Глава 13. Путешествие к семейному склепу Уоллисов
Полночи я не могла уснуть. Сначала Ко… кобель флиртовал с хозяйкой, которая принесла ужин. Миссис Морица даже лампу простила без всякого скандала. Оборотни громко смеялись, потом заговорили тише - слов было не разобрать, как я ни прислушивалась. Внезапно женщина взвизгнула и истерично захихикала. Уже через минуту - хлопнула дверь. И все, ни шагов, ни звуков.
Я вцепилась в подушку, чуть не отрывая уголки, стараясь себя успокоить. А что я хотела от мистера большой виляющий хвост? Чтобы бегал за мной и преданно смотрел в глаза, умоляя о еще одном поцелуе? Нет, я не настолько наивна. Но я хотела уважения. Чтобы хотя бы не заводил при мне интрижек, и не прыгал так скороспело в другие объятия.
Взяв поднос с ужином, к которому почти не притронулась, я вышла в общую комнату. И там действительно никого не оказалось. Зато на столе стояли тарелки и поднос Корнуэлла, они с хозяйкой уходили настолько впопыхах, что забыли их забрать.
Мстительно разместив свой ужин рядом, пусть оборотень с его чувствительным носом мучается от запаха еды в помещении, я уже было шагнула в проем спальни, как входная дверь с треском распахнулась.
В гостиную ворвался Корнуэлл. Челюсть сжата до бела, глаз горят, рубашка расстегнута. Не знаю, чем они там занимались, но судя по стремительности, он вряд ли хоть что-то успел. А если судить по его внешнему виду, хозяйка гостиницы осталась этим сильно недовольна.
- Ты что здесь делаешь? – зарычал он.
Не отвечая на бестактный вопрос, я гордо вплыла в спальню и с не меньшим шумом, чем он, хлопнула дверью. Да! Так ему и надо, где-то провалил проверку мистер «Хорошо потрахаемся». Я потанцевала, отбивая веселый ритм по деревянному полу. Молодец миссис Морица, почему-то я думала о ней хуже - во время нашего вселения она буквально таяла, что ввело меня в заблуждение.
В гостиной некоторое время не раздавалось ни звука, затем там фыркнули и разбилась вторая лампа.
Сна не было ни в одном глазу, меня трясло от смеси злости и странного чувства потери, будто изнутри что-то вынули и забыли вставить обратно. Вроде еще ничего не приобрела, а уже заранее потеряла. Пришлось распаковать инструменты и немного поработать. Я чертила руны и по крупицам вливала в них магию, постепенно успокаиваясь. Потом села и написала письмо Лео.
Спала в итоге всего несколько часов, но встала бодрой и сосредоточенной. Когда утром с букетом белых афилонем в гостинице появился Генрих Гальвани, я встретила его с улыбкой и в прекрасном состоянии духа. Ибо никто и никогда не испортит мне настроение, если я сама этого не допущу.
- Мисс Уоллис, я счастлив видеть вас в полном здравии, - Генриха мы встретили на выходе из гостиницы. Вручив букет, который я оставила на стойке хозяйки с просьбой сохранить его до вечера, он сразу схватил мою руку и не отпуская ее, осторожно поглаживал пальцами ладонь.
Вампир очень приятно пах лавандовой водой. Надеюсь, в ближайшем времени, он не начнет превращаться, а значит, с ним будет одно удовольствие разговаривать. Сразу видно, мистер Гальвани – настоящий джентльмен.
- Спасибо, по вашему совету мне помог брат, - я лучезарно улыбнулась вампиру. Я оглянулась, ожидая увидеть раздраженное лицо Корнуэлла, но тот шел, демонстративно отвернувшись и спокойно рассматривая утренний городок.
На выходе из гостиницы он лишь холодно кивнул хозяйке, которая тут же потянулась к нему словно стосковавшийся по солнцу цветок. Может быть я не совсем точно поняла вчерашнюю ситуацию и это не она Корнуэлла отвергла, а он ее?
- Милая мисс Уоллис, позвольте мне пройтись с вами на утренней прогулке? – беловолосый красавец Генрих посмотрел лазоревыми глазищами. Но было вот совсем не до него.
