Глава 2

Я заканчивала заплетать косы Майе, но мысленно находилась в другом месте. Соблазн велик, но давать сомнительное зелье ребенку от человека, который побоялся показать свое лицо — верх безрассудства. И посоветоваться не с кем в этом вопросе. Вдруг зелье лечебное, но расскажи я о нем, мне не получить остальные два флакончика.

И самое загадочное — это цена. Что потребует колдун в обмен на оставшееся лекарство? Сомневаюсь, чтобы у человека, имеющего делать зелья от всех болезней, были проблемы с деньгами. Да и откуда мне их взять — заработка горничной едва хватало на кусок хлеба.

— Мне сегодня приснился сон. Ко мне пришел волшебник и предложил для тебя лечебное зелье.

— Это хороший сон, — девочка улыбнулась, — Я его выпила снова пошла?

— Я не знаю. Сон оборвался. Волшебник показался мне подозрительным. Возможно, он не хороший колдун, а плохой. И выпей ты это зелье, тебе бы стало еще хуже.

Майя нахмурилась. Было неправильно принимать такое ответственное решения без ее согласия.

— Странный сон… Знаешь, если бы в реальной жизни мне предложили выпить такое зелье — я бы, не раздумывая, выпила. Лучше крохотная надежда, чем всю жизнь прожить так.

Мне стало больно и страшно за сестру. Что если зелье убьет ее? Как я буду жить, зная, что допустила это?

— Глупышка. Тебе не нужно пить никакие зелья, ты и так поправишься, — я легонько потрепала ее по щеке. — Пойдем, тетка скоро накроет ужин.

— Можно я поем у себя в комнате? — произнесла жалостливо девочка. — По воскресеньям собирается вся родня, и мне не хочется в очередной раз чувствовать себя калекой.

— Ты не калека, и они переживают за тебя.

— Всем уже давно на меня наплевать. Только ты меня любишь.

— Не правда, Майя. Ты всем дорога.

Сестра грустно улыбнулась.

— Скажи тетке, что я себя плохо чувствую. Не хочу видеться ни с кем.

Не стала уговаривать девочку остаться на ужин. Мне самой не всегда приятно находиться в компании назойливых, приставучих и бестактных родственников. Но тетка дала нам кров и кормит нас — я не могу перечить ее традициям.

Я оставила Майю в комнате в своей кровати. Она по привычке села у окна, отстраненно разглядывая улицу.

— Я скоро вернусь и что-нибудь тебе почитаю.

— Хорошо, — безразлично произнесла девочка, не поворачиваясь ко мне.

Я в сотый раз подумала про зелье, не решаясь с окончательным решением. Закрыла дверь и спустилась в столовую. Внизу уже все собрались: Тамилла с родителями в изголовье стола, сестры матери с мужьями и их детьми, старики. В просторной комнате было около двадцати человек.

— А где Майя? Она что, не будет есть? — властно спросила тетка.

— Ей сегодня не здоровится, — ответила и села в углу стола у самой двери.

— Бедная девочка. Сколько несчастий на ее голову, — ее слова отозвались хором причитаний о судьбе Майи. Но тетка тут же сменила тему: — А вы знали, что наша Тамилочка стала личной камеристкой жены Люберта Леканта?

Кузина засияла от счастья, со всех сторон ее стали осыпать поздравлениями. Этот ужин был созван, чтобы похвастаться достижением дочери.

— С такой ответственной должностью и замуж выйти некогда, — произнесла бабуля Марр, — а ведь пора уже. Вам с Агнежкой уже по двадцать лет, а все в девках ходите. У меня в ваши годы уже трое детей было.

— Не нашелся еще достойный, которому я готова отдать свою дочь, — тетка приобняла Тамилу и поцеловала в голову.

Я спряталась за спиной дяди по отцовской линии. Мне уже надоели разговоры, в которых меня подталкивают к замужеству. Я не противница брака, но выходить замуж чтобы угодить родственникам не собиралась.

