Глава 42

Муса

— Не переживайте, я быстро его выпровожу.

Мама в быстром жесте ведет пальцами по лицу, будто смахивает с него невидимую паутину и смотрит на меня с каким-то странным выражением.

— У тебя был непростой разговор. С кем?

— Вам показалось, мама. Есть свои нюансы. На работе, — отвечаю уклончиво.

— Шлепнуть бы тебя по губам, за вранье. Но поздно — слишком взрослым и большим ты вымахал, — качает головой, стукнув меня по запястью. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — добавляет она тихо.

— Не переживайте, мама, Ризван за ужином долго не задержится, а его мать вы сегодня точно не увидите.

— Я не о том, — отмахивается она. — К чему ты прошлое ворошить начал? Зачем? Оставь, мы с твоим отцом свою жизнь уже прожили, как придется. Правильно или нет, всех высшие силы рассудят! Но вот тебе было бы неплохо устроить свою жизнь, как тебе хочется.

На миг она стискивает мою руку ладонями. Сердце окутывает теплом и чувством, будто я до сих пор совсем мелкий, а у мамы под грудью — теплее и безопаснее всего. И плевать, сколько лет показывает паспорт. Между ладоней любящей матери любое сердце согреется от самой злой стужи…

Внезапно я думаю, какой мамой станет Агата? Грудь словно тисками стиснули: я хочу увидеть, как она склоняется над колыбелью нашего ребенка и берет его на руки…

Хочу видеть, как наш карапуз растет и доставляет ей то тревоги, то радости. Если пацан родится, то Агате переживать придется немало: порода у нас такая, беспокойная. Сколько я шишек и травм на свою чугунную голову в детстве собрал? Не счесть!

Мы возвращаемся в гостиную как раз вовремя: приезжает Ризван. Отец удивился его приезду, а вот Разия опаздывает…

Я выжидаю для приличия немного, потом звоню ей.

— Извините, Мусагали, сегодня у меня дурное самочувствие. Я до самого последнего часа надеялась, что мне полегчает, но я совсем расклеилась, — отзывается она слабым голосом. — Не могу к вам приехать, я едва стою на ногах.

Ах ты, змея хитрая! Подставу почуяла? Или поговорила с Ризваном?

Если она с ним трется, то у парочки явно секретов друг от друга не водится. Чтобы не спалиться в мелочах, разделиться решили?

Не совсем хорошо, конечно… Я рассчитывал раскидать ситуацию как можно быстрее и не затягивать.

Но и я не баклан тупой, чтобы разработать только один план и все на кон поставить. Всегда есть запасной… И, кто знает, может быть, именно он принесет гораздо более сочные плоды.

Придется еще немного попотеть, осторожничая.

Фляга вот-вот засвистит от накала. Едва держусь… Еще и Агата, провокаторша! Как не вестись на ее сигналы и усмирить бурю внутри…

***

Агата

Позднее, на свадьбе подруги

— Галя, ты такая красавица, словами не передать! — в очередной раз говорю я, с трудом сдерживая слезы.

Так и хочется сесть посреди толпы гостей и просто разрыдаться в полный голос: ы-ы-ы-ы… Оказывается, я тоже хочу белое платье, красивый венок в волосах и длинную-длинную фату, такую, чтобы ее за мной несли…

Вот глупая!

— Спасибо! Ты как? — обнимает меня подруга.

— Хорошо-хорошо, — обмахиваюсь веером, чтобы осушить слезы из глаз.

Не думала, что беременность станет настолько серьезным испытанием для моей нервной системы и организма. Не знаю, кого в меня подселил Муса, но это какой-то дьяволенок и ураган, все в одном! Меня швыряет по американским горкам эмоций, желания сменяются со скоростью ветра.

Только недавно была в кафе, страстно хотелось панна-котта с манго, по пока постояла две минутки в очереди, перехотела есть сладкое и потянуло на фисташковый чизкейк, но и он не пришелся по вкусу…

— Точно?

