Глава 21. Марианна

Роскошная белая карета баронессы живо промчалась по широким улицам Петербурга. Кучер прекрасно знает ежедневный маршрут хозяйки. Сегодня он слегка нарушен внезапным визитом к дому графа Чернышёва.

Сначала салон шляпок, потом небольшое кафе, куда девицы могут приезжать без сопровождения для общения, эдакий «Женский клуб», куда вход мужчинам закрыт до пяти часов вечера. Чуть позже хозяйка называет адрес очередной приятельницы, в доме которой собирается «Салон». Неважно какой, музыкальный, поэтический, художественный, главное, веселье, разговоры, музыка, флирт и, возможно, интрижка с кем-то из бомонда, бедных художников надо поддерживать, и богатые музы часто покровительствуют своим протеже.

На одном из таких салонов Марианна познакомилась со жгучим красавцем, грузинским князем Дадиани, его семья давно обрусела, кто-то из родственников занимается виноделием, а Георг не отягощает себя проблемой денег, они почему-то его любят, он богат как Лидийский царь Крез. И откуда у него берутся деньги на роскошную жизнь, тоже вопрос, покрытый великой тайной, какую Марианне совершенно не хочется разгадывать.

Однако сегодня меньше всего хочется встречаться именно с князем, он намеренно упустил трепетный момент на прошлой неделе и не сказал ни единого слова любви, после жаркого поцелуя на балконе во время очередной вечеринки.

— Поеду в «салон», сегодня будут художники, ах, Митя, хочу его увидеть! — прошептала, глядя на себя в зеркальце и поправляя локон.

Её личный «амур» невероятно красивый студент Академии художеств, дворянин из разорившегося рода, из-за красоты и таланта охотно поддерживаемый многими меценатами. Его часто просят позировать, но репутация у юноши такая, что девушки краснеют, только услышав его имя. И всё из-за одного провокационного откровенного холста «Юный Аполлон». Многие дамы платили огромные деньги, чтобы посетить мастерскую великого мэтра, и полюбоваться красотой обнажённого мужчины.

Марианна с подругами тоже видела постыдную картину, и румянец на её щёчках не сходил неделю.

Полотно за большие деньги выкупила какая-то богатая дама, пожелавшая остаться неизвестной. А слава молодого художника расползлась по Петербургу, и к творчеству Мити тоже присмотрелись, похвалили и теперь ждут от него ещё большей откровенности в каждой картине. Если сам осмелился на позирование, демонстрируя возбуждённое состояние плоти, то и рисовать должен только такое. И самое волнительное, что Митя умолял свою музу Марианну позировать обнажённой. Сначала это предложение показалось оскорбительным, потом пошлым, потом волнующим, а теперь желанным.

Скандал с расторжением помолвки отсёк условности и рамки приличия. Марианна вдруг решилась на месть. Пусть Митя напишет её портрет, и эту картину, она подарит графу Чернышёву, пусть знает, кого он потерял.

Жаркие, волнующие размышления прервал стук в дверцу кареты.

Марианна даже не поняла, что происходит. Кто-то из шалости стукнул?

Отодвинула шторки и замерла. Лучезарная улыбка князя не оставила шансов отказать ему в чести, быть принятым в карете.

— Ах! Моя дорогая! Вы избегаете меня? Пятые сутки мы не встречались, неужели, вы решились вернуться к своему буке?

— День не добрый, скорее наоборот, но бука — это про кого? У меня список подобных личностей! Начиная, хоть бы с вас, князь! — она открыла дверцу и позволила ему войти и вальяжно сесть напротив.

А сама заметила за собой странность, довольная улыбка князя её невероятно раздражает.

— Но я скучал!

— А я нет! Еду в женский клуб, так что нам не по пути. Скучали? Вот посмотрели, можете выходить.

— У меня один вопрос, точнее, так, между нами ведь нет никаких амурных отношений, тот поцелуй ничего не значит? Я не оскорбил вас?

