Глава 13

Для нас накрыли стол, как в дорогом шикарном ресторане: белоснежная ажурная скатерть, искусственные свечи в позолоченном подсвечнике, фарфоровая посуда, хрустальные бокалы, но больше всего изумил букетик пушистых нежно-фиолетовых цветов. Это было так удивительно. Я на минуту даже забыла, что нахожусь на смотровой площадке шаттла куэтов.

– Присаживайся, – Дариан галантно отодвинул стул. – Надеюсь, тебе понравятся блюда нашей местной кухни. Я специально попросил повара приготовить их, чтобы ты уже сейчас окунулась в мой мир и, возможно, лучше поняла вкусы куэтов.

– Видимо, это что-то особенное? – уточнила я, внимательно разглядывая предложенные угощения. Все блюда были весьма ярких оттенков – красных, желтых, зеленых, и на первый взгляд, я даже не смогла понять, что это – салаты или закуска.

– Сейчас все попробуешь сама.

Дариан занял свое место за столом и наполнил наши бокалы каким-то светлым полупрозрачным напитком, а затем поднял крышку с основного блюда. Тут же поплыл восхитительный аромат трав вперемешку с запахом чего-то жареного и весьма душистого. На металлическом блюде лежали аппетитные кусочки розового мяса, щедро посыпанного специями. Мой спутник наполнил мою тарелку, положив всего по чуть-чуть, потом свою и предупредил:

– Куэты любят необычные сочетания разных вкусов, поэтому каждое блюдо нужно распробовать. Жуй медленно, чтобы почувствовать все нотки специй и уловить тонкие мотивы послевкусия.

Дариан говорил о еде, как о чем-то высоком, и честно сказать, меня весьма заинтриговал.

– Приятного аппетита, – улыбнулась я и отрезала малюсенький кусочек мяса в красных специях. Почему-то мне показалось, что это жгучий перец, и я ожидала острого вкуса от этого блюда, но к моему удивлению, почувствовала некую сладость, невероятную сочность и нежность. А затем появилась легкая кислинка, приятная едва заметная нотка орехов и лимона. Тут же отрезала еще кусочек, желая вновь насладиться потрясающим вкусом.

– А что это? – уточнила я, возвращаясь к горячему блюду.

– Нутрок, тушенный в соусе с кешью, лимоном, сливками и вином. Понравился?

– Очень… Но я никогда не слышала о подобном животном или это не мясо?

– Птица. Огромная массивная птица с вкусным сочным мясом. Ее выращивают на специальных фермах, откармливая нежнейшей молодой травой и зерновым кормом.

– Как интересно. Расскажи мне, пожалуйста, о своем доме. В книгах мало, что написано о твоей расе.

– Наша система опутана поясом астероидов. Поток каменных осколков неуправляем, и любой корабль чужаков, пытающийся пробиться через него, обречен. Эта защитное кольцо позволяет жить куэтам уединенно, ведь не каждый решится на откровенное самоубийство. Нам же удалось покорить его, мы научились открывать пространственные коридоры для своих шаттлов. Асфегор весьма огромная система, и включает в себя множество планет – больших и малых, обитаемых и нет. Так как общение нашей расы с внешним миром сведено до минимума, мы все необходимое для комфортного проживания создаем сами. Множество производств, цехов, хозяйств – целые планеты, и каждый член нашего общества живет в достатке.

– Это как? – я нахмурилась. Во всех галактиках и во все времена жители разных систем в основном делились на две части: богатые и бедные. В руках одних обычно были сосредоточены деньги и власть, а другие на них работали.

– Всем владеет император. Он наказывает, поощряет и его слово – истина, а решения не оспариваются. Поэтому у нас равноправие между жителями системы. Если знаешь свое дело, хорошо и честно работаешь, твоя семья живет в достатке, но если ты выбрал другой путь, будь готов к тому, что в любой момент можешь лишиться жизни. Мой брат суров, но справедлив.

Я размышляла об услышанном. Конечно, с одной стороны, получалось император Асфегора – диктатор, не допускающий сомнений в своих решениях, с другой – его народ сыт и доволен, а система одна из самых процветающих, не это ли главная цель любого правителя?

– Николь, ты совсем не ешь. Заболтал я тебя. Давай поговорим чуть позже, – Дариан улыбнувшись, продолжил ужинать.

А я решила попробовать привлекательный салат из неизвестных мне ярких желтых и зеленых овощей, весьма аппетитный, на первый взгляд. Но буквально одна вилка, и я невольно скривилась, чувствуя, как перехватывает дыхание, а к лицу приливает кровь. Это блюдо оказалось невероятно острым. От першения в горле зашлась в кашле, и Дариан тут же все понял без слов. Он протянул мне бокал:

– Выпей. Это смягчит остроту.