— А вот Агнежка, кажется, встретила свою судьбу, — громко заявила Тамила, и внимание родственников обратилось в мой угол. — Вчера я ее застала в объятьях Горана Леканта возле наших ворот. В очень компрометирующей ситуации...

Я побледнела, потом меня бросило в жар. Как она могла об этом всем рассказать?! Она же обещала молчать! Мало мне слухов, теперь еще эта сплетня окончательно похоронит остатки моей репутации.

— Агнежка?.. — вопросительно изогнула бровь тетка.

От еще большего позора с оправданиями меня спас грохот на втором этаже.

— Это Майя, я должна посмотреть, что с ней. Вдруг ей плохо, — быстро поднялась из-за стола и побежала к сестре.

Слышала отголоски слов родственников, в которых они перемывали мне кости, осуждая за неподобающее поведение. Пусть говорят. Куда страшнее звук падения на втором этаже.

Я вбежала в нашу комнату и не сразу поняла, что происходит. Майи не было на кровати. Она лежала на полу, заваленная вешалом с моими платьями.

— Майя, что произошло? — быстро достала ребенка, с облегчением понимая, что с ней все в порядке.

— Все хорошо.

Подняла ее на руки и положила на кровать. Майя совсем пушинка, я не ощущала ее веса.

— Как ты там оказалась?

— Я доползла.

— Зачем? Позвала бы меня, я бы тебе все подала. Что тебе понадобилось в моих вещах?

— Это, — она разжала ладонь, в которой лежал пустой флакончик Анрэя.

— Разлился?

— Нет. Я его выпила. Он всю ночь светился сквозь твое платье, и я сразу поняла, что это волшебное зелье. А после твоего рассказа про сон я все поняла, — страх костлявой рукой сжал мое сердце. — Не ругай, что я его без разрешения выпила.

— Майя…

— Посмотри сюда, — она кивком указала на свои ноги.

Из-под домашнего платья выглядывала лишь ступни. Внезапно, пальцы Майи пошевелились. Я не поверила свои глазам — после перенесенной травмы ее парализовало выше пояса. Неужели это чудо сотворило зелье?

***

Первые лучи солнца только появились на горизонте, а я уже торопилась на работу в замок. Мне не хотелось оставлять Майю одну. Я видела, что с каждым часом ей становилось лучше: ногам вернулась чувствительность, и она уже могла шевелить стопами. Взяла с неё слово, что не расскажет о том, что помогло выздоровлению. Надеюсь, Анрэй потребует умеренную плату за остальные два зелья. Я уже предвкушала, как сестренка будет радостно бегать по дорожкам. Эта мысли будет меня согревать в холодном замке братьев Лекант.

Я не представляла, чего ждать от встречи с Гораном. Если раньше он только ходил за мной, как волк, готовый напасть на несчастную барашку, то позапрошлым вечером ему удалось отхватить от меня хороший клок шерсти. Уверена, это только раззадорило зверя. Надеялась, что он протрезвеет и не вспомнит, что творил.

Нужно придумать, как отделаться от него. Благо старший брат Горана — Люберг — альфа стаи, и всегда прислушивается к своим подданным. Если уж Горан совсем станет невыносим, я могу попросить, чтобы меня освободили от работы в замке. На мое место сразу найдется с десяток желающих. Вот только терять его совсем не хотелось.

Отворила калитку, ведущую через сад к входу для прислуги. В парадной еще две девушки ожидали появления старшей служанки. Они одарили меня любопытными взглядами — сплетня Тамилы наверняка разлеталась по замку в мгновения ока.

Поздоровалась и с невозмутимым видом прошла в небольшой чулан — мою комнату. Раньше я ночевала в общей спальне, но после возвращения Горана мне выделили отдельный угол. Я не хотела связывать два этих события, но других причин такой щедрости не могла найти.

