Глава 74. Бал, хозяева, гости и непонятно кто

Филиппа Равенна Риверстар, свободная одинокая злая женщина

Матушка обмахивалась веером, благосклонно кивала гостям и успевала вполголоса меня шпынять:

- Веселее, приятнее, возвышеннее. Да постарайся же! Не криви личико. У тебя скоро обручение, ты обязана сиять.

- С чего мне сиять, я просила провести тихий семейный вечер на две семьи, а ты что устроила? Парадный бал с фейерверками и ужином?

- Мы, Риверстары, от общества не прячемся. Пусть все видят: традиции соблюдаем, дочь выдаем достойно. 

Я раздраженно поправила перчатки, так бы и изорвала их в клочья, но матушка права, никто не должен увидеть моих переживаний.

Врач объяснял внезапные перепады моего настроения гормональным дисбалансом. Малыш-оборотень запустил непривычные для моего организма процессы, и я то плакала, то смеялась, а иногда пыталась это сделать одновременно. 

Опасливый Лео, пару раз попавший под эмоциональный всплеск, практически у нас не появлялся, зато присылал письма в стихах, очень романтические по мнению моей матушки. На мой же вкус - весьма шаблонные, и в них мне виделось больше дружеского ободрения, чем любви. Но к чести Вайна, со всеми своими студенческими пассиями он решительно порвал и последние дни проводил в бесконечных дружеских пирушках, со вкусом и грохотом прощаясь со свободной холостяцкой жизнью.

По моему настоянию, причину загула друзьям жених не сообщал. Зато теперь за дело организации нашего союза взялась миссис Риверстар, и планы тихонько оформить брак в мэрии покатились в пропасть.

- Липочка, и когда вы откроете тайну, по какому случаю мы все здесь собрались?

О, миссис Гудон, наша соседка через три дома. Будучи особой въедливой и любопытной, она никак не могла смириться с тем, что ОНА и не в курсе событий. Подходила уже второй раз, а глазами так и стригла по сторонам, заставляя приглашенных молодых джентльменов отшатываться и нюхать соли.

Насчет обручения уже все гости догадались. С чего бы еще зал белыми лентами и розами украшать. Но Лео все не приезжал, и объявление о нашем совместном счастье необъяснимо запаздывало.

Шум. Какие-то стуки. Входная дверь внезапно распахнулась на обе створки и без всякого объявления в проеме появился высокий элегантный мужчина в темно-синем фраке безупречного кроя. Кремовый жилет со сложной мелкой вышивкой, украшенный драгоценными камнями, выглядел претенциозно дорого. Небрежно повязанный белоснежный шарф-галстук истошно кричал о настоящем столичном шике, согласно последним тенденциям которого должно быть неясно - ушло ли на сооружение галстучного узла полных два часа или всего  лишь две скромные минуты.

Светлые панталоны перекликались песочным тоном с жилетом, зажимая штрипками блестящие лаковые туфли, агрессивно бликующие под многочисленными светильниками бального зала.

Темные волосы волнами уходили назад со лба, лишь парой прядей падая на уши. Породистое, жестко вылепленное лицо выражало... крайнее недоумение, то ли удивляясь слишком старомодным фасонам, отстававшим от столичного вкуса минимум года на три, то ли пытаясь сообразить, что оно вообще тут делает.

Худосочная мисс  Броннер, ахнув, выронила веер, а миссис Цихимман, счастливая родительница пятерых дочерей, громко икнула.

- Мистер Джастин Корнуэлл, - зачитал с визитки слуга, поспешно заглядывая в список гостей и никак не находя новоприбывшего красавца среди приглашенных.

- Это кто? - заинтересованно спросила матушка, пытаясь в лорнет рассмотреть шикарного гостя. Тот в это время обвел глазами зал и, не раздумывая, широкими шагами двинулся в нашу сторону.

- Понятия не имею кто это, - заявила я, - похож на проходимца.

- Кого-то он мне напоминает...

Родительница не обладала отличным зрением, видела Люшера всего несколько минут во время моего первого отъезда, да и выглядел он тогда значительно проще, но такие типчики ухитряются запомниться даже самым порядочным из нас.

-