Глава 5
Разбудил меня перезвон колокольчиков. Нежный и переливчатый. Я сладко потянулась, с трудом разлепила глаза и поняла, что проснулась не дома. И без всякой паники — как-то сразу поняла, где я и зачем.
И это было легко. Дома кровать у меня совсем не маленькая, но никакого балдахина. Да и спальное место из тех, которые моя школьная подруга характеризовала весьма витиевато: «Вы ко мне пришли вдвоём? Так зовите третьего!»
Вот тут-то меня и выбросило из кровати — я ж на работе! А колокольчики — будильник!
Отодвинула засов на двери спальни, выглянула и убедилась в своей правоте: в комнате стояла вчерашняя словоохотливая служанка и столик на колёсах.
— Завтрак! Император и Великая княжна проснутся через двадцать минут!
Мне бы и вчерашнего ужина за глаза хватило, но надо ли обижать повара? Да и остальных. Поэтому я закатила к себе столик, схватила с тарелки что-то похожее на эклер, сунула в рот и убедилась, что это очень вкусно! Следующими стали сразу три кусочка сыра, а я уже содрала с себя ночнушку и помчалась в санузел. А потом хватала с обоих столиков всё подряд, одновременно одеваясь, — в желудке темно и он вряд ли обидится на порядок, в котором падает еда.
Платье я взяла новое, а вот туфли оставила прежние. Вчера, на удивление, они мне не сбили ноги, и рисковать я не собиралась.
Минут через пять, с некоторым трудом проглотив ломтик копчёного мяса, намотавшегося на сыр, я вышла из спальни. Служанка моего появления не ожидала — мечтательно смотрела в окно и вздрогнула от неожиданности.
— Быстро… Я думала, что опоздаем…
Не опоздали. Ещё и ждать пришлось, когда Ярослав и Анастасия вышли к уже накрытому столу. Немного хмурые, но сразу улыбнувшиеся, когда увидели меня. А я нашла нужным улыбнуться в ответ.
— Умытые, причёсанные, красивые! — И поинтересовалась: — Зарядку делали?
Лиц слуг я не видела, но дети очень удивились:
— Как это?! — одновременно спросили они.
У двойняшек такое часто бывает.
— Очень просто!
Встала напротив и заявила голосом радиодиктора:
— Начинаем утреннюю зарядку! Укороченную! Ноги на ширину плеч, руки в стороны! Теперь — вперёд! «Ножницы»!
Им очень понравилось! Но гораздо сильнее смеяться они начали на следующем упражнении:
— Руки в стороны! Машем вверх-вниз! Полетели-полетели!
Правда причину их смеха я поняла позже, когда Анастасия, во время прогулки по саду, повторила это упражнение и оторвалась от земли…
Стул для меня стоял у стола, и я решила не нарушать приказ императора. Только дождалась, когда дети сели, и сразу предупредила:
— Я уже завтракала.
— А как же проверка блюд на яды? — с напускной серьёзностью и искорками смеха в глазах поинтересовался Ярослав.
— Думаю, что в этом плане мы можем полностью доверять повару, — столь же серьёзно ответила я. — А вот сок, пожалуй, проверю.
Ещё бы! В желудок я чего только не накидала, а вот запить всё это забыла.
После завтрака мне в голову пришло спросить, какие сегодня намечаются занятия. К моему удивлению, император с нескрываемой радостью сказал:
— Никаких!
А Великая княжна даже хлопнула в ладоши:
— Мы сейчас поедем на прогулку!
— Будем кататься на лошадях! — подтвердил Ярослав. — И ты с нами!
Вероятно, на моём лице особой радости не отразилось, потому что Анастасия сказала:
— Не бойся, Катя! Мы тебя научим! И лошади добрые!
А вот это я уже слышала! И о доброте, и о простоте! И удивление на лицах помню. После того, как «смирная лошадь» скинула меня на зелёную травку. А я ведь даже ноги в стремена сунуть не успела и за уздечку взяться! Нет уж! Хватит мне таких полётов! Три дня с трудом садилась…
— А ты можешь и не кататься, — решил успокоить меня Ярослав. — Просто посидишь и посмотришь. Там скамейки удобные! А до поля на карете поедем!