— Все в порядке, правда…

Стараюсь не глазеть в сторону Мусы. Но чертяка в костюме невероятно хорош, у меня на него выделяются слюнки и не только. В трусики просачивается влага… в обильном количестве.

Злюсь: как такой огромный и сильный, черствый, циничный мужлан может быть моей женской, маленькой слабостью… Той, что пленяет и может связать по рукам и ногам. Противнее всего ощущать эту тягу и грусть, тоску… В постели с каждой ночью все холоднее и холоднее засыпать одной, и появляются мысли, от которых хочется убежать и забыться: настолько они позорные и лишенные гордости.

Живут же другие… в роли любовниц… И семьи заводят… И бывает, до конца жизни, никто о таких секретах не знает. Примеров из жизни хватает…

Говорю себе стоп и даже прикусываю кончик языка, как можно больнее, чтобы перестать думать в таком ключе.

Не знаю, что хуже: насколько близка я к тому, чтобы согласиться на любые условия, лишь бы почувствовать себя желанной, в его объятиях или то, что Муса… почти не общается со мной в последнее время.

Конечно, по делу пересекаемся. О беременности моей он справляется исправно, но… больше никаких порочных намеков, тайных встреч или наглых поползновений на мою территорию!

Как будто ему надоело за мной бегать…

Разве это плохо?

Сама же хотела, чтобы он оставил меня в покое…

Но на самом же деле мне хотелось другого: сладкой сказки, воплощенной в жизнь… Поступков, от которых сердце тает…

Прогоняю наваждение, развернувшись спиной к Мусе, и внезапно слышу знакомый голос.

— Агата? Агата!

С удивлением замечаю, что ко мне сквозь толпу гостей пробирается… Анатолий.

Мои щеки в тот же миг покрываются краской смущения. После той переписки я перестала с ним общаться и заблокировала его всюду!

Не хотела обманывать и признаться тоже не смогла, малодушно спряталась в раковину.

И вот он здесь, на свадьбе моей подруги.

— Привет, — говорю растерянно. — Что ты здесь делаешь?

— Мои друзья снимают эту свадьбу. У них один фотограф в аварию попал накануне, попросили меня подменить, — объясняет он.

— А я… Это моя лучшая подруга замуж вышла…

— Вот так встреча, да? — смотрит на меня с улыбкой.

В целом, я даже рада отвлечься от мыслей о Мусе, а то в голове крутилось… всякое дурное, так недолго было сойти с ума. Вот позорище, если бы я поперлась к нему, чтобы предложить встретиться.

Да я бы себя потом возненавидела и презирала до конца дней!

Уф, хоть на Толика можно отвлечься!

Мы обсуждаем свадьбу, держимся нейтральных тем. С ним легко и приятно, ничего не екает и не болит. Такой комфортный, спокойный, как домашние тапочки…

— Честно говоря, я думал, мы уже и не увидимся больше. Свой профиль ты удалила, заблокировала меня всюду.

— Боже, мне так неловко! — выдыхаю я. — Извини. У меня был очень сложный период, не до… флирта.

— А сейчас? — спрашивает с надеждой. — Все устаканилось?

Нет, нет и нет….

— Еще не знаю, я не так давно вышла из сложных отношений, которые были обречены на провал. Меня будто бульдозером переехали туда и обратно несколько раз. Еще штормит…

— Понимаю. Самого долго швыряло из стороны в сторону, когда расстался. Нужно отвлечься. Может быть, потанцуем?

— А тебе можно? Не подведешь друзей?

— Ради того, чтобы урвать танец с первой красавицей? Уверен, они меня поймут…

Господи, он снова флиртует… И до чего же хороший… щеночек.

Блядь, какая же я сука…

Спину обжигает. Между лопаток печет…

На языке горчит пеплом страстных поцелуев с желанным мужчиной, сердце волнует обещанием встреч, которым не суждено свершиться.

Я, что, всю жизнь буду по этому горному козлу страдать?

Не хочу…

— Давай потанцуем, — соглашаюсь. — И, может быть, сделаешь пару моих снимков?

— С удовольствием.