Глава 23 Кольцо

— Не помешаю? — Дамиана вошла в белую гостиную.

Я стоял у окна со стаканом виски. Посмотрел на нее. Притихшая какая-то.

— Конечно, нет, — улыбнулся любимой и подошел к столику, чтобы наполнить бокал для нее. — Вино, виски, текила, водка? Или еще что-то?

— То же, что у тебя, — посмотрела в окно. — Безо льда.

— Прошу, — протянул ей стакан и встал рядом, обняв за талию.

Даже не верилось, что совсем скоро она станет моей официально. Так странно это понимать. Так же, как до конца осознать, что я встретил свою адаи. За что такой подарок судьбы, чем заслужил? И что пойдет в нагрузку?

— Спасибо, — сделала маленький глоточек, сморщилась.

— Жестковато?

— Немного, — улыбнулась и сообщила, — Гадусик напрудил в ботинки Ирмана. Тот рвет и мечет!

— Поделом, — пожал плечами. — Пушистый отомстил за хозяйку.

— Да, он такой, — кивнула и посерьезнела.

— Ирман снова тебе что-то сказал? — я напрягся.

Если он и теперь не уймется, в бассейне утоплю наглеца!

— Нет, — мотнула головой.

Пышные волосы колыхнулись красивой волной, до меня долетел их аромат. Прикрыл глаза, наслаждаясь. Дракон выпустил когти, намекая на то, что рядом со мной адаи, а я медлю.

— Тогда что не так, Дамиана? — развернул ее лицом к себе и прижался к ней. — Тебя что-то тревожит, я же вижу.

— Свадьба, — тихо ответила.

— Платье? Церемония? Гости?

— Нет, ты не понял. Как все будет после нее?

— Боишься первой брачной ночи? — неуклюже пошутил в надежде рассмешить.

— Даян!

— Прости. Скажи, как есть, любимая, и все.

— Кем я буду? — пытливо вгляделась в мое лицо. — После свадьбы?

— Самой желанной женщиной во всех мирах, как сейчас.

— А наша жизнь? Где, как, что? Меня все это беспокоит.

— Думаю, мы сумеем обо всем договориться, чтобы устраивало обоих, — погладил ее по спине, почувствовав, как девушка напряжена.

— Даян, мой муж… бывший муж кое в чем был прав — касаемо характера. Я не смогу быть содержанкой, которая шляется по магазинам и салонам красоты. Не мое это, прости.

— Значит, мой бюджет не пострадает?

— Я не о том. Даян, я не буду аксессуаром, понимаешь? Куклой, выполняющей желания того, кто платит. И… — посмотрела в глаза. — Я не потерплю измен и неуважения.

— Как и я, — провел рукой по ее щеке, теперь понимая, в чем дело. — Ты просто боишься обжечься снова, да?

— Да, — кивнула грустно. — Меня предали однажды. Это было очень больно. И я до сих пор не пришла в себя, как бы ни храбрилась. Боюсь снова на грабли наступить, на лбу шишка от предыдущих еще не прошла.

— Дамиана, я не мерзавец и не бабник. Чудес не обещаю, уже говорил. Но всегда буду любить, уважать и заботиться о тебе. Пытаться сделать счастливой — насколько зависит от меня. Буду прислушиваться и идти навстречу. Если мы оба будем исходить из этих составляющих отношений, у нас все получится, уверен.

А она вдруг взяла и всхлипнула! Уткнулась лбом в мою грудь, плечи задрожали.

Я ошеломленно замер. Что не так сказал? Как понять женщин, багровые небеса?!

— Что не так, синеглазая? — прижал к себе. — Чем обидел? Дамиана, не молчи! Ты мне сердце в клочья рвешь!

— Не… ты… — между всхлипами раздалось в ответ.

— Что не я? Ты не за меня замуж хочешь?

— Дурак! — рассмеялась сквозь слезы.

— Отшлепаю ведь!