Уговорили, в общем. Но мне показалось, что регент остался недоволен, когда мы втроём в карету сели. Он на своей лошади то и дело мимо окон проезжал, заглядывал и хмурился. А мне-то что до его плохого настроения?! Не я себя в середину мягкого диванчика усадила! И в том, что император и Великая княжна в мои руки вцепились, не моя вина! Может, им так удобнее о достопримечательностях рассказывать?
Ехали, кстати, не очень долго. Где-то километров десять, и большей частью по лесу. Красиво! Могучие дубы, высокие сосны, полянки в цветах… Но меня занимало совсем другое.
— А регент… Он маг?
— Ещё какой! — откликнулся Ярослав.
— Очень сильный! — подтвердила Анастасия. — А что ты хочешь?
— Хочу позвонить родителям. А сеть здесь не ловит.
— Динь-динь? — очень серьёзно спросила Анастасия. — Колокольчиком?
— Нет, — улыбнулась я. — Через телефон… Связаться и сказать, чтоб не беспокоились…
Ярослав тут же высунул голову в окно кареты и закричал:
— Дядя Егор!
Регент возник рядом с каретой мгновенно, словно здесь и был!
— Что желает мой император?!
— Дядя Егор! Надо сделать так, чтобы Катя поговорила со своими мамой и папой! А то они беспокоятся!
— Конечно, мой император! Всё сделаю, как вы сказали!
— Спасибо, дядя Егор! — Ярослав повернулся ко мне и улыбнулся: — Он всё сделает, Катя! Он обязательный!
Я поверила. Вот только взгляд регента из-за плеча императора обещал сделать этот процесс весьма мучительным…
Лишь покинув карету, я смогла оценить число сопровождавших венценосных особ на прогулке: больше десятка карет и кавалькада верховых до поворота и дальше. Что же до поля, о котором говорили дети во время поездки, так оно было огромно. Может быть, двести метров в ширину, а может, и больше. Примерно в середине располагалась полоса препятствий из ровненьких зелёных кучек разной высоты. Видимо, эстетически облагороженное сено... Но про препятствия я поняла позже, когда кавалеры принялись демонстрировать дамам свою прыть. Точнее — способности своих лошадей. Как-то сомневаюсь, чтобы наездники в одиночестве так прыгали!
Справа, совсем рядом, возвышалось что-то похожее на трехъярусную трибуну, куда и отправились разодетые в шелка дамы с зонтиками. С десяток дам-амазонок неторопливо ехали верхом по периметру поля, разбившись на группки, и о чём-то беседовали.
Я выбрала простенькую скамью в тени дерева. Но устроилась на ней лишь после того, как Ярослав и Анастасия уселись на подведённых конюхами осёдланных пони. И это меня успокоило. Я-то представляла детей на огромных страшных лошадях!
А когда пони начали ходить по кругу на длинной верёвке, я переключила внимание на полосу препятствий. Успехи всадников громко и радостно комментировали дамы на трибуне, а мне это зрелище сразу наскучило. Хотя… Один наездник вылетел из седла и увяз в копне, что лишь убедило меня в правильности отношения к этим большим и хитрым животным.
В общем, за Ярославом и Анастасией наблюдать было намного интересней. Но… Я вздрогнула, когда за спиной раздался презрительный голос:
— Я говорил, что некоторые слова упоминать при императоре не следует!
Как кот подкрался, гад! Но на любого хитроумного кота есть тапок!
— Не припомню, чтобы упоминалось слово «родители», — парировала я.
Регент молодец! Я не о том, что признал свою неправоту или поражение, — тему ловко сменил:
— У меня есть приказ императора!
