Глава 4

Плотные тучи скрывали звездное небо, за окном моросил летний дождь — с улицы веяло прохладой. Я накрыла одеялом Майю, но сестра сладко спала и даже не шевельнулась. Накинула легкий плащ и спрятала голову под капюшоном. В такую погоду мой наряд не должен вызвать подозрений. Главное, чтобы тетка не заметила, что я собираюсь среди ночи уйти из дома.

Узнав о том, что меня выгнали с работы, она прочла мне длинную лекцию. Итогом которой был приговор: или новая работа, или замужество. Ей надоело кормить меня и сестру, и она снимала с себя ответственность. Я и сама думала уйти из этого дома, но меня держала инвалидность Майя. Когда эта проблема решится, я с удовольствием покину ее стены.

Тихонько прошла по коридору и спустилась на первый этаж. Все спали, и мое исчезновения осталось незамеченным. Выбежала во двор и, скрипнув калиткой, оказалась на темной улице.

Сегодня ночью было не так тихо и безлюдно. Издалека доносились громкие мужские голоса. Воины невесты Горана осмелели и стали наведываться в местные трактиры. Не самое подходящее время для прогулки, но другого шанса у меня не будет.

Торопливо прошла мимо местных питейных заведений и оказалась в уже знакомом проулке. В кромешной темноте почти на ощупь нашла арку, сделала шаг и оказалась в другом месте.

Я оказалась в уже знакомом храме лицом к мужчине в маске. Сегодня Анрэй выглядел по-другому — длинная рубашка из дорогой ткани была подпоясана ремнем, на котором висел кинжал с алмазной рукояткой. Тяжелый плащ с застежкой из камней на правом плече. Передо мной был все тот же незнакомец, но его уже нельзя перепутать с обычным воином. Встреть мужчину в подобной одежде на улицу — примешь его за богатого купца или лорда.

— Ты все-таки пришла, — произнес с теплом в голосе.

— Я иначе расставила приоритеты. Что я должна сделать, чтобы получить лекарство?

Анрэй достал из кармана флакон с жидкостью зеленого цвета.

— Это второе зелье. У него есть свои особенности: если его выпить, и в течение десяти дней не принять последнее — третье — лекарство, то человек умрет. Ты должна понимать на что идешь, Нежка.

С минуту я колебалась, но поступила так, как сделала бы Майя.

— Я все поняла, и мое решение не изменилось.

Анрэй довольно улыбнулся, и на его щеке заиграла ямочка. Наверное, без маски он очень красив. У него невероятный, почти черный цвет глаз.

— Ритуал проведем в следующее новолунье — ровно через восемь дней. У тебя будет пара дней, чтобы напоить лекарством сестру.

— Одна встреча через восемь дней — и каждый останется с тем, что хочет?

— Нет. Нужно встретиться еще два раза до главного дня. Обряд проводится в несколько этапов. Сегодня начнем подготовку. Снимай плащ. — Анрэй сделал решительный шаг вперед, я испуганно отступила назад. Он остановился, показывая свои ладони. — Я ничего плохого не сделаю, не стоит меня боятся. Хотел помочь тебе раздеться.

— Догола? — спросила с придыханием.

— Нет. Сегодня я раздевать тебя не буду. Можно помочь тебе снять плащ?

Я кивнула. Глупо его бояться, мы зависим друг от друга. Анрей подошел и развязал завязки на груди, с высоты своего роста рассматривая мое лицо. Мне стало неуютно.

— Что-то не так? — спросила, смущенно отводя глаза.

— Засмотрелся. Ты очень похожа на одну мою знакомую, — он скинул с меня мокрый плащ, прошел по пустому залу храма и положил его на алтарь. — Подходи ближе.

Я выполнила его просьбу. Поравнявшись, Анрей обхватил меня за талию и усадил на алтарь. В полумраке я не сразу рассмотрела, что он застлан шкурой животного. Я коснулась незнакомой шерсти.

— Это шкура горного козла?

Анрэй взял небольшой мешочек из-за моей спины и раскрыл его.

— Волка, — как ни в чем не бывало ответил берсек.

В моих краях убить волка — страшное преступление. Если кто-то узнает, что я сидела на почти священном животном — мне несдобровать. Пока Анрэй был занят содержимым мешка, я незаметно отодвинулась на край алтаря, туда, где не застлано шкурой животного.

— Ты передумала, Нежка, или пытаешься отказаться от моей заботы?

— О чем ты?

— Шкура волка, на которой ты не хочешь сидеть. Думаешь, я не заметил? — с иронией спросил Анрэй. Он достал из мешка порошок, которой тут же загорелся в его ладони. Я ахнула. Пламя погасло, не оставляя ни единого следа на его руке. Лишь черная зола стала напоминанием о волшебстве.

— В моих краях такое расценили бы кощунством.

— На моих землях никто не видит в этом ничего предосудительного. Волколаки ведь использую шкуры медведей?

— А ты можешь перейти через арку и оказаться в моем городе? — попыталась увести разговор от опасной темы.