— А если я не против? — прошептала в ответ, облизнув губы.

— Кто-то недавно заявлял, что развратной ящерице не видать секса до первой брачной ночи? — уточнил внезапно севшим голосом.

— Может, этот кто-то не устояла перед мощным обаянием лорда Сангатара? — прильнула ко мне, сорвав приглушенное шипение с моих губ. — Я же теперь свободная женщина. Так что имею право совращать порядочного дракона. Правда?

— Истинная правда, не поспоришь!

— А еще я вспомнила, что кое-что задолжала тебе, — провела пальчиком по моим губам.

— Что же?

— Догадайся. Намекну: это связано с роялем, языком и…

— Уже понял! — подхватил ее на руки, утащил в свою спальню, поставил на ноги у окна и тут же начал целовать.

Всего несколько дней, а так истосковался по ней, безумие какое-то! А когда она так льнет ко мне, постанывая, встречает мой язык, дразнит его кончиком своего, заставляя дрожать всем телом и опасаться, что кончу в штаны! Небеса, что эта женщина со мной делает!

— Долг платежом красен, — мурлыкнула соблазнительница и скинула с моих плеч пиджак.

Пальчики пробежались по пуговкам рубашки, которая тоже полетела на пол. Любимая не торопилась, хотя прекрасно видела, что я изнываю от желания. Она дразнила, мучила, взводила до предела. Моя адаи, самая желанная женщина во всех мирах!

Вздрогнув, судорожно втянул воздух, когда ее ладошки погладили грудь, кончиками пальцев спотыкаясь о розовые рубцы — память о Мяснике. Она усмехнулась — кажется, синеглазая заноза прекрасно понимала, чего мне стоит сдерживаться, погладила живот и, накрыв ладонью бугор в брюках, посмотрела в мое лицо.

Простонал что-то, не в силах собрать разбежавшиеся в разные стороны мысли, прерывисто выдохнул в такт ее сжимающим каменную плоть пальчикам. Под моим зачарованным взглядом Дамиана медленно опустилась на колени. Захлебнулся рыком, когда она вновь дразняще погладила выступающий сквозь ткань стояк, сжала, ухмыльнулась.

Моя несносная мучительница не спеша расстегнула ремень, потом расправилась с ремнем и пуговицей, потянула вниз язычок молнии. Я зарычал, когда любимая выпустила наружу член. Погладила ствол, заставив меня выругаться себе под нос. Поцеловала головку, поласкала, дразня кончиком языка, впустила ее в ротик, выбив из моей груди рваный всхлип.

Став сплошным оголенным нервом, я полностью отдался ей, в обжигающий плен влажных губ.

Они медленно скользили по моей плоти, вбирая ее в себя и отпуская, постепенно ускоряясь. Я уперся рукой в холодное стекло, за которым расплывающиеся огни сливались в сплошное сияющее пятно, застонал в голос, тая от удовольствия. Весь в ее власти, пылая, сходя с ума, едва в состоянии устоять на дрожащих ногах.

Долго не продержусь — понял к своему стыду. Жадно вгляделся вниз — сплошное наслаждение смотреть, как моя плоть скользит взад-вперед, ныряя в ее горячий ротик, где юркий язычок успевает ласкать везде и, кажется, одновременно.

Застонав, я втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Под сдавленное рычание рука нырнула в волосы Дамианы, срывающей с моих губ хриплые стоны пополам с рваными выдохами и, кажется, ругательствами. Некоторые из них вызвали ее смешок, заставив низ живота скрутиться судорогой подступающего оргазма.

Не могу больше, не могу! Я отдался удовольствию, которое огненным взрывом окатило меня с макушки до пяток. Клянусь, чувствовал, как оно обжигающими струйками вытекает из меня! Впервые в жизни у меня задрожали поджилки. Никогда не понимал смысла этого выражения, теперь же на своей шкуре прочувствовал его, с лихвой.