А я промолчала. Да и что сказать-то? Паузу тянуть надо! Но и с этим не очень вышло…
Вокруг повис непроницаемый туман. Молочно-белая стена метрах в полутора… Я встала и оглянулась. Регент — это понятно, но дерева сзади не было! И лавочки тоже… Кошмар!
— Связывайтесь, — процедил регент, глядя на что-то очень интересное сквозь туман.
— Как?! — возмутилась я. — Для этого телефон нужен!
— На что похож? — без интереса спросил регент.
Вот как ответить на дебильный вопрос?! Я постаралась быть точной и снисходительной:
— Коробочка плоская, с одной стороны чёрное стекло. У меня в сумке… — Телефон появился в моей руке, но я по инерции закончила фразу: — Лежит…
Свой смартфон узнаю всегда. По царапине в левом верхнем углу экрана… И я едва не задохнулась от бешенства:
— Это же мой!...
— Не надо кричать, — поморщился регент. — Это зеркальное связанное отражение вашей вещи. Если подходит — связывайтесь с кем нужно. Только лишнего говорить не следует.
Мне не кричать?! А что, если этот жлоб и мои трусики примерил?! И что он там про отражения лопотал?! Не настоящий смартфон, что ли?! Ненавижу колдунов!
Вот как молодая, симпатичная женщина в гневе может телефон проверить? Вот и я… Нажала пару кнопок и сфоткала регента в профиль! И только после этого обратила внимание на индикатор сети…
— Алло! Мама?! У меня всё хорошо! Как вы там?!
Родители у меня не то, чтобы странные… Но со мной они говорят по телефону только на громкой связи. Так что иногда на их вопросы отвечать не успеваю.
— Нормально, дочка! — ответил отец. — Ты-то куда подевалась?! Мы звонили!
— Работу хорошую предложили мне! Но здесь… — Я огляделась и чуть не ляпнула: «Туман сплошной!» Удержалась. — Связи нет! Так что звонить редко буду. Работа отличная! Гувернанткой, пока испытательный срок. Подопечные — двойняшки, умные и очень послушные! И заплатить обещали прилично! Не беспокойтесь!
— Лучше бы ты в школу устроилась! — посетовала мама. — А работодатель кто? Приличный?
Не знаю, из каких соображений я переслала фотку регента родителям и тут же пожалела об этом.
— Видный мужчина… — оценила мама. — Это их отец?
— Нет.
— Женат? — спросил папа.
— Откуда мне знать?! Может, он из этих… Евроценностей!
Отец разочарованно крякнул, и мама, кажется, расстроилась:
— Как не повезло человеку…
— Не наше это дело! Зарплату дадут, я вам перешлю денег! И позвонить ещё постараюсь! Пока!
Я пересылала Машке свой секретный список заказов, когда регент сказал:
— Забыл предупредить… Я слышу не только тебя, но и твоего собеседника.
Вот так вот! Ещё и подслушивает! И я съязвила как смогла:
— Вы вообще, регент, забывчивы! Многое забываете сказать! Машка?! Привет! Получила список?!
— Да! Что-то ты сегодня щедрая, Катька! А у меня как раз два заказа сорвались!
— Ну вот тебе компенсация! У меня работа хорошая нарисовалась на пару месяцев…
На лице регента возникла кривая улыбочка, похоже, относящаяся к моему оптимизму.
— А может, и больше! — Улыбка регента перекосилась и стёрлась, а у меня улучшилось настроение. — Так что трудись на благо! Да! Третий заказ вычеркни. Дети там контактные, но хозяин козёл! Норовит ощупать…
— Это Карлсона?! — рассмеялась Машка. — Да с моим удовольствием! Я подушки подкачаю сильнее, и пускай резиной наслаждается!
— Сама смотри! К моим забеги и штук пять-десять подбрось! И тортик, и грудинки копчёной! Я потом отдам!
— Грудинкой долг возьму! И тортиками! — хохотнула она. — Всё сделаю, не парься! А ты хоть нормально устроилась?!
— Нормально! В шоколаде даже! Пока!
— Пока!
