Глава 8

Небольшую красивую рамочку Анна осторожно вытащила из ящика: «Кто тебя туда спрятал? Игорь. Почему? Почему он положил фотку ящик? Стесняется жены или меня?» С фотографии на Аню смотрел Игорь, бережно обнимающий стройную, приятную женщину средних лет в легком летнем платье. Счастливая улыбка дамы, небольшой наклон в сторону друг друга производили впечатление крепкой, любящей пары. Девушка в недоумении смотрела на изображение: «Фоткались на отдыхе, похоже этим летом, если он её любит, почему изменяет».

— Анечка, всё готово!

Быстро положив фотографию на место, Анна пошла к столу. Игорь Николаевич разливал по бокалам красное вино, подошёл к любовнице и один из бокалов протянул ей.

— За тебя, конфетка!

— За тебя, любимый!

— За нас!

Выпив несколько глотков, поцеловал приоткрывшуюся из запаха халата крепенькую девичью грудь, подвёл к дивану. Сам он сел напротив.

— Давай, ешь. Ещё одного разогревания мясо не выдержит.

— Хочешь, я завтра приготовлю обед или ужин.

— Нет.

— Боишься быть отравленным?

— Мила очень хорошая хозяйка, каждая вещица на кухне имеет своё, ею определённое место, ты случайно можешь, что-то поменять. Она сразу это заметит.

— Ты не можешь ошибиться.

— Нет, за восемнадцать лет брака я знаю, где и что находится.

— Но это клаттерофобия.

— Меня устраивает, что в квартире чистота и порядок.

— Фрейд писал, что рвение к чистоте — результат сексуальной неудовлетворённости.

— Я её полностью устраиваю. Давай сменим тему. Почему ты не ешь?

— Поужинала дома, перед уходом, когда ждала твоего звонка.

— Тебе не тошнит.

— Нет. С чего это. У меня здоровый желудок.

— Ты очень похудела.

— Хочу быть стройной и красивой, чтобы ты в меня влюбился.

— Конфетка, ты меня всякая заводишь.

Утром Аня проснулась раньше любовника. Это был первая их ночь и первое утро.

«Доброе утро, милый. Жаль, что ты не разрешил похозяйничать на кухне», — она смотрела на его лицо, осматривала каждую, уже появившуюся, морщинку, каждую чёрную точечку на его подбородке, откуда за ночь, успел пробиться сбритый вчера, маленький колючий волосок бороды.

«Такой близкий и родной, далёкий и чужой. Он принадлежит той женщине на фотографии, но не полностью».

Анна обрадовалась мысли, которая всплыла у неё в голове: «Как хорошо, что я не жена. Сейчас на моем месте лежала любовница».

— Доброе утро, милая, у тебя такой вид, будто решаешь мировые проблемы. Чем занята головка моей конфетки. Подожди, я сейчас.

Вскочил с постели, что-то вспомнив.

— Это тебе, сладкая.

В руках девушки оказалась прямоугольная бархатная коробочка, синего цвета. «Я предпочла бы квадратную, красную, как у той девушки с рекламы», — мелькнуло у неё в голове. В футлярчике лежал красивый, широкий, золотой браслет.

— Спасибо, любимый.

— Нравится.

— Очень, я тебя люблю.

— Сейчас будет кофе в постель, не скучай.

— Милый, чтобы мне не было скучно. Можно посмотреть альбом с твоими детскими фотографиями.

Решила пойти на хитрость Аня, решив, что в альбоме, возможно, увидит и портреты детей Игоря.

— Откуда им здесь быть. Детские фотографии у родителей. Здесь начиная только со студенчества. — Отдыхай. Я быстро.

Она в прихожей видела ещё одну дверь, решив, что это и есть детская, Аня вошла.

Комната больше была похожа на библиотеку или кабинет. Решив, что ребёнок мог быть достаточно взрослым и уехать продолжать образование, вернулась в кровать.

Пока Игорь Николаевич хлопотал на кухне, Анна позвонила матери. Утром по выходным мать приходила попозже, чтобы не мешать дочери, подольше поспать.

— Анюта, что случилось?

— Я звоню, чтобы ты не волновалась. Выспалась, рано встала. Одной стало одиноко. Сейчас посижу в кафе, потом погуляю, может, с Юлей созвонюсь, в кино сходим.

— Может нам с Петей к тебе перейти жить?

— Нет, нет, мамочка. Молодые должны жить отдельно.

Пошутила дочь, закончив разговор. На немой вопрос Игоря ответила, что звонила матери.