Я послушно сделала глоток и действительно обжигающее чувство, стало мягче, и очень быстро прошло без следа.

– Это парикама, острый овощ, но вино молочного дерева смягчает его вкус. Поэтому обычно овощи в нем тушат или запивают.

– Очень остро, – покачала головой я. – Вряд ли я решусь попробовать его еще раз.

– Понятно. Тогда, – Дариан показал вилкой на тарелку с чем-то желто-белым и на вид пастообразным, – попробуй этот салат. Думаю, тебе он точно понравится.

Скажу честно, было страшновато, потому что как я поняла, кухня куэтов действительно весьма необычна. Но салат оказался легким, нежным с привкусом сливочного сыра, и мне очень понравился.

Некоторое время мы молча ели, и как я заметила, командор предпочитал более острые блюда, в отличие от меня. Особенно ему пришелся по душе салат из парикамы.

Кухня куэтов оказалась весьма сытной, и я очень быстро наелась. Откинувшись на спинку стула, наблюдала за Дарианом, который ел довольно спешно, но весьма аккуратно. Было видно, что он привык, как и все военные, жить по четкому расписанию, где на еду уделяется минимальное время.

Я не спешила заводить разговор, прекрасно понимая, что он будет непростым. Пока Дариан ужинал в голове придумывала варианты нашей беседы, и никак не могла решить с чего начать.

– Николь, о чем задумалась?

Я подняла взгляд на командора и поняла, что он уже доел и теперь с легкой улыбкой на губах рассматривает меня.

– Ни о чем, – покачала головой. – Спасибо, ужин был вкусным.

– Рад, что кухня моей родины пришлась тебе по вкусу. Думаю, ты уже поняла, что куэты любят все яркое, необычное, неповторимое. И это касается всего.

Удивленно приподняла брови, не торопясь задавать вопросы, понимая, что Дариан сам обо всем расскажет.

– Император вместе со своей семьей и родственниками проживает на планете Итар, в самом центре нашего сектора. Хочу предупредить тебя сразу, что мой брат с сыном живет в огромной резиденции.

– А где живешь ты?

– Неподалеку, – улыбнулся Дариан, – впрочем, как и Сиверд со своей семьей и Брант.

– А Брант тоже ваш родственник?

– В некотором роде. Он теперь входит в число приближенных императора, так как породнился с нами через супругу Сиверда. Брант ее дальний родственник и опекун. Несколько лет назад родители Греты погибли, и она приехала из дальнего сектора на Итар. Сиверд почти сразу стал ее защитником, а потом и мужем. Конечно, между ними весьма большая разница в возрасте, но благодаря нашим технологиям в сфере медицины у них впереди еще много счастливых лет. Но я хочу сказать тебе о самом главном, – Дариан внимательно посмотрел на меня. – Ты мать наследника, и теперь занимаешь одно из самых высоких положений в нашем обществе, и к тебе все обязаны относиться с должным уважением. Никому не давай спуска и, если возникнут какие-нибудь проблемы не стесняйся о них говорить мне или отцу Ришара. Поняла?

– Да, – кивнула в ответ. – Дариан, а как твой брат отнесется к тому, что произошло?

– Все будет хорошо, – мужчина улыбнулся. – Я не стал сообщать ему такие важные новости по радиосвязи. Но то, что случилось не изменить, поэтому нам всем придется привыкать к новой жизни ради маленького Ришара. Ты согласна?

– Конечно.

– У тебя есть еще ко мне какие-нибудь вопросы? – поинтересовался Дариан.

– Океан, – рассмеялась в ответ. – Но задавать их пока не буду, надо все обдумать. Хотя скажи, а Арон тоже член вашей семьи?

– Нет. Он просто хороший друг, и верен императору и мне. Я ему доверяю как самому себе и уверен, что он никогда не предаст.

Слушая Дариана, размышляла над тем, что, на первый взгляд, на шаттле действительно преданные люди, члены семьи, но ситуация с топливом никак не отпускала меня. Высказать свои подозрения я не решилась, но была уверена, что Рейн Креван проверил качество топлива перед отгрузкой, иначе просто и быть не могло. А это значит…

– Николь, ты опять о чем-то задумалась, – Дариан осторожно коснулся моей руки. – Ты себя плохо чувствуешь?

– Все в порядке.

– Ты расскажешь мне о себе. Почему у тебя приемные родители?