Регент смотрел в туман, я на него, и так продолжалось, пока мне не надоело.
— Всё, — нейтрально сказала я. И добавила: — Спасибо.
— Всё?
Мне показалось, что он удивился.
— А со своим кавалером поговорить не хочешь?
С кем?! Звякнуть последнему и извиниться? За то, что он мой гонорар у спортивного букмекера спустил?! А на моё возмущение оскорблённо сказал: «До чего ж ты жадная! Я что, виноват, что они проиграли, кривоногие?!» Ну я его и выкинула с вещами... Тем более что в постели он был даже хуже первого! А уж до кавалера ему…
— Пф-ф-ф! — возмущённо фыркнула я. — Если мне захочется поболтать на интимные темы втроём, то обязательно вам скажу!
Этот прохвост кивнул! И туман исчез…
***
На обратном пути во дворец дети были радостно возбуждены — после катания по кругу они на своих пони смогли поездить вдоль длинной ленты, натянутой вдоль края поля.
— Меня Зорька сразу узнала! — восторженно сообщил Ярослав. — И слушалась, чуть повод тронешь!
— А моя Стрелка идёт ровнее! — дёргая меня за руку, убеждала Анастасия. И она хорошая!
— Верю! — улыбнулась я. — У вас самые красивые и хорошие лошади! А вы упасть не боялись?
— Да разве с них упадёшь… — помрачнел Ярослав. — Дядя Егор на сёдла заклятия наложил — как в корзине едешь…
— Дядя Егор… — повторила Анастасия и, словно что-то вспомнила, крикнула в окно кареты: — Дядя Егор!
Может быть, регентов двое? Или трое? Хотя бы потому, что невозможно за две-три секунды нагнать карету — лошадь не сможет!
— Что желает Великая княжна?!
— У Кати после урока видения, как у нас когда-то! Ты должен ей помочь!
— Как пожелает Великая княжна! — Регент пошевелил пальцами над гривой лошади и протянул Анастасии тонкий проволочный браслет с прозрачными подвесками: — Помните, моя княжна?
— Днём носить, на ночь снимать! — рассмеялась Анастасия. — А через два дня она его вернёт!
— Верно! — Регент улыбнулся и тут же нахмурился: — Мой император! Ваш приказ выполнен!
— Хорошо, дядя Егор! — откликнулся Ярослав, и регент вместе с лошадью уплыл назад.
Анастасия надела мне на запястье браслет и попросила:
— Ты отдай его дяде Егору через два дня. Они какие-то ценные. Только чего в нём такого ценного?..
— Ты поговорила с папой и мамой? — спросил Ярослав.
— Да. У них всё хорошо.
— А наши… — вздохнул Ярослав.
Я обняла детей и тихо спросила:
— А что с ними случилось?
Анастасия шмыгнула носом, и словно по сигналу её брат зачастил:
— И ведь что странно — единственное место, где дорога к оврагу выходит, карета заговорённая, а перевернулась! Вокруг охраны полно, а никто ничего странного не заметил! Магия слабая и никуда не ведёт! И княгиню Шувалову, нашу двоюродную тётю, убили! А императорский Щит умер за два месяца до папы и мамы, но, говорят, от старости… Ещё я слышал, что для всего этого нужен очень сильный маг. И очень близко.
Понятно, что я дура отпетая с отвязанным языком! Но сама сглупила — сама и исправляй! Вот только я не знала как…
— А вы помните маму и папу?
Всё же меня следует лечить! Уколами в специфической больничке! Принцип, который я избрала, может, и верный, но исполнение!..
Дети кивнули, и я облегчённо вздохнула. Сработало! А могло и иначе вылезти!
— Я знаю девочку, которая ни разу не видела своих родителей! Так что вам хоть в этом повезло. Вы их помните.
— Не может быть, — недоверчиво посмотрел на меня Ярослав.
— У нас, к сожалению, может.
Так! Теперь, как утверждал психолог на занятиях, нельзя дать зафиксироваться на печальных воспоминаниях, а то потом никаким пряником ребёнка оттуда не выманишь. Но меня опять занесло не в ту степь!
