Глава 66. Хоть где-то виден свет, день четырнадцатый, воскресенье

Еще из аэромобиля, пока ехала на работу, я созвонилась с Матисом и уточнила у него некоторые волнующие меня моменты. Заодно предупредила, что стажеров тоже надо брать на совещание. Это всем повезло, что я пришла, а не кто-то посторонний…

Повеселившись с утра пораньше, едва войдя в кабинет, я собрала отдел на мозговой штурм.

– Отложим первое дело помариноваться и займемся вторым, – сказала и на полминуты замолчала, предвкушая, какой сейчас у ребят будет шок. – У нас тут есть новый подозреваемый. Сама Нола.

Как и ожидалось, народ оживился.

– У меня никак не складывалось, зачем преступнику надо было царапать лицо и потом еще уродовать его плитой, если Нола и так умирала от приступа удушья. Потом я вспомнила, как чесалась моя рука, именно там, где ее коснулся шактхиндиец.

Я снова замолчала, на этот раз потому, что старалась абстрагироваться. Не задумываться о том, что именно пережила несчастная девушка в последние минуты своей жизни. Моя задача – найти убийцу, а еще точнее – доказать, кто и зачем подставляет смешного толстенького иммигранта. Конечно, есть вероятность, что он убийца не только практически, но и фактически, то есть совершенно осознанно. Но тогда, получается, все это время он так искусно притворялся простачком, что сумел обмануть и меня, и Изильду?..

– Думаешь, он провел ладонью ей по лицу? – В голосе Алекса отчетливо слышалось недоверие. – Зная, что даже его быстрое прикосновение убивает?

– Мне кажется, есть два варианта. – Да, я устала метаться в поисках тигра, который имел бы и желание, и возможность исцарапать Нолу, и, узнав, что та – тигрица, предположила жестокую, но вполне правдоподобную версию развития событий. – Или был всего лишь один преступник, шактхиндиец, отравивший жертву, потом выждавший, пока та умрет, и ударом плиты изуродовавший ей лицо, а затем скинувший мертвое тело в бассейн. Или шактхиндийца использовали как оружие, силой или обманом заставив прикоснуться к лицу девушки…

– Или их было двое. Сообщники. Тот, у кого был повод, и тот, у кого была возможность, – мрачно процедила Изильда.

– Кстати, плиту прятал кто-то со строительным опытом и знающий, откуда эту плиту можно взять, – добавил Алекс.

– Так что все упирается в первый вариант, – грустно констатировала я. – Но у нас пока нет мотива.

– Да, надо искать… – вздохнула Изильда. – А еще я проверила парня, с которым Нола переспала на вечеринке и из-за которого поругалась с Жанной. У него на вечер убийства есть алиби.

– Я даже не сомневалась. – Устало отмахнувшись, я покосилась на недовольного Брендона и добавила специально для него: – Тебе ли не знать, что иногда самые безобидные с виду оборотни могут оказаться озлобленными фанатиками?!

– Кстати, о фанатиках… – оживилась Изильда, уже успевшая начать серфинг в поисках новой информации, подтверждающей мою теорию. – В Тусхиджане пластическая хирургия запрещена законом.

– Но Нола…

Мышей мне полный рот… Нола делала вид, что она тусхиджанская туристка! Спала с иммигрантами из этой страны, наверное специально, чтобы перенять их манеру поведения, акцент, освоить менталитет… Вот и освоила!

– Допросите того парня… Плевать на его алиби! Вытрясите из него, узнал ли он Нолу и не проболтался ли кому-то об этом!

Алекс понятливо кивнул и пулей вылетел из кабинета. Уф, ну хоть с этим делом вроде бы наметился прорыв, еще немного – и мы его раскроем… Надеюсь… Помоги нам Сехмет!

Озадачив всех, я вернулась к нашим обезьянам.

Во-первых, надо будет встретиться с Диланом. Выяснить все, что он знает про незаконные операции Сойшена. Опросить коллег последнего. Попробовать найти, где именно он мог проводить эти операции, ведь, судя по поступлениям на счет Энни, добрый доктор до сих пор продолжал свою противозаконную деятельность.

Во-вторых, нужно прижать внука Гарри, только пока не очень понятно чем… Но для начала надо задержать и допросить его дружка-снайпера. Хотя предъявить нам ему пока нечего. Вряд ли он на камерах засветился. Оружия мы не нашли. То, что живет на другом краю города от того места, где в меня стреляли, – не преступление.

В-третьих, сумка и клюка. На сумке обнаружены отпечатки пальцев Сойшена и – хвала всем богам! – его внука. Но пока что этого хватит только для того, чтобы притянуть внучка к делу о хранении крупной суммы денег, источник которых не выяснен. Да и то со скрипом.

С клюкой тоже все сложно. Опознавать ее должен не Эдик, а те, кто близко знал Энни Антельсмейн, то есть внук и друг. М-да… Кровь Сойшена на клюке – очень хорошая улика, на самом деле. Но к ней надо еще парочку, чтобы притянуть Гарри к убийству своей одноклассницы. С береттой, орудием убийства трех храмовников, ничего не получится – отпечатков там, естественно, не обнаружили. Когтя, убившего Энни, мы пока не нашли, хотя Матис даже схему, как он примерно выглядит, нарисовал. Какова должна быть длина палки, к которой его привязали, как именно должны были привязать, и прочие тонкости.

От беретты убийца буквально в тот же день избавился, а вот клюку зачем-то хранили… Может, собирались подкинуть Дилану? Обвинить его в нападении на Гарри? Значит, и коготь тоже могут где-то хранить? Где?

Следовательно, в-четвертых, перерыть все в поисках когтя. Хотя полицейские и так роют… Может быть, пора использовать наше секретное оружие? Брендона?

И кстати, в-пятых, выяснить, какая подлая гадина выкладывала в сеть видео, дважды! С места убийства мог и Гарри, а вот с места задержания Дилана?..

Ну и самое интересное, в-шестых, найти хотя бы косвенные улики, подтверждающие или опровергающие подозрение, что именно Сойшен убил Энни Антельсмейн и трех храмовников.

Мышей мне поперек глотки… Начать и кончить… Такое впечатление, что это какое-то заговоренное дело! Чем глубже копаем, тем оно больше разрастается.

– Нам нужен какой-то рычаг давления или на Сойшена, или на его внука. А лучше всего на обоих сразу. – Отодвинув в сторону планшет, я помассировала виски и поинтересовалась: – Обедать пойдем?

– Как вариант, можно пообещать уладить проблемы с наследством, – предложил Эдик, когда мы втроем, я, Изильда и Брендон, уже выходили из кабинета. – Вдруг кто-то клюнет?

– Как костяк для идеи – отлично, – согласно кивнула я. – Вернусь, и обдумаем, как это все лучше приготовить и кому из двоих скормить.

Хотя на самом деле сразу ясно, что Сойшена нам легко запутать не получится. Он заговорит, только когда мы найдем лабораторию и докажем, что он занимался незаконными операциями на химерах. А также по уши увяз в торговле оборотневыми органами.

Вот только счет не его, чемодан с деньгами тоже не его… Да чтоб он мышью подавился, хитрый старик!

Но не мог же он все предусмотреть? Не мог! Например, мое появление у него дома явно не входило в его планы. Значит, мог ошибиться и еще в чем-то… Должен был ошибиться.

Зло должно быть наказано!.. А уж зло таких масштабов – тем более.