Глава 17

Главные ворота города были открыты настежь. На входе отсутствовала стража, словно приглашая путников войти под покровом ночи. Всю дорогу мы неслись галопом и только в сердце логова врага перевели лошадей на умеренный шаг. Оруженосец держал одной рукой поводья, а второй — меч, готовый в любой момент пустить оружие в ход.

— Почему здесь нет стражи? — насторожился волколак.

— Потому что нас ждут.

Мы проехали по ночным улочкам. И рады были бы заблудиться, но все дороги вели к замку Самуила. Очень скоро на горизонте замельтешили верхушки каменных башен.

Казалось, весь город накрыло пеленой сна, ибо по дороге нам не попалась ни одна живая душа. Я плотно сжимала флакончик, что дала мне ведьма. Он — единственное, чем я могу шантажировать Самуила.

У ворот замка нас встречал Вторак, сложив руки на груди.

— Вот и вернулась наша беглянка. Еще и защитника с собой привела. А где твой муженек?

— Не твое дело, мне нужен Самуил. Сомневаюсь, что за минувшие несколько часов тебе удалось занять его место лорда.

Вторак скривился недовольный моей фразой, но, увидев, как крепко оруженосец сжал рукоятку меча, решил промолчать.

— Пойдем. Я тебе проведу. Только пусть твой ручной щенок останется ждать здесь.

Я посмотрела на своего спутника — он явно не одобрял моего решения, но ничего не мог поделать.

— Хорошо. Он подождет меня. Пойдем.

Оруженосец проводил меня тревожным взглядом, но перечить не стал. Я слезла с лошади и пошла за Втораком. Торопливо следовала за своим тюремщиком. Берсерк провел меня по коридору в подземелье замка. Свет от горящих факелов обрисовал знакомую картину. Я оказалась вместе, которое раньше принимала за храм. Здесь проходил ритуал, после которого Анрэй дал мне исцеляющее зелье для сестры. Вот только алтарь сегодня не пустовал — на нем лежала спящая девушка, лицо которой — точная копия моего. Вторак остановился у двери за мой спиной, но я чувствовала его взгляд. Самуил стоял лицом к Яре и даже не обернулся на наше появление.

— Почему ты одна? Где твой муж? — раздраженно бросил.

— Он занят, но обещал явиться чуть позже.

Берсерк повернулся и посмотрел на меня с насмешкой. Я крепко сжала в кармане флакончик с волшебным зельем.

— Занят? Чем может быть занят умирающий человек?

— Может, послать за ними? — предложил Вторак своему хозяину.

— Не стоит. Уверен, он скоро явится. Я бы пошел за Ярой даже к самом дьяволу.

Он повернулся к лежащей на алтаре девушке и ласково провел ладонью по безжизненной руке.

— У меня к тебе предложение, Самуил. Ты отдашь мне противоядие в обмен на жизнь Яры.

— Что? Глупая женщина, сон Яры — сосуд для моей силы. Пока в моих руках магия, ее никто не сможет разбудить.

Я легонько открутила крышку с зельем, готовая выпить его в любой момент.

— Я могу разбудить Яру, — достала флакончик, демонстрируя подарок ведьмы. — Мара дала мне его. Мы кровные сестры, и только я могу ввернуть ее в тело. Она очнется без твоего вмешательства.

— Ты блефуешь.

— Давай проверим? Если я выпью зелье и вернется Яра, тебе не понадобится ни мое тело, ни сердце Горана.

— Но тогда твой муж не получит противоядие и умрет от яда.

— Я не настолько наивна, чтобы верить обещаниям берсерков. Горан тоже. Он согласен умереть от яда, чтобы тебе не удалось вселить в мое телу душу Яры. С его смертью ты потеряешь последнюю возможность вернуть ее к жизни. А когда умрет Горан, я не стану тебе помогать вернуть Яру, даже если ты тысячу раз откажешься от магии. Вместе с моим мужем в мир иной уйдет и твоя жена… Я предоставляю тебе выбор: дай мне противоядие, отрекись от магии, и я верну Яру к жизни. Либо похорони свою любовь в сырой земле рядом с моей.

Самуил с сомнением посмотрел на Вторака.

— Хорошо, я дам тебе противоядие.

Я не поверила своим ушам. Самуил с легкостью согласился на мои условия. Он обернулся к алтарю, и в этот момент, со спины на меня накинулся Вторак, пытаясь вырвать из рук зелье. Я сжала флакончик мертвой хваткой, зажала горлышко, не давая зелью расплескаться. Больно укусила Вторака за руку — бересерк зашипел, как змея, и громко выругался, но меня из рук не выпустил. Самуил подошел ко мне, чтобы отнять зелье, но в этот момент дверь распахнулась, и в подвал с громким воев ворвалась стая волков.