Сменила наряд на черное платье в пол с белым фартуком и ажурным воротником. Длинные темные волосы заплела в аккуратную косу, но вьющиеся локоны все равно падали на лицо, отвлекая от работы. В отражении зеркала на меня смотрела худющая девушка с большими синими глазами.

— Ведьма, — повторила слова Горана.

Строгий оклик из коридора заставил поторопиться. Как солдаты на построении, около десяти девушек в одинаковых платья ждали распоряжений старшей горничной. Я стала в конец строя.

— Праздники закончились, дамочки, — произнесла грозная госпожа Матильда. — На выходных ваша смена постаралась убрать последствия торжества, но и вам осталось не мало работы. Ирэн и Лиана пойдут в центральный зал — нужно провести генеральную уборку. Жанна — в кухню, повара не справляются и просили помощь. Мы ждем особого гостя в ближайшие дни. Агнежка пойдет в северное крыло наводить порядок в комнатах господ.

Кто-то из девушек присвистнул, кто-то громко захихикал.

— Но это не моя работа. Комнаты всегда убирала Ирэн.

— Ирэн убирает в главном зале. Ты идешь убирать спальни. Или хочешь оспорить мое решение? — давила авторитетом Матильда.

Закусив губы от досады, произнесла:

— Нет. Я уберу комнаты в северном крыле.

— Вот и молодец, — добавила старшая горничная и продолжила раздавать распоряжения.

Работа предстояла несложная: стереть пыль, подмести и вымыть пол, перестелить постели и взбить перину. Вот только в северном крыле находилась спальня Горана, а мне не хотелось с ним встречаться. А байки о том, как любвеобильные хозяева отправляют красивых девушек перестелить постели только для того, чтобы уложить их туда, казались очень реалистичными. Надежда затеряться в замке и не встретить оборотня тлела с каждой минутой.

Успокаивал визит неожиданного гостя. Все держали в секрете, но ходил слух, что в замке ждут кого-то из медвежатников для подписания мирного договора. Если это так, то Горану будет не до меня.

Взяв в кладовке все необходимое, я отправилась выполнять распоряжение. В северном крыле, помимо спален господ, находилось с десяток гостевых комнат, которые тоже нужно было освежить. С них я и решила начать.

Работала тихо, как мышка, боясь издать лишний звук. Одну за другой приводила в порядок комнаты и совсем не заметила, как быстро пролетело время. К обеду мне осталась всего одна комната — спальня Горана. Я подошла к двери, прислушивалась к звукам — внутри было тихо. Осторожно повернула ручку и вошла внутрь. Хозяина не было.

Центральное место в комнате занимала дубовая кровать с высоким изголовьем и белым балдахином. Аккуратно сложенная рубашка висела на спинке стула, на прикроватном столике лежала книга. Все остальное один в один как в гостевых комнатах — богато, красиво и абсолютно стерильно. Я даже разочаровалась: ожидала увидеть беспорядок и признаки весело проведенных выходных.

Взяла тряпку и пошла убирать ванную комнату. Через несколько минут все сверкало. Довольная своей работой вернулась в спальню и замерла в двери. Опершись рукой о дверной косяк, проход загораживал Горан.

— Простите, я не услышала, как вы вошли…

— Здравствуй, Агнежка. Я думал о тебе.

— Я зайду и приберу позже… — Проскользнула под его рукой.

— Зачем уходить? Продолжай, я постараются тебе не мешать, — бросил мне вслед Горан. — Или у тебя есть более важная работа, чем убирать в комнате своего хозяина?

Остановилась. Работы осталось минут на двадцать, показалось, что пока я ее не выполню, меня не отпустят. Я обернулась и с самым наивным выражением лица:

— Нет, лорд Лекант. Ваша комната у меня в приоритете.

Чистой тряпкой стала вытирать пыль с подоконников, спиной чувствуя на себе его изучающий взгляд. С четверть часа в тишине раздавалось лишь его тяжелое дыхание и шорох моей тряпки.

— Я тогда немного перебрал. Повел себя некрасиво… — наконец, заговорил, нарушая молчание. — И хочу загладить свою вину.

