Глава третья
Я бежала, не разбирая дороги, задыхаясь от обиды и несправедливости.
За что так со мной? Я чуть не попала в рабство! Магический договор был подготовлен, и если бы не эта нелепая, унизительная практика, то.
Представила, как ставлю подписи, разомлев от перспектив и чувства собственной значимости. Пфайфер, с вкрадчивой улыбкой рассказывает о том, какая я талантливая, умная, работоспособная и гениальная, подсовывая одну бумагу за другой.
Тщеславная дурочка!
Остановилась отдышаться. Вспомнила о конкурсе и. зарыдала с новой силой. В голос. Братья Пфайфер - в жюри, а значит.
Это конец.
Через какое-то время слёзы всё же закончились, и сквозь пелену пережитого горя медленно, несмело, словно первый росток магического тюльпана, стал пробиваться в моём потрясённом сознании здравый смысл.
«Возьми себя в руки, - шептал он. - Свет что ли клином сошёлся на этом конкурсе? Подумай-ка лучше, госпожа растомаг, как спасти Клайва!»
Спасибо, здравый смысл. Премного благодарна. Всё верно, вот только пока у меня на этот счёт ни одной стоящей идеи. Да и откуда ей взяться? Клайва я толком даже не просмотрела. Для начала, некромага надо бы заполучить часиков на восемь. Исследовать.
Я решительно вытерла слезы, и... поняла вдруг, что совершенно не понимаю, где оказалась.
- Извозчика? - окликнул мужичок на понурой лошадке.
Растерянно кивнула и запрыгнула в коляску.
- Куда прикажете? - проворчал он, а когда не услышал ответа, продолжил. - Понарядятся
- не поймешь - девка или парень, хоть волосы и не стрижены. Разве ж это дело, а, барышня? Оттого и не знают - куда им. Зачем.
Я вздохнула. В стенах Академии к юным магам обоего пола требования просты - должно быть удобно. У растомагов под мантией - брюки, не важно - парень или девушка. Последние пять лет я практически не выходила за территорию. Лаборатории, теплицы, оранжереи, парки, поля. кладбища. Растениям всё равно, а тут.
Долго же я бежала! Зато успокоилась.
Возница прав. Надо привыкать - мне ж в провинцию ехать, а там.
Мысленно перебрала свой гардероб. Да уж. Не густо. Мантии ученические. Мантии парадные. Брюки. Фартук да садовые перчатки.
- Ехать будем? - буркнул извозчик.
- Да. Простите.
- Куда?
- Магазин готового платья. Э -э-э. Недорогой.
- Беда с вами, с девками, - хлестнул лошадь возница. - У меня у самого две. Замуж не хотят. Говорят, будут как её. Эту ж. Карьеру строить. Раньше бы взял лозину, да и рассказал им про карьеру эту, а теперь. Магия у них. Академии. Тьфу!
Коляска тронулась. Глядя в окошко и слушая ворчание мужичка, вспомнила дом. В семье я одна с магическим даром, и никого в родном доме это не радовало. Родители сосредоточились на сёстрах - покорных и «правильных», без «магии этой проклятой, будь она неладна».
Меня поддержали учительницы - дали денег на билеты. Тайно, чтобы никто не узнал.
Пять лет прошло. Госпожа Ларс, моя учительница по основам магических систем (единственный предмет в школе «для общего развития и выявления скрытых талантов»), писала, что сёстры, Лилия и Агнесса вышли замуж. Наверное, надо набраться смелости, приехать в родной городок...
- Приехали, барышня!
Мы остановились в одном из торговых кварталов столицы - магазинчики выстроились вдоль улиц, заманивая посетителей пёстрыми вывесками. Сколько народу!
Я привыкла, что все в одинаковых мантиях, а тут - ленточки, шляпки, юбки, фасоны, запах духов - такой резкий и приторный после естественных ароматов оранжерей.
Ну что, начнём? Цены на ингредиенты к зельям, семена, саженцы, книги и канцелярские принадлежности я знала хорошо, а вот что касается дамских нарядов... Вздохнув, представила, что мне задали очередной реферат на тему, и бросилась на изучение нового материала, уверенно переступив порог лавки «Дамское платье».
Если растомаг готов пачкать руки в земле - работа для него найдётся. Деньги у меня были. Конечно, личный экипаж с бриллиантовым гарнитуром я себе позволить не могла, да и не к чему они мне, но на жизнь и учёбу хватало. Призрак безденежья отступил, как только я подписала договор на присмотр за парком Академии. Сил на это требовалось много, потому желающих не нашлось. А зря - полезно для магического потенциала.
Очень скоро я стала одной из самых сильных на курсе, ещё и зелья для косметического салона успевала варить по ночам. С документами и разрешениями помогла мама Клайва.
- Чего желаете? - поклонилась продавщица.