Мой тюремщик отпустил меня, превращаясь в громадного медведя. Я попятилась, вжалась в стену, сжимая в руке зелье. Казалось, развезлись врата ада, и страшные монстры вступили в смертельную схватку.

Взглядом выискивала среди волков Горана… и нашла его. Он сражался наравне с другими, но был самым слабым из волколаков. Яд давал о себе знать.

На помощь Самуилу в подвал подоспели еще бересерки, и у врага стало численное преимущество. Несмотря на отвагу и силу волколаков, берсерки победят их количеством.

А значит, Самуил получит то, что хотел: сердце Горана и мое тело. У меня остался один путь.

Я поднесла к губам флакончик и осушила его до дна. Горло сжал неприятный спазм, все вокруг закружилось, и я упала на пол.

***

Солнце залило ярким цветом летний сад. Я сидела на каменной кладке старого забора и пыталась вспомнить, как я здесь очутилась. На место все расставил звонкий смех. За кустом можжевельника не более чем в десяти метрах от меня появилась счастливая влюбленная пара. Они меня не замечали, словно я невидимка. Девушка на ходу целовала рослого мужчину, и только когда игриво отклонилась, я смогла рассмотреть их лица — Самуил и… Яра. Это точно моя сестра, я никогда не смотрела на берсерка со слепым обожанием, как она. Она прямо лучилась счастьем.

— Правда, они прекрасны? — послышалось по правую руку от меня.

Я вздрогнула и обернулась. Рядом сидела я… но другая.

— Ты? Как это понимать?

Взгляд метался от моей соседки к счастливым влюбленным.

— Это был один из самых лучший дней в моей жизни, — сказала девушка по правую руку от меня. — Я люблю его пересматривать. Мы были такими счастливыми.

— Яра, ты должна уйти со мной. —Я поняла, что рядом сидит оригинал, а влюбленные — иллюзия. — Я твоя сестра Агнежка. И я выведу нас отсюда.

— Я знаю, кто ты и зачем пришла, Нежка. — Меня покоробило от прозвища, что дал мне Самуил. Тогда оно казалось приятным, сейчас вызывало отторжение. — Когда проводишь время между миром живых и мертвых, ничего не остается, как вспоминать лучшее, и надеяться, что не наступит худшее.

— Самуил хочет, чтобы ты пришла к нему, — солгала я. — Он просил, чтобы я тебе привела к нему.

Яра посмотрела меня уставшими пустыми глазами.

— Не хочет. Я же знаю, что происходит сейчас в подвале. И знаю, что предшествовало всему этому. — Я покраснела, вспомнив нашу ночь с Самуилом, — Мне здесь хорошо. Смотрю на наши отношения, они были почти идеальными — ни страданий, ни ревности, ни измен.

— Но он ведь любит тебя. Самуил сделал все, чтобы вернуть тебя.

— Не все. Он мог отказаться от магии, но не захотел. Значит, я ему не нужна, — с нотками грусти произнесла Яра.

— Если бы ты ему была не нужна, он бы давно похоронил тебя, наслаждаясь безграничной силой. А он боролся за тебя и продолжает это делать. Просто выбирает не те пути. Но это лучше, чем опустить руки и дать тебе уйти.

— Думаешь лучше? — с насмешкой произнесла Яра. — Пойдем, я тебе покажу.

Она протянула мне ладонь. Я коснулась ее руки, и мы переместились в совершенно другое место. Я сразу его узнала — дом колдуньи, что дала мне зелье.

На скамейки сидела Яра, как и я когда-то. Старуха варила очередное варево…

— Звезды предрекли, что скоро магия захватит разум Самуила, и ему понадобится больше сил. И для этого ему нужно будет умертвить тебя, Яра, — ошарашила девушку ведьма.

— Он никогда этого не сделает. Самуил любит меня!

— Тогда почему ты пришла ко мне? Ты уже видишь, как начинают охладевать его чувства. Скоро ты станешь ему совершенно безразлична. Даже твой дар невесты перестанет его привлекать. Он освободит от тебя, а потом и вовсе избавится.

— Но что мне делать?

— Бороться за свою жизнь и любовь. Пока еще есть время, и ты можешь повлиять на мужчину. Я дам тебе необычный яд. Ты скажешь ему: если не откажется от силы, то ты выпьешь его.

