Глава 7

Не в его правилах сдаваться, после первых неудачных попыток. Дождливым осенним днём он как бы случайно проезжал мимо, вышедшей с работы без зонта Татьяны Ивановны. Оказался рядом, когда дама сердца из-за поломки лифта поднималась по лестнице с тяжёлыми пакетами.

Услужливый, порядочный поклонник смягчил одинокое сердце. Роспись была назначена на пятницу, время они выбрали попозже, чтобы Анна смогла присутствовать на церемонии.

Невеста тщательно готовилась к предстоящему мероприятию. Маникюр, причёска, макияж — всё было заранее спланировано и расписано новобрачной по минутам, не только себе, но и дочери. Анна наслаждалась предоставленной ей свободой, радовалась занятости матери, новому, дорогому, купленному на свой вкус, без материнской цензуры, платью, на два размера меньше обычного. Коллеги начали замечать изменение в фигуре девушки. Первым заметил преподаватель физкультуры, стройный тренированный мужчина предпенсионного возраста.

— Хорошеете, Вы, Анна Александровна день ото дня.

— Доводит, наверно, её первый «Б», тут не только похудеть можно. Ничего, со временем опыта наберётесь, легче будет, не расстраивайтесь, главное — дети вас любят, — успокаивала её Людмила Алексеевна.

— Ну, мать тебе гардероб нужно менять. Костюм висит на тебе, как с чужого плеча. К новому году стараешься? — вынесла свой вердикт Юлия Сергеевна.

— Почему, именно, к новому году?

— У меня мама к новогоднему корпоративу худеет, а за последующие праздники опять набирает вес. Папа говорит, что не стоит из-за одного вечера себя два месяца голодом морить.

На подругу она не обижалась, а понимала. Юля реже стала уговаривать Анну сходить в клуб или кафе. На Аню начали обращать внимание молодые люди, появление поклонников ещё больше вывело из равновесия подругу. Добрая по натуре Юля боялась, что её незаменимую подругу по несчастью мог увести один из ухажёров, и тогда она останется одна.

Но больше других был озадачен похуданием любовницы Игорь Николаевич. Каждый раз, когда он звонил, он расспрашивал её о здоровье, самочувствии. Анна чувствовала себя очень хорошо: у неё был любимый мужчина, который был к ней весьма не равнодушен, была рада за мать. Она была благодарна Егоровичу, до этого времени дочь забыла, как звучит смех всегда серьёзной, деловой матери. У Ани была работа, которая её увлекала и которой она дорожила.

Когда в очередной раз Игорь спросил: «Ты какая-то бледненькая, конфетка. Не заболела, моя сладкая?»

— Нет, я просто счастлива. У меня всё отлично. Когда я хожу, такое ощущение, если подпрыгну повыше, то точно взлечу.

— Не улетай, я не смогу тебя догнать.

— Почему так?

— Крылья уже не те.

— Тебе нужно с Петром Егоровичем познакомиться. Мне, кажется, он уже летает.

— Спокойной ночи, моя Жар-птица. Сладких снов.

— Спокойной ночи, любимый. Привет супруге.

— Потом передам.

Каждый вечер, когда девушка оказывалась в постели, мечтала о том, чтобы соседка её подушки не пустовала. Она хотела засыпать и просыпаться вместе с ним, несколько раз в день заниматься сексом. Аня часто спрашивала себя, как она до двадцати лет жила без этого, что будет делать, если Игорь с ней расстанется. Анна боялась, что об их романе узнает его жена, которая может предъявить ультиматум, и он выберет, естественно, не любовницу.

Анну огорчало, что он не увидит её в красном, облегающем платье, подчёркивающим женственные очертания фигуры. Глубокое декольте позволяло продемонстрировать нежную линию ключиц и высокую, красивую грудь. Сделать причёску в парикмахерской, у неё не было времени. На такси, приехав с работы, она быстро приняла душ, волосы решила распустить, предварительно завив плойкой в локоны, чулки, красные туфли на высоченных каблуках и своё нарядное платье. Анна смотрела на себя в зеркало, любовалась собой, простояла бы долго, если мать не позвала её.

