Глава 13

Литара понемногу втянулась. Поначалу, конечно, паниковала она часто. Рука сама тянулась набрать Вита по любому поводу, но ей сразу вспоминался ребенок, батарея бутылочек, баночек и еще чего-то пугающе-детского и страх отступал. Проще самой принять очередную делегацию, зарезервировать отель, проследить за мелочами и билетами, чем наблюдать за тем, как Витвол удерживая одной рукой малыша, другой пытается закрепить липучки подгузника, или крохотные кнопочки комбинезона, да еще и объяснить ей бестолковой, чем саамы отличаются от саармов.

Иногда она плакала, спрятавшись в «чайной» комнате, иногда рвала и метала пластиковые распечатки в корзину, бормоча себе под нос неприличные словечки, подхваченные в подземке. Но втягивалась, обрастала знакомствами и связями. Да и прежние ее товарищи по лаборатории не давали заскучать, напоминали об осмотрах у профессора, звали полетать на флайерах в выходные или просто забегали в гости, хвастаясь своими успехами. Конечно, Литаре досталась должность на самом верху корпорации, но остальных тоже не обидели – каждому нашлось дело по силам и способностям.

Случались и конфликты. Когда схлынула волна подарков и цветов, некоторые дамы из отделов снабжения попытались зацепить секретаря главы корпорации. Они являлись в приемную, осматривали пустые столики и закатив глаза вздыхали:

– А что, цветов никто не прислал?

– О, в прошлый раз тут были такие вкусные конфеты!

Ли только усмехалась. На самом деле ей продолжали делать небольшие подарки – букеты, ежедневники, коробки шоколада. Но по договоренности со службой безопасности, все подарки сразу доставляли им, передавая ей только карточки с пояснительными записками. Потом букеты и конфеты уезжали в детские больницы, ежедневники – на курсы повышения квалификации для молодых матерей, а что-то большее вежливо отправлялось назад. Правда подарки выявили все же ее маленькую слабость – шелковые шарфы. Тонкие, летящие, расписные, тонко пахнущие корицей и шоколадом или легкими цветочными духами.

Первый шарф Литаре преподнес шеф. Просто их занесло на выставку именитой художницы по тканям. После памятной эко-конференции, корпорация решила добавить в производство нотку хенд-мейда, и потому глава сам изучал работы художников по тканям, посещал кое-какие выставки, и заключал договора.

Вот на этой выставке, бродя среди стендов с расписными саронгами, сари, покрывалами и банальными рубашками Литара увидела шарф. Точнее услышала. Длинная полоса ткани была закреплена на крюке под вентилятором. Шелк шуршал, шелестел, шептал, подманивая ее к себе. Словно завороженная Ли подошла ближе, протянула руку, и почувствовала укол. Вокруг выставочного образца была невидимая охрана – электрическое поле.

Илтон Рутт разговаривал с хозяйкой галереи, и заметив, как помощница отдернула руку, нахмурился. Легкая, как статуэтка дама тотчас среагировала на выражение его лица, повернулась и рассмеялась:

– Ах, к этому шарфу все хотят прикоснуться руками! Но ткань такая тонкая и нежная… Пришлось поставить защиту.

Шеф хмуро глянул на Литару, и скупо кивнул:

– Сколько стоит этот шарф? Я хочу его купить!

– Простите, мистер Рутт, но эта вещь не продается, – хозяйка галереи старательно изобразила сожаление.

– Не верю, – коротко бросил глава корпорации.

– Точнее в контракте с мисс Айлин есть пункт, по которому она лично выбирает человека, которому можно купить этот шарф. Пока еще никто не получил одобрения!

– Пригласите мисс Айлин! – потребовал Рутт.

Литара слышала этот разговор, понимала, что это скорее всего рекламный трюк, повышающий стоимость других произведений художницы, но оторвать взгляд от переплетения нежно голубых и серебряных линий, струящихся по тонкой ткани, не могла. А еще этот завораживающий шепот…

Мисс Айлин оказалась очень смуглой, миниатюрной и темноглазой девушкой в расписном платье. На ее запястьях, лодыжках и в длинной черной косе звенели серебряные колокольчики, вторя тому шепоту, который манил Литару. Хозяйка галереи представила художнице потенциального покупателя, и мисс Айлин забавно склонила голову изучая строгий серый костюм и синий галстук.

– Позволено ли мне будет узнать, благородный господин, – голос Айлин звучал, как колокольчик, – для кого вы хотите купить этот саар?

В голове у Ли щелкнуло – «саар» так называют головное покрывало в мире Инари. Красивая планета со своеобразным климатом. Значит художница оттуда?

– Для той девушки, которая стоит и не может отвести от вашей работы глаз, – все еще мрачным тоном ответил Илтон Рутт.

– Прошу прощения, я должна с ней поговорить! – вежливо сказала мастерица, отходя в сторону.

Когда художница плавно подошла к Литаре, заглянула в глаза и негромко спросила:

– Вы слышите?

Ли на мгновение растерялась, а потом смущенно улыбнулась:

– Шепот? Да, он завораживает! Вы очень талантливы, я впервые слышу, что ткань поет!

– Этот шарф ваш! – улыбнулась в ответ мисс Айлин, и собственноручно сдернула его с крюка, накинула Литаре на голову и расправила красивыми складками.

Хозяйка галереи впала в ступор. Рутт внезапно усмехнулся, но все же вынул чековую книжку и обратился к самой художнице:

– Мисс Айлин, благодарю вас, за щедрый дар! Сколько галактов я должен перевести на ваш счет?

Звенящая колокольчиками художница таинственно улыбнулась и подняла один палец.

– Миллион? – понял ее Илтон, но та отрицательно покачала головой. – Один галакт? – глава корпорации был шокирован. – Почему?

– Потому что саар нашел свою хозяйку. Эта цена удачи.