Глава 47. Кофе?

Казалось, что эти ужасные пятнадцать минут, после пробуждения тянутся месяц. А когда Ульяна отключилась, время вовсе остановилось, Матвей хотел её положить на кровать, но Варя прошептала:

— Не троньте её, пусть лежит на полу, она вышла из тела, через минуты три придёт в себя. Они такое умеют. Видимо, нашла детей и сейчас вернёт! Но тронете – помешаете!

— Она такое может? — граф оставил затею с помощью, и всё же взял за руку княгиню, пытаясь почувствовать пульс.

— Да, могут и не такое. Она жива, это как глубокий сон!

Я босиком, по стеночке прошла из нашей гостиной в детскую спальню и опустилась на колени рядом с Ульяной.

И в следующую секунду перед нами образовалась куча-мала. Тёма завалился на спину, на него Вероничка, и огромный чёрный пакет сверху.

От детей едва уловимый запах дыма. Ульяна очнулась и вдруг чихнула.

— О боже! Жива, живы…

Но причитания Вари перебил виноватый голосок моей маленькой авантюристки:

— Ма! Я тебе кофе и компутер принесла… не ругайся!

Сгребаю её в объятия и начинаю рыдать от счастья…

— Никогда больше так не делай! Вы могли погибнуть, почему от вас запах дыма, боже, дом горит? Вы были в горящем доме? Я с ума сойду. Постой, ты и в наш мир заглянула, о мой бог! Вера, это опасно, смотри, Ульяна Павловна на какие жертвы пошла, чтобы вас вытащить! — шепчу, но довольно громко, пока Матвей и Варя приводят в чувства Ульяну, помогают сесть удобнее.

— Я всё объясню! — виновато прошептал Тёма и сел на полу около сумки.

— Сделайте милость, юноша! Поясните, что такое ужасное вас сподвигло на сей подвиг. Неужели вы не понимаете, что ничего дороже ваших жизней в этом мире нет. Ничего. Плевать на эти конверты, подарки, вещи! Мы чуть с ума не сошли, иди ко мне, хоть проверю, цел ли ты. Мой мальчик! Боже, никогда так не делайте, никогда! — примерно, как и я, так и Матвей отчитал любимого племянника, и мы теперь сидим на ковре, я обнимаю Веру, Матвей – Тёму, а Варя – Ульяну.

Первой опомнилась Дуняша, подала воды княгине и зажгла свечи.

— Рассказывай, всё, что случилось, пока не забыл, только правду, чтобы её сиятельство княгиня могла понять, как действовать в следующий раз. Хотя о чём это я! Никаких следующих раз! — снова очень строго подвёл черту Матвей и крепче обнял племянника, словно тот всё ещё может испариться.

— Мой отец заставил нас прыгнуть, потому что сейчас кто-то начал поджигать дом, чтобы уничтожить все улики. А Вероника испугалась и вырвалась из его хватки: так мы оказались в вашем мире, я очень испугался, такие огромные дома, как горы. И какое всё диковинное. Но Вера не растерялась, собрала какие-то вещи, и потом нас услышала тётя Света.

— Светлана? Она что-то сказала? — мне показалось это чем-то совершенно нереальным.

— Сказала, что вас ищут уже вторую неделю. Но отец снова нас утащил куда следует. Мы забрали всё из тайника, точнее, я пребывал в состоянии магической эйфории, никогда ранее не испытывал ничего подобного. А Вероника проявила себя, как истинный расхититель кладов. Всё выгребла из тайника. Вот только наши силы закончились, а поджигатель нас не заметил и поджёг кабинет. А потом аромат цветов, и мы уже здесь.

— Да, всё так. Я именно этот момент поджога и почуяла, потому, не теряя времени, решилась на отчаянный шаг. Но, то, что вы побывали в нашем мире – удивительно. Прям в квартиру прыгнули? — Ульяна уже сидит на полу, облокотившись спиной на кровать Тёмы.

Вера кивнула, и вид у неё виноватый.

— Не судите строго Петра Ильича, его переклинило на том, что конверт нужно достать. В тот момент, когда дети забрали всё из тайника, миссия закончилась и он просто исчез, это свойство призраков, увы. Так что вы принесли, давайте хоть глянем. Жутко любопытно, — Ульяна улыбнулась.

Вероника подтащила к себе пакет и начала вытаскивать.

Сначала одна туфелька, на высоченной шпильке.

Потом внушительный конверт, покрытый паутиной и пылью, и ещё один тонкий. Такой же пыльный мешок из тёмного бархата, кажется, Матвей догадался, что это такое. Развязал, и мы ахнули. Драгоценности семьи Вяземских.

— Это твоё, мой мальчик! Наследство родителей!

— Нет, это теперь принадлежит Анне Ивановне, без неё и Веры, я никогда бы и не увидел эти украшения.

Но этот джентльменский спор сошёл на нет, потому что Вера продолжает извлекать из чёрного мешка остальное: вторая туфля, мою домашнюю косметичку, свою куклу, платья, банку с кофе, пауэрбанк. И наконец, мой ноутбук и зарядные провода… И пакет с шоколадными конфетами, какие обожает Света.

— Это всё! Ты говорила, что тебе для занятий не хватает, вот я принесла.

Единственная, кто понял всю комичность ситуации – Ульяна, мы переглянулись, не выдержали и начали смеяться.

— Добытчица. Но всё правильно! Вещи полезные, особенно пауэрбанк.

Открываю компьютер, загружаю и включаю мультик, пока есть заряд.

— Это всё, как-то нереально! До сих пор не могу постичь сию данность, — прошептал Матвей, глядя на экран.

— Матвей Сергеевич, эти конверты спрячьте в сейф, и пошли пить кофе, тоже скучаю по его вкусу. Прям на кухню и пойдём, по-домашнему! Надеюсь, молоко есть? Жаль нельзя сделать пенку, как у капучино. Но если слегка подогреть и взбить венчиком, то может получиться, при условии, что магией улучшить рецепт.

Ульяна решила напоить нас отменным кофе и уже разработала магический рецепт, улыбнулась, подала конверты графу, встала, и мы последовали её примеру. А я, чтобы не ходить босиком, надела туфли, не зря же дочь их из другого мира принесла.

Боже, как в этот момент на мои ноги смотрел Матвей. Ульяна и Варя переглянулись, понимающе улыбнулись, но ничего не сказали. Да что тут говорить, и так понятно, влюблённый мужчина увидел нечто такое, от чего голова кругом.

Возможно, мы сейчас нарушаем все мыслимые и немыслимые законы этикета, но в жизни любого человека наступает такой момент, когда нужно самим ночью на кухне сделать кофе, сесть за стол и просидеть до утра за разговорами о мирах, приключениях и чувствах. Но перед тем как нам спуститься, Матвей Сергеевич убрал конверты и мешок с драгоценностями в сейф. Посчитав, что конверт лучше вскрыть самому князю Разумовскому.

Варя быстро сориентировалась в чужой кухне и на керосинке поспешила вскипятить чайник, через несколько минут мы с Ульяной угостили наших милых друзей неким подобием капучино-латте с довольно густой пенкой. Дети тоже попробовали кофе, но предпочли чай с молоком, заедая сладкими конфетами.

Матвей с восторгом смотрит на меня, Веру и Ульяну, не выдержал и прошептал:

— Это что-то совершенно сказочное…

— Кофе?

— Нет, вы и всё, что с нами происходит!

Нам осталось лишь смутиться, улыбнуться и вздохнуть. Потому что сейчас всё плохое, уже отступило…