Глава 54. Мысль верную изрек падаван, день десятый, среда

Я ушла с работы только после того, как мне пришла распечатка звонков с мобильного Дилана и охранник в изоляторе временного содержания подтвердил, что по их отчетам в нужный мне день Гарри Сойшен звонил кому-то, воспользовавшись своим правом одного звонка в сутки, помимо разговоров с адвокатом, и просил собеседника с кем-то встретиться.

Я напрягла специалистов и выяснила, куда именно звонил добрый старый доктор, чтобы у меня было стопроцентное доказательство. При желании можно было бы и запись разговора послушать, но он проходил под присмотром полицейского, так что там все должно было быть максимально законспирировано.

– Надо прижать проклятого юриста, – устало выдохнула я, потирая виски и старательно глядя вдаль, чтобы глаза отдохнули. – Звонил Сойшен Дилану, а задание подкинуть кольцо, скорее всего, передал внуку через адвоката.

– А так можно? – уточнил с дивана Брендон.

– Да, если ладошку адвокату позолотить, – злобно буркнула я и, вытянув руки вверх, потянулась, выгибаясь в спине, чтобы расслабить уставшие мышцы.

– Может, мы уже домой? – глядя на меня с неприкрытым сочувствием, поинтересовался грифон. – А то у тебя глаза красные, как у зайца.

– Спасибо. – Усмехнувшись, я встала из-за стола и еще раз сладко потянулась. Остальные ребята уже разбежались, так что появилась возможность немного пошалить… Но, подумав пару секунд, я решила, что Брендон прав. Толку от моих вечерних посиделок не будет, зато дома можно вытворять все, что душа пожелает. А душа у меня, в полном согласии с телом, хотела только одного: моего химеру. Сначала ужин, потом химеру…

Но когда я усаживалась в аэромобиль, мне пришло в голову совместить оба желания. Так что по пути домой я позвонила в осумейский ресторан и заказала у них три вида лапши, много овощей и все виды мяса, какие предлагались на выбор. А еще сладостей в кляре и сладкого сливового вина. Кутить так кутить!..

Как ни странно, но поедание лапши, вернее наблюдение за поедающими, меня всегда возбуждало. Мне очень нравилось смотреть, как парни с серьезным лицом ее сосредоточенно всасывают, сделав губы бантиком. И нет, я никогда над ними не смеялась, потому что в этот момент выглядела точно так же. Если мне попадался сотрапезник, который не знал, что лапшу можно наматывать, используя ложку, в которую надо упираться или вилкой, или палочками, и крутить, чтобы получился лапшовый клубочек, я обычно не выделывалась. Строила уморительные рожи и тоже всасывала длинные тонкие нити, а потом мы вместе смеялись и… Для меня повеселиться вдвоем перед сексом было лучшей прелюдией! Смех объединяет и расслабляет.

Естественно, Брендона никто не учил правильно есть лапшу, я уверена. Но он быстро придумал свой метод борьбы с едой – наматывал ее на палочки, упираясь ими в край тарелки. А еще палочками он теперь орудовал так же хорошо, как я. Способный ученик попался.

Сладостями в кляре мы уже со смехом кормили друг друга, иногда отвлекаясь на поцелуи. А потом я уселась к Брендону на колени, чтобы не тянуться через весь стол. Ну и… какой-то части ужина пришлось остаться ждать нашего возвращения утром, чтобы стать завтраком. Но мы из-за этого совсем не расстроились!

А вот звонок будильника прозвучал отвратительно не вовремя. Я была убеждена, что мы только заснули… Но на самом деле мы проспали целых три часа.

Завтракать, естественно, не хотелось. Напившись кофе, я упала в аэрошку, закрыла глаза и… проснулась у здания ФБР еще через два часа. Все это время Брендон тихо сидел рядом и читал очередную книгу.

– Ты… ты почему меня не разбудил? – Пришлось очень постараться, чтобы мой вопрос не прозвучал как обвинение. В конце концов, проспала-то я вполне самостоятельно.

