Глава 22 Замужем

— Ты… что? — веско обронил Даян в хрустально звенящей тишине.

— Замужем я, — пробормотала, отступив на шаг, и пошутила. — Бракованная я. — Неуместная шутка, наверное. — Штамп в паспорте стоит. И свидетельство имеется. — Еще пара шагов назад, к двери. — Где-то. Кольцо я выкинула.

— И куда ты направляешься, — осведомился дракон, — бракованная женщина?

Так спокойно, что по всем присутствующим пробежалась волна холода.

— Ку-куда-то, — прижалась спиной к дверному полотну и нащупала вспотевшей ладонью ручку. — Подальше.

— Стой! — рыкнул он, когда я выскользнула за дверь.

Ну уж нет! Я стрелой взлетела по лестнице.

— Стой, зараза! — Даян в несколько прыжков преодолел ее.

Мама! Я ворвалась в спальню. Но дверь тут же слетела с петель от удара ноги взбешенного дракона.

— Давай поговорим? — я прижалась к окну в пол.

— О чем? — полыхая зелеными реакторами, медленно двинулся на меня. — О том, как ты меня изводила из-за того, что через пару месяцев после смерти жены начал ухаживать за тобой?

— Не сказала бы, чтобы ты ухаживал, — пробормотала в ответ. — Ты меня похитил!

— Ты стрелки-то не переводи, как говорят в вашем мире! — не повелся злой хвостатый. — Я, значит, потаскун чешуйчатый! А сама вообще замужем, оказывается! Я с тобой сплю — я тогда кто, выходит?

— Л-любовник, — подсказала осторожно.

— Женщина!!! — грохнул он так, что Гадусик, который скребся в туалете, точно промахнулся мимо лотка и сделал даже те дела, на которые не рассчитывал.

— Ч-что? — я тоже была на пути к этому.

— В моем роду такого срама отродясь не бывало! Чужая женщина — табу! Дракон, который запятнает себя связью с замужней… — он задохнулся от возмущения.

— Я же не знала, что у вас все так… — пробормотала тихо, — строго.

— Распутница!

— Чего? — поскребла по сусекам храбрости и обиделась. — Сам такой! Надо было раньше думать, прежде, чем тащить девушку в постель и творить с ней всякие… разности! — я покраснела, как эритроцит. — Попросил бы паспорт сначала!

— Девушка могла и сама предупредить!

— Ха! Да тебя тогда и транспарант за моей спиной не остановил бы! Ты, геккон озабоченный, пер напролом!

— Ну, с этим соглашусь, — дракон самодовольно усмехнулся и прижался ко мне всем телом. — Не было во всех мирах силы, которая меня остановила бы! — он потянулся к моим губам.

— Нетушки! — я замотала головой, — как честная девушка в объятиях развратного дракона, ответственно заявляю тебе, чешуйчатый — между нами ничего не будет до свадьбы!

— Ч-чего?! — рыкнул он, будто поперхнулся собственным же хвостом.

— А кто ратовал за порядочность, целомудрие и прочую атрибутику нормальных девиц?

— Ты далеко не девица уже!

— Вот как ты запел?! Привередливая пара сапог! Иди тогда другую ищи, невинную и наивную! Советую в детский сад сразу обращаться, только там нынче такую найти можно!

— Дамиана, я погорячился, — мурлыкнул искуситель и снова двинулся на меня. — Раз уж все равно поженимся скоро, так…

— Хренушки, хитрый жук! — я показала ему кукиш. — Сам рычал, что я распутница!

— Совсем чуть-чуть распутница. В меру, я бы сказал! Это только шарма тебе придает! Ну, иди ко мне, любимая!

— Ни за что! — я вылетела в коридор. — Не хочу, чтобы ты считал меня падшей женщиной!

— Не буду, клянусь, — улыбаясь, облизнулся и поманил к себе. — Иди ко мне, не пожалеешь!

— Нет, я честная развратница! Теперь только после свадьбы! То есть, сначала развод, потом обряд этот ваш, а уж потом… десерт!

— И что мне, целый день терпеть?!

— Оптимист! — хмыкнула я. — Сначала надо документы в ЗАГС подать.

— Это не проблема, — отмахнулся дракон.

