Глава 28. Веселится и ликует весь отдел

Брендон появился минут через десять, в течение которых я старалась не слишком явно переживать и даже пыталась руководить обыском, первым делом предупредив, что именно мы ищем. Баллончик с газом, пахнущим горючим, подразумевает соблюдение особых мер безопасности.

– Привет. – Едва в комнату Агаты, деловито и радостно улыбнувшись, вошел Брендон и принялся внимательно изучать все вокруг круглыми птичьими глазами на человеческом лице, я с облегчением выдохнула.

Один из проводящих обыск парней поднял голову и вздрогнул, словно увидел привидение. Конечно, к частичным оборотам кошачьих или псовых мы привыкли, а вот птицы в Фелинии редкость. Тем более пахнущие львами.

Зато второй полицейский лишь спокойно подмигнул мне, подняв вверх большой палец.

А вот Агата напряглась и начала постоянно коситься влево. Брендон тоже шагнул влево. И я шагнула туда же, принюхиваясь.

Нет, горючим не пахло. Я вообще не видела ничего подозрительного. Обычный шкафчик с красивыми резными дверцами, декорированными выпуклыми прямоугольными виньетками. Но химера уверенно подошел к одной из выступающих рамок, а более спокойный из полицейских, наверное из лучших побуждений, достал из кармана фонарик…

– Не тяни туда руки, урод! Оно же огнеопасно! – Агата сорвалась с места и кинулась к шкафчику. Двум довольно не слабым с виду парням с трудом удалось скрутить хрупкую девушку и оттащить ее подальше от грифона.

– Дебил! Урод! Тупица! – Рот ей, к сожалению, никто не заткнул, и она отрывалась, обзывая сначала одного Брендона, а потом, когда мы с ним осторожно вытащили из полой рамки виньетки красный баллон, на котором было то самое, нужное нам название, девица решила посчитать всю полицию оптом. Правда, ее никто не слушал, потому что из точно такой же полой рамки на соседней дверце наш глазастый грифон вытащил ингаляторную насадку точнехонько на этот баллончик.

– Курьера она, скорее всего, в упор из ингалятора опшикала, – принялась рассуждать я, осторожно упаковывая нашу добычу в специальные пакеты, чтобы потом эксперты изучили все отпечатки и прочие потожировые следы. – Осталось понять, как она Армана сверху газом траванула, да так, чтобы потом запаха в комнате не осталось.

– Через вентиляцию, – уверенно заявила подошедшая к нам Лара. – Там в кабинете очень мощная вентиляция, потому что раньше это был мой кабинет, а я… иногда любила покурить травку. – Девушка виновато покосилась на отца. – Она включается через пульт…

– Значит, надо найти пульт. – Просто поставив нас в известность, Брендон сначала отправился в ту комнату, где нашли люк и веревку, а потом спустился на второй этаж и принялся изучать кабинет.

– Вот! – наконец объявил он, каким-то чудом разглядев миниатюрный пультик, запрятанный между книгами на одной из полок.

– Как ты все видишь? – с завистливым удивлением протянула я и вздохнула. Никогда раньше не комплексовала из-за своей наблюдательности и считала, что замечаю очень многое. Но грифон, похоже, умеет смотреть сквозь предметы!

– Я же наполовину орел, – с затаенной гордостью произнес Брендон и посмотрел на меня с вызовом. Словно ожидая негатива и готовый защищаться. Но я лишь улыбнулась, протянула руку и растрепала ему волосы.

– Да, ты настоящий орел! Мы взяли ее, не отвертится теперь! И ты нам очень в этом помог.

Вечером мы все засели в нашем любимом ресторанчике, причем я была так горда удачным завершением дела, что даже Эдика пригласила. Правда, он почти сразу сбежал, может, потому, что действительно было куда-то нужно, а может быть, потому, что я несколько раз похвалила Брендона. Но если он заслужил?!

– С таким зрением тебе в полиции самое место! – вещал Алекс, размахивая вилкой с насаженным на нее куском мяса.

– Да ладно! Спасателям тоже надо хорошее зрение. – Изильда очень любила свою работу, но в отличие от своего парня не считала ее идеальной буквально для всех. – В полицейской академии надо учиться шесть лет, дольше только на медика…

– Это если метишь в офицеры… ну и потом стаж тоже засчитывается! – упорно отстаивал Алекс свою точку зрения.

– Так, ребята, Брендон сам решит, куда он потом пойдет работать или учиться, – прервала я спорщиков. – Вот получит наследство и решит…

– Можно подумать, у вас для таких, как я, все двери открыты, – задумчиво протянул химера, мотнув головой, словно ему мешала какая-то назойливая мушка. – Куда вот дели ребят, освобожденных из храма? А взрослых? Адама с Джоном, например? – И, наткнувшись на мой недоуменный взгляд, пояснил: – Кентавров.

– Ребят забрали в Центр профилактики безнадзорности, – уверенно ответила я. – А насчет кентавров могу завтра выяснить.

