Глава 27

Теодор медлил, как будто наслаждаясь моментом, смакуя каждую крупицу страха и напряжения, наполнявших комнату. Он начал медленно кружить вокруг Окси, его шаги звучали гулко, словно удары сердца, в полумраке разрушенного зала. Его взгляд был прикован к Окси, но слова, произнесённые им, были адресованы совсем не ей.

— Никто... ничего не знает об Абсолютном Разуме, — его голос звучал холодно и отстранённо, как будто он произносил нечто само собой разумеющееся.

Амрэй и Кай молчали, чувствуя, как магия вокруг накалялась, как будто сама тьма была живой и внимательно следила за каждым их движением. Наконец, Кай нарушил молчание, его голос прозвучал жёстко и недоверчиво.

— На что ты намекаешь, Теодор?

Теодор остановился и повернул голову к Каю, его глаза блеснули безумным огнём. Затем он громко рассмеялся, его смех разнёсся эхом по комнате, звуча жутко и издевательски.

— О, как же вы все предсказуемы, — сказал он, утирая слезу со щеки, будто его искренне развеселили их вопросы. — Никто никогда не задаётся вопросом, откуда берутся дамнации. Никто не спрашивает, почему их ровно столько, сколько нужно, чтобы поддерживать баланс.

Он сделал несколько шагов в сторону Окси и вытянул руку, словно собираясь коснуться её лица, но остановился, не нарушая дистанцию.

— Популяция дамнаций, — продолжил он, понижая голос, — всегда известна до последнего существа. Точно так же, как известно точное число некромантов. Это число никогда не меняется, верно?

Амрэй нахмурился, его мысли метались, сопоставляя сказанное с тем, что он знал.

— Что ты хочешь этим сказать? — произнёс он, голос его звучал напряжённо, но твёрдо.

Теодор повернулся к нему, его улыбка стала более широкой, но в ней читалась бездна злобы и цинизма.

— Я хочу сказать, что всё это — не более чем игра. Великий Абсолютный Разум... ха! Он создаёт их, уничтожает, подчиняет. Дамнации не появляются случайно. Они выращиваются. Это часть великого уравнения, где каждый из нас — лишь цифра.

Кай скривился, его руки сжались в кулаки.

— Ты бредишь, — бросил он, хотя в его голосе слышались нотки сомнения.

Теодор снова рассмеялся, его смех стал тише, переходя в зловещий шёпот.

— Бред? Возможно. Но тогда объясни мне, почему дамнации и некроманты никогда не нарушают баланс. Почему Абсолютный Разум всегда знает, где искать тех, кто вышел за пределы. Почему эта девчонка, — он указал на Окси, — вообще появилась?

Амрэй почувствовал, как холод разливается по его спине. Слова Теодора звучали как яд, впивающийся в его разум, оставляя вопросы, на которые у него не было ответов.

Теодор продолжал прохаживаться из стороны в сторону, словно хищник, готовящийся к решающему броску. Его насмешливый взгляд скользил по Амрэю и Каю, словно он испытывал удовольствие от их растерянности и молчаливого шока. Он остановился в центре комнаты, сложив руки за спиной, и с лёгкой издёвкой спросил:

— А вы, некроманты, хоть раз задумывались, что на самом деле происходит с этими... избранными?

Кай стиснул зубы, его кулаки дрожали от сдерживаемого гнева. Он поднял взгляд на Теодора, и в его глазах вспыхнуло пламя упрямства.

— Происходит слияние, — сказал он твёрдо. — Их жизненная энергия поглощается для перезапуска системы, поддержания Абсолютного Разума.

Теодор остановился, глядя на Кая, как учитель, довольный правильным ответом ученика. Затем он медленно кивнул и ухмыльнулся, будто Кай сказал что-то очевидное, но при этом недооценённое.

— Верно, мальчик, верно, — протянул он. — Жизненная энергия, сила их душ, отдана Абсолютному Разуму. Но знаете ли вы, что происходит дальше?

Он обвёл их взглядом, его тон стал низким, почти шёпотом, но от этого он звучал ещё более зловеще.

— Их тела остаются пустыми сосудами. И вместо утраченной жизни в них вливается проклятая энергия, энергия разрушения. Именно так и рождаются дамнации.

Амрэй замер, его сердце болезненно сжалось, но он не произнёс ни слова. Кровь стыла в жилах, а сознание затопляли мысли, которые он отчаянно пытался оттолкнуть.

— Но вот эта девчонка, — Теодор указал на Окси, — она стала... ошибкой.

Он сделал шаг к Окси, затем ещё один, пока не оказался перед её бессознательным телом. Его рука медленно потянулась к цепям, но вместо того, чтобы дотронуться до них, он остановился и посмотрел на Амрэя.

— Она должна была стать одной из них, но что-то пошло не так. Её воля оказалась сильнее, чем у других. Она удержалась на грани. И теперь она... гибрид. Полудамнация, получеловек.

Слова Теодора ударили по Амрэю, как гром среди ясного неба. Его разум метался между неприятием и отчаянием. Он смотрел на Окси, её хрупкое тело, окутанное цепями, её лицо, искажённое следами боли. И хотя он знал, что её внутренняя борьба, возможно, далась ей страшной ценой, он не мог представить её кем-то иным, кроме как той, кем она была для него всегда.

Теодор усмехнулся, заметив выражение на лице Амрэя.

— Вижу, ты шокирован, — продолжил он, глядя некроманту прямо в глаза. — Теперь ты понимаешь, почему она так важна. Она аномалия. Единственная в своём роде. И кто знает... может быть, её существование — это вызов самому Абсолютному Разуму.