Глава 15. Вот как надо ухаживать

Выбивая дыхание, меня сжимали и жадно целовали, до головокружения. Было ощущение, что Корнуэлл дорвался. Он тихо рычал, что почему-то не пугало, а успокаивало. Поглаживал руками, вызывая теплые волны по плечам и спине.

Не нужно было никаких усилий и действий, их просто не давали делать. Меня зацеловывали, вокруг закружили лесные дурманящие запахи, затем поцелуй углубился, вызывая в теле томительную, стыдную тягу. До слабости в ногах. Он брал, я разрешала, он врывался языком, и от горячих волн в животе я вцеплялась в кромку холодного камня. Никогда в жизни не думала, что простое касание губами может снести мой разум, оставив только податливое ошеломленное тело.

- Шшш, - прошептал Корнуэлл в мои подрагивающие губы, - тебя никогда еще нормально не целовали. И теперь это буду делать только я. Часто.

- Я пока ничего не решила, - зачем-то сообщила я, - думаю, рассматриваю варианты и жду ухаживаний.

- Храбрая девочка, - оценил волк, - Думай дальше. Принимай ухаживания.

И меня уложили прямо на долбанный саркофаг с предком. Да, я умею ругаться, пока только в мыслях, зато ругательства отлично прочищают мозги.

- Я ничего не хочу принимать в склепе, - зашипела я, уворачиваясь от очередного поцелуя, но крепко ухватив Корнуэлла за шею, чтобы вдруг не передумал ухаживать. Сам стиль и подход мне понравились.

- А где хочешь? – заинтересованно спросил волк.

- В каком-нибудь романтичном месте, - неуверенно предположила я. Сам факт обсуждения места несколько смущал. Ухаживания я представляла себе совсем по-другому. Скорее как «тонкую взглядов струну», «касаний рук невидимую вязь», и что там еще из стихов Лео, а! - поцелуи украдкой.

- У нас всего четыре часа, чтобы понадежнее закрепить твои чувства ко мне. Чтобы думала только обо мне, и в белом замке на вампиров только пренебрежительно фыркала, - задумчиво пробормотал Корнуэлл, затем схватил меня в охапку и выскочил из склепа. К моему немалому удивлению, оборотень, легко удерживая меня одной рукой, сначала закрыл усыпальницу на ключ. И только потом длинными шагами понесся к лесу, виднеющемуся вдали.

Почему-то стало обидно, что он не забыл закрыть дверь. Неужели поцелуи со мной не затуманили его разум. Я посмотрела на сосредоточенное лицо оборотня, нахмуренные брови, погладила пальцем уголок губы с небольшой приподнятостью, которая должна была делать его лицо намного более приветливым… но не делала.

Ладно, пусть сохраняет спокойствие. Не самое ужасное качество для мужчины.

- Корнуэлл, ты же остановишься, если я скажу "нет"?

- А ты понимаешь, что я хочу тебя ласкать, а не только целовать?

С секундной заминкой я кивнула, чувствуя как по телу волной прошла дрожь. То ли страха, то ли предвкушения. Он поймал мой палец губами и лизнул подушечку.

Под сенью леса было удивительно умиротворенно, будто и не было недалеко оживленного городка. Волк обогнул пару широких кустовых зарослей, забраковал пару милых зеленых пятачков, и выйдя на крошечную, залитую солнцем поляну, поставил меня на ноги.

Секунда. На траву полетел дорогой сюртук. А меня опять сжали в объятиях, заваливая вниз. Ошалев от такой напористости, я тихо пискнула и тут же замерла, млея от нежнейшего поцелуя. Никогда не смогу предсказать будет Корнуэлл нежен или грубоват в каждый следующих моментов.

Его ладони ласково поглаживали, сжимали, массировали, губы дарили сладкие, томительные касания, и я заметила, что лиф платья оказался полностью расстегнут, только почувствовав кожей слабый ветерок. Меня продолжали целовать, и я только ахнула ему в губы, когда жесткие мужские пальцы дотронулись до чувствительных вершинок грудей и осторожно их покатали.

Застонала, тихонечко, слабо, недоуменно. Волк отодвинулся, сдерживая тяжелое дыхание, внимательно глядя на мое растерянное лицо. Я лежала полуобнажённая, мои груди были в руках мужчины, которого я знала всего несколько дней, но я не могла вымолвить ни слова. Как может насмешливый и жесткий Корнуэлл, быть таким чутким сейчас?

