Глава 18

Сафия

Сестра смотрит на меня и не верит.

— О, это правда! Ты не знала, что папочка заставил Тимура? Неужели он тебе не признался!

— Врешь! Он меня хочет! Я… Я давно соблазнила Тимура! У него просто кишка тонка признаться, что все началось с одного поцелуя и закончилось петтингом, еще когда вы только-только начали встречаться. Да у него уже тогда пар из ушей валил, а ты парня мариновала без секса…

Гадина. Неужели Тимур давно выгуливал своего дружка в ее руках и не только? И параллельно добивался того, чтобы я пустила его в свои трусики?

Если так, то он мразь, каких поискать, и у меня снова на душе паршиво становится… Неприятно, как будто мне нагадили зловонный подарок.

— Вот ты глупая, Аделина. То, что он к тебе ходил, это еще ничего не значит. Парни часто ходят к доступным девкам, пока добиваются ту самую… Так что если бы не вмешательство папочки, Тимур бы ни за что не предложил тебе стать его невестой. Никому, слышишь… Никому не нужна доступная шлюха в роли жены! А еще он попросил подождать, пока он освободится от обязательств… Уверен, долго ждать не придется. Особенно, если учесть, как активно ты травишь себя всякой дрянью…

Аделина застыла, как восковая фигура из музея мадам Тюссо, даже пальцы так и остались чуть скрученными.

На миг мне становится стыдно за сказанное, но всего лишь на миг, потому что она сделала слишком много пакостей! И продолжает гадить даже сейчас, заведя неприятный разговор о том, кто ко мне приходил и зачем.

Пусть хотя бы один раз она получит по заслугам…

***

За столом Таир уже сидит с родителями и беседует с ними на распространенные темы.

— Вот и девочки, — приветствует меня мама. — Так, Сафия, а где Аделина? Она пошла за тобой, потому что ты долго возишься.

— Да? Не знаю, она не звала меня за стол, болтала о чепухе. Я сама решила спуститься. Может быть, у нее пропал аппетит.

— Так, никуда не годится. Вас только за смертью посылать! — сердится отец.

Он встает, отбросив в сторону салфетку.

— Сиди, сиди, дорогой, я сейчас схожу за Адель. Знаешь, она сегодня такая бледная. Может быть, неважно себя чувствует…

В этот момент появляется Аделина в стиле королевы драмы — бледная, глаза красные и опухшие, нос как картошка разваренная. Когда она успела так зареветься за несколько минут? Или изо всех сил свою физиономию мочалкой жесткой терла?! Похоже именно это!

— Линочка, в чем дело? — интересуется мама. — На тебе лица нет!

Аделина всхлипывает, бросает на меня взгляд, полный обиды.

Она застывает, не дойдя до стола каких-то метра два или три.

— Радуйся… Ты своего добилась! Я больше не могу быть невестой Тимура после того, что ты мне рассказала… Мне вообще жить теперь не хочется! — говорит она и… падает, как подкошенная!