— Доченька, что ты копаешься? Поторопись, опоздаем.

— Я уже готова.

— Анюта, ты выглядишь вызывающе, тебе нужно переодеться.

— Я не буду переодеваться.

— Как это понимать?

— Я пойду так или не пойду совсем.

— Петя тебя хорошо знает, он поймёт, но что подумает его друг?

— Поезжай, мама, машина ждёт, я не поеду.

— Нет. Нет. Поедем. Раз ты так категорична.

Пётр Егорович поджидал их около загса. На регистрации и в ресторане, кроме молодожёнов был верный и надежный, как говорил Пётр Егорович, друг Евгений Владимирович с женой Ольгой Викторовной и сыном Костей и Аня, которой разрешили пригласить Юлю. Евгений Владимирович шутил, что сына они взяли с собой, чтобы уравновесить возраст и молодые красавицы не скучали. Но Анна понимала, что он предназначался ей в кавалеры.

«Длинный, худой, несуразные очки, лет около тридцати. Какой неприятный. Лучше сидеть все медляки, чем танцевать с ним. Лучше быть любовницей Игоря, чем женой этого Кости», — так думала девушка, разглядывая предполагаемого партнёра по танцам.

Обратную реакцию произвело её появление на всех присутствующих. Такого Аня представить себе не могла даже в мечтах. Что хорошо выглядит, она поняла, когда с матерью подошла к машине, около которой их уже поджидала Юля. Но фурор был впереди, сколько комплиментов она не получила за всю свою жизнь.

Подруга в загсе вела себя отстранённо, обидевшись на преображение Ани:

«И чего же, я дура, каждый раз ей говорила: «Не жри, худей». Юлька, ты настоящая дура. Надо было говорить: «Ешь, пихайся, поправляйся, толстей и жирей».

Однако в ресторане сердце Юлии смягчилось. Когда Константин, после нескольких попыток пригласить Аню на танец, получил очередной отказ, переключил своё внимание с неё, на Юлю. Татьяне Ивановне не понравилось такое поведение дочери.

— Анюта, а ты почему не танцуешь?

— Анна, вы с Константином неплохо бы смотрелись.

Высказала своё мнение его мать.

«Неплохо не значит, что хорошо», — подумала она, но вслух произнесла.

— Я попозже потанцую, ноги отдохнут, а то устали от каблуков.

— Не понимаю молодёжь, зачем такие каблуки, только ноги портить.

Мать девушки не поддержала собеседницу, поскольку имела другое мнение, но поступала по принципу, что с гостями не спорят и поэтому просто промолчала. Но мужская половина высказала своё мнение и полностью была на стороне Ани.

— Нашей Аннушке каблучки идут, не ножки, а картинки. Она у нас красавица. А кто она мне теперь? — произнёс Пётр Егорович стараясь разобраться в родстве.

— Падчерица, она тебе Егорович.

Зазвучала весёлая музыка, чтобы перевести разговор на другую тему, Анна пошла на танцпол. Она замечала на себе взгляды мужчин с других столиков и компаний. Привычная зажатость и скованность куда- то испарилась, Аня танцевала, наслаждаясь музыкой, хотелось, чтобы Игорь увидел её сейчас.

Танцы были в самом разгаре, когда Юля начала собираться домой. Подруга постаралась её удержать, аргументируя, что завтра выходной день, но её попытки не увенчались успехом. Константин вызвался проводить девушку. Вскоре все начали расходиться.

На следующий день с мужем приехала Ирина, сразу дом наполнился шумом и запахом дорогой косметики. Всегда весёлая и жизнерадостная сестра заряжала окружающих, создавая вокруг себя чувство праздника.

Сестра уехала, когда Ане было всего семь лет, каждый её приезд она ждала, как новогодней ёлки, Деда Мороза. Подарки сестры ей всегда нравились больше, чем чьи либо, а Дедушка Мороз всегда дарил не то. Ирина этот раз ошиблась в размерах:

— Сестрёнка, ты молодец, правильно, работать над собой нужно, а не ныть: «Никому ненужная, девка незамужняя». А вещи? Сегодня к подруге сходим, она всё подгонит по фигуре, давно мы не виделись, общаемся только по телефону. Совет хочешь?