— Яд? Вы хотите, чтобы я умерла?

— Нет. Самуил будет считать это ядом. На самом деле это волшебное снотворное. Если вдруг твой муж откажется принимать твои условия, выпьешь его и крепко заснешь. Ему придется отказаться от всех своих сил, чтобы разбудить тебя. Но это на самый худший случай. Я уверена, до этого не дойдет, и вы сможете договориться…

Я повернулась к сестре.

— Я думала, что с приобретением магических сил Самуил упек тебя сюда. А оказалось, всему виной ведьма.

— Нет, — произнесла со вздохом Яра, — виновата я сама. Глупой была. Испугалась, что его чувства ко мне изменятся, и поддалась чужому влиянию. Мара дала зелье, и я пыталась надавить на мужа. Не вышло. Мы сильно поругались, но Самуил отказался делать то, что прошу. И я выпила этот яд. Думала, он сразу вернет меня обратно, а оказалось…

— Мне очень жаль.

— Мне тебя тоже, — загадочно произнесла Яра. И, опережая мои вопросы, снова протянула мне ладонь: — Пойдем, ты должна сама это увидеть.

Я взяла ее за руку, и в этот раз мы очутились в Волчьей лощине. Не знаю, как ей это удалось, но мы попали в тот день, когда происходило празднование свадьбы Горана и Иванки. За свадебный столом сидел недовольный Горан, бросая взгляды на меня за другим столом в компании священника. Рядом с моим мужем счастливая лже-невеста и Люберт.

— Я всегда следую за Самуилом. И иногда вижу больше, чем остальные. Наблюдай за столом.

В центре зала началось огненное представление, и в этот момент Иванка подсыпала порошок в бокал Горана. Очень опрометчиво. Это заметил не только Горан, но и пара слуг.

Брат Самуила поднялся и попросил моей руки. Горан нервничал, ударил кулаком по столу, и бокал с порошком разлился на скатерть.  Тут же подбежала служанка с подносом в руках и с десятком бокалов. Она протянула один из них Горану и была так увлечена происходящим вокруг меня, что почти не замечала, что происходит. Этим воспользовалась Иванка — достала из рукава вторую порцию порошка, снова наполнила бокал супруга. На ее лице расплылась довольная улыбка.

В ходе разбирательств мне удалось избежать внимания навязчивого жениха. Горан сел на место, но не прикоснулся к вину. Он настолько разозлен, что ему глоток не лез в горло. А вот Люберт осушил бокал до дна. Надин тревожно посмотрела на мужа, явно предупреждая его о последствиях. Он неслышно огрызнулся. Позвал служанку с новым бокалом, но, видя отрицательный сигнал от Надин, девушка не решилась к нему подойти.

Тогда Люберт схватил бокал Горана и залпом осушил до дна на глазах Иванки. Девушка побледнела, и на ее лице проскользнула гримаса ужаса, которую она умело спрятала за фальшивой улыбкой.

Незаметно для всех Люберт спас брата ценой своей жизни.

Я обернулась к Яре.

— Если его отравила Иванка, то Самуил не виноват в смерти Люберта. Все происходящее — стечение обстоятельств. Я не понимаю, зачем ей нужно было убивать Горана?

— Может, она не хотела замуж? — предположила Яра.

В тот момент я все поняла. Иванка хотела избавиться от Горана, чтобы никто не узнал, что их брак фиктивный. Смерть Горана списали бы на проделки берсерков, а мне бы закрыли рот, и никто бы никогда не узнал о нашем венчании. А Иванка осталась бы несчастной вдовой, чей брак не продлился и суток. Она могла спокойно вышла замуж еще раз, прихватив в качестве компенсации часть богатства своего покойного мужа.

— Яра. Это же много меняет! — воскликнула радостно я. — Мы обязательно должны вернуться и рассказать об этом!

Сестра грустно улыбнулась.

— Мы не можем вернуться.

— Почему? Из-за Самуила? Ты ошибаешься, если думаешь, что магия ему дороже, чем ты.

— Нет. Ты не понимаешь. Ведьма обманула тебя, Агнежка. Зелье, которое ты выпила — то же, что выпила и я. Это билет в один конец. Она специально заперла нас сюда, чтобы лишить Самуила надежды. Теперь только его отказ от магии может выпустить нас на свободу.

— Что?

— Ведьма обманула тебя, Агнежка. Ты не можешь меня освободить. Это та же ловушка, в которую попала я. Или ты думала, что она из чистых побуждений решила тебе помочь?