– Расскажу, – вздохнула я, понимая, что пришло время откровений…

* * *

Если честно, с чего начать непростой разговор я так и не придумала, поэтому решила рассказать все с самого начала:

– Я родилась в секторе Галентекс. Мой отец возглавлял министерство науки и был ярым сторонником правителя Фершата. Наша семья жила в элитном квартале столицы, и ни я, ни моя маленькая сестренка Лира никогда ни в чем не знали отказа. Ничего не предвещало беды, а потом неожиданно случился военный переворот…

Невольно погрузилась в воспоминания того страшного дня, когда изменилась моя жизнь. Прошло столько лет, но я помнила каждое мгновение в деталях.

– Мне было шестнадцать, а моей сестренке четыре. В тот вечер правитель Фершат организовал большой праздник в своей резиденции, на котором присутствовали многие известные и значимые жители планеты, в том числе и наши родители. Радикалы ворвались прямо на прием… В ту ночь погибло много людей. Были использованы ультронеоновые бомбы, жуткое изобретение ученых. Отец в свое время с гордостью рассказывал о том, что теперь с таким оружием нашей планете не страшны никакие внешние враги, но, как оказалось, бояться нужно было не чужаков, а своих… Папа успел связаться со мной по голографу, и предупредил о случившемся, пообещав приехать за нами. По его указанию я оделась сама, собрала сестренку, а шаттла родителей все не было и не было. Слуги сбежали, бросив нас одних, и тут во дворе послышались крики на чужом языке.

На этом моменте рассказа мой голос сорвался. Если честно, я не знаю откуда тогда, у меня, по сути, еще ребенка, хватило сил, смелости и мужества покинуть дом, добраться до космодрома и бросится вслед куэтам, пытаясь спасти Лиру. Сейчас мне кажется, я бы никогда не смогла повторить то, что сделала в тот страшный день. Горький комок подкатил к горлу, и чтобы сдержать рвущиеся рыдания, я встала и подошла к стеклянной стене. Обхватив себя за плечи, уставилась в чернильную даль, где вдалеке, как на картинке из атласа виднелся, ярко-оранжевый плоский полукруг – пояс астероидов, который даже издалека выглядел весьма внушительно. Возникла ассоциация, что на черном мольберте неизвестный художник нечаянно мазнул кистью и невольно нарисовал улыбку.

– Николь, – Дариан незаметно подойдя, положил мне на плечи ладони. – Если тебе об этом сложно говорить, давай не будем. Я чувствую твою душевную боль, и если она так сильна спустя столько времени, мне страшно представить, что ты пережила в тот день.

Обернувшись, молча заглянула в бездонные глаза мужчины. В них было столько понимания и сочувствия, что я невольно прижалась лбом к сильному мужскому плечу. Сейчас мне, как никогда, была нужна поддержка.

Дариан осторожно прижал меня к себе и ласково гладя по спине, прошептал:

– Прошлое… Его не изменить и не забыть. Но все осталось уже позади. И это самое главное.

– Нет, мое прошлое и мое будущее тесно переплетены, – призналась я, чувствуя, как по щеке скатилась слезинка.

Дариан вопросительно приподнял брови, не задав ни одного вопроса. И я была ему безумно благодарна за это. Вскинув голову и глядя Дариану в лицо, я продолжила, прекрасно понимая, что должна ему все рассказать:

– Мне удалось на стареньком домашнем флайте добраться до космодрома, – вздохнув, продолжила я. – Если честно, до сих пор не понимаю, как смогла это сделать. Там был корабль отца, и я надеялась, что нам с Лирой помогут его люди, но мы приехали слишком поздно. «Новое правительство» запретило вылеты всем жителям планеты. Космодром покидали последние дипломатические миссии…

– Как же тебе удалось выжить?

– Дариан, я прошу, просто выслушай меня и не перебивай. Мне действительно очень сложно говорить об этом.

Когда мой собеседник кивнул, повернулась к стеклянной стене и глядя в чернильную темноту отстранённо продолжила:

– Даже мне, шестнадцатилетней девчонке было понятно, что всех, кто поддерживал правителя Фершата, как и их семьи, убьют. Я понимала, единственный шанс выжить-улететь. Мимо как раз проходили жители другой системы, спешно покидающие мою планету. Я знала, что медлить нельзя. С сестрой на руках бросилась вслед им, но шлюз чужого шаттла уже закрывался. Понимая, что сама в узкую щель не пролезу, забросила в нее сестренку и корабль тут же взмыл вверх. А я осталась… Обратной дороги для меня не было, за спиной слышались взрывы и мне ничего не оставалось, как прыгнуть из стыковочного коридора на космодром. Знаешь, мне очень повезло, что на взлетном поле еще остались корабли, что помощник отца Мерье услышал крик и спас меня.

