдерживаю рыдания.

Телефон в кармане джинсов вибрирует.

Достаю, чтобы отключить, и застываю.

Папа.

— Д-да, — выдавливаю.

— Арин, доча, что там у вас происходит? Мама звонила. Сильно расстроена. Я пока не могу приехать. По работе не получается. Но через несколько дней вырвусь. Обещаю. Потерпи. Успокойся и дождись меня.

— Пап, да я не прошу…

— Я знаю, что не просишь. Мне тоже все это тяжело. Если бы мог, прямо сегодня прилетел. Но сейчас не могу. Давай ты постараешься успокоиться. И я буду работать. Скоро увидимся. Ладно?

Молчу.

— Все будет хорошо. Ты меня слышишь? — спрашивает отец.

— Нет, пап, не будет, — всхлипываю. — Я… просто не понимаю, как теперь.

— Арин, верь мне. Нормально все будет, вот увидишь. Давай, скоро приеду.

— Хорошо, пока.

Через какое-то время умываюсь, выхожу из ванной.

Мама на диване сидит. Бледная.

Подхожу ближе, присаживаюсь рядом.

— Прости меня, пожалуйста, не получается у меня так сразу справиться, мам. Но я буду стараться. Пойду полежу.

Ухожу опять в свою комнату.

Просто лежу, лежу, лежу.

Следующие два месяца проходят как на автопилоте. Теперь у меня уже другие мысли в голове. И конкретно реальный страх.

Скоро папа прилетает.

То, что он видит, ему не нравится.

— Почему ты себя так ведешь? Ты видела, на кого ты похожа? Себя довела. Ребенку вредишь. Посмотри на себя. Мать расстраиваешь. Арина, ты же не маленькая. Все в жизни бывает. Ничего, мы через это пройдем.

— Я не причиняю вред ребенку, — сглатываю. — Ем. Гуляю. Все хорошо.

— Да? Поэтому бледная такая?

— Пап, — хватаю его за руку. — Я боюсь.

— Чего?

Молчу.

— Арин? — зовет отец.

— Пап, а если мальчик будет?

Папа внимательно на меня смотрит.

— Ты же видел, какой он, — продолжаю. — Ты представляешь, если и ребенок таким будет?

— Ребенок таким не будет. Все будет хорошо. Услышь меня. В нем же и твоя кровь. Это будет твой ребенок. Чего ты боишься? Это будет замечательный ребенок. Он же твой.

Обнимает меня.

— Но чтобы ты успокоилась, сделаем УЗИ, — продолжает отец. — Да? Ты хочешь знать пол ребенка сейчас?

— Да, пап. Мне нужно принять это. Настроиться. Тогда я успокоюсь. Обещаю. Только срок еще такой маленький. Тут УЗИ сделают. По плану скоро. Но я не знаю, скажут мне пол или нет.

— Скажут, не волнуйся, все скажут, — тяжело выдыхает.

Через несколько дней Матвей прилетает с врачом. И кабинет находит, и обо всем договаривается.

В назначенный день мы едем туда вместе.

Родители остаются ожидать. А я иду за врачом на УЗИ.

Приятная женщина. Рассказывает что-то, улыбается.

Мысли путаются, потому что слишком много напряжения.

Укладываюсь на кушетку. Ожидаю.

Прибор скользит по животу. Аппарат пикает.

Врач проводит обследование.

— С ребенком все хорошо, — сообщает женщина и улыбается. — У вас будет девочка. Вы же хотели узнать пол?

Вскидываюсь.

— Да, хотела, — выдаю. — Вы уверены?

— Да. Ну на сто процентов вам ни один врач сейчас не скажет. Но я говорю то, что вижу. Бывает, детки закрываются. Но у вас я вижу.

Повисает пауза.

— Мальчика я бы разглядела, — говорит с улыбкой.

— Девочка, — повторяю заторможенно.

— На данный момент никаких проблем в развитии не замечаю. Все соответствует сроку. Но потребуются еще дополнительные анализы. Это стандартная процедура. Волноваться не стоит. Все в порядке.

Заканчиваем.

Привожу себя в порядок и выхожу к родителям.

— Ариш, — мама тут же подскакивает, подходит ко мне.

Папа тоже рядом.

— Ну как там? — спрашивает. — Что сказала?

— Девочка, — отвечаю тихо.

Улыбаюсь.

— Видишь, — говорит. — Я знал. Точь-в-точь как ты будет. Арин, ты когда ее увидишь, то о дурном и думать не станешь. Сама посмотришь.

— Ариш, ты просто не видела себя, когда родилась, — прибавляет мама. — А мы же с папой помним. Крохотная. Нежная. И потом тоже. Ой, какая ты была, как целоваться тянулась.

— Обещаю, все хорошо будет, — твердо произносит папа.

Потом обнимает нас с мамой. И от него такой уверенностью и силой веет, что спорить тяжело.

Я сама теперь знаю, что все будет хорошо.

Выходим из клиники.

На улице солнечно. Хорошо.

Поднимаю голову, смотрю вверх. С улыбкой шепчу:

— Спасибо.