— Ну, это, может, и нет. Хотя ты просто не сталкивался со скоростью работы этого учреждения. Но кое-что другое — проблема.

— Что?

— Для начала надо найти моего мужа!

— Найдем!

— Отлично, — я кивнула. — А теперь иди спать — один. И не спорь!

— Ладно, сутки я как-нибудь переживу.

— И недельку тоже потерпишь.

— Женщина! Не зли меня!

— Иди спать, — хмыкнула в ответ. — Как порядочный геккон, а не развратная ящерица, в одиночестве! А чтобы у тебя не было искуса ко всяким распутным человечкам в постель шастать, я сегодня у Эдара посплю! — открыла дверь в спальню юного лорда Сангатара и скользнула в спальню.

Рык разочарованного до соплей дракона сотряс коридор. Я не отказала себе в удовольствии и расхохоталась в голос. А что? Мы, распутные женщины, жутко коварные и бессердечные!

— Доброе утро, — аромат кофе защекотал нос.

— М-м-м, — открыла глаза и увидела перед собой чашечку капучино. — Спасибо, Даян! — сделала глоточек. — Каждое бы утро так!

— М-м-м, вкусная моя, — прошептал дракон, покрывая шею поцелуями.

Так, а где Эдар? Покосилась на пустую кровать. Вот маленький жучок! Освободил отцу пространство для маневра. А тот и рад стараться! Кофе в постель притащил, надо же! На что только не пойдет, э-э, недособлазненный мужик! Того и гляди из штанов выпрыгнет.

А ведь и в самом деле, сейчас я окажусь наедине с голым, пылающим страстью мужчиной с огромным, э-э, аппетитом! Которого сама желаю больше всего на свете. Их обоих, и его, и аппетит.

— Отставить! — рыкнула громко.

— Что? — затуманенный взгляд остановился на моем лице.

— Сначала надо моего мужа найти, — проворковала я ласково.

— Меня же разорвет сейчас, — простонал Даян, прижав меня к кровати и наглядно продемонстрировав, что это правда.

— Тогда бедной распутнице не за кого будет замуж выходить, — притворно вздохнула и соскочила с постели. — Вон там, — ткнула пальчиком, — есть душ. А в нем ледяная вода! Вперед!

Мой ехидный смех несся вслед бурчащему дракону, шлепающему в душ — с, э-э, копьем наперевес. Рыцарь мой!

— Две минуты на сборы! — разнесся по лаборатории рык Даяна.

Я остолбенело посмотрела на него, ворвавшегося ко мне на работу.

— Тебя кто сюда пустил? И как?.. И вообще… Я на работе, кто меня отпустит!

— Гербер, иди уже! — выскочив из-за его спины, заторопил Игнат. — Пошустрее! И с этого дня ты в отпуске!

— Что? То отгул не допросишься, даже если надо мир спасать, то отпуск сразу! — я прищурилась, глядя сначала на моего рыцаря, потом на шефа. — Что он тебе обещал? Новый анализатор?

— Умная девочка, — хмыкнул мой олигарх.

— Какая разница, что? — отмахнулся Игнат.

Но глазки-то забегали!

— Раскулачивать тебя некому, — со вздохом встала.

— Снимай халат и пошли, у нас важное дело, — заторопил Даян.

— Прямо тут снимать? — расстегнула несколько пуговиц и показала край бюстгальтера.

— Еще чего! — меня тут же сграбастали в охапку и потащили к двери. — Где тут у вас переодеваются?

— Некоторые — в кабинете шефа, — подколола я.

— Зараза несносная, я же тебя прямо здесь сейчас и… — дракон прижал меня к стене, тяжело дыша.

— Ты торопился куда-то, — напомнила, невинно хлопая глазками.

— Да, — рыкнул и отстранился. — Бегом переодевайся!

Даян

— Так как ты умудрился найти моего мужа? — спросила моя несносная зараза, когда Ламба сорвалась с места.

— Я был прекрасно замотивирован, — процедил сквозь зубы, чувствуя, как в паху все горит.

— Это да, правильная мотивация способна горы свернуть! — пробормотала Дамиана, и я с трудом не вдарил по тормозам, чтобы попытать счастья еще раз.