— Подожди, Ярослав! Что значит «слышал»? Ты подслушиваешь?!
Он усмехнулся. Криво, но усмехнулся! И Анастасия достала платочек, вытерла слёзы и нос.
— Ну, а как иначе, Катя? Нам многого не говорят. Оберегают… А так сел где-нибудь, тенью прошёлся по дворцу, послушал… Аська тоже умеет. Во дворце только несколько комнат непроницаемы. Зал заседаний Совета…
— И кабинет регента? — догадалась я.
— Точно! — одобрительно кивнул Ярослав.
— Сегодня есть занятия?
И они сразу загрустили.
— Танцы, — презрительно сказал наконец Ярослав.
— И светская беседа с бальными упражнениями, — вздохнула Анастасия. — Мы сбегали, но дядя Егор нас всегда находил…
— Сбегать с уроков плохо и неправильно! И вы не будете! А мне надо в свою спальню сходить, убраться. Я там такой беспорядок оставила! Перед ужином погуляем по саду. Хорошо?
— Ты опоздала, — почему-то усмехнулся Ярослав. — А сказку?! Сказку расскажешь на ночь?!
— Да, — пообещала я.
И дети радостно захлопали в ладоши.
Вот и вся психология. Сказка — наше всё!
***
Ярослав угадал. Ворвавшись в свою спальню, я обнаружила первозданный порядок. И это стало неприятным открытием. Получалось, что по моим вещам кто-то шарился без всякого стеснения! Исчезло вчерашнее платье, простыни застелены новые… Сумку, кажется, никто не тронул, но… Спорное предположение при местных реалиях! Однако ноут и телефон оказались на месте, да и фейс-профиль регента был в наличии.
Разглядывая недовольное лицо на экране телефона, я вдруг поймала себя на мысли, что пребываю в полном неадеквате. И действительно! Немногим более суток назад любого, кто принялся рассуждать о магии, императорах и подобном, я посчитала бы психом. Или завзятым шутником… Или тем и другим вместе. А сейчас? Сейчас я гувернантка императора! И Великой княжны, конечно. Как говорит Машка: «Полный отпад на краю обрыва!»
Шмотки типа «спецодежда» — ладно! Но вот браслетик, который регент из лошадиной гривы вытащил… Симпатичный! Тонкая косичка из проволоки, подвески прозрачные мелкие. Кроме двух — со спичечную головку, чёрных, с искорками внутри. И функциональный — как надела, так ни одного видения ещё не было!
Браслет на руке дрогнул и ощутимо потащил руку в сторону двери. Ну и меня, понятно. Если упираться — проволока врезается в кожу, а подчиняешься, так только направление указывает. Я и пошла по фиолетовым коридорам, лестницам… Пока не поняла, что волокут меня, как козу на верёвке, к двери кабинета регента! Тут-то я и разозлилась! Шлёпнула правой рукой по браслету и ругнулась непечатно. Браслетик враз и успокоился! И дверь передо мной распахнулась…
Регент сидел за своим массивным столом и что-то писал. Мрачный… Не в моих правилах отвлекать людей от дела, и я решила оглядеться. В первый раз как-то не до того было. Но ничего впечатляющего в кабинете не оказалось. Шкафы вдоль стен, застеклённые полки с какими-то папками и книгами… И за окном ничего интересного — муть какая-то серая. Канцелярия в полуподвале! И сам хозяин кабинета на бухгалтера похож. А вся картина в стиле «Злой бухгалтер пишет гусиным пером письмо турецкому султану». Только перо на бамбуковую палочку похоже и бумаги не касается… А пальцы, которые его держат, длинные и тонкокостные. Породистые, что называется. Я даже загляделась невольно — красивые мужские руки вообще моя слабость...
— Ты опоздала с докладом на десять минут! — вдруг рявкнул регент, не отрываясь от писанины.
Я вздрогнула от неожиданности, хотя… На что ещё можно было рассчитывать?