— Дамиана! — подхватил ее, прижал к себе, впился поцелуем в губы.

Она пыталась сопротивляться, но я не позволил девушке ускользнуть. Ее рот имел мой вкус, но это не оттолкнуло, наоборот, добавило финальный логичный штрих и наполнило меня самодовольной гордостью.

Моя, только моя! Любимая!

Дамиана

Утро прокралось в дом на цыпочках, как дочь-подросток, напрочь забывшая о времени на свидании. Мы, обнаженные, приходили в себя после ночи любви. Поспать почти не удалось. Стоило забыться чутким сном в крепких объятиях моего дракона, как он тут же снова начинал ласкать меня, и устоять перед ним я просто не могла, от слова совсем.

— Люблю тебя, — прошептал Даян.

Я погладила его по голове, пропустила между пальцами шелковистые и вместе с тем жестковатые пряди волос. Да, пока не готова произнести те же слова в ответ. Но время придет, и уже очень скоро, чувствую.

— Я подожду, — прошептал он, все понимая. — И дождусь!

— Дождешься у меня, — отозвалась ласково.

— Сломанные крылья! — ахнул Даян.

— Что?

— Забыл! — встал с кровати, и я залюбовалась обнаженным красавцем.

Египетские долгоносики, это же почти двухметровое совершенство!

— Отвлекла меня вчера, развратная землянка, вот я и забыл обо всем напрочь, — пробурчал дракон и уставился на меня. — Чего лежим, женщина? Вставай и иди сюда!

— Пришла, — подошла к нему и встала рядом, тоже обнаженная.

— Искусительница! — рыкнул, судорожно сглотнув. — Так, что я хотел?

— Подсказать? Ты чего? — ахнула, увидев, что Даян встал на одно колено, протянув мне коробочку.

— Следую земным традициям, — он улыбнулся. — Дамиана Гербер, ты выйдешь за меня замуж? Только учти, это навсегда, никаких еще трех мужей, как у твоей бабушки!

— Ты сначала кольцо покажи, тогда подумаю, — хихикнула я.

— А, да, — дракон раскрыл коробочку, и на меня глянуло синее великолепие на свитом из золотых нитей ободке.

Оно сияло даже несмотря на сумрак в комнате, распространяя вокруг мягкое свечение.

— Нравится? — шепнул Даян.

— Очень! — пораженно выдохнула. — Никогда не видела ничего красивее!

— Тогда оно твое, — он достал кольцо и надел на мой указательный палец.

— Почему не на безымянный? — спросила, не в силах оторвать взгляд от синего камня.

Кажется, на руке оно еще сильнее заиграло. Это просто волшебство какое-то!

— По нашим традициям на этот палец.

— Ясно.

— А по вашим ты должна сказать «да» или «согласна».

— Я еще думаю, — усмехнулась.

— Женщина! Верни тогда кольцо! — он рассмеялся, но в глазах протаяло беспокойство.

— Ладно, уговорил, согласна! — я взвизгнула, когда меня подхватили сильные руки, закружив в воздухе. — Кстати, чешуйчатый, у меня для тебя тоже подарочек имеется!

— Даааа? — поставил на ноги. — Какой?

— Стоимость, прости, несопоставима, — вздохнула, — но, надеюсь, понравится.

Подняла с пола свой пиджак и достала тонкий очечник.

— Вот, — протянула ему. — Ты говорил, что скучаешь по небу родного мира, — пояснила, когда он открыл его и увидел очки с красными линзами. — Надень.

— Дамиана! — выдохнул Даян, взглянув на мир сквозь оптику. — Как дома!

— Правда? — я улыбнулась.

— Спасибо, любимая! — притянул к себе. — Но я уже полюбил и этот мир — потому что он подарил мне тебя!

Сердце снова кульбитнулось в пятки — но это моя привычная реакция на будущего мужа — самого лучшего во всех мирах!