Глава 19. Уравнение Матвея Сергеевича
Сразу после отъезда Анны Ивановны Матвей Сергеевич занялся важными делами, проверил корреспонденцию, прочитал отчёт управляющего и просьбу приехать сегодня на фабрику для решения важнейших вопросов модернизации.
Граф Чернышёв считает себя человеком прогрессивных взглядов, потому постоянно вникает в производственные процессы своего обширного состояния. И эта вовлечённость весьма позитивно сказывается на результатах, к рукам управляющих лишняя копейка не прилипает, растрат и потерь нет, постоянные проверки держат всех в тонусе, но и рабочим неплохо живётся. Есть слухи, что на Чернышёвские фабрики очередь стоит из желающих работать.
Ответственность перед всеми людьми, что работают на него, не позволяет Матвею Сергеевичу рисковать, если из-за надуманной опалы имущество конфискуют, то на следующий же день всё разрушится, разворуется. Рабочие окажутся без работы и на улице. Такой подлости граф себе позволить не может. Отчего и давит нарастающее напряжение, вызванное непростой ситуацией с племянником.
Прочитав очередную деловую записку, отложил её в сторону и задумался.
До катастрофы осталось несколько часов.
Потом кто-то в штатском постучит в дверь и потребует выдать Анну и Артемия, и что с ними будет дальше, одному богу известно.
Неприятное чувство тревоги захлестнуло, обдало жаром и заставило встать с кресла, пройтись по кабинету.
Вздохнул и почти бегом поднялся в комнаты Анны и детей.
Осторожно открыл дверь и сразу услышал шёпот Артемия:
— Матвей Сергеевич, мне нужно с вами поговорить!
— Выйди, мой мальчик, чтобы не разбудить Веронику! — также шёпотом ответил и шире открыл дверь.
В свободной спальне, чтобы разговор не услышала Вероника, мальчику пришлось рассказать дяде ужасные события прошлой ночи.
— Да уж! Но что им от тебя нужно? Почему такая злоба? Дети не отвечают за деяния родителей, тем более несовершеннолетние дети, как-то нам нужно отбить эти ужасные нападки, — Матвей Сергеевич в раздумьях потёр подбородок, но словно вспомнив кое-что неприятное, пристально посмотрел на племянника. — Будь любезен, поясни мне, каким образом сюда попала Анна Ивановна?
— Не знаю. Ночью услышал зов Вероники, что ей страшно и она хочет домой, я лишь показал им путь! А утром очень удивился, увидев их, думал, что это сон, понимаете?
— Она тебя чувствует, у вас какая-то связь? — ошеломлённый дядя смотрит на мальчика как на нечто удивительное, уже казалось, что удивляться нечему, раз Тёма — маг возможно всякое, но вот чтобы так?
— Выходит, что связь есть! Я позвал, она прыгнула, но сама не понимает, что умеет это. А я не понял, каким образом призвал её. От этого мне ещё страшнее. Кажется, что и этого страшного человека тоже я призвал, ведь такое может быть! Я опасен?
— Ах! Нет, ты не опасен. Этого человека послали плохие люди! Ты можешь позвать только кого-то одарённого, как Вера, — в один миг Матвея проняло осознание всего того ужаса, какой может произойти, узнай кто-то о невероятных способностях детей. — Её мать знает об этом?
— Н-нет! Она вообще ничего не знает о магии!
— Вера может пропасть? Есть какой-то способ ей оставаться подле тебя? Представляешь, если она снова куда-то провалится? Мы даже не будем знать, где её искать! — голос Матвея Сергеевича дрогнул, никогда бы не подумал, что забота о детях может стать настолько значимой в его жизни, а ведь он даже не женат.
Тёма улыбнулся.
— Потому я постоянно с ней! У нас очень крепкая связь. Но и она мне помогает, успокаивает магию.
— Да, мой мальчик, я понимаю, тебе очень тяжело без магической книги. И где её искать, я понятия не имею, — граф встал, появилось ощущение, что двое магически одарённых детей это уже слишком для неопытного «родителя». Захотелось на воздух, остыть, но разговор ещё не окончен.
— А если я скажу, что моя книга где-то здесь, в столице. Чувствую её и, возможно, смогу найти. Есть ли такие люди, кто поможет мне естественным способом забрать мой бесценный артефакт?
— Очередная непосильная задача, какую нужно осилить, я постараюсь что-то сделать. Но ты пообещай мне, что проследишь за Вероникой и не будешь огорчать Анну, мне нужно некоторое время привести ваши документы в порядок.
— Обещаю! Кажется, Вероника просыпается, я пойду к ней! Позовите к нам горничную, пожалуйста.
— Да, конечно, мой мальчик. Сейчас кто-то из девушек придёт и поможет вам.
Тёма ушёл в спальню, а ошеломлённый Матвей Сергеевич поспешил вниз, вспомнил, что карету отдал Анне Ивановне и передумал уезжать сейчас. Дома ещё остались неотложные дела.
После раннего обеда, так и не дождавшись возвращения Анны, собрался было приказать заложить шикарную летнюю карету-ландо, не самый подходящий экипаж для деловой поездки, но что поделать, женщина в доме – мужчине придётся подстраиваться. В сознании вспыхнула мысль, что надо бы присмотреть для Анны и детей отдельный выезд, что-то удобное, небольшое и безопасное. Тут же записал себе в ежедневнике заметку и улыбнулся.
Появилось приятное ощущение наполненности жизни, приятные заботы, не только переживания.
Вдруг поймал себя, что о Марианне у него ни разу не возникало подобных мыслей, бывшая невеста, как новый проект, требующий затрат и вложений, но душевных порывов – нет!