Анрэй улыбнулся, догадавшись о моей хитрости, но пошел на поводу:

— Не могу. Чтобы пересечь границу, нужно быть либо человеком, либо чтобы меня впустил оборотень моего вида. Дай мне свою ладонь…

Я протянула ему руку, с интересом наблюдая за колдовством. Из мешка с порошком Анрэй извлек перо для чернил. Обмакнул его в сажу на свое руке и угольным наконечником провел по моей ладони. Черная полоска появилась и тут же исчезла.

— Это заговор. Одна из частей ритуала. Он поможет магии связать нас.

— Зачем?

— Чтобы провести обряд. Мне нужно будет расписать все твое тело. Но не переживай — следы от надписей тут же исчезнут. О них будем знать лишь мы с тобой. — Анрэй обхватил запястье, задрал рукав платья и повел пером до предплечья. По телу побежали мурашки. — Замерзла?

— Немного. У нас шел дождь, — придумала я ответ на ходу. Не успела запротестовать, как он снял свой плащ и накинул мне на плечи. Ткань была приятной на ощупь, я окуталась в нее, вдыхая приятный аромат незнакомого мужчины. — Спасибо.

В ответ на сосредоточенном лице лишь дрогнули уголки губ. Долго и скрупулезно Анрэй выписывал на моем теле орнаменты, которые тут же исчезали. Руки, стопы и щиколотки были исписаны невидимым текстом. Когда перо Анрэя достигло моих колен, я не выдержала и смущенно произнесла:

— Давай оставим остальное тело на следующий раз?

— Как скажешь. Приходи через два дня в полночь.

Я встала с алтаря, поправляя задранное платье. Мне нужна передышка, чтобы свыкнуться с тем, что в следующий раз Анрэй увидит меня без одежды.

— Зелье для твоей сестры, — он вложил мне в руку флакончик. — Если она выпьет, обратной дороги не будет.

— Я понимаю.

Сжала кулак с лекарством и прошла к арке. Хотелось уйти побыстрее, чтобы еще раз обо всем подумать и успокоиться. Я бросила сухое «до встречи» и торопливо переступила арку. 

На улице светало. Я сделал несколько шагов, только потом заметив, что на плечах плащ Анрэя. Вернулась, но магический портал уже перестал работать.

Анрэй видел, что я ухожу в его одежде, но почему не остановился меня?

***

Голос тетки отвлек меня от уборки в сарая. Я обернулась на звук, опершись на вилы. В проходе стояла  родственница рядом с каким-то мужчиной.

— Знакомься, Агнежка, это Раум.

Я вытерла со лба испарину и с интересом посмотрела на мужчину: приблизительно моих лет, низкорослый, с пивным животом. Залысины на лбу и круглые очки добавляли ему возраста.

— Простите. Вы меня застали за работой. Я не в том виде, чтобы развлекать гостей.

С первого дня моего увольнения тетка решила показать мне все прелести безработной жизни — бросила на меня все хозяйство. Стоило мне управиться, она придумывала новые задания. Но я стойко сносила, лелея в душе мечту поскорее покинуть этот дом.

— Извините, что помешал. Ваша тетушка сказала, что я могу приходить к вам, когда пожелаю, — он робко протянул мне полевые цветы, на которые я сразу не обратила внимания.

Не знаю, что его больше смутило: факт вручения букета или мое грязное рабочее платье. Я взяла цветы:

— Благодарю.

Тетка довольно скалилась. Она вопросительно посмотрела на Раума — он замялся. Тогда она толкнула его локтем.

— Агнежка, позвольте пригласить вас вечером прогуляться по городскому парку?

Я не успела даже слова произнести, как тетка ответила за меня:

— Конечно, она пойдет. Какие могут быть сомнения? — и, взяв его под руку, вывела из сарая, словно боялась, что я начну отказываться. Не успела я вернуться к работе, как тетка вернулась уже без кавалера. — Сегодня вечером пойдешь с Раумом на свидание, — приказала менторским тоном.

— С какой это стати? Вы отвечали за меня, вам за меня и идти.

— На твоем месте не стоит перебирать. Скажи спасибо, что хоть кто-то позарился на порченое добро.

— Вот пусть мое порченое добро со мной и остается, — начала я заводиться.

— На моей шее сидеть? Вообще совесть потеряла?! Путается с мужиками, а я кормить должна?! Блудница! Да как тебе не стыдно?!.

Оскорбления тетки прошли мимо моих ушей. Я замерла, глядя за ее спину — стоя на ногах и опираясь на косяк, на меня смотрела Майя. Еще утром я дала ей зелье Анрэя, но никогда бы не подумала, что эффект будет настолько быстрым. От первого зелья к ногам Майи вернулась чувствительность, она могла ими шевелить, но о самостоятельной ходьбе и речи не было.

Тетка проследила за моим взглядом, и как от черта отпрыгнула в сторону.

— Хвала богам, случилось чудо! Как это произошло, Майя? Ты же была абсолютно парализована, и врачи говорили, ты никогда не станешь на ноги.