– Я написал Алексу, что тело к месту работы привез, и если вдруг будет что-то срочное, то ты объявишься в течение пяти – десяти минут. Он сказал, что если что – свистнет. Ты свист, пока спала, слышала? – Химера посмотрел на меня честным взглядом слегка покрасневших глаз. Я помотала головой, улыбнулась и поцеловала Брендона, благодаря его сразу за все. И за то, что дал мне выспаться, и за то, что додумался списаться с Алексом, и вообще за то, что он такой замечательный… и мой. Даже самой не верится!

– Свиста я не слышала, но, может быть, ты свистелку отключил? – внезапно озарило меня. Но нет, мой мобильный никто не трогал. Что ж, значит, можно с чистой выспанной совестью заявиться на работу и продолжить разбираться сразу с двумя висящими на нас делами, причем быстро. Потому что в любой момент на нас может свалиться третье, а если сильно не повезет, то и четвертое дело. Конечно, убойных отделов только в нашем филиале было целых пять. Именно поэтому одновременно четыре дела были очень большой редкостью, а вот три – случалось. И довольно часто.

Хитрый Брендон, едва мы вошли в кабинет, устремился к дивану, устроился на нем поудобнее и почти сразу сладко заснул.

– Ну и что у нас по бассейновому делу? – поинтересовалась я у Алекса, усаживаясь на свое рабочее место. Вчера выбить из Жанны признание не получилось. До приезда адвоката девушка молчала, а потом отказалась говорить до появления неопровержимых улик. Показания свидетелей о том, что они с Нолой сильно повздорили, даже как косвенные не засчитывались. Так что вся надежда была на наших экспертов. Грязь под ногтями надо было снимать в первые сутки, а сейчас она могла тщательно все там вычистить.

– Маникюр свеженький сделала, – подтвердил мои подозрения Алекс. – Хорошо, Карл лично пришел анализ брать. Но до его появления красотка пыталась отказаться подпускать нас к своим ногтям, несмотря на согласие адвоката.

Я сразу вспомнила Агату с ее истерикой из-за мобильного. Может быть, и тут просто игра на привлечение внимания?

– А с шактхиндийцем что? Вспомнил жертву? Признался в сговоре с подозреваемой? Его же снова задержали?

– Задержали. Не признается, – мрачно процедила Изильда. – Я ему уже даже показания свидетелей, что он спал с Нолой, зачитала. Все равно не признается. «Я не помнить. Лица не запоминать», – передразнила она толстячка.

– Ну, значит, покажите ему жертву не лицом, – разозлилась я. – Отведите его в морг! Пусть, глядя на труп, повторит, что ее не помнит…

– Хороший ход, – одобрительно хмыкнул Алекс. – Если не законченный гад, то не выдержит, проговорится.

– Отлично. Значит, по этому делу план есть. Возвращаемся к обезьянам. Вернее, к пуме. – На самом деле возвращаться пока что было не к чему.

– Меня в этом деле один момент смущает, – внезапно подал голос Эдик.

Я с удивлением взглянула в его сторону. Да что там я, мы все посмотрели на него с изумлением. Изильда еще при этом глаза широко распахнула, а Алекс бровь заинтересованно поднял.

– Если этот старик хранил обезьяний кошелек, зачем он поперся в магазин, из которого вот-вот все вынесут? Тупо как-то… Ему же, наоборот, надо было сидеть и не высовываться, чтобы внимание не привлекать. Если бы его в том магазине не оказалось, никто бы его и не вычислил!

Алекс глубокомысленно пошевелил губами, пожевал их, затем смешно надул и наконец изрек:

– Правду говоришь ты, юный падаван. Силу чувствую в тебе, глубоко до этого скрытую.

После этой фразы мы всем отделом, кроме спящего Брендона, от души рассмеялись. Фантастическую сагу о приключениях оборотней в космосе активно крутили во всех кинотеатрах, а цитаты и отрывки оттуда заполонила соцсети. Но сквозь смех я все же смогла выдавить:

– Эдик, ты молодец! И раз Гарри был в этом магазине, это означает…