Открыл верхний ящик рабочего стола, и вот она коробочка с дорогим перстнем, тем вечером, когда баронесса разорвала помолвку, казалось, что всё пропало, ситуация ужасная, близкая к катастрофе, а сегодня ни единого нерва не дрогнуло, кольцо и кольцо!
— Надо бы его сдать обратно ювелиру, деньги сейчас нужнее детям, считай, половину выезда окуплю!
Улыбнулся и закрыл ящик.
К дому подъехал экипаж.
— Весьма, кстати! Анна Ивановна вернулась, а мне пора ехать! — несмотря на напряжённые обстоятельства, взял большой портфель с бумагами и поспешил вниз, чтобы застать Анну в фойе, захотелось с ней поздороваться. Да и любопытство подстёгивает, приятно посмотреть на молоденькую, хорошенькую женщину, только что вернувшуюся из салонов и лавок с покупками, именно этого волнительного трепета сейчас хочется его душе.
Быстро спустился и замер, как вкопанный столб на Масленицу.
В парадный холл особняка вошла Марианна Львовна, мгновенно заполнив пространство навязчивым цветочным ароматом!
«Помяни чёрта!» — пронеслось в сознании графа, и так неудачно он спустился, уже и не сбежать.
— Ах! Дорогой мой! Как я тосковала эти дни! Боже, как жестоко с моей стороны было выдвинуть тот ультиматум. — проговорила самым сладеньким тоном и улыбнулась.
— Добрый день, вы снова в неурочный час, я спешу на важную встречу! — попытался было откланяться и её с собой утянуть, но Мари вцепилась как репей в хвост собаки.
— О, могу тебя подвезти, твоей кареты я не заметила! И мы сможем поговорить, я действительно сожалею. Отец вынудил меня так ужасно поступить с тобой, прости, – она теперь на ты, как во времена приятных прогулок в Летнем саду, подошла и крепко взяла Чернышёва под руку, пытаясь утянуть с собой на улицу. Но он слегка отстранился.
— Постой, ты же сказала, что сам князь Георг Дадиани желает сделать тебе предложение, не сделал? — Чернышёв умеет делать больно, когда хочет. Марианне пришлось надуть губки и сделать огорчённое лицо.
— Он повеса и бабник! Давай забудем, я лишь хотела заставить тебя ревновать!
— Не получилось! Я не ревную! Прости, у меня действительно очень важные дела! — он услышал детские голоса на втором этаже, Артём и Вероника пошли в библиотеку, их же услышала и Марианна. И теперь очень внимательно смотрит на бывшего жениха, с видом, требующим срочных пояснений.
Матвей Сергеевич проигнорировал немой вопрос и решил быстрее закончить неприятный разговор, снова вернув общению официальный тон, сам взял девушку под руку и настойчиво повёл к выходу:
— Марианна Львовна, вы неделю назад вернули кольцо, теперь передумали и приехали требовать его назад? Не играйте в эти игры, умоляю, у меня сейчас нет душевных сил объясняться, я спешу!
— Вы не так всё поняли! Я, возвращая кольцо, хотела лишь, чтобы вы решились и устроили своего племянника в надёжное место!
— Вас не касается судьба моего племянника, пойдёмте, я вас провожу в карету, мне тоже пора ехать на фабрику по неотложному делу!
— Но! Матвей Сергеевич! Вы жестоки, я приехала…
В этот момент тяжёлая входная дверь приоткрылась и в узкую щель, боком вошла…
Графу показалось, что какая-то невероятной красоты незнакомка ошиблась адресом или ему это привиделось.
Анна вошла, сконфуженно прижимая к себе коробки и два свёртка с покупками, смутилась, улыбнулась, что-то пролепетала в своё оправдание и умчалась, словно и не было. Граф вздрогнул, как ищейка, услышавшая выстрел, готовая мчаться за дичью сквозь любые препятствия. Но его тут же осадил неприятный вопль бывшей невесты.
— Не успела я вернуть кольцо, как у тебя поселилась содержанка? Ещё и до неприличия красивая! Не ожидала такой пошлости! Актриску подобрать? Это позор на весь город! Ещё хуже, чем Дадиани!
— Марианна, замолчите! С того момента, как вы вернули кольцо, дела нашей семьи вас не касаются. Но вам бы следовало извиниться перед родственницей князя Вяземского, она его приёмная мать, и не стремится избавиться от детей, в отличие вас. Всё, моё терпение закончилось, как и наш пустой разговор. Не желаю причинять вам страдания, а себе проблемы. Мы расстаёмся полюбовно, инициатива полностью ваша, кольцо я приказал вернуть ювелиру! На этом всё, передайте привет семье!
Последние слова он сказал довольно громко, уже закрывая дверь её кареты, тут же крикнул кучеру баронессы, чтобы трогал. А сам скорее сел в свою карету, на которой вернулась Анна, и приказал везти на фабрику.
Закрыл глаза, откинулся на сиденье и попытался осознать то, что сейчас произошло.
— Никогда бы не подумал, что женская красота, может вот так влиять на мужчин. Она сразила меня. Так не бывает!
Прошептал и задумался, ведь Марианна намного красивее Анны, но совершенно не вызывает подобных ощущений, она даже не в состоянии всколыхнуть, то мужское глубокое чувство привязанности, волнения и настоящего желания, какое Анна вызвала одним своим взглядом.
— Да кого я обманываю, я думаю о ней со страстью, с того момента, как увидел в ванне, раздетую, манящую, и…
Больше эпитетов не нашлось. Глубокий вздох окончательно подвёл черту под уравнением: он влюблён, как мальчишка в гувернантку своего племянника, причём с первого взгляда…