Майя посмотрела на меня лукавым взглядом и произнесла:

— Я молилась, и боги услышали мои молитвы.

— Это невероятно! Я должна срочно об этом всем рассказать! Такое чудо живет с нами под одной крышей! — стремглав родственница покинула сарай, забывая о ссоре.

Я подошла к сестре и присела на одно колено, став с ней одного роста.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Выпила твое лекарство и крепко заснула, а когда проснулась, поняла, что могу ходить. Не знаю, как я это поняла. Почувствовала…

— Это хорошо. Но тебе не стоило вставать без присмотра взрослого. Ты еще не настолько окрепла.

Майя словно меня не слышала. Она задрала вверх голову и шумно втянула воздух.

— А кто здесь был? — спросила она.

— Я и тетка.

— Нет… Мужчина… Незнакомый…. У него обувь пахла сажей и воском.

— Ими натирают кожаную, чтобы блестела.

Я ошарашенно смотрела на сестру — не заметила запаха от обуви Раума. Возможно, потому что устала?

— Плохой человек.

— Ты его видела? — продолжала я удивляться.

— Нет. Это… предчувствие. Он мне не нравится.

— Я здесь уже закончила. Пойдем лучше в дом, — положила ей руку на плечо, и мы направились к жилищу. — Тебя нужно красиво одеть. Сейчас тетка расскажет всем о твоем исцелении, и к тебе будут ходить, как к святыне на паломничество.

Майя улыбнулась.

— И придет волшебник, что дал мне лекарство? Тот, от плаща которого приятно пахнет.

Я резко остановила сестру, повернув к себе лицом:

— Откуда ты знаешь? Ты же спала, когда я его принесла. И плащ был хорошо спрятан.

— По запаху учуяла.

Я онемела. Ее чувствительность к ароматам меня пугала. Майя не была такой раньше. Неужели зелья не только исцеляли ее, но и как-то изменяли?

— Никому об этом не рассказывай: ни про зелье, ни про запахи, ни про плащ. Иначе колдун разозлится и заберет всю магию, которая тебя исцелила. Поняла?

— Да. Я никому не расскажу. Обещаю.

Сестра смотрела на меня перепуганными глазами, но я была напугана не меньше ее.

Калитка скрипнула, и в ней показалась тетка с четырьмя женщинами. Она возбужденно что-то говорила о чудесном исцелении и провидении богов. Майя испуганно отступила назад.

— Не бойся, — шепнула я, — я присматриваю за тобой, никто тебя не обидит.

Улыбка тронула ее уста.

Я провела Майю в гостиную, где ей выделили почетное кресло. Оно напоминало трон, вокруг которого все толпились, с интересом рассматривая ребенка.

Сначала ближайшие соседки, а потом и весь город узнал о волшебном исцелении.

Майя держалась стойко, но через час ее утомило общественное внимание, и под недовольный взгляд тетки я забрала сестру к себе в комнату.

Как бы мне ни хотелось уйти, но нужно было дождаться, когда Майя выпьет третье зелье. Это время мне нужно, чтобы подготовить пути отступления.

Чтобы тетка не выперла нас раньше, я решила встретиться с Раумом. У меня этот человек не вызывал неприязни, и выглядел он порядочным. От одной встречи в городском парке ничего страшного не случится. Пока Майя отдыхала, я привела себя в порядок: приняла летний душ, заплела волосы в свободную косу и надела выходное серое платье.

— Агнежка, к тебе пришли! — раздался крик с первого этажа.

Я тихонько прикрыла дверь, стараясь не разбудить сестру, и поторопилась к гостю. Застала мужчину в гостиной, отвернувшимся к окну.

— Раум, извини, что заставила ждать.

Мужчина обернулся, и я остолбенела. На меня смотрел Горан, которого я по ошибке приняла за навязанного жениха.

— Кто такой Раум? — спросил волколак с хищным прищуром.

В парадном костюме с руками в карманах он медленно приближался ко мне.

— Знакомый. Перепутала вас.

— «Тебя», — поправил меня Горан. — И зачем ты его ждала?

— У вас, кажется, есть невеста? — осторожно намекнула.

Зрачки волколака расширились, он вплотную подошел ко мне, положил руку на предплечье и крепко сжал.

— Ты моя собственность, Агнежка… Увижу с кем-то — его убью, а тебя накажу.

— Не твоя, а собственность альфы — твоего брата, — парировала, глядя ему в глаза.

— Конечно. Я поэтому и пришел. Мой брат решил, что ты должна вернуться на работу в замок.

— Что? — не поверила. — Надин же сказала…

— Она перепутала. Ты возвращаешься. И идешь на повышение.

— Повышение? — меня кинуло в жар, я вспомнила условия, которые мне ставила жена лорда.

— Да. Будешь моей личной помощницей, — Горан скользнул взглядом по моему лицу и остановился на ленте, которая подвязана коса. Потянул за конец, выдергивая ее из прически. — Собирайся. Я тебя забираю.

— Я могу отказаться? — цеплялась за последнюю надежду.

— Нет, — ухмыльнулся волколак и спрятал мою ленту в свой карман.