По телу пробежала нервная дрожь, и я ощутила, как замерзла. Обхватив себя руками за плечи, всхлипнула:

– В ту ночь мои папа и мама погибли, так сказал Мерье, и я верю ему. Он и его жена Аннета заменили мне родителей, окружили заботой и любовью, и стали для меня настоящей семьей.

– Мне очень жаль, что все так произошло, – Дариан приобнял меня за плечи. – Не плачь.

– Мы начали новую жизнь на Андамаре и все эти годы я надеялась найти Лиру и уже окончательно отчаялась, а потом появился ваш корабль, маленький Риччи… и во мне опять зародилась надежда.

– Николь, я не понимаю, как могу тебе помочь, – командор нахмурился.

– Тот шаттл, на котором я оставила Лиру, принадлежал куэтам. Я подавала четырнадцать прошений на посещение сектора Асфегор, и каждый раз получала отказ от императора, – зажмурившись, выдохнула я, а потом с облегчением подумала: «Вот и сказала».

Мой собеседник некоторое время молчал, обдумывая мои слова, а потом довольно сухо произнес:

– Ты уверена, что шаттл принадлежал куэтам?

От его жесткого тона вздрогнула.

– Да, – осторожно ответила я, заглянув в лицо Дариана и невольно отшатнулась. Мужчина был нахмурен, весьма холоден и он словно закрылся. Именно таким колючим взглядом командор смотрел на меня на космодроме, когда явился за своим племянником. Я чувствовала себя отвратительно, будто совершила какое-то преступление и совершенно растерялась, услышав:

– У меня к тебе только один вопрос. Скажи, вся ситуация с Ришаром была подстроена тобой, чтобы пробраться в нашу систему?

Эти слова прозвучали, как гром.

– Нет, ты что! – эмоционально выпалила в ответ. – Да как тебе такое в голову пришло? Ты за кого меня принимаешь? Я ничего не подстраивала. Все произошло совершенно случайно. Странное стечение обстоятельств, и не более.

– Тогда объясни, как ты оказалась на космодроме именно в тот момент, когда наш шаттл приземлился на дозаправку? Если не ошибаюсь, нам сообщили, что это будет закрытый сектор, куда посторонних не допускают?

– Моя подруга Дафна работает секретарем начальника космодрома. Она прекрасно знала мою историю, как и о том, что я отчаялась найти сестру, ведь раз за разом получала отказ на посещения твоей системы. Именно поэтому подруга поспешила сообщить о столь важной информации, как прибытие куэтов на Андамар. Мне удалось обманным путем уговорить начальника службы безопасности разрешить посмотреть на ваш корабль со смотровой площадки. На самом деле, я надеялась, что мне удастся поговорить с кем-то из членов команды, и возможно выяснить хоть какую-то информацию о Лире. Я не знаю, на что рассчитывала, – осторожно коснулась руки Дариана. – Считай, это просто шагом отчаяния. Много лет я живу, ничего не зная, что произошло с моей сестрой, и этот груз давит на меня, не дает свободно дышать. Она мой единственный родной человек во всей галактике, и я должна разыскать ее. И поверь, никакого злого умысла или коварного плана у меня действительно не было. Я просто хотела использовать шанс, но почти сразу поняла, что зря надеялась. Спуститься к вам и остаться незамеченной было невозможно. А потом я увидела на взлетном поле ребенка, который затем поднялся на смотровую площадку. Первое, что пришло мне в голову – мальчик сын кого-то из работников, и случайно вышел на взлетное поле. И то, что Риччи – куэт я поняла не сразу. Вернее, совсем не поняла, мне об этом позже сообщил начальник космодрома Рейн Креван. А дальше ты и сам знаешь, что было. Не по своей воле я оказалась на этом корабле. Ты сам настоял на том, что мне нужно лететь вместе с вами.

Дариан молча отошел к столу, наполнил свой бокал вином, залпом осушил его и, бросив на меня взгляд, вздохнул:

– Ты полна загадок. Если честно, не ожидал ничего подобного с твоей стороны.

– Я не хотела это скрывать, просто не было подходящего повода начать разговор. Сначала мое похищение, потом авария и твоя неожиданная болезнь… Поверь.

– Присаживайся, – Дариан опустился на стул. – Значит, говоришь четырнадцать прошений…

– Да, – кивнула я, вернувшись на свое место за столом.

– А какую причину посещения ты указывала?