Весь день любовники провели в постели. Поужинать Игорь Николаевич предложил в ресторане. Поодиночке выйдя из дома, они заехали к Ане, которой нужно было переодеться для вечера, он остался ждать в машине. Ей хотелось поразить любовника. Быстро подкрасившись, накрутила волосы на плойку, надела своё красное платье, взглянув в зеркало перед уходом, осталась довольна своим отражением: «В самом деле — конфетка». Вышла на площадку и позвонила в соседнюю дверь.

— Добрый вечер, Егорович!

— Аннушка, наша пришла. В шахматы сыграем?

— Завтра, Егорович! Сегодня некогда.

— Анюта? Два раза заходила, тебя всё не было.

— Я по магазинам прошлась, посмотрите, какой браслетик купила.

— Молодец! Купила не пропила, так я говорю, Танюш.

— Ну, всё, пока!

— А сейчас куда?

— Потанцевать собралась, — бросила Анна на ходу.

В воскресенье после завтрака он отвёз Аню домой.

— Ну, почему мне надо уезжать утром? Она приедет только вечером.

— Мне нужно время, чтобы всё вернуть, как было.

— Ты её боишься!

— Не люблю скандалов. Хочу спокойной жизни. По пути на вокзал позвоню.

— Я тебе надоела?

— Ты ведёшь себя как маленькая капризная девочка.

Когда его машина скрылась за углом, Анна еле сдерживала слёзы.

«Он привезёт детей, встретит жену, вместе будут разбирать обновки. С женой пойдёт в спальню, займётся сексом, как утром это было со мной. Интересно, конфеткой он её называет?»

Она чувствовала себя ненужной, использованной. Она подготовилась к занятиям в понедельник, поиграла с Егоровичем в шахматы, остаток дня провела за компьютером.

В понедельник секретарь Светлана Юрьевна для детей работников школы раздавала новогодние подарки. Анна Александровна поискала в списке фамилию директора.

— У Игоря Николаевича дети уже взрослые?

— У Игоря Николаевича нет детей.

«Вот почему он не отвечал на вопросы о детях, не было фотографий. Может кто-то из них не может иметь детей. Игорь Николаевич? Он не предохранялся, и я тоже. Где мой календарик?» Она слышала, как стучит её сердце. Дрожащими руками порылась в сумке, нашла и начала считать.

Анна не знала, что делать. Вначале хотела побежать в кабинет к Игорю Николаевичу, потом передумала:

«Вдруг у них нет детей, потому что он не хочет. Они с женой любители чистоты и порядка».

Разбросанные игрушки, памперсы, крошки печенья наполнили квартиру, когда однажды Ирина с детьми гостила у матери. Прозвенел звонок, прервав её колебания, Анна Александровна быстро мысленно собралась и пошла в класс.

Аня решила рассказать Игорю, сразу, как только он позвонит. По дороге домой она зашла в аптеку купила тест и продумывала, как преподнести ему новость, чтобы не испугать.

— Добрый день, конфетка!

— Привет!

— Почему у моей сладкой девочки такой грустный голос?

— У меня проблема.

— Что случилось? С родителями или с детьми?

— Не в школе. У нас.

— Кто-то из знакомых видел нас вместе?

— Кажется, я беременна. В аптеке купила тест.

— Молодец, хорошая девочка! Ты всё делаешь правильно. Не переживай и ничего не бойся — всё будет хорошо. Как сделаешь тест, если он положительный, сразу позвони мне. Ты запомнила: делаешь тест, если беременна, звонишь мне. Повтори.

— Делаю тест, если беременна, звоню тебе. Мне нельзя тебе звонить, ты не разрешаешь, жена может быть рядом.

— Если беременна, звони сразу. Поняла.

— Поняла.

— Осторожно иди домой. Не беспокойся ни о чём. Ты у меня умница. Жду звонка.

Из разговора с любовником Аня вначале не поняла он рад или нет её беременности. После, проанализировав разговор, она поняла, что Игорь будет настаивать на аборте. Уступить ему или нет, Анна не знала, и посоветоваться ни с кем не могла. Она боялась реакции матери, знала, что она будет негативная, но в какой степени?

Аня заставила себя подготовиться к завтрашним занятиям, больше ей ничего не хотелось, на душе было тяжело.

«Если я была замужем, всё было по-другому. Ну и что. Ну, поругает мать, почитает свои нотации, послушаю, мне не привыкать, а потом простит и помогать будет. Приведу я ребёнка в школу, а он будет такой хорошенький, Игорь ещё пожалеет, что не хотел малыша», — успокаивала себя Анна.