- С удовольствием, Генрих. А вы отведете нас к Пестрым Камням? Нам так никто и не смог показать это старое кладбище, где покоится наш дедушка.
- Уолиссы… Как же я не понял сразу! Вас интересует склеп Уоллиса?
На мой вдохновенный рассказ о том, как юристы сообщили нам о повреждении усыпальницы дедушки Генрих кивнул и задумался так, что до самого кладбища только сжимал мою ладонь, заставляя беспокоиться не расплющит ли его недюжая сила мои артефактные кольца вместе с пальцами.
- Вот и склеп, - сообщил он, указывая на мраморную усыпальницу размером с аккуратный садовый домик. Серо-зеленый камень с белыми прожилками когда-то определенно выглядел красивым, но сейчас от былого великолепия не осталось и следа. Время, а самое главное – свежие выбоины и трещины на стенах производили удручающее впечатление. Отчасти пострадала даже крепкая дверь.
Вампир рассматривал склеп вместе с нами, изящно придерживая двумя пальцами широкополую шляпу. Головной убор недвусмысленно сообщал, что человеческое в вампире почти потеряно и он начал бояться солнечного света, но еще не стал настолько сильным и древним, чтобы замещать потери непрерывной регенерацией.
- Теперь мы сами, спасибо, мистер Гальвани, - Корнуэлл вытащил ключи и пошел открывать дверь.
Я оглянулась, изучая старое кладбище. Кроме повреждения самого склепа, ничто не подсказывало, что именно здесь произошло убийство сира Белого Гнезда. Ровные ряды мест последних упокоений тянулись от дороги в сторону леса. Романтический, уютный, в высшей степени умиротворяющий пейзаж.
- Пожалуй, я задержусь, - сообщил нам мистер Гальвани, с интересом заглядывая внутрь склепа, - я был здесь после гибели сира - моего мастера. Но не успел как следует осмотреться.
Вампир не стал дожидаться нашего разрешения, а просто зашел внутрь.
- Эфа, при Генрихе никакого включения артефакта. Потом еще раз придем днем, дорогу уже знаем, - шепнул мне Корнуэлл, как будто я сама не понимала очевидного. Для белоголового мы скорбящие родственники, а никак не следователи с уникальным древним артефактом на вооружении.
Я дернула уголком рта и попробовала протиснуться внутрь. Одновременно это же попытался сделать оборотень. Протискивась в проем, мы молча буравили друг друга глазами, не желая уступать. В отличие от меня крупный Корнуэлл занимал сильно больше половины проема, и мы бы застряли, если бы не наглая рука волка, которая схватила меня за бедро и просто силой не пропихнула внутрь.
- Выглядит удручающе, - вампир стоял спиной и разглядывал поврежденный саркофаг, пока мы с Корнуэллом еще пару секунд по-родственному резались взглядами с бесшумным лязгом. – Здесь серьезно сражались и увы, многое повредили.
Внутри все было еще хуже, чем снаружи. Раскрошенный камень под ногами. Иссеченные и разбитые стены. На самом саркофаге зияла огромная трещина.
- Генрих, - пропела я нежным голосом - даже не знала, что владею столь томными обертонами, - ваш сир был удивительно силен, я в восхищении. Уверена, его пыталась победить целая армия. Вы тоже мне кажетесь…
- Все, посмотрели, оценили, достаточно, - довольно резко прервал меня Корнуэлл, - Прошу нас простить, Генрих, нам с сестрой еще с местными поставщиками разговаривать, а у вас, наверное, дел невпроворот.
- Сегодня я, действительно, целый день занят, - с досадой признал вампир, обращая ко мне заинтересованный взгляд и делая шаг ближе, - но завтра…
Я отшатнулась назад. Одно дело подразнить «братца» и совсем другое дать надежду сильному белому, я девушка осторожная, бессмысленных поступков не…
Рука коснулась постамента и меня накрыло. Без подготовки, без ритуала, без малейших подозрительных намеков на саму возможность активации Ока. В ушах ухнуло и их запечатало болезненной глухотой, в районе сердца разгорелся костер, и я застонала, хватаясь за грудь.
Аметист проснулся совершенно не вовремя и захватил мой разум, показывая не так давно произошедший здесь бой. Белого сира и его противников.