– Туризм, – вздохнула я и поспешила объяснить. – Я совсем не знала ничего о твоей расе, и опасалась навредить Лире. Вдруг император не знает о ее существовании.

– Мой брат действительно ничего не знает о человеческой девочке, впрочем, как и я. Поверь, появление среди куэтов ребенка другой расы не осталось бы незамеченным. А это означает…

Дариан многозначительно замолчал и сочувственно посмотрел на меня. Я уткнулась лицом в ладони, прогоняя мысли о самом страшном. Много лет во мне жила надежда, что Лиру воспитывает кто-то из куэтов. Я была уверена в этом. Неужели мое сердце меня обманывает, и сестренка погибла?

– Николь, не плачь, – в голосе Дариана появилась некая теплота. Он пересел ко мне поближе и утешающе погладил меня по плечу. – Пойми, присутствие ребенка другой расы на нашем корабле – ситуация неординарная, и о ней обязательно бы сообщили брату. А если ему ничего не известно, то, возможно, несколько вариантов развития событий. Первый самый страшный – не проверив штыковой шлюз, команда включила защитное силовое поле. Детский организм просто не выдержал бы этого… Второй – экипаж, обнаружив девочку, могла высадить ее на одной из ближайших планет и передать под покровительство местного правительства, и третий, твоя сестра находится на одной из планет системы Асфегор, но ни команда, ни капитан того шаттла почему-то ничего не сообщили о случившемся. Конечно, я склоняюсь к первому или второму варианту, но в любом случае выводы делать пока рано. Сначала надо выяснить, что это был за корабль и кто им командовал.

– Скажи, ты мне поможешь? – сквозь слезы спросила я, чувствуя, как в душе вновь зарождается надежда.

– Помогу, – Дариан поднялся и подошел к смотровому экрану. Не оборачиваясь, от тихо произнес. – Но моему брату пока об этой ситуации лучше ничего не знать, впрочем, как и всем остальным. Поняла?

– Да.

– Какое имя стоит в твоих прошениях?

– Настоящее. Николь Ферра.

– Пока представляйся именем своего приемного отца – Эппере. С братом я поговорю сам, как только станет известно хоть что-то о твоей сестре. Потому что, зная о том, что тебе необходимо было попасть в нашу систему, все произошедшее с Ришаром кажется очень подозрительным… Ивар весьма импульсивен, когда дело касается его семьи, и будет лучше, если обо всем он узнает от меня.

Дариан замолчал, а я смотрела на его напряженную спину и обдумывала услышанное. Этот мужчина не только поверил мне и согласился помочь, но и пообещал сам поговорить с братом, сняв с моих плеч непосильно тяжелую ношу. Потому что после первой реакции командора, было страшно подумать о том, как отреагирует на мою историю его брат император.

Поднявшись, подошла к Дариану и положив ему ладонь на руку, прошептала:

– Спасибо.

– За что? – раздалось глухое в ответ.

– За то, что поверил, за помощь, понимание, доверие. Поверь, это бесценно.

Мужчина повернулся ко мне. В его глазах я впервые увидела янтарные искры, как у Риччи.

– Николь, мне важно знать, это единственная твоя тайна или ты еще что-то скрываешь?

– Я ничего не скрываю, – поторопилась ответить.

– Точно?

– Точно, – растерянно произнесла я.

– Ты для меня многое значишь, и я хочу защитить тебя от всех возможных невзгод. Поэтому, если ты еще что-то скрываешь, рассказывай здесь и сейчас. Мы вместе придумаем, что делать.

– Дариан, мне нечего больше сказать.

– Ну и замечательно…

И я совсем не ожидала того, что произошло дальше. Дариан, обняв меня за талию, притянул к себе и прижался к моим губам поцелуем. И прежде чем я поняла, что происходит, мужчина стал целовать меня – нежно, легко, воздушно. Его осторожные прикосновения, полушепот на неизвестном мне языке, нежные касания, как невесомое пёрышко, вскружили мне голову и я, поддавшись эмоциям, ответила на поцелуй, забыв обо всем… Мы целовались, растворяясь в друг друге, и очнулась я, лишь когда почувствовала мужскую ладонь на своей груди.

А потом пришло осознание случившегося. Стало стыдно, неудобно, очень страшно, и я не придумала ничего лучшего, как сбежать в свои апартаменты. Дариан попытался меня удержать, что-то объяснить, но сейчас мне было необходимо побыть одной, поэтому спешно забежав в лифт, нажала на кнопку, и автоматические дверцы закрылись ровно за мгновение до того, как меня догнал командор.