В душе она надеялась, что всё обойдётся, что не беременна, пока не увидела две полоски. Она положила тест под салфетку на тумбу, чтобы показать его второму виновнику и, обессиленная и уставшая, пошла спать.

Утром она проснулась рано, ей показалось, что это всего лишь был кошмарный сон. Анна вспомнила, что не позвонила любовнику, она даже не доставала телефон из сумки. Он звонил, пропущено двенадцать вызовов. Звонить ему не хотелось, приняв душ, она начала собираться на работу, стараясь уйти до прихода матери.

По дороге к остановке к ней медленно подъехала знакомый автомобиль, отрылась дверь.

— Садись.

Анна послушно села.

— Что случилось? Почему не отвечаешь на звонки?

— А, ты не знаешь?

— Нет, не знаю. Я звонил тебе, приехал, звонил и стучал в дверь, пока соседка не пошла звонить в полицию. Всю ночь, как идиот, просидел в машине.

— Я беременна.

— Тогда понятно. Эмоциональная лабильность.

— Что тебе понятно. Не с тобой это случилось, не ты же беременный. И куда мы едем. Завести меня хочешь и убить.

— Анна, успокойся. Нам нужно спокойно поговорить.

Он остановил автомобиль на пустующей стоянке, из-за столь раннего часа, торгового центра.

— Запомни, ничего страшного с тобой не случилось. Это обычное явление. Я тебя не убивать, а беречь буду. С этого дня, для меня, ты сам самая большая ценность.

Обняв, крепко прижал её к себе и начал успокаивать.

— Ты не пошлёшь меня на аборт?

— Анечка, родная, какой аборт. Я очень хочу, чтобы он родился, это будет мой и моей маленькой девочки ребёнок. Мы вместе будем его растить и беречь.

— Как вместе? У тебя жена.

— Я сегодня с ней объяснюсь.

— Ты расскажешь ей обо мне и ребёнке?

— О тебе ничего говорить не буду. Мы раньше работали вместе, в школе у осталось много знакомых и подруги. С её подачи они могут тебя третировать. Тебе нельзя волноваться.

— Что ты ей скажешь?

— Скажу, что больше не люблю её и хочу развод. Ты себя не накручивай. Никому ничего не говори.

— А, когда ты на мне женишься?

— Я буду свободен, самое большое, через два месяца. Когда станет заметна твоя беременность и станут задавать вопросы, скажешь, что парень сбежал, узнав о ребёнке. И я, как бы в знак сочувствия, женюсь на тебе. Это самый лучший вариант в данной ситуации. Нужно думать и о репутации. Никто не скажет, что я ушёл от жены к молодой любовнице. А так же не скажут, что у директора и молодой учительница роман. Анечка, ты запомнила, как мы поступим.

— Да, запомнила.

— Тебе надо показаться доктору. Ребёнок должен родиться здоровым.

— Хорошо я сегодня схожу к врачу.

— Ты всегда будешь отвечать на мои звонки.

— Да.

— Если, что-то с ребёнком сразу звонишь мне. Поняла?

Не доехав одну остановку, Игорь Николаевич высадил Аню во дворе одного домов. До нала занятий было ещё около часа, и она решила пройтись пешком. Девушка решила поступать так, как говорит любовник. Анна решила, что сегодня сходит в больницу, узнает срок беременности, будет ждать развода, выдумает трусливого парня, выйдет замуж, родит ребёнка и постарается быть счастливой.

Во дворе школы она встретила Юлию Сергеевну, которой не терпелось поделиться с подругой.

— Представляешь, его мать говорит, что ему нужна богатая невеста, и говорит, что я нищенка.

— Она тебе это говорила?

— Костику, а он мне всё рассказывает.

— Твой Костя- маменькин сынок.

Их разговор прервал звонок Татьяны Ивановны, которая беспокоилась не застав утром дочь. Успокоив мать, Анна Александровна пошла со «своим детям», так она называла своих учеников. После занятий, как и обещала Игорю Николаевичу, посетила женскую консультацию. Доктор констатировал беременность сроком пять- шесть недель, обрадовался, узнав, что Петрова Анна Александровна, будучи не замужем, не собирается прерывать беременность.

Аня сразу позвонила Игорю, он подробно расспрашивал, что сказал доктор, какой срок, какие анализы, когда, примерно, малыш должен родиться.

