Эпилог
— Эй, красавчик, ты чего сидишь тут один? — почти рисованная героиня игр для взрослых, с пухлыми губами и сиськами пятого размера, облокотилась на стойку и чувственно провела пальчиком по мужской руке.
Молодой и довольно симпатичный парень заинтересованно повернулся к ней.
Блондинка тут же прижалась всем телом:
— Скучаешь? Хочешь составлю тебе компанию?
— И сколько мне придется заплатить? — он чуть улыбнулся одним уголком рта.
— Я сама кому хочешь заплатить могу, — хихикнула блондинка. — А ты показался мне симпатичным… и ужасно одиноким.
Она состроила такую грустную гримаску, что молодой человек невольно улыбнулся.
— То же, что и мне, — кивнул он бармену, показывая на свою новую знакомую.
— Я — Джет, — девушка уже садилась рядом. — Часто здесь бываю, захожу развеяться после тяжелого дня. А ты…
— А он сейчас свалит быстренько отсюда и не будет больше пялиться на такую лапу, как ты, — рыкнул рядом огромный бугай в неопрятной одежде и татуировках. — Эй, хорошуля, я гуляю тебя сегодня!
Огромная мясистая рука тяжело легла на плечи блондинки, и та передернулась.
— С чего ты решил, что она хочет проводить время с тобой? — прищурил глаза парень.
— Хочешь погеройствовать? — гоготнул качок. — Чо, в Вирте не страшно? Наверное и нейросенсоры отключил, чтобы не почувствовать боли, если вдруг прилетит?
— А ты, наверное, отключил мозги, когда надевал шлем? Или у тебя их никогда и не было? — преувеличенно любезным голосом уточнил паренек, соскакивая со стула и принимая позу для ближнего боя.
Бугай изумился:
— Чо, и правда будешь драться? Да я так вдарю, что твоей мамочке придется вытаскивать тебя из кресла с мокрыми штанишками!
— Перестань, — запищала блондинка рядом, тоже спрыгнула со стула и нетерпеливо топнула ножкой, вставая между ними. — Я запрещаю вам драться!
— А ты заткнись, пока мужики разговаривают, — отодвинул ее в сторону верзила. — А то еще по сиськам попадет и те сдуются…
Уголок губ у парня снова дернулся:
— С девушками ты разговаривать точно не умеешь… Придется тебя поучить…
— А чего с ними разговаривать? — изумился противник. — Они только и годятся на то, чтобы раздвинуть ноги и засадить…
— Ах ты… — паренек ударил со всего размаху…
Точнее, собирался ударить, но грубиян перехватил его руку. И вместо того, чтобы ударить в ответ, резко притянул к себе и впился в губы поцелуем…
Шокирующее представление длилось недолго — уже спустя секунду две фигуры исчезли из виртуального пространства… а мы с Вейном, хохоча, сняли с себя ви-шлемы и повалились на кровать.
— Как ты догадался? — спросила, отсмеявшись.
— Не подумала, что такой молодой и благовоспитанной личине не пристало пить бургун? Правда, сначала я подумал, что ты — блондинка. Но ты никогда не выбрала бы что-то настолько вульгарное… Так что в следующий раз не оставляй настолько явного знака, — он придвинул меня ближе к себе и нежно провел по щеке.
— Хорошо, в следующий раз я оставлю другой явный знак, — серьезно кивнула и взъерошила ему волосы.
— Ты что, специально?
— Думаешь мне хотелось проторчать в Вирте сутки, как в прошлый раз, ожидая, когда ты уже меня найдешь?
— Я совершенствуюсь! — обиженно рыкнул эр-гард, и укусил меня за подбородок.
— Смирись с тем, что в Вирте я почти всегда впереди, — хмыкнула и, подумав, укусила его за губу. — Не зря же ты меня назначил на эту должность.
Некоторое время мы целовались. А потом я снова расхохоталась.
— Но твой образ! Где ты его откопал?
— Из шоу уличных боев, — буркнул невозможно прекрасный мужчина.
— Эх, рассказать бы кому, как великий и ужасный эр-гард развлекается в Вирте, не поверят же.
— Ну почему, может кто-то даже сочтет это романтичным? Раз за разом отыскивать свою невесту под любой личиной… Ха, да если заняться разработкой подобной игры и запустить её в обиход, мы заработаем…
— Нам не хватает денег? Мы разорены? — я схватилась за сердце. — Вейн, раз так… пожалуй, нам придется расстаться…
— Схватись еще за вторую грудь, а то я недостаточно возбужден, — усмехнулся эр-гард. И одним движением снял с меня домашний комбинезон. — Ты такая стерва… — пожаловался он мне куда-то в область живота.
— Твоя стерва… Ах… — не сдержала я стона удовольствия, когда он прикусил мне кожу на бедре, а потом с силой провел между ног. — Ве-ейн…
Он вошел в меня сразу двумя пальцами и обхватил губами клитор.