— Я уже все забыла, лорд Лекант. Ничего не нужно.

Занятая подоконником, не сразу заметила, как близко он подошел ко мне.

— Называй меня Горан, — произнес, дыша мне в затылок, от чего на всем теле встали дыбом волоски.

Обернулась. Горан нависал надо мной, и не было в его взгляде ни вины, ни сожаления. Наоборот, я видела в его глазах все ту же лютую жажду.

Бежать, бежать, бежать!

— Я закончила убирать. Мне надо идти, — невнятно пробормотала.

— Нет. Ты останешься, — припечатал меня ответом. Уперся руками в стену возле моей головы, захватывая меня в плен. — Я же сказал, что хочу извиниться. Некрасиво обнадежить девушку и бросить. Я привык доводить начатое до конца.

***

Потянулся меня поцеловать, но я успела отвернуться, и его губы коснулись моей щеки.

— Вы мне не нравитесь… — Почувствовала, как напряжение сковало его мышцы, но отступать было уже нельзя. — Мне неприятны эти игры.

Горан замер. Я боялась повернуться и взглянуть на него.

— Девственница? — Я вспыхнула алым цветом от ног до кончиков волос, — Девственница, — добавил утвердительно, оценив мою реакцию, словно эта догадка стала причиной моего отказа.

— Это ничего не меняет…

— Как ты сохранила ее с такой-то внешностью? — искренне изумился Горан.

— Берегла себя для любимого, а боги послали вас, — не удержалась от колкости. — Выпустите меня, лорд Лекант, у меня сегодня еще много работы.

Горан не шелохнулся.

— Хорошо. — Я не поверила своим ушам. — Дам тебе время ко мне привыкнуть. Давно у меня не было таких белых и пушистых. Это будет даже забавно.

— Можно я пойду? — еле слышно прошептала.

— Поцелуешь и можешь идти.

— Обещаете? — переспросила с недоверием.

— Слово волколака.

Один поцелуй казался невинной шалость за долгожданную свободу. Я запрокинула голову и закрыта глаза, готовясь к неизбежному.

— Нет. Так не пойдет. Ты хочешь уйти — тебе и целовать. Это я буду стоять, как статуя. — Я смутилась. До того раза возле калитки мне никогда не приходилось целоваться. Мужчины делали мне знаки внимания, но я никогда не позволяла им зайти дальше флирта. А не получая отдачи с моей стороны, они быстро теряли интерес и переключились внимание на кого-то посговорчивее. — Ну же! Или ты хочешь остаться, и чтобы я продолжил?

Горан коснулся пальцами моего воротника и неожиданно грубо притянул меня к себе. Оборотень упивался моей паникой. На его лице появился довольный оскал.

— Нет! — попятилась назад, и он отпустил. — Я сама.

Пересиливая себя, поддалась ему навстречу, осторожно коснулась губами, перехватив его дыхание, и почувствовала его вкус. Первые мгновения он был холоден, но после тяжелого вдоха обрушился на меня всей своей страстью. Я отшатнулась и была тут же схвачена за талию. От страха уперлась руками в мужскую грудь, и пусть не отталкивала его, но от напряжения мои пальцы застыли. Поцелуй продлился недолго, и, вопреки моим опасениям, оборотень остановился.

— Кошечка, — произнес с довольной улыбкой. Расстегнул верхние пуговицы на рубашке — на его груди остались красные следы от моих ногтей.

— Простите, я не специально.

— Обращайся ко мне на «ты» и по имени.

— Извини… Можно мне идти?

Он сделал шаг назад и рукой указал на дверь. Я до последнего не верила, что Горан меня отпустит. Торопливо выскочила из комнаты, споткнувшись на пороге. Это не ускользнула от внимания лорда, и он звонко рассмеялся. Мне было все равно, что он подумает. Я рада, что выскочила из его комнаты целой и невредимой. Не успела перевести дыхание, как в конце коридора появилась Тамила со счастливой улыбкой. Она вышла из спальни Надин — жены Люберта Леканта.