Хочу эту паразитку так, что яйца разрываются! А она, как нарочно, улыбается сидит, губки облизывает — кончик язычка эротично по ним скользит, розовым без всякой помады, заставляя вспоминать, какие на вкус ее нижние губки, набухшие, покрасневшие от желания, истекающие любовным соком. Остается лишь руль сжимать так, что скоро от него одни ошметки останутся!

— Ты только не убивай его, пожалуйста, — вдруг попросила синеглазая.

— Кого? — обуреваемый страстью, не сразу понял, о ком она.

— Мужа моего.

От одной мысли о том, что ее заботит его судьба, мне уже хочется его голыми руками на суши порвать!

— Нет, это удобно, конечно, — продолжила размышлять вслух, — я стану вдовой и хоть прямо сейчас жениться можно, но…

Тряхнула волосами, которые мне тут же захотелось намотать на кулак, развернув ее спиной и…

— Учти, я тогда уйду в траур минимум на полгода. Он, само собой, этого не заслуживает, но сразу после смерти одного мужа выскакивать замуж за другого как-то не комильфо — так моя бабушка говорила. Надо траур выдержать. А она замужем пять раз была, так что знала, о чем говорит.

— Сколько?.. — потрясенно выдохнул я.

— Пять, — моя заноза усмехнулась. — Говорила, что как порядочная женщина шла под венец с каждым, с кем спала. Я, видимо, по ее стопам иду, — задумалась, хмурясь. — Так что, выходит, после тебя еще трех супругов надо будет осчастливить.

Связать и кляп вставить. Неплохая, как на мой взгляд, мысль! Я покосился на нее. Еще три супруга! Ага, еще чего! Пусть сразу место на кладбище покупают! Я к моей адаи никого и близко не подпущу!

— Какой-то у тебя взгляд нехороший, — сказала она, заерзав. — Пакость какую-то придумываешь, да?

— Несомненно, — пробурчал и съехал с трассы.

Ламба, покачиваясь, поползла по лужам и колдобинам.

— Почему я себя чувствую, как Муму, которую повезли кататься на лодке? — пробормотала Дамиана, с опаской на меня покосившись.

— Не мечтай, так просто ты не отделаешься, — прошептал я, провалившись колесом в очередную яму.

Не знаю, кто это — Муму, но я сам сейчас точно замычу — на таких машинах нельзя ездить по русскому бездорожью!

К счастью, скоро под колеса легла обычная грунтовка. А следом показались и похожие на раскрытые парашюты серебристые ангары с покосившейся вывеской «Техносервис». Прибыли. Я остановил машину, которая еще отходила от шока после принятия грязевых ванн в лужах размером с бассейн, вышел и подал руку моей синеглазой.

— Пойдем, любовница моя, будем с твоим мужем знакомиться, — съехидничал, помогая ей выйти и не угодить в жирный шмат грязи туфелькой.

— Очень смешно, — фыркнула в ответ.

— Угу, обхохочешься, — я кивнул на работяг в комбинезонах, которые вышли поглазеть на Ламбу — такие гостьи нечасто сюда заезжают, уверен. — Который из них наш? Тот, кто уже топор точит и рога спиливает?

— Поосторожнее с остротами, — процедила она, — порежешься, я тебя лечить не буду!

— Какие люди, ну надо же! — криво ухмыляясь, к нам подошел один из мужчин. — Анечка, что тебя привело в это богом забытое место, любимый мой цветочек московских прерий?

Как она умудрилась за это выйти замуж? Моему разумению не поддается! А за цветочек я бы с удовольствием поломал ему руки, но нельзя, ему ими еще документы о разводе подписывать.

— И тебе не хворать, Антон, — Дамиана усмехнулась. — Чувствую, карма бумерангом к тебе вернулась? Вместе с пузом, плешью и явными проблемами с печенью — судя по твоему лицу?

— Понятное дело, я же не красотка, которой только и надо, что Буратинку богатенького отыскать, да ноги для него раздвинуть! — его неприязненный взгляд обжег мое лицо.

— Следи за словами! — прорычал я, едва сдерживаясь.

— Не обращай внимания, — синеглазая взяла меня за руку, — он как брехливая собака, только на язык острый.

