Глава 36

Сафия

Может быть, в словах Олеси есть и правда. Я же не слепая и сама теперь, отстранившись от влияния родителей, на расстоянии замечаю то, чего раньше в упор не видела!

Отец не идеален, но не ей его порочить!

— Ты просто решила отомстить. Отомстить ему через меня! Хочешь подорвать репутацию папы в моих глазах, рассказав, какой он плохой? Вот только он — мой отец, а ты подружкой притворялась, чтобы быть ближе к нему!

— Нет! Я… Я знала, чья ты дочь, разумеется, знала… И я не из корысти с тобой дружила. Я бы и не смогла…

— Фу, вот только не надо. Из корысти ты с женатым спать смогла, а тут прям растерялась!

— Кто сказал, что из корысти? Он работал с моим бывшим шефом, был очень галантен, обходителен, красиво танцевал, шутил, был обаятельным. Я и сама не поняла, как мы оказались в постели, и только потом узнала, что он женат! Но было уже поздно… Тогда мне уже было неважно. Да, он обеспечивал меня, продвинул по карьере… — усмехается. — Попросил передвинуть повыше, снял квартиру, давал деньги на одежду, белье, на косметолога и на отдых… Ты же знаешь, из какой я семьи, — ведет плечами. — Совсем небогатой. Да я себя принцессой почувствовала, когда он начал мне помогать, дал денег на лучший вариант моей жизни, и это внимание постоянное, оно подкупает! Но с тобой я дружила не из корысти. Просто ты мне нравилась, с тобой прикольно, как с младшей сестренкой, которой у меня никогда не было. И я ни разу этим не воспользовалась в своих целях! Ни разу! — подчеркивает Олеся. — Он предупредил, чтобы я не осложняла ситуацию, просил не говорить никому о нашем романе раньше времени, и все. Я не святая и не очерняю его. Он меня обидел… Очень сильно обидел. Такое не забывается. К сожалению, — добавляет горько.

Потом Олеся замолкает, кофемашина к этому времени уже сварила ароматный напиток. Олеся молча расставляет бокалы, ставит на стол десерт, предлагает мой любимый урбеч из мякоти кокоса.

На миг меня чуть не затопило слезами злости и грусти: это же моя Леся, которой я восхищалась. Она не глупая девушка, у нее хороший вкус, она много раз поддерживала меня, когда казалось, что еще чуть-чуть, и я просто взорвусь от очередной выходки сестры!

А когда Аделина заграбастала в свои ручонки Тимура, в чьих объятиях я рыдала? В ее руках!

Мне кажется, что сейчас мы сядем, как всегда, я положу в рот ложечку любимой сладости и, неторопливо смакуя лакомство, примусь слушать ее рассказы о том, какие кадры встретились на работе, а потом мы будем сплетничать обо всем на свете и обсуждать новую серию любимой передачи…

Чувствую досаду и злость на отца: он своей гнусной интрижкой лишил меня подруги!

Сажусь за стол и грею ладони о кофейную чашку.

— Куда переезжаешь? В другой район города? — спрашиваю, чтобы не молчать. — Сама так решила?

Олеся качает головой.

— Если я скажу, как есть, ты опять обвинишь меня в том, что я пытаюсь очернить Влада.

Имя отца звучит непривычно на слух.

Но Олеся не спешит исправиться. Да и черт с ней… Мне и так понятно, что она отца в постели не называла полным именем — Владислав Михайлович!

— Еще больше? Не поверю, что такое возможно.

— Квартира оплачена до конца месяца. Это через неделю. Потом я должна съехать. Хозяйка предупредила. Я не стала дожидаться, пока меня выпнут отовсюду. С работы уже попросили… По собственному желанию, разумеется.

Я не могу в это поверить!

Папа не может быть таким жестоким и мелочным… Нет, это… не правда!

Не может быть правдой. Не может, да?

Олеся смотрит с тоской.

— Я бы не стала менять всю свою жизнь вот так, Сафи. Не стала бы… — качает головой. — Я не зря тебе сказала, что с такими лучше не связываться. И если бы я знала, какой у этих отношений будет финал… Никогда бы не ввязалась в эту интрижку.

Я бы все равно не смогла с ней дружить после того, что узнала.

Но то, как разделался с Олесей отец, попахивает маниакальной жестокостью и расчетливостью. Кому и что он решил доказать этими действиями?

Или он просто человек слова и держит свои обещания? Ведь он пообещал мне, что Олесе больше нет места в его жизни!

Так, стоп…

Олеську он попросил убраться отовсюду и вынудил сделать аборт до того, как я узнала!

Значит, это никак не связано с обещанием, данным мне.

Поэтому несмотря на предательство подруги и ее ложь о себе, мне все-таки грустно. Грустно, что нашей дружбе конец.

— Думаю, я уеду отсюда, — говорит она. — Меня спасает лишь то, что я по чуть-чуть откладывала… Хотела накопить родителям на новый дом.

Да, я знаю, что она планировала собрать половину суммы, а остальное хотела взять в ипотеку, чтобы купить родителям новый дом в районе получше…

— Много не удавалось отложить, такие мужчины дают тебе деньги не для того, чтобы складывала их себе на счет, они хотят видеть рядом стильно одетую, красивую девушку, которая балует их ухоженным видом и нарядом с изюминкой.

Зачем она все это говорит?! Я не хочу знать подробности жизни содержанки!

Однако язык не поворачивается сказать ей «молчи».

— Но все-таки бедствовать не придется. Мне хватит на первое время снять квартиру и пожить, пока буду искать работу. Лучше, чем ничего, правда?

— Да, конечно, — сиплю я, чувствуя себя героиней сюрреалистичного фильма, в который превратилась вся моя жизнь.

— Мне жаль, что так вышло. Искренне жаль! — Олеся смотрит на меня со слезами в глазах. — Такие отношения затягивают. По чуть-чуть договариваешься с собой, а потом уже и выбраться не можешь из этой паутины. Веришь ты мне или нет, но я никогда не желаю тебе влипнуть в такие отношения, как у меня.

Еще немного помолчав, Олеся добавляет:

— Осторожнее с Валидовым, — называет фамилию Таира. — Он сразу же принялся разнюхивать про тебя… Обычно такой пристальный интерес ничем хорошим не заканчивается.

***

Несмотря ни на что, я буду грустить по Олеське. Ее предупреждение насчет повышенного интереса босса к моей персоне кажутся мне не такими грозными, как она говорит.

Я самонадеянно думаю, что знаю, в чем дело: просто его ко мне тянет и с улыбкой вспоминаю ночь, проведенную с ним и даже неловкое утро, которое могло стать сладким.

Таир ничего не отвечает на мое сообщение.

Поэтому выходным я распоряжаюсь по своему усмотрению, много отдыхала, пригласила маму и сестру на прогулку. Отца видеть не хочется, и нас троих устраивает вариант погулять, когда в составе только одни девочки. В гости к себе пока не зову. Мелькнула такая мысль, но пропала…

И, кажется, я была права, что не стала звать маму в гости, потому что, вернувшись вечером, в темное время, сразу же понимаю: в квартире кто-то есть…

Сердечко сжимается от предвкушения.

Когда меня сминают в тесных объятиях горячие руки Таира, со стоном облегчения прижимаюсь к его губам.

— Ты все-таки непослушная девочка. Просил же, дома будь! Накажу…