— Я... но она сказала… этого не может быть, — я не могла поверить, что собственноручно загнала себя в угол. Слова колдунью казались реальными, и я не почувствовала обмана. — Что нам теперь делать?

— Мы не можем отсюда выбраться. Осталось ждать, когда нас поглотит время.

Я хотела ей возразить, но слова застыли на языке. Все вокруг задрожало. Стены превратились в картины и потекли, словно талое масло в разгар лета. Не успела вскрикнуть, как огромная волна накрыло меня с головой.

Я очнулась от собственного крика в мужских объятьях.

— Все обошлось. Ты вернулась… — ласково шептал Горан.

Но я продолжала судорожно глотать воздух, словно до сих пор тонула в потоке краски. Горан сидел у стены, а рядом с ним верные ему воины со связанными руками — берсерки победили, и взяли их в плен. Самуил стол возле алтаря, на котором проснулась Яра.

— Он вытащил нас?

— Вытащил, — сказал Горан с мягкой улыбкой.

— А ты? — тихо прошептала, вглядываясь в лицо супруга.

Он выглядел уставшим, бледным, но смотрел на меня с такой нежностью, что у меня заболело сердце. Осторожно убрал с моего лица прядь.

— А я с тобой.

— Теперь наша часть уговора, — сказал Самуил, обращаясь к Горану.

Лицо волколака стало непроницаемым, и только глаза светились злостью.

— Какой уговор? — спросила Горана, но он промолчал. — Что происходит?

Осторожно опустил меня на землю и подошел к Самуилу. Яра коснулась плеча своего супруга.

— Не надо. Он не виноват, — прошептала с тревогой в глазах.

— У нас был уговор. Жизнь Агнежки в обмен на его, — сказал Самуил. — Его смерть смоет все грехи перед народом берсеков, и, наконец, наступит долгожданный мир.

— Мерзавец! — Я кинулась на Самуила, но меня схватил одни из воинов-берсеков, не давая добраться до их главаря. — Ты уже получил, что хотел. Теперь решил на отыграться?

Брыкалась и пыталась вырваться, но меня не пускали. Пока я была в забвении, Горан вытребовал свободу для меня в обмен на собственную жизнь.

— Горан убил моего брата, — рявкнул мне в ответ берсерк., — Я бы мог вызвать его на поединок, но в его состоянии исход боя очевиден. Казнь — это лучший исход!

— Негодяй! Это ты его отравил!

— Он умрет быстро, а не будет долго страдать от яда.

Я взглянула на супруга, и только сейчас заметила подтверждение слов Самуила — Горан слаб, его взгляд пустой и безжизненный, хотя он пытался держаться, но видно, как на его лице проносятся гримасы боли.

— Нет!

— Вторак. Приведи приговор в исполнение, — отдал приказ берсерк.

Тюремщик подошел к волколаку и толчком опустил его на колени. Словно безвольная марионетка, Горан упал и склонил голову.

Самуил стоял в паре шагов от места казни. Вторак запрокинул меч над головой Горана. Яра в испуге вскрикнула и отвернулась. Самуил прикрыл ей глаза рукой, и в этот момент произошло невообразимое.

Вторак резко развернулся и с мечом кинулся на Самуила. Еще бы миг, и он пронзил бы главного берсерка, который даже не подозревал о предательстве соратника. Тюремщик остановился в одном шаге от убийства. Выронил меч и повалился за ним на землю. Под безжизненным телом земля намокла и заалела — в спине Вторака торчала рукоятка кинжала.

— Ты?! — произнес Самуил, гладя на стоящего подле него Горана.

Не верилось, но волколак спас своего врага от гибели.

— Жизнь за жизнь. Теперь ты должен мне, Самуил, — сиплым голосом сказал Горан.

Берсерк замер, затем достал из кармана небольшую колбу в форме звериного когтя и протянул ее Горану.

— Вторак был моим другом, но в лихую минуту захотел избавиться от меня. Я знал, что он всегда метил на мое место, но был уверен, что не решится на это. Не умею я выбирать друзей… Ты был достойным врагом, Горан. Может, стоит и друзей искать среди врагов. — Самуил протянул руку Горану для рукопожатия.

Волколак осторожно взял зелье из его рук, открыл крышку и выпил до дна. С четверть минуты волколак смотрел на ладонь врага, но все-таки пожал ее.

— Я всегда был хорошим врагом и другом буду не хуже, если это принесет в наши дома мир.

— Да будет так.