Я очнулась от задумчивости. Девушка, доброжелательно улыбаясь, терпеливо ждала ответа.
- А. Да. Понимаете, я еду на практику. В провинцию. Мне бы что -то более традиционное, - я, повертелась перед продавщицей в ученической мантии, из-под которой торчали брюки.
- Верно подмечено, - кивнули мне.
- И. Что-нибудь подешевле.
- Конечно. В статусе кого вы отправляетесь?
- А. это важно?
- Очень! - бровки на юном, сосредоточенном личике поползли вверх. - Если невесты, то.
- Нет-нет, - испуганно затрясла я головой (только этого не хватало!). - Гувернантки.
- О. - на лице девушки в равной степени отразились облегчение (видимо, у гувернанток всё куда проще, чем у невест), и разочарование (покупка, скорее всего, будет не такой уж крупной). - Всё ясно. Тёмное. Неброское. Стильное.
- Наверное, да...
- Если денег немного, - продавщица хлопнула в ладоши - нужные манекены переместились вперёд, ближе к нам. - Рекомендую обратить внимание на модели прошлого сезона - цены на них уже снизили. Видите? Посмотрите сюда. Мода на форсу рукавов в последнее время изменилась, и.
Странно. Обычно я прекрасно запоминала новый материал. Например, на лекциях по заклинаниям призыва кладбищенских растений, а тут. Она говорит, говорит. А я не запоминаю, изо всех сил сдерживая предательски напрашивающийся зевок.
Три платья. Чёрное, серое и лиловое.
- Видите разницу? - девушка приподняла рукав и показала на платье, выставленное на витрине.
Разницы я не видела. Вообще никакой. Наверное, я занимаюсь своим делом, и это радует. Но разочаровывать такую милую, старательную девушку не хотелось. Как -то неприлично, что ли? Человек ведь со всей душой.
- Я их возьму, - кивнула и совершенно счастливая, достала кошелёк. - Все три! Хватит на весь год.
Зря я это сказала. У меня осторожно поинтересовались, не понадобятся ли туфельки, бельё, перчатки и. шляпки. Дурман-трава, и за что мне всё это?
- Да. Наверное, - всхлипнула я, доставая из потайного кармана мантии с таким трудом отложенные запасы.
Счёт к милорду Ройсбургу вырос вдвое - мало я его тогда зачарованной крапивой приложила... Мало!
- Вам пойдёт растительный декор - очень актуально в этом сезоне! - оптимистично заявила продавщица.
- Растительный? - я немного оживилась. - Давайте!
- .Уффф! - я сгрузила покупки на пол.
Еле дотащила! Посыльных в Академию не пускали, а жаль.
С тоской посмотрела на ряды ящиков с цветами. Почти все полки заставлены, остальное -под потолком, да здравствует мною улучшенное левитирующее зелье!
Вот только вслед за мною ящик не полетит - подобные фокусы строго отслеживаются Советом - защита от воровства. Оно и понятно, эдак всю оранжерею стащить можно. А только мне от этого не легче! Как, скажите на милость, я поволоку свою бесценную коллекцию растений в поместье некромага?
Это же мои собственные образцы! Экспериментальные!
Холёные. Капризные. Любимые.
- Не поеду! Не поеду - и всё!
- Динь-динь-динь... Не-грус-ти! Динь-динь! - запели белоснежные лепестки тюльпанов, и на душе сразу стало легче.
Уникальная разработка - цветут круглый год, помогают найти себя и выход из любой ситуации!
- Отобьёмся, - улыбнулась я им. - Вы ведите себя хорошо, а я отправлюсь искать Клайва. Договорились?
- Уехал, - с придыханием проговорила секретарша.
Мне тут же захотелось спросить, зачем же он приходил, но. По поджатым губам поняла, что от меня только этого и ждут. Тогда она приподнимет брови, наклонит голову вправо, точь-в-точь как одна моя знакомая ворона с кладбища, и скажет (мерзким таким голосом): «Это вас, адептка, совершенно не касается!»
- Простите за беспокойство, - развернулась и ушла.
Очень надо! Я девушка простая. Сама схожу в фамильный особняк Феррерсов и узнаю у Клайва!
Слуги в особняке Феррерсов были в разы высокомернее хозяев. Обычная история. Дворецкий глаз не спускал, пока я ждала в огромном, помпезном холле. Зря он так... Я, конечно, не особо солидно смотрюсь в ученической мантии, но красть хозяйское столовое серебро мне ни к чему. Если уж на то пошло, меня куда сильнее интересуют саженцы.
- Аби, детка! Как же я рада тебя видеть, - выпорхнула навстречу мама Клайва, одарив дворецкого беспомощным взглядом. - Дюк - неисправимый сноб, - шепнула мне миледи. -Но я ничего не могу поделать! Он держит в строгости прислугу, и они отлично работают -приходится мириться с его странностями, девочка...