Солнце залило мою светлую нежную кожу, вершинки от прилива крови из розовых стали алыми, и волк, не дождавшись от меня слов протеста, тепло подышал и накрыл один из разгоряченных сосков ртом, сразу принявшись катать его на языке. Очень порочно, очень стыдно и остро, нестерпимо хорошо.

Мои пальцы сами вплелись ему в волосы, я запрокинула лицо, ловя ртом воздух, слепо щурясь на солнце и чувствуя, как по моей ноге скользит рука оборотня. Давно пора сказать "нет", но я могу только постанывать. Он словно знает меня, предугадывает каждый вздох. Мое тело гладят, мягко покусывают, целуют и продолжают открывать солнцу. Небо падает прямо на меня, укутывая жаром и пронзительной синью. Только наше тяжелое дыхание, мои пальцы, вплетенные в пряди его волос и медленное, обещающее, томительное до дрожи движение его ладони по ноге. Вверх и вверх.

Мужчина отстраняется, чтобы снова добраться до моего рта, врывается в него уже быстрыми жалящими ударами языка, жесткими поцелуями, вырывая в промежутках неясные ахающие вскрики. Он нашел прорезь в панталончиках и добрался до нежной тайной сердцевины. Я жалобно застонала. Но он уже не останавливался и не ждал слов. Только смотрел глаза в глаза. 

Я подтянула его голову и принялась целовать сама, неумело и хаотично. Вскрикивая от каждого поглаживающего и кружащего движения его пальца. Еще. Еще немножечко. Небеса, как же хорошо. Огненная, раскидывающая лаву наслаждения по ногам, судорога скрутила низ живота, я вскрикнула и вцепилась зубами в щетинистый подбородок волка.

- Моя девочка-а, - зарычал он прижался к моему бедру твердым каменным пахом, почти зарывая меня в траву.

Когда огоньки перестали кружить перед глазами, я подобрала с упрямого мужского подбородка каплю крови и предъявила ее Корнуэллу:

- И это ты называешь невозможностью нанести тебе раны?

Он хмыкнул, нахально продолжая поглаживать пальцем по нежной складочке, вызывая вдогонку еще ряд приятных сокращений где-то внутри.

- Заметила? Этот шерстяной мечтатель внутри меня хочет, чтобы ты кусала, оставляя следы. Отказывается защищаться от тебя.

Неожиданно я осознала, что лежу почти полностью раскрытая. С мужчиной. Я аккуратно отодвинулась. Прикрыла распахнутый ворот. Почувствовала, как полыхнуло, стало горячим и красным лицо.

- Что-не так? - волк нахмурился.

- Не знаю, - выдохнула я, -  я сама этого хочу, но все происходит очень быстро. С тобой рядом я теряю голову.

- Милая, - он с трудом пробормотал это ласковое слово, - возможно, ты более стойка из-за аллергии к моим феромонам, чем другие девушки, но на близком расстоянии, и когда я перестал сдерживаться, какое-то влияние могло проявиться. 

Значит я была права. Чем чаще он меня целует, тем быстрее и легче я забываюсь. Чувства к Корнуэллу - мои, а вот раскрепощенность при этом - совсем чужая. Готова ли я совсем потерять разум рядом с мужчиной? Оборотень, которому я так и не ответила, смотрел испытывающе, словно сейчас решалось многое между нами.

- Ситуация пугает, - признала я, - но ты для меня очень важен, и я готова рискнуть и пойти дальше. Но. Корнуэлл, с тобой не просто.

- Эфа, - хохотнул он, взяв в ладони мое лицо и погладив большим пальцем подбородок, - я понял, что готов на многое, чтобы ты пошла со мной дальше. И поверь, с тобой тоже сложно.

До встречи в Белом замке осталось пару часов. А мне нужно было успеть отправить письмо Лео. И проверить арсенал артефактов. И обдумать мое отношение к волку.

Корнуэлл серьезно, до боли в сердце, мне нравился. Я чувствовала как он сдерживал себя ради меня, был внимательным, шел на встречу. Может быть стоит рискнуть, перешагнуть через страхи, через взращенное в семье недоверие к оборотням, и постараться понять и принять волка...