После семейного застолья мне не удалось с ней поговорить. Тамила ушла в замок вечером, а я все время посвятила Майе. Кузина шла в обратном направлении и не заметила меня. Я тихонько погнала ее и коснулась плеча.

— Сегодня замечательный день для раскрытия чужих секретов. Правда, Тамила?

Кузина обернулась. Рыжие волосы ее были собраны в пучок под белым чепчиком. Тонкие губы сжались в линию.

— Когда о твоем секрете знает весь город, то это уже не секрет, — передразнила меня.

Не сдержав эмоции, я дернула ее за руку так, что она развернулась ко мне лицом.

— Как ты могла об этом всем рассказать? Ты же обещала хранить тайну.

— Я передумала. Решила, что ты заслуживаешь общественного порицания за свое аморальное поведение.

— Что ты несешь? Ты лучше меня знаешь, что я никогда ни с кем не путалась.

— Может, раньше так и было. Я долго думала и поняла, что ты изменилась. Строишь из себя невинную барашку, а сама волк в овечий шкуре. Больше я себя дурить не позволю.

— Откуда у тебя эти мысли? Я же рассказала, как было на самом деле.

— А как ты оказалась в этом крыле, Агнежка? — резко поменяла тему разговора кузина.

— Убирала в спальнях господ.

— У Горана тоже была? — посмотрела на меня с прищуром.

— Да, — не понимала, к чему она клонит.

За спиной скрипнула дверь — на звук нашей ссоры в коридор вышел Горан. Я совсем забыла, что у оборотней острый слух. Скорее всего, он слышал, о чем мы разговаривали.

— И не говори, что ты просто мыла у него пол, — со злостью прошептала Тамила и, выдернув руку, пошла по коридору.

Бегло взглянула на Леканта. Благо, он направился в другом направлении.

Я не понимала, что происходит с кузиной. У нее всегда был тяжелый характер, но она никогда мне не вредила. Не знала, что могло сподвигнуть ее на предательство. Когда я ей рассказывала о странном поведении Горана, она лишь отшучивалась, что он скоро женится на мне. Значит, что-то заставило ее поверить, что я кручу хвостом перед братом хозяина замка.

Нужно будет еще раз с ней поговорить. Всему должно быть разумное объяснение. Только сегодня это сделать не получится, ведь в полночь меня ждет у арки Анрэй. Надеюсь, я не нарушила его условия, и смогу пройти на его сторону.

День закружил водоворотом дел. Матильда с нечеловеческим рвением гоняла горничных по замку, давая нам новые задания. Не знаю, что за гостя ожидают, но я ему уже не рада. Начищенные до блеска камины, блестящий мозаичный паркет, выдраенные до состояния новых ковры – к вечеру у меня на руках не осталось живого места, а от ползанья на четвереньках на коленках появились синяки.

Другие горничные сторонились меня и шептались за спиной. Как-то так вышло, что Тамила умела завладеть расположением окружающих: она общительна, приятна и открыта. К ее мнению всегда прислушивались, она центр внимания. Даже Надин – жена Люберта, из всех девушка выбрала ее себе в камеристки. Лишившись покровительства кузины, другие горничные без стеснения перемывали мне косточки.

В замке у меня не было друзей, хотя я ко всем относилась доброжелательно и ни с кем не ругалась. Порой казалось, что меня специально сторонятся. Словно вокруг меня орел, который отталкивал окружающих.

Когда за окном потемнело и зажгли свечи на люстрах, я вошла в свою комнату. В небольшом окне под потолком просматривалась луна. Полночь совсем скоро, нужно незаметно выбраться из замка и пройти к арке.

Впервые я порадовалась, что живу сама. В общей спальне уйти незамеченной было бы сложно. К тому же моя коморка находилась близко к служебному выходу. А по обрывкам рассказов некоторых девушек я знала, где спрятан запасной ключ, благодаря которому они по ночам бегали на свидания.