Пообещав, я тут же постаралась сменить тему, потому что всех взрослых химер освободили только вчера, когда главный жрец оценил масштаб разгорающегося скандала и сменил тактику. Осознал, что его покровители не смогут все замять и лучше начинать сотрудничать с представителями власти, а не бороться, требуя возврата или своих химер, или потраченных на их содержание денег.

Вот только куда городские власти могли пристроить двух взрослых кентавров? Да и мелких тоже… Русалок наверняка в море выпустили, ведь им же в море самое место. Рыбы же… Эм… наполовину… Ну то есть…

Мышей полный рот всем этим пропагандистам свободной любви! Презервативы еще в позапрошлом веке придумали, так что вполне можно любиться без последствий.

– А все твои… эм… друзья меняют ипостась на полностью человеческую?

Сама перевела тему, сама и вернула, когда разговор уже совсем по другой тропинке побежал.

Брендон даже замер, проморгался, глаза странного серовато-желтого цвета широко распахнул и плечами передернул. Весь спектр удивленного недоумения разом выдал, словно я что-то очень неожиданное спросила.

– Кто как. Тарфа умела. И Амисодар. У него звериная ипостась была жутковатая: голова льва, туловище козы и хвост змеи… Да и у Тарфы тоже не для встречи на темной дорожке, – тут грифон поежился, словно вспомнил что-то страшное. – Человеческое лицо в львиной гриве, тело льва и хвост скорпиона.

– Красавцы. – Алекс тоже поежился, игнорируя осуждающий взгляд Изильды. – И заметим, везде львы отметились!

– Это ты нашего Васю не видел, – нервно хохотнул Брендон. – У него голова петуха, глаза жабы, крылья летучей мыши, а тело ящерицы. Хорошо, что мелкий… Хотя, может, потому, что и по возрасту пацан еще совсем.

– Русалки с кентаврами в такой компании сразу воспринимаются кем-то обычным, – рассмеялась я, тоже немного нервно.

Мышь им поперек глотки, у меня с воображением все хорошо, так что я, как этого Васю представила, даже вспотела. Да и с двумя другими химерами познакомиться тоже пока не готова. У любой толерантности есть предел! К таким ужасам надо привыкать постепенно… Вот грифон – лапочка. На кентавров смотреть приятно. Русалы, наверное, ничего так… Главное – уговорить себя, что они не рыба.

– Кентавры и русалки обычно ипостась не меняют, хотя есть исключения, – продолжил рассказывать Брендон, почему-то очень воодушевленный моим интересом. – Но они же все время человекополовинные и разумные. Не звери!..

– Да понятно, что не звери, – буркнула я недовольно, потому что на самом деле воспринимать русалов как равных по разуму мне было сложно. – Выясню завтра, – еще раз пообещала я и снова свернула тему, удачно вспомнив о новом фильме, вышедшем неделю назад. Историко-мистическая лента о море, пиратах и призраках.

– Простите. – Мы уже собирались расходиться, когда к нашему столику подошел симпатичный молодой лев лет тридцати, то есть постарше меня, но ненамного.

Смуглая золотистая кожа сразу выдавала в нем жителя пригорода. В городе такого идеального загара добиться очень трудно. А на светского льва, регулярно отдыхающего на пляжных курортах, мужчина похож не был. Обычные джинсы, ботинки с высокой шнуровкой и черная кожаная куртка со светящимся черепом. Эффектный прикид и привлекательная внешность – темные волосы, выразительные серые глаза и очень запоминающаяся улыбка.

Так, кажется, я под впечатлением!

– Я видел в новостях, как вы спасли жизнь оборотню.

Главное, спасал Брендон, а смотрел подошедший к нам парень на меня. И улыбался. Мне. И представился потом, все так же глядя на меня:

– Дилан Теймс.

– Марта Хеймсен.

Я протянула руку, рассчитывая на рукопожатие, но вместо этого мужчина поднес мои пальцы к губам и поцеловал, глядя при этом мне в глаза с хитрым выжидающим прищуром. Наверное, если бы я дала понять, что подобное поведение меня не устраивает, он бы остановился. Но я решила осадить нахала уже после того, как он продемонстрировал свое старомодное воспитание.

– Для нарушения личных границ спрашивайте разрешения, если не хотите в следующий раз получить вызов в суд за сексуальное домогательство.

– Простите! Я не подумал, что вам может быть неприятно. – Наглая самоуверенная усмешка слегка охладила мой интерес к этому красавцу, но он тут же исправился и засиял в тридцать два зуба уже обычной улыбкой. Нет, я прекрасно видела, что ничего серьезного от этого ловеласа ожидать не стоит. Вот только мне было весело, я немного выпила и ничего плохого не видела в обычном безобидном флирте. В конце концов, не спать же с этим нахалом собираюсь?!

– Позвольте пригласить вас на танец?

Вечером в нашем любимом ресторане играла живая музыка, но мы обычно воспринимали ее как фон. Хотя пару раз Изильда вытаскивала Алекса потанцевать… А теперь повезло мне. Ну и почему бы и не да, в конце-то концов?