Рот Марианны на мгновение открылся, на щеках вспыхнул румянец, но она сдержалась.

— Этот поцелуй невозможно назвать дружеским, я думала, что у вас ко мне чувства! И вы разбили моё сердце, я из-за вас порвала с женихом.

— Что? Да нет! Это неправда! Вы не способны любить настолько, чтобы делать такие жесты, свойственные ярким натурам. Вы почти меня разыграли! — Георг невесело улыбнулся и трижды пожалел, что влез в карету баронессы.

Марианна улыбнулась и, закатив глаза, произнесла победную речь:

— Страшно? У вас был шанс жениться на мне из-за положения в обществе, но вы пренебрежительно отнеслись к этому шансу. Любви у меня нет, вы правы. Расчёт – есть. Баронесса слишком тусклое слово, я бы с радостью примерила титул княгини. Так что, если надумаете создать выгодный союз – я готова его рассмотреть.

Князь заметно сглотнул ком, эта юная женщина поразила, не красотой, а хладнокровием, она как биржевой брокер, отчего делается не по себе. Зато теперь маски сброшены и стало значительно легче.

— Я даже рад, что мы смогли поговорить откровенно. И, признаться, никогда не думал, о таком варианте. А он не лишён смысла. Удивительно, что вы мне сделали это предложение.

— Так, от вас не дождёшься! — теперь уже не скрывая сарказма, парировала баронесса.

— Да, тут вы правы. У меня сейчас сложный период в жизни, это касается всего, не самое подходящее время жениться, но уверяю, как только всё утрясётся, я непременно вернусь к этому разговору. Но вот какой вопрос заставил меня постучать в двери вашей кареты, вы давно видели своего бывшего?

— Ах, речь, всё же о нём? — снова сарказм.

— Да, сегодня я видел одну молодую особу, что села в его карету, хорошенькая девица, — тут князь решил смягчить краски и сдержался от эпитетов, какие замерли на кончике его языка, незнакомка показалась невероятно красивой, но женщинам такую правду лучше не говорить о соперницах. — Он уже нашёл вам замену?

Марианна фыркнула, покраснела и не сдержалась!

— Да! Он только мнит себя праведником, порицает наше молодое сообщество «Богатых и красивых», а сам уже давно имеет любовницу, стоило мне вернуть кольцо, и он перевёз её к себе в особняк. Теперь вы знаете мой позор. Я проиграла дешёвой девке!

— Не такая она и дешёвая, значит, она живёт у него?

— Да! Всё, не могу вас видеть, вы такой же распутник и повеса, как и Чернышёв! Выметайтесь из моей кареты! Сейчас же.

Для острастки она даже стукнула по коленке непутёвого князя, он лишь рассмеялся.

— Я уведу её у него. Завоюю, чего бы мне это ни стоило! И тогда ты, моя дорогая, злюка, сможешь вернуться к нему. Как тебе такое пари? — он протянул руку, но получил лишь шлепок.

— Убирайтесь! Не хочу вас видеть! — прошипела и карета остановилась у кафе.

Князь вышел сам и подал руку баронессе, наклонился и прошептал, показывая пальцем на цветочную лавку:

— Я прямо сейчас закажу ей пять корзин роз и отправлю в особняк графа, посмотрим, как его этот жест взбесит.

— Да, хоть сто корзин, мне всё равно! Но это жалкое зрелище! Пф! — повернулась и вошла в кафе. Села у окна с подругами, а через минут десять двое посыльных вынесли несколько огромных корзин с розами. Следом вышел сам князь с одной пунцовой розой, жестоко помахал цветком девушкам за витриной кафе и ушёл.

— Это кому он? Боже, у нас в городе новая прима? Приехала какая-то актриса? — наперебой шепчут девушки.

— Нет, это он специально, чтобы позлить меня, я сегодня ему отказала и не приняла кольцо, — вдруг зачем-то сказал Марианна, заедая обиду пирожным. Ей никогда не дарили такое пошлое, вульгарное количество цветов.