Каждый раз мама моего друга говорит что-то в этом роде. Ей не хотелось меня обижать, но ничего не поделаешь - разница в статусе. Род Феррерс принадлежит верхушке аристократического общества, а я...
Однако как только знатная дама искренне поверила в то, что я не собираюсь женить её единственного сына на себе - тут же прониклась симпатией и сочувствием к умной, скромной и талантливой девушке. Это она порекомендовала меня в качестве консультанта салону красоты. Ради такой клиентки, как леди Феррерс, салон был готов на что угодно, а тут ещё и выяснилось, что мои разработки по уходу за кожей волшебно действуют на состоятельных дам!
Благодаря этому деньги у меня были - я не просто не голодала, хватало даже на некоторые образцы для собственных исследований! Однажды я потратила всё, что заработала, на личинки лунных червей, что насыщают землю магией надежды.
Мы прошли в гостиную, где миледи собственноручно разлила чай - знак, что я принадлежу к близким людям.
- Хотелось бы поговорить с Клайвом, - вопросительно уставилась я на хозяйку дома, принимая чашку.
- Сама не знаю, где сын, - побледнела миледи. - Он приехал. Поцеловал. Сказал, что всё будет хорошо...
Она вдруг закрыла лицо руками. Я поставила чашку на столик, села рядом и обняла, плюнув на этикет.
- Жаль, что Клайв не влюбился в тебя. Что вы не пара...
- Что?
Я действительно это слышу, или у меня начались галлюцинации от пережитого?
- О чём это вы? Мне всегда казалось, что.
- Что я одобряю вашу дружбу с Клайвом лишь потому, что вы не заходите дальше?
Я кивнула, смутившись.
- Как любая мать, я не в восторге от охотниц за нашим состоянием, но. Ты - хорошая девочка. Нелегко идти против общества, но я бы на это пошла, если бы мой. мой. Аби! Мой мальчик.
- Что с Клайвом?
- Не знаю, - она встала, подошла к окну, и немного помолчав, продолжила. -Он. Г оворят, что ещё легко отделался.
Я незаметно сжала кулаки. Ничего себе, «легко»! Вспомнила, как выглядит аура некромага, и тут до меня дошло, что его мама - зверомаг, а значит, тоже всё это видит.
- Никто не может помочь, - послышался тихий голос. - Ему и остальным некромагам из отряда. Даже милорду Ройсбургу! А уж при его влиянии и связях. Как бы сильно милорд не скрывал, слухи всё равно идут. в обществе. Шёпотом, конечно. И далеко не везде, но. Г оворят. Г оворят, с ним произошло что -то совершенно ужасное. И теперь он.
- Сидит в своём поместье, - догадалась я, и от этой мысли всё внутри похолодело. - Ну, конечно! Всё сходится. Клайв. Он пытался мне намекнуть. Ройсбургу зачем -то понадобился растомаг. Меня определили к нему.
- Аби? Девочка, - глаза у мамы Клайва вспыхнули сумасшедшим блеском. - Поезжай! Может быть, ты что-нибудь придумаешь. Или вы придумаете вместе, на стыке. Всегда считала, что борьба за чистоту магических потоков - чушь! Полукровки - самые сильные, и на смерть власть их отправляет лишь из страха соперничества.
Последние слова были сказаны одними губами. Ещё бы! За подобные воззрения можно лишиться титула как минимум, если не угодить в тюрьму. Тем не менее, разговоры подобного толка - не редкость. И в Академии, я знала, создавались тайные общества в защиту тех, кто по каким -то непонятным причинам обладал несколькими видами магии.
Таких либо лишали магии вовсе, либо отправляли на войну. Редко кто становился артефактором - этого обычно боялись больше всего. Считалось, что ниже падать некуда, и лично я никогда не понимала - почему?
- Я готова участвовать, - продолжала миледи. - Всё, что угодно! Зелья, растения... Деньги, в конце концов! Аби? Аби, ты меня слышишь?
- Я сделаю всё, что в моих силах. Клайв мне как брат.
- Ему дают полгода. Полгода.
- Нет! Я. Мне надо его осмотреть!
Мама Клайва подошла к столу, позвонила в колокольчик, и когда вошла служанка, на её лице не было и следа слёз.
- Миледи, - поклонилась румяная девушка в белоснежном фартуке, глядя на который я тут же вспомнила свои тюльпаны.
- Как только появиться молодой господин, - проводите его в гостиную.
- Но. - накрахмаленная ткань скрипнула, словно извиняясь, - господин изволили уехать.
- Куда? И. Вы свободны.
Мы помолчали.
- Значит, есть только один человек, который может ответить на мои вопросы, - тихо проговорила я. - Милорд Ройсбург...