— Что? — выдохнул.
— Не останавливайся…
— Никогда…
Мужчина принялся насаживать меня на свои пальцы, не забывая вылизывать влажные складочки.
Я выгибалась и металась по подушкам, и, предчувствуя пик, подняла бедра еще выше и прижала его голову к себе, содрогаясь от накатывающих волн наслаждения. А потом потянула за плечи ослабевшими пальцами и сама впилась в его губы, чувствуя вкус своего удовольствия и особенный, присущий только моему мужчине, аромат.
Аромат его желания.
До одури захотелось ощутить его в себе…
Вейн медлил… А потом резко перевернул на живот, поставил на колени и нажал мне на плечи рукой, так, чтобы я оказалась в максимально подчиненном положении… И резко вошел, вынуждая меня расплавиться космической лужей по поверхности кровати.
Он начал мощные, неумолимые толчки, сопровождаемые моими тихими всхлипами, а потом приказал:
— Поласкай себя, Мир-ра…
В постели я никогда не могла ему отказать.
Протянула руку и положила свои пальцы между ног, натирая и теребя набухший бугорок. И чуть дернулась, когда Вейн осторожно и мягко проник пальцем мне в анус и принялся поглаживать себя через тонкую стеночку…
Меня пронзило таким удовольствием от многогранных ощущений, что я почти сразу снова кончила. А потом лишь громко стонала, впитывая каждую молекулу получаемого восторга…
Вейн в несколько последних толчков излился в меня, и мы рухнули на кровать, сплетясь руками и ногами.
На губах эр-гарда блуждала улыбка.
Он закрыл глаза и притянул меня к себе.
Усталость брала свое и вскоре мужчина задремал. Мне же не спалось. Пусть у меня и было много работы — на удивление схожей с тем, чем я занималась и раньше и чем заниматься любила — но работала я все-таки меньше, чем гард.
Впрочем, сказать, что я неделями не видела… хм, жениха, я тоже не могла. Тот не зря взял себе двух помощников, а потом еще и двух заместителей — и скинул на них рутину, чтобы больше проводить со мной времени.
Я осторожно выпуталась из его объятий, получив еще вдогонку и невнятное сонное ворчание, и подошла к огромному окну, с которого открывался невероятный вид на иллюминацию ночного города.
В основном мы жили в квартире Вейна, но много времени проводили и в перелетах и лабораториях. Потому огромные апартаменты не выглядели обжито — скорее, мы большую часть времени жили в малой спальне с примыкавшей к ней кабинетом и огромной гостиной, совмещенной с кухней, на которой я изредка даже что-то готовила, если хотела удивить своего мужчину.
Но это был наш дом, наш кокон, и я чувствовала себя здесь… на своем месте. И даже как-то ревностно охраняла его от других — с Бейей я встречалась на нейтральной территории, как и Вейн с парой своих приятелей.
Светской жизни нам хватало и за стенами этого помещения, как и внимания общественности.
Я улыбнулась, вспомнив, какими заголовками пестрели Вирт-издания, когда они узнали — скорее, им было позволено узнать — о наших отношениях. «Эр-гард и девчонка с окраины!» «Знакомство и роман в Вирте становятся реальностью!» «Она украла его вирт-драгоценности и сердце!» «Простой человек теперь на вершине мира — что же видит Мира?»
Простой…
Самое интересное, что у меня нашлись зачатки способностей гардов, которые мне теперь предстояло развивать. По большому счету я им не обрадовалась — но и не расстроилась. Зато Вейн с довольной рожей заявил, что теперь у наших детей нет и шанса на то, чтобы родиться слабыми. Правда, с детьми обещал пока повременить.
Я улыбнулась.
Интересно, что бы общественность сказала о реальной нашей истории? Но у них не было шансов о ней узнать.
Никогда Мира Карт не превращалась в Кея и не обманывала самые совершенные системы проверки гардов.
Никогда она не стояла с оружием, направленным на эр-гарда, в раздумьях, действительно ли он убил её семью.
Никто не пытался взорвать гард-станцию и устроить новый Прорыв.
Никогда Рат и Кор не стремились добиться успеха любой ценой — а стали лишь очередными жертвами прогресса. Да, Рат тоже. Погиб от лихорадки, которой заразился от Вейна.
А Лия… Она умерла еще восемь лет назад.
Что касается её аннигиляции по решению нового суда… Это было безболезненно.
А правильно или нет? И нормально ли не испытывать по этому поводу сомнений и сожалений? Что ж, на многие вопросы так и не могла себе ответить.
Это просто факт теперь. Рат и Лия уничтожены, а гарды остались нашими богами. Иногда екало что-то, соблазняя меня на революцию… но тут же я вспоминала даже не поцелуи Вейна или то, что гарды спасли от сумасшествия обозримую часть Галактики.