— Мне было назначено время? — смиренно спросила я.
— Да!
— И о чём докладывать?
— Обо всём!
— Хорошо. Сегодня один добрый человек помог мне связаться и поговорить с родителями. Он…
— Об этом мне известно! Дальше!
— Даже не знаю…
— О чём ты говорила с императором в карете?!
— Только о вас и вашей доброте…
— Что?!
— Но это же вы дали мне поносить браслет? Польза есть, признаю, но и вреда…
Регент поднял на меня глаза, и я подумала, что будь у него носик, как у чайника, то пар бил бы из него струёй! А если ещё и свисток… Правда, глаза красивые. Цвета крепкого чёрного кофе. И хотя блондинов я не люблю, но тут интересное сочетание...
— Ты должна докладывать обо всех…
— Не должна.
Перекрыть голос регента я не пыталась, но он каким-то образом услышал и замолчал.
— Когда вы уговаривали меня… Именно уговаривали! — подчеркнула я, увидев на лице собеседника гримасу удивления в смеси со злобой. — Принять должность гувернантки, вы были сама доброта и порядочность! Да! И обращение на «вы», и «госпожа», и тюти-мути…
— Тюти-мути? — хрипло повторил регент, и в выражении его лица появилось потрясение.
— И извиниться не забыли… У вас двойные стандарты! Но если вам удобнее общаться на «ты»…
— Ты… — Регент прочистил горло и продолжил: — Ты за один день трижды вмешалась в распорядок дня императора! Какое ты имела право?!
Вообще-то он меня уже выбесил! А иначе с чего бы меня так занесло?!
— Скажи мне, регент… — И улыбнулась, потому что вспомнила аналогию: «Скажи мне, кудесник, любимец богов…» — Какое из моих вмешательств нанесло урон детям?
Ляпнула и застыла. Потому что в дальнейшей жизни нарисовались яркие и простые варианты. Лучший — оказаться дома с суточным заработком или без него. И… Превратиться в местную мышь или привидение… На то он и кудесник!
Регент прорычал что-то невнятное и затих. А я поняла, что возможен и третий вариант.
— Вы, регент, помните, что я гувернантка? При двух прелестных детях. Один из них император, но для меня это не определяющее. И стучать вам на моих подопечных будут другие. Не я.
Повернулась и пошла к двери. Уже приоткрыв её, оглянулась. Регент опёрся о стол руками и медленно поднимался. Наверняка для того, чтобы метнуть молнию и испепелить меня. Но следующие мои слова заставили его застыть в этом странном положении:
— Возможно, регент, вам будет интересно вот что… Дети здоровы!
И вышла из кабинета.
Похоже, я сошла с ума. И не потому, что таким образом говорила с самым могущественным человеком во дворце. Всё оказалось ещё хуже! Потому что я подняла руку с браслетом и, пусть не очень уверенно, сказала:
— В мои комнаты.
А он вежливо потянул запястье и отвёл. При чём, куда попросила.
Шагая по коридору, я думала, что только что проехалась задницей по перилам. Бритвенно острым! А регент… Понятно, что он завзятый козёл! И запросто может пакость устроить. Но когда улыбается… Права мама — очень даже видный мужчина! Особенно руки... И не эти ли руки ласкают меня во сне?
***
Без всяких сомнений занятия танцами радости детям не принесли. У обоих лица были на грани печали. Но настроение быстро наладилось, как только мы спустились в сад — Ярослав отправился в свой кавалерийский поход вокруг клумбы, а Анастасия, осторожно посмотрев вокруг, занялась чем-то около цветущих кустов. Скоро она подсела ко мне на скамейку, состроила довольную рожицу и, прижав одну ладонь к другой, тут же развела их в стороны.
В воздухе повисло полупрозрачное изображение маленького букетика их зелёных цветочков. Прелестного букетика!
— Очень красиво! — похвалила я. — И ни один живой цветок при этом не пострадал!