— Что, уже посадила своего кобелька на поводок? — мужик продолжал сочиться ядом. — Ты смотри, олигарх хренов, у нее характерец ого-го, взвоешь скоро! Кстати, об этом, ты сама-то на что рассчитываешь? Не с твоим характером в содержанках ходить, Гербера. Долго не выдержишь, сбежишь.

— А я на роль содержанки не замахиваюсь, Антон. Сама на ногах крепко стою — во всех смыслах. Прости, что разочаровала, ты ведь от инвалидки сбежал без оглядки, думал, всю жизнь на сиделок да на памперсы работать придется. А я встала. Несмотря на все, что говорили врачи.

— Уродом меня выставить хочешь? — загорячился мерзавец.

— Так, я не спорить приехала! — перебила его Дамиана.

— А зачем? Мужиком новым, упакованным, похвастаться?

— Да век бы тебя еще не видела, — фыркнула пренебрежительно. — Но увы, ты так быстро смылся, что мы не успели расторгнуть брак.

— Так ты за разводом приехала?

— Именно.

— Неужели этот Буратино тебя замуж хочет взять? Не перевелись же еще оптимисты на белом свете!

Рычание снова сорвалось с моих губ, но рука любимой сжала ладонь.

— Осталось только подписать, — я вынул из внутреннего кармана пиджака вдвое сложенный лист и протянул ему его и ручку.

— Золотой Паркер, кто бы сомневался, — гад скривился. — Не буду я ничего подписывать. По суду разводиться будем, как положено. Квартиру поделить надо.

— Ну ты и ублюдок! — прошипела моя заноза, замахнувшись и отвесив ему пощечину. — Я тебя!..

— Ага, тоже тебя люблю, цветочек! — он, едва не упав от ее удара, прикоснулся к губе рукой и посмотрел на красные кончики пальцев. — Вот, зайка, ты на меня напала, при свидетелях! Готовься к последствиям!

— Подонок! — прорычала Дамиана, пытаясь вырваться из моих рук.

— Мне ты запретила его убивать, — шепнул я, — а самой, значит, можно?

— Пусти, хочу вдовой стать!

— Нет уж, ты потом в тюрьму загремишь, а я тебя несколько лет жди? Не пойдет!

— За такое дерьмо много не дадут!

— Задиристая моя! — я улыбнулся.

Внутри все свело от дикой смеси нежности, неутоленной страсти и желания защитить ее ото всех на свете.

— Успокойся, — прижал к себе. — Дай мне минуту поговорить с ним.

— О чем? — осведомилась, изогнув бровь.

— О последствиях, — ответил, усмехнувшись.

— Не слишком расплывчато?

— В самый раз. Постарайся никого не убить и не вляпаться в неприятности — хотя бы пару минут, хорошо?

— Уговорил, — пробурчала.

С трудом удержался, чтобы не устроить брачную ночь прямо в этом убогом месте, стиснул зубы и подошел к этой ошибке в звене человеческой эволюции, Антону.

— Что, угрожать будешь, олигарх …? — он вздернул нос.

— Я обычно не кидаюсь словами, в отличие от тебя. Нет необходимости.

— А, понял, сразу кошелек достаешь? И не мечтай! Меня тебе не купить!

— Уверен? — я усмехнулся. — Могу поспорить, что если захочу, через минуту ты с удовольствием вытрешь грязь с моей обуви.

— Не на того нарвался, чувачок!

— Да? Скажи, Антон, — я покачал на пальце ключи от машины, — тебе нравится моя Ламба?

— Сразу бы так, — убрав в карман подписанные документы, я с удовольствием врезал ему по наглой морде, которая зачарованно следила за ключами в другой руке.

Подхватил ублюдка, добавил под дых и отпустил. Стонущая биомасса шлепнулась в грязь. Сверху я положил ключи от машины.

— Чувствую себя индеанкой, которую ушлый конкистадор выменял у племени индейцев на бусину, — пробурчала моя синеглазая заноза, когда подошел к ней.

— На бусину? — хмыкнул, доставая из уже не моей Ламборгини вещи. — Скорее уж на целое ожерелье.

Учитывая доработки, стоимостью к полумиллиону евро.

Я погладил ее взглядом. Прощай, малышка!

— Он того не стоит, Даян, — прошептала Дамиана.

— Знаю, но твой покой цены не имеет, — я взял любимую за руку. — Идем, нам надо готовиться к свадьбе.