Глава 9 · Храм

Будили меня нежно, сильные руки ласково гладили моё тело, губы мягко целовали в плечо. Медленно просыпаясь, я вспоминала и осознавала произошедшее. Отчего-то другой мир меня уже не особо волновал. А вот голый мужчина, в объятиях которого я сидела, тоже голышом, очень волновал. Страшно не было.

За свое развратное поведение было стыдно, но я ни о чём не жалела. С удовольствием бы повторила всё снова, ещё и ещё. Проснувшись, я уткнулась в мощную грудь своего здоровяка. Всего год мы будем вместе, так мало.

— Доброе утро соня, — прошептал Рон, и мурашки прошлись по моей коже, я вздохнула.

— Даже не начинай, лисичка, времени больше нет, — усмехнулся мне в ушко эльф. — Уже утро, скоро утренняя проверка и меня хватятся.

— Утро, — изумилась я. — Но уже же было утро. В смысле в храм я попала утром.

— А ко мне ты вломилась после вечерней проверки и кормления. Мы всю ночь провели в завалах, пора выбираться, — удивил меня Рон.

Вот значит как. Во сколько я проснулась в храме, не знаю, но уже вовсю светило солнце. Час точно ревела, а может больше. Потом путь через завалы, я несколько раз отдыхала и один раз вздремнула. Получается я в этом мире уже сутки.

— О чём задумалась, лисичка? — спросил меня мой эльф и как-то странно на меня посмотрел.

— Да так, обо всём помаленьку, — ушла я от ответа.

— Надежда, а твой мир, он какой?

От неожиданности я дернулась как от удара, но эльф удержал. Я себя выдала. Как он понял? С опаской покосилась на мужчину. А он поднял мою голову за подбородок, поцеловал. Легко, мягко, нежно.

— Доверься мне. Я не предам. Никогда, — заверил меня, мой мужчина и успокаивающе погладил по спине.

— Мне страшно, Рон. Что у вас делают с такими как я? — решила узнать я.

— Таких как ты нет. И про тебя никто не узнает. Я позабочусь об этом. Позже поговорим, я сейчас нам пора. Просто верь мне, моя Надежда, — поцеловав меня в висок, он встал и поставил меня на ноги.

Подняв с пола мою рясу, Рон что-то сделал и моя одежда стала чистой. Пока я в восхищении смотрела на мужчину, он смотрел на меня. А если точнее пожирал меня глазами. Его член горделиво стоял. Ого! Вот это в меня влезло. Потянулась пощупать. Мою ручку нежно перехватили.

— Пощади меня, рыжая бестия. Времени нет, — взмолился эльф.

Засмущавшись, хихикнула и ощутила, как мои щёки снова горят.

— Но как вернёмся домой, ты от меня пощады не дождешься, — наклонившись к моему уху, эротично прошептал Рон.

В предвкушении сжала бедра и переступила с ноги на ногу. А этот коварный ушастый рассмеялся. Мужчина помог мне надеть мой балахон, подпоясал меня, а я уже сама регулировала длину. Шанс отыграться за смех надомной у меня появился, когда он надевал штаны. Я хихикала, пока эльф пытался уместить в них свой стоящий колом член.

— Ох и доиграешься ты у меня, лисичка, — улыбаясь, поглядывал на меня Рон.

— Угу, жду не дождусь, — показав удивленному эльфу язык, перелезла через завал и полезла на выход.

— Вот чертовка! — донеслось до моих ушей.

Пробираясь к выходу я удивлялась, как я тут пролезла. Наверное, шок и страх помогли. Рону с его габаритами пришлось ещё сложнее. Периодически ему приходилось разбирать завал, чтоб пролезть. Когда показался зал храма, мужчина попросил меня подождать, так как ему нужно всё проверить. Я не спорила.

Выбравшись первым из заваленного коридора, чертыхнулся. Практически по центру зала лежал труп мужика. Раскинув руки, мертвый эльф в ужасе таращился в полуразрушенный потолок храма.

По состоянию тела определил, что помер вчера. Скорей всего это один из тех, кто напугал мою лисичку. Значит, где-то валяется второй. Малышка не должна их видеть, хватил с нее потрясений.

Встав на колени перед статуей Богини, попросил прощения за вторжение и беспокойство. А так же умолял не карать нас, пообещав, что мы скоро уйдём.

