Глава 8 · Горячая девочка

Подняв лисичку с пола, я сел на рясу, которая служила нам постелью, а девушку посадил себе на колени. Она ко мне прильнула, поцеловала в шею и обняв, затихла в моих объятиях.

То, что сейчас произошло, я не могу объяснить и описать. Всегда умел себя контролировать и милой мордашкой меня не соблазнить. Уметь себя контролировать в любых обстоятельствах, это часть моей профессии. Но эта мелкая зараза! Она разрушила мой мир и мне понравилось.

Она назвала меня Роон, а в угаре страсти мне послышалось Роин, что значит заблудившийся. И это от части, правда. Светлый эльф, родившийся под звездой Богини смерти, я всю жизнь плутал, поливая свой путь чужой кровью.

Сначала испытывал себя, потом хвастался своими талантами, затем тешил свое самолюбие, зарабатывал репутацию, поддерживал репутацию. И ради чего? Поначалу ради денег. А сейчас? Ради чего или кого сейчас? По сути, в моей жизни ничего нет. Я не по локти в чужой крови и даже не по плечи, а по самую макушку. Что дальше?

И вот появилась она, рыжая девушка. Милая, пугливая, хрупкая и стеснительная, однако такая страстная. Горячая штучка. Во время близости безумно хотелось смотреть ей в глаза и ловить отголоски её страсти. Какого цвета её глаза? Какого это, входить в неё и смотреть ей в глаза?

Сейчас мои руки гуляют по её телу, нежно поглаживания. Она доверчиво положила голову мне на грудь. И я счастлив, впервые за сотни лет я счастлив, здесь, в развалинах осквернённого храма я счастлив. Как я смогу отпустить её через год?

Рыженькая слегка потянулась в моих объятиях, потёрлась курносым носиком о мою скулу и всё, я снова готов. Заметив моё возбуждение, она опустила глазки вниз, чуть сдвинулась и между её стройных ножек показалась головка моего члена. Склонив рыжую головку на бок и похлопав глазками, лисичка зажала моего бойца между ног и начала пальчиком водить по головке. Я задохнулся от нахлынувших чувств. Вот чертовка!

— Не нарывайся, рыжая, — честно предупредил я, улыбаясь.

— Хочу тебя, Рон, — прошептала, эта заноза.

— Сама напросилась, — я начал целовать малышку в её маленькое ушко.

Она заёрзала с моим членом между ног и заливисто рассмеялась. Красивый у нее смех, он воодушевляет. А стонет она ещё лучше, сейчас послушаю. С этим намерением встал, поставил рыжую на пол и развернул к себе спиной.

— Держись за стену, лисичка, — посоветовал я.

Она ниже меня, поэтому взяв за бедра, приподнял девушку над полом и вошёл. Охренеть как хорошо!

— Дааа, — простонала моя малышка.

Ну, а я, встав поудобней, начал древний танец любви. На этот раз не деликатничал, я понял, как ей нравится. Поэтому самозабвенно трахал рыжую бестию. Она охала, стонала, цеплялась за стену, била по ней кулачком и просила ещё. Охуеть, ещё! И я давал ей ещё и ещё.

Её ножки болтались, не доставая до пола. Малышка извивалась, но я держал крепко и шлепками вбивался в неё. Она кончила, громко, срывая голос. Запрокинув голову, лисичка тряслась в оргазме, я почувствовал, как стеночки её лона сжимают меня. Едва успел выйти из неё и прижимая свою женщину к себе кончил на стену. Ведь дети в наши планы не входят.

После второго оргазма, ножки моей кудрявой рыжули подкосились. Взяв её на ручки, вернулся на балахон, сев удобнее, устроил малышку в своих объятиях.

— Это было потрясающе. Спасибо, — шепнула моя радость.

— Тебе, спасибо, заноза, — усмехнулся я и поцеловал её в макушку. — Ты невероятная.

Лисичка хихикнула и обняла меня. Вскоре послышалось размеренное сопение, уснула. Пусть немного отдохнёт, у нас есть время. Лаская её тело, я заметил синяки и ссадины, поэтому решил подлечить свою красавицу. Целительство не моя специализация, но кое-что я умею, так что вылечил её.

Пока моя радость отдыхала, я размышлял. Что-то слишком часто я называю её своей, не к добру это. Но ведь моя. Она моя! Как же её отпустить? Но у нас ещё год впереди, через год отпущу. Наверное. Ведь страсть к тому времени угаснет и отпущу. Конечно, отпущу, убеждал я себя. Какого же цвета у нее глаза?

И вообще, откуда она взялась? Одинокая женщина это нонсенс. Если нет мужа, а у нее нет, то есть родители, братья, быть может сестра, тёти, дяди, клан в конце концов. Как она оказалась в разрушенном храме посреди леса одна, да ещё голышом?

А как она отреагировала на мои уши. «Не отвалилось» — так она сказала. Что должно было отвалиться? Уши? А когда поняла, что я настоящий эльф, у нее случилась истерика. И о магических клятвах ничего не знает.

Посмотрел на своё левое запястье, на нем красовалась татуировка магической клятвы. Золотой цветочек в языках пламени. Я эльф и разбираюсь в растениях, так что я знаю, это календула.

Лекарственное растение, обезболивающее, дезинфицирующее и противовоспалительное. Целительные мази с календулой незаменимое средство при специфике моей работы, когда нет возможности использовать магию. А ещё календула символ постоянства, её часто вплетают в свадебные венки. Так! Куда-то не туда меня занесло.

Причем тут языки пламени? Ну, это понятно, усмехнулся я. На вид скромная и пугливая, а на деле оказалась горячей и страстной. Погладил свой огонёчек по голове, она что-то прошептала. Спи, спи, малышка.

Что меня беспокоит, это то, что татуировка на левом запястье, а должна быть на правом. Неужели Богини втянули меня в свою игру? В любом случае, через год тату должна исчезнуть. Моё сердце сжалось и я крепче прижал к себе свою лисичку.

Вернёмся к её происхождению. Откуда она взялась? Надя слишком наивная, пугливая, робкая, неискушённая. Женщин так не воспитывают, они главы кланов, домов, родов, ковенов, хозяйки жизни. А рыжуля как не от мира сего.

Не может быть! А ведь существование других миров архимаги и жрецы не отрицают, а очень даже наоборот. Точных доказательств нет, и иномирцев в нашем мире раньше не было. Или были? Быть может, они хорошо прятались и им помогали. Я тоже буду прятать свою Надежду.

Иномирянка значит. Вот как. Нелегко придется. Её нужно будет обучать всему, начиная с основ. И ей надо быть более уверенной, иначе девушка будет привлекать внимание. О чём я! Такая нежная и хрупкая красавица в любом случае будет привлекать внимание. Кулаки сжались. Спокойной Рон, то есть Вэй, ладно буду Роном, если ей так захотелось. Вот что она со мной делает⁉ Мы знакомы всего ничего, а я уже сокращённое имя меняю. Опасная женщина, для меня опасная и желанная.