А то, что мой отец тоже не сделал достоянием общественности все, что он узнал.
Подрыв основ этого общества приведет ко множеству смертей. И да, может вслед за ними родится что-то новое и еще более прекрасное, но готова ли я взять ответственность за тысячи, сотни тысяч трупов на себя?
Нет.
И папа не был готов.
Несколько лет назад, дав обещание мстить, я готова была взять ответственность только за один труп. И я понимала, что это меня не красит. Что путь единоличной мести — это путь не только силы, но и слабости. Но мне пришлось пройти этот путь — и это тоже факт…
Путь, закончившийся так неожиданно и не в день суда…
Я почувствовала его приближение раньше, чем теплые руки обхватили меня за плечи и притянули к горячему телу.
— Не могу спать без тебя, — пожаловался эр-гард. — О чем думаешь?
— О том дне, когда меня судили, — улыбнулась.
— Все еще злишься? — он лизнул чувствительное местечко за ухом.
— Нет. Я тебе достаточно отомстила, — хмыкнула, погружаясь в воспоминания.
— Тебе надо отдохнуть. Все контракты и договора подпишешь завтра. С тобой свяжутся…
Угу.
И точно не ты…
— И… я пошла? — спросила хрипло.
— Конечно. Желаю тебе удачи.
Я больше не могла это выносить. Чувствовать, как все, что я понимала о себе и своей жизни, разлетается на осколки… Я сама разлетаюсь! Но что я могла поделать?
Ничего.
Развернулась и направилась к ви-лету.
И почти дошла до него, когда меня резко дернули назад и припечатали и горячему телу.
— Вот это, Мир-ра, ты рассчитывала услышать? Что я тебя отпускаю и вообще наплевал на тебя? Вот это, ты считаешь верным в моем отношении к тебе? Поиграл и выбросил? Ты бы видела свои глаза и неуверенность, когда смотрела на меня в суде… Блять, я почти признался тебе в том, в чем не признавался никому, показывал тебе свое отношение, когда только мог, с самой первой встрече в Вирте, но стоило случиться неприятностям, как ты замкнулась и отвернулась, как будто никогда не доверяла! Не любила!
— А может… мне так проще? — я дрожала в шоке от его слов, от всего этого представления, которое было лишь представлением, от облегчения, которое невольно чувствовала, понимая, что ничего не закончилось. — Проще не доверять, не любить? Потому что жизнь убивает тех, кого я любила?
— Со мной это не пройдет, — пробормотал Вейна, зарываясь лицом в мои волосы. — Ты — моя. А я — твой, понятно? И даже если придется противостоять самой жизни, то я к этому готов.
Я позволила счастью лишь на мгновение распуститься в своем сердце… А потом опустила внутренний блок, чтобы он ничего не почувствовал.
— Проблема в том, что я не готова… — вывернулась из его объятий и повернула к Вейну совершенно спокойное лицо. Шок на лице мужчины был отличной наградой за мою выдержку — и шикарным наказанием за его игру, которая едва не выпустила из меня весь воздух. — Вейн, ты, конечно, замечательный, но…
— Но? — взревел эр-гард, а я прям залюбовалась.
— Но я хочу жить более спокойной жизнью. Нас связали экстремальные обстоятельства, но ты сам понимаешь — стоит нам вернуться в рутину, как мы оба поймем, что игра не стоила звездолета… Так зачем чего-то надумывать, если можно расстаться сейчас?
— Что?!
Я потрепала его по щеке.
— Спасибо, что помог мне, Вейн Торрант, — развернулась и снова пошла к ви-лету, стараясь удержать на своем лице невозмутимое выражение. Хотя мне хотелось смеяться — от того, как я его провела, — и плакать от той боли, что я увидела в его глазах.
Пять. Четыре. Три. Два. Один.
Все. Кажется, можно считать, что мы квиты.
Уже стоя у транспорта, я повернулась к нему с улыбкой:
— Ну что, ты идешь? Или еще немного пострадаешь от моей великолепной игры?
Вейн моргнул.
Вздохнул.
А потом в два шага оказался рядом, подхватил меня на руки и зло запихал в летательный аппарат.
— С-стерва…
— А сам? — отреагировала я живо, широко улыбаясь.
Но эр-гарда потряхивало и он не улыбался.
— А сам я чуть не сдох…
Нажал кнопку старта и резко взмыл вверх…
— Я люблю тебя, — прошептал почти неслышно Вейн в темноте.
— В ход пошло тяжелое оружие, — я хихикнула. — Ну хорошо, идем в кровать.
— А ты?
— И я иду, — сделала вид, что я не поняла.
— Мир-ра!
— Я тоже тебя люблю, Вейн Торрант. На каждой планете и в каждой реальности. В любом теле и в любую секунду времени. В богатстве и бедности… Хм, а неплохая свадебная речь получается…
Он только покачал головой и подхватил меня на руки…
Конец