— Хочу.

— В фитнес-клуб, на тренажёры. Фигура ещё лучше станет, да и мужиков там…

Ирина задумалась на несколько секунд, а потом добавила: «Что надо».

Искать мужчину Анна не собиралась:

«У меня есть мой любимый, самый лучший и самый заботливый».

Ей хотелось гулять с ним в парке, держа его под руку, ходить в гости к родным и друзьям, в ресторан ехать не в другой конец города, опасаясь встретить знакомых. Она понимала его, девушке было плохо, когда отец ушёл из семьи. Ане не хотелось, чтобы дети Игоря её ненавидели, успокаивала себя:

«В принципе, у меня мужчина есть, замуж мне рано, вот лет через пять, мне как раз и дети его вырастут. Почему он никогда не говорил мне о любви? Жену любит? Хочу ее увидеть».

Желание молодой любовницы вскоре исполнилось.

Это произошло в пятницу. Анна спала, когда зазвонил телефон. «Кто это может быть? Вдруг, что мамой», — быстро схватила телефон, мать заходила только утром и вечером, после работы.

— Доброе утро, конфетка.

— Привет. Откуда ты звонишь?

— Из дома.

— А жена? Она в ванной?

— Нет, не угадала. Уже улетела.

— Куда улетела?

— В Польшу. Ночью отвез её на поезд до Москвы. Приблизительно через час уже приземлиться.

— По делам? Или как?

— Шопинг, к Новому году.

— Почему мне сразу не позвонил?

— Было поздно, вернулся с вокзала около двух ночи. Ты уже спала.

— Тогда сегодня встретимся?

— Обязательно, я соскучился, я тебя хочу.

— Во сколько вечером ты подъедешь? Где мне тебя ждать?

— Я не приеду, конфетка. Ты сегодня приедешь ко мне.

— Куда к тебе?

— Домой, сладкая. Домой ко мне.

— Не поняла. Жена уехала, а детей куда дел? По бабушкам развёз?

— Умеешь уколоть больно. Всё целую. Пока.

Анна не поняла, в чём состоял её укол. Пора было вставать, собираться на работу. Быстро вскочив, включила музыку и, подпевая, начала собираться. Рабочий день прошёл очень быстро. Домой Аня шла с Юлей, которая полтора часа страдала, ожидая окончания её дополнительных занятий. Всю дорогу подруга рассказывала о своём бурном романе с Константином.

— Он такой неуверенный и очень боится матери, двадцать семь лет, а у матери на всё разрешение спрашивает. И каждый раз: «Мама говорит, мама считает, что мама скажет». Меня иногда это бесит. Ань, прикроешь меня сегодня? Родителям скажу, что у тебя останусь на ночь.

— Конечно, прикрою. Только пусть на сотовый звонят.

— А, ты, мать, куда навострилась? Давай, делись.

— Никуда. Дома буду. Домашний — в прихожей, могу не услышать.

— Понятно. Думала, у тебя кто-то появился.

— Кому я нужна?

— Не говори. Не слепая. Как жирок свой скинула, мужики облизываться стали. Лови момент, подруга. Новогодние праздники на носу, вес подскочит. Хочешь, я Костика попрошу, с другом каким-нибудь познакомить?

— Нет! Спасибо, не надо.

— Не поняла. Почему не хочешь?

— Мне Костя не нравится, друзья у него такие же. Поэтому, не надо.

Анна не могла рассказать о своих отношениях Игорем, в тоже время ей хотелось поделиться, похвастаться. Она думала о предстоящей ночи, об этом давно мечтала.

«Он позвал меня домой. Увижу, как он живёт», — эти мысли не уходили у неё из головы.

Чтобы скоротать время девушка включила компьютер, потом пришла Татьяна Ивановна. Ане пришлось выслушать несколько советов и лекцию о пользе сбалансированного питания, если она всё-таки решила худеть и дальше. Мать ушла, Анна не знала, чем себя занять, терпеливо ждала звонка. Он позвонил в девять вечера. Заказав таски, с домашнего телефона набрала номер матери.

— Алло, Анюта! Что случилось?