— Так ребёнок появится на свет в конце августа. Хорошо. Закончится учебный год. В конце июня мы зарегистрируемся. Будь умницей. Береги его и себя. Помни, я вас люблю.

Как сильно она ждала этих слов, каких-то всего три слова, но так много они значили для Ани в этот момент. «Я счастливая. У меня будет любимый и любящий муж, семья, прекрасный маленький ангелок». Это был её самый счастливый день.

«Сегодня вторник, что конца года и первого полугодия оставалось, последних три рабочих дней. 1 января 2007 года приходится на понедельник».

Но впереди был вечер того же дня.

Придя домой, Аня включила компьютер, перечитала информацию о беременности. Вытерла пыль в доступных местах, пропылесосила пол. Когда после работы зашла мать, застала дочь за подготовкой к занятиям.

— Анна, утром, когда я зашла, тебя уже не было, в ванной я нашла тест. По телефону ничего спрашивать не стала. Чей это тест. Что ты молчишь? Чей это тест?

— Мой.

— И ты это спокойно говоришь?

— А что? Об этом кричать надо?

— Кто он?

— Мужчина.

— Ты, что издеваешься? Конечно это не женщина. Что ты собираешься делать с этим.

— Ничего не собираюсь делать. Я буду рожать.

— Ты думаешь, что говоришь? Тебе двадцать лет, ты не замужем.

— Когда я буду рожать, мне почти двадцать один будет. Ты родила Ирину в двадцать лет.

— Не сравнивай, я была замужем, у меня был муж.

— Я тоже выйду замуж.

— Когда он придёт знакомиться?

— Знакомиться в конце мая, а в конце июня мы поженимся.

— Почему в конце мая, а не сейчас? Пусть приходит в выходные, я приготовлю стол.

— Он сейчас не может. Он уехал и приедет в конце мая.

— Наивная, ты в это веришь?

— Да! Я ему верю.

— Надо избавиться от беременности, у меня есть знакомый врач.

— Мама, ты меня слышишь, я буду рожать.

— Не знаю, что скажет Петя, позор.

Мать ушла, хлопнув дверью. Аня обрадовалась, что выиграла у матери первый раунд.

Аня достала с антресоли ёлочные игрушки, выложила их на диван в большой комнате, решила в этом году не наряжать искусственную, а купить небольшую пушистую сосну. В ванной нашла ведёрко, сходила во двор за песком, там накануне привезли горку песка, чтобы посыпать дорожки. Проверила работу гирлянд. Всячески старалась себя занять в ожидании звонка. Телефон молчал, настроение начало падать.

Начал мучить вопрос: «Говорил, что поговорит с женой, неужели обманул, что любит нас, тоже. В это время уже всегда звонил».

Так и не дождавшись звонка любовника, Аня решила лечь спать, чтобы отвлечься включила телевизор.

Девушка спала, когда зазвони телефон, она проснулась и не сразу поняла: телефон звонит в фильме по телевизору или наяву. Выключив звук телевизора, начала искать телефон.

— Анечка, родная моя! Я разбудил тебя? Звоню, чтобы ты не переживала. Раньше позвонить не мог.

— Ты куда-то едешь?

— Да, милая! Объяснение с женой затянулось. Потом она собирала вещи, потребовав, чтобы я уехал. Поживу у родителей, пока не решим вопрос с квартирой. Ну, всё конфетка, а то я за рулём.

Выключив телевизор, она уснула беззаботным сном.

На следующий день, как Анна и планировала, купила сосну. Она всегда любила наряжать ёлку, за этим занятием застала её мать.

«Анечка, доченька, посмотри, ты сама ещё ребёнок. Была бы ты замужем — другое дело», — начала мать второй раунд более мирных переговоров.

— Мамочка, не волнуйся, у меня всё хорошо. Он любит меня, очень хочет ребёнка, потерпи, мы поженимся. Прошу тебя, пожалуйста, потерпи совсем чуть-чуть.

— Анют, представляешь, какой позор, во дворе все пальцем тыкать будут. Тебе самой тяжело будет, но тогда уже поздно будет.

— Никто на меня тыкать не будет. Вначале не видно будет, и дублёнка мне так стала широка, что две меня залезет. В апреле куплю плащ-трапеция, всё равно сейчас модно, а в мае мы заявление подадим.

— Обманывает он тебя. Неопытная, доверчивая ты слишком, а он подлец, этим пользуется. Это я со всём виновата, занялась своей жизнью и не усмотрела ребёнка.