Я мерила шагом комнату, прислушиваясь к звуку за дверью. Понемногу обитатели волчьего логова засыпали, и в холодных каменных коридорах раздавалось лишь легкое колебание занавесок.

Поменяла наряд горничной на повседневное платье – в такой одежде проще быть незамеченной. Как воришка выскользнула в коридор и отправилась к выходу. Мне повезло – запасной ключ был спрятан под половицей у двери.

Осторожно провернула его в замке и выскочила в сад. Меня не покидало ощущение, что за мной следят, хотя я готова поклясться, что вблизи нет ни души. Тревожно оглядываясь, поспешила по улочкам города к ритуальной арке. Боги благоволили и по дороге мне не попался ни один прохожий.

Я вошла в узкий проулок. Луна подсвечивала каменное изваяние, от чего оно выглядела зловеще. Торопливо подошла к порталу, боясь пропустить момент. С замиранием сердца переступила порог, и оказалась в кромешной темноте.

– Анрэй, – тихонько позвала.

– Я здесь, Нежка, – сквозь мрак прозвучал приятный баритон.

В его руке вспыхнул факел – я зажмурилась привыкая к свету. Моим глазам понадобилось время, когда же зрение приспособилось я опешила – мы находились не в лесу. Это был старый храм с настенными письменами и куполообразным сводом. В центре стояла арка, благодаря которой я здесь и очутилась.

– Это не храм моих богов, – в ужасе прошептала я, – Мы на территории берсеков...

– …а я один из них, – продолжил человек в маске.

Я отступила назад. Религия берсеков отличалась от нашей. Это было одной из причин постоянных конфликтов на границе наших территорий.

– Твоя сестра выпила зелье, Нежка?

Я мешкала, решаясь говорить врагу правду или нет.

– Да.

– Ей стало лучше?

– Стало.

– Значит ты пришла за вторым? – давил на меня Анрэй.

– Что тебе нужно от меня? Я не верю в бескорыстную помощь.

– Я предлагаю сделку, Нежка. Здоровье твоей сестры в обмен на обряд. Он довольно пикантный, но и плата будет соизмерима твоим усилиям.

– Что это за обряд? – пыталась разобраться.

– Это древняя магия. Чтобы воин в бою стал неуязвим для меча и стрелы врага проводили защитный обряд. Для этого нужна девушка, с чьей помощью околдовывают кольчугу.

– Берсеки пойдут войной на волколаков, – от собственной догадки кровь застыла в жилах.

– Не знаю. Как Самуил – наш вождь, решит.

– Я не могу тебе помочь, Анрэй. Это предательство – помогать врагу.

– Эффект от зелья окончательно исчезнет через два дня. У тебя еще будет время все обдумать.

Стало понятно почему он скрывает свое лицо. Имя скорее всего тоже чужое. Зачем я только подалась соблазну и взяла лечебное зелье? Нужно было сразу его выбросить и не обнадеживать Майю.

– Кроме этого, я никак не смогу заполучить лекарство?

– К сожалению, нет.

Свет от факела дрожал, играю бликами на мужской фигуре.

– Что нужно для ритуала?

– Об этом я расскажу, когда получу утвердительный ответ. Могу только сказать, что для него нужна девственница.

Мои щеки залились румянцем. Второй раз за день мне напоминали об этой интимной особенности.

– Я подумаю над твоим предложением, Анрэй.

– Через два дня в полночь я снова открою портал. Если ты не придешь – буду считать это отказом.

Я кивнула и пошла к арке, но за несколько шагов до родного города остановилась. Обернулась к Анрэю.

– Зачем тебе нужна именно я? Ты ведь мог выбрать любую девушку, которая бы попросила меньшую плату.

Моя вопрос застал его врасплох – на миг на его лице появилась гримаса удивления, но он быстро ее скрыл.

– Любая не подойдет. Нужна та, что пленила сердце моего врага.