— Ничего. Всё в порядке. Прошлой ночью плохо спала, хочу лечь раньше. Спокойной ночи, мам.

— Конечно, ложись, доченька, выспись. Спокойной ночи.

Тихо вышла из квартиры, осторожно закрыв входную дверь, спустилась по лестнице. Подождала пока люди, ожидавшие лифт уехали, вышла из подъезда, села в подъехавшее такси и уехала.

Лифта в доме, где жил Игорь не было, она медленно, стараясь не стучать каблуками, поднималась по лестнице, подойдя к квартире, толкнула дверь и быстро вошла внутрь.

И сразу попала к нему в объятья. Их губы слились пылким, долгим поцелуем. По пути он помогал ей раздеться.

— Игорёк, ужасно соскучилась, люблю тебя.

— Анечка, девочка моя.

Оба торопились так, будто боялись куда-то опоздать, что-то не успеть. Анна не видела ни окружающей её обстановки, ничего, кроме него. Это был бурный секс, как бывает при долгом воздержании или длительной разлуке. Он посмотрел ей в глаза, лёгкими поцелуями покрыл лицо.

— Всё хорошо? Не сделал тебе больно, так спешил. Весь день ждал, вначале вечера, потом, когда ты приедешь, откроешь двери и войдёшь. Не знаю, сколько раз я метался от окна к двери, прислушивался к малейшему шуму в подъезде, при каждом звуке бежал к двери. А как увидел, что ты входишь в подъезд, сдерживал себя, чтобы не выбежать навстречу.

— Всё отлично! Я люблю тебя, сильно-сильно.

— Это юношеская влюбленность. Ты очень молода, нет жизненного опыта. Пойдём, примем душ.

— Вместе, как я мечтала.

— Как ты мечтала.

Анна забыла ощущения, когда тебя моют. Кто мыл её в младенчестве она не помнила. Позже мытьём внучки руководила бабушка. Когда двенадцатилетняя Аня выдвинула протест, той после нескольких вздохов пришлось покинуть ванную. Когда любимый человек, ласково поглаживая, наносил гель на спину, грудь, внутреннюю сторону бёдер Анна начала постанывать.

— Что-то не так?

— Я тебя опять хочу.

— Не будем торопиться. У нас достаточно времени.

— Когда жена возвращается.

— В воскресенье после обеда. Пойдём я тебя покормлю. Надень мой халат.

Девушка вышла из ванной и огляделась. Шторы на окнах плотно задёрнуты. Большой овальный диван, рядом стеклянный журнальный столик был накрыт для двоих. Тарелки, холщовые салфетки, свёрнутые в виде сердец, свечи в виде роз, приборы- всё, было расставлено, так умело, что Анна поймала себя на мысли: «У него большой опыт, он это делал много раз. Кому? Жене? Любовницам? Может я просто очередная».

— Присаживайся, Конфетка, повар с меня никакой, но я старался. Кухней не занимаюсь, поначалу хотел ужин заказать.

— Скажи, у тебя много было любовниц до меня?

— Сладкая, к чему допрос?

— Скажи, я не обижусь.

— Давай не будем портить вечер.

Анна испугалась, что если она не переменит тему, то придёт час расставания.

— Я пошутила. Мне всё равно. Просто сильно люблю и ревную тебя. Главное, ты со мной. Никому тебя не отдам. Запомни, милый, я твоя последняя любовница.

Обняв его за шею начала целовать, постепенно её поцелуи становились всё ниже и ниже. Позже, придя в себя, он заметил, что свечи почти догорели, мясо, над которым он так долго трудился, остыло, громко засмеялся.

— Что случилось? Почему ты смеёшься.

— Как хорошо, что мы не муж и жена.

— Почему?

— Не хочу умереть от голода. Я сегодня только позавтракал. Быстро разогрею, будем есть.

«Я, кажется, его заморила. Надо посмотреть, должны же быть фотки жены, детей», — Аня посмотрела вокруг в поиске рамочек с фотографиями. Ничего не заметив, она пошла в спальню, быстро окинула взглядом комнату. Ничего. На прикроватных тумбах только ночники. Выдвинув верхний ящик одной из тумб, она нашла, что искала.