Затем взяв покойника за грудки, вышел из храма. А вот и второй везунчик. Собрат болтающегося в моей руке трупа, лежал лицом вниз. Было такое впечатление, что он пытался сбежать, но от гнева Богини не сбежать.

Закинув трупаки в ближайшие кусты, вернулся в храм. Территория очищена и можно приглашать свою женщину. Мою женщину, звучит странно, но моя душа не протестует.

— Лисичка, всё хорошо, можешь выходить, — позвал я малышку.

Между камнями показалась рыжая шевелюра, а затем и красавица вылезла на свет.

— Ох, — вздохнула малышка, отряхиваясь. — Наконец-то свет, — щурилась она. — Водичка, так пить хочется.

Твёрдым шагом она направилась к фонтанчику. Я его видел, но пить не решился, неизвестно как отреагирует светлая Богиня. Не прогревается ли? Мне не хочется занять место трупа в центре зала.

— Милая, не стоит. Потерпи, пожалуйста, — попросил я её, перегородив дорогу к воде.

— Почему? Не бойся, вода не отправлена, я уже пила и умывалась. Холодная только, — улыбнувшись, она обогнула меня и зачерпнув воды, выпила из ладошки.

Потом она ещё и умылась, а затем волосы слегка намочила, видимо, чтоб не топорщились. Всё это время я с опаской поглядывал на статую Богини. Атмосфера в храме не изменилась, значит, Пресветлая не гневается.

— Ух! Холодная, — довольно отфыркивалась лисичка. — Рон, ты разве не хочешь пить? — спросила моя девочка и преподнесла мне воду в ладошках.

В этот момент я понял, что выпью, даже если там яд или если Богиня собственноручно придушит меня. Из этих нежных рук я приму всё. Это осознание меня напугало, но не остановило. Поэтому я взял маленькие ладошки лисички в свои руки и выпил воды. Ледяная вода обожгла и подарила облегчение.

— Спасибо, маленькая, — поблагодарил я, однако не спешил отпускать её руки.

В моих больших, мозолистых руках её маленькие ладошки утопали и выглядели игрушечными.

— Какая же ты у меня маленькая, — сказал я с несвойственной мне нежностью и заправил непослушный локон рыжих волос за её ушко.

— Это ты у меня здоровый, — засмущалась рыжая. — Иди, утоли жажду как следует.

Взяв меня за руку, она отвела меня к фонтанчику. Мысленно попросив прощение у Богини, напился от души и умылся. А рыжуля зачерпнув ледяной воды в ладони, вылезла её на мою обнаженную спину.

От неожиданности я вздрогнул, а эта чертовка, хохоча, отскочила в сторону, придерживая подол своей рясы. Её чистый, заливистый смех разносился по храму и преображал это заброшенное место.

Наплевав на всё, я бросился догонять безобразницу и даже не стал ловить её сразу. Мы носились по храму, смеясь и хохоча, так хорошо мне не было с детства. В итоге поймав свою лисичку, зацеловал её прекрасное личико.

Воспользовавшись валяющимся мечом, укоротил подол и рукава балахона малышки, а ещё подвязал ей волосы, куском рясы. Меч брать не стал, не стоит злоупотреблять гостеприимством Богини. А так же дал своей Надежде наставление:

— Милая, никто не должен заподозрить в тебе женщину. Поэтому, как только я скажу, ты надеваешь капюшон, прячешь руки в рукава и идешь, смотря себе под ноги. Я понимаю, что будет интересно, потом всё посмотришь, лично тебе устрою экскурсию. Не крути головой, ни с кем не разговаривай, вообще не реагируй. Пусть окружающие думают, что ты мелкий, тощий жрец давший обед молчания. Поняла?

— Поняла, — серьезно кивнула мелкая, а мне захотелось её обнять.

Собравшись духом, вывел свою женщину из храма. И встал столбом. Если в туннеле, по которому мы пробирались, кроме камней и каменной крошки на полу ни чего не было. То в лесу все иначе, к тому же когда-то здесь был бой и на что наступит лисичка, своей голой пяточкой, неизвестно. Развернувшись, взял девушку на руки.

— Зачем, Рон? Я сама могу, — сопротивлялась рыжая.

— Не спорю. Но тут своеобразная почва, — пояснил я и проходя по поляне, вытащил из земли стрелу, показав её малышке.

— Ааа… Ну, тогда неси, — смилостивившись, она устроилась поудобнее и обхватила мою шею руками.