— Да, — довольно согласилась Анастасия и свернула изображение. — А что ты сделала с тем букетом?
— Положила на тумбочку у кровати. Как просыпаюсь, сразу его и вижу.
— Хорошо, — кивнула Великая княжна. — А мой француз письмо прислал. Каждый месяц пишет.
— Это хорошо. А ты ему пишешь?
— Только отвечаю. — Она нахмурилась, вздохнула и сказала: — Да врёт он всё! Его послушать, так только и делает, что учится как проклятый! Даже ночами фолианты читает… Но я же вижу, чем он занимается!
— А он смотрит… Твоими глазами?
— Очень редко, — с сожалением произнесла Анастасия. — Раньше чаще смотрел.
— Неудобно как-то… — покачала я головой. — А если ты не хочешь, чтобы он что-то увидел?
— Можно глаза закрыть. Или картинку подсунуть.
— Так ты ему так и напиши в ответном письме, что недовольна его поведением.
— Как?
— Сейчас… — Я задумалась, но не надолго. — Вот! «Ваши занятия, принц, несомненно, истощают организм и подрывают здоровье. Дальнейшую карьеру вашу вижу в качестве одинокого исследователя мира или в статусе учёного монаха».
Анастасия звонко рассмеялась.
— Да разве так можно?!
— Наверное, нет. Но если он обнаглел до того, что перестал стесняться…
А регент-то прав. Только теперь я влезла не в распорядок царственных особ, а в их личную жизнь… И не без успеха! Как я поняла, Анастасия вечером написала принцу, что я посоветовала, — слово в слово! Сомнительно, что этот козлик прекратил свои похождения, но демонстрировать их перестал. Да и писать письма с тех пор начал по два раза в неделю.
Ужин и вечерние занятия не принесли никаких проблем. И лишь одно изменение: на мой вкус дети немного раньше бросили вечернее занятие, убежали в спальни и, вернувшись, без лишних слов забрались в кресла. Но к тому времени я уже решила, какую сказку расскажу сегодня. Колобка я отмела ещё в самом начале выбора — ничему хорошему этот субъект научить не мог!
— В одной далёкой-предалёкой стране, на краю большого-пребольшого леса в маленькой избушке жили-были коза и семеро её детей козлят…
Всё шло неплохо: я рассказывала, дети, приоткрыв рты, круглыми глазами неотрывно смотрели на меня… Пока я не дошла до места, где коза отправилась на базар.
— Здорово! — смеялся император. — Коза — на базар!
— Очень смешно! — вторила ему Великая княжна.
— Это сказка, — очень серьёзно сказала я. — А в сказках и не такое бывает.
Далее, до самого последнего слова сказки, они меня не перебивали. Но потом Ярослав спросил:
— А это был тот же волк, что и вчера?
— Нет, — покачала я головой.
— Всё равно! На вашем Листе очень большие волки! Шесть козлят за раз проглотить! И надо дядю Егора про заклятие расспросить!
— Какое заклятие? — удивилась я.
Ведь точно ничего такого не говорила!
— Ну, как же какое?! Когда кузнец волку голос подковывал! Он же его не молотом по голове бил?!
Тут уж смеялись мы все, и даже слуги хихикали. А потом я сумела скроить серьёзное лицо.
— Кто-то должен уже лежать в кроватях… Спокойной ночи!
Сама я поужинала, уже раздевшись и рассуждая о том, что еда перед сном может однажды помешать мне влезать в строгое чёрное платье. Но пока отказываться от мелких радостей не собиралась. Тем более что повар готовил всё лучше и лучше. Если такое возможно. А ещё… Я уже предвкушала сон… Да! И меня занимал интересный вопрос. Дети говорили, что регент самый могучий маг во дворце. И мои сны — не его ли рук дело? Хотя нет! Злое лицо регента и ласковые руки никак не вязались друг с другом! Да и зачем ему это? C другой стороны, если Ярослав не дай бог умрёт, то его дядя станет императором...
Сон пришёл, едва моя голова коснулась подушки…