Глава 30
Джаппа, как же больно!
Разве должно быть больно? Все тело будто вывернули наизнанку. И эта джаппова гадс… гардская медицина не должна разве меня не только вылечить, но обезболить так, чтобы я испытывала лишь восторг от лечения?
Впрочем, боль — это даже хорошо.
Значит я жива…
Вот только почему-то не могу ни разлепить глаза, ни пошевелиться. И пахнет вокруг… цветами?
Напоминает… Хм, регенерирующий гель. Космическая по цене штука, работающая на восстановление на молекулярном уровне — мне как-то накладывали на ожог в частном медицинском центре, и счет удивил даже меня — за то-оненький слой. А тут было ощущение, что я просто погружена в него…
Впрочем, за спасение джапповой станции и эр-гарда, Совет и не на такое должен был раскошелиться.
Вспомнив окончательно все, что предшествовало цветочному запаху, почувствовала, как меня охватывает ощущение удовлетворенности.
Рат мертв.
Человек, виновный во всех преступлениях… И в смерти моей семьи.
Месть преступнику на долгие годы стала моей путеводной звездой, и я бы не сказала, что испытываю какие-то муки совести… Я не была убийцей — когда я держала пистолет, направленный на Вейна, я отнюдь не чувствовала в себе такой уверенности в том, что я делаю.
И то, что это справедливо.
Но здесь… Да, возможно, ему следовало предстать перед судом и это было бы гораздо правильней, но он сам не оставил мне выбора. Если бы я не выстрелила, он бы и дальше продолжал делать все, чтобы уничтожить нас с Вейном.
Я остановила это…
Вот только не учла, что Лия была не просто похотливой сучкой, но и предательницей. С самого начала. И все её действия — вплоть до последних — были направлены на уничтожение нынешнего эр-гарда.
Что ж, во всяком случае ревновать теперь точно не к кому… И Вейн говорил правду, когда пытался объяснить мне, что то, что я видела тогда у него в каюте было совсем не воссоединением двух влюбленных сердец…
Конечно, я еще выспрошу у него подробности. Куда я без подробностей? А еще обязательно допытаюсь, как так получилось, что Лия проторчала восемь лет в капсуле — раз уж она была так влюблена в Гронула, что решилась ради него на злодеяние, то почему он оставил её… про запас? Или вообще забыл о ней?
Может он и изначально всего лишь забавлялся с ней, а на самом деле она являлась такой же пешкой для него, как и все остальные? И он и не планировал возвращать её к жизни — системы жизнеобеспечения отключились, и Лию растерзали бы плотоядные монстры.
Но это все были мелочи.
Мы узнали главное — что произошло, и кто виновен. А мотивы Рата… я могу о них только догадываться, но мне почему-то кажется, что Вейн знает точно…
Вейн… интересно, как теперь будут складываться наши отношения?
И будут ли они… в принципе?
С этой не самой радостной мыслью я снова уснула.
А когда проснулась, геля вокруг не было. И я лежала даже не в капсуле медотсека, а на обычной кровати…
Ну как, на обычной.
Я осмотрелась.
Судя по панораме, что я увидела за окнами в пол, и роскоши вокруг, я была на Ааране в гард-башне…
Всего два тоненьких провода от моей руки к незнакомым приборам. И чувствую себя отлично.
А еще лежу тут совершенно одна…
«Ну да, — я усмехнулась про себя. — Навещать-то меня некому…»
Будто в противовес моим мыслям дверь отъехала, и в проеме показался Вейн.
Живой, здоровый, но изрядно измученный эр-гард…
Я не смогла сдержать широкой улыбки, вот только его лицо осталось таким же безучастным, как и всегда.
Хм…
А ничего, что я тут лежу вся такая почти голая и все-таки живая? Похоже молекулярная маска помогла мне в последний раз — пластина, что прикрывала грудь, существенно замедлила и растворила разрывной заряд — и спасла мне жизнь.
Хм, похоже и правда ничего такого. Либо мне померещилось его отношение на станции, либо… А джаппа его знает, что творится в этой безупречной голове!
Вейн осмотрел меня мельком и отошел к окну. Встал спиной, но у меня было ощущение, что он продолжал смотреть на меня давящим взглядом…
— Я так понимаю, приветствия я от тебя не дождусь?
Дрогнул.
А потом прошипел совершенно неожиданное:
— Идиотка!
Я аж поперхнулась следующими словами. Ярость вскипела мгновенно — ну какой джаппы, а?!
— Ты же не могла не подумать, что это опасно! И все равно вернулась! Зачем?
— Чтобы убить Рата!
— Убить Рата? — он снова повернулся ко мне, его глаза метали молнии. — Мелкая девчонка, которую пальцем ткни — и упадет! Ты хоть понимаешь, что сама чуть не сдохла?
Я нахмурилась:
— А ты бы поступил по-другому?
Мы замерли, зло глядя друг на друга.
Вейн ударил по особо прочному и небьющемуся стеклу так, что оно дрогнуло.
— Мир-ра… Никогда, слышишь, никогда больше не подвергай себя такой опасности…
— А то что? — я вдруг успокоилась.
— А то найду тебя по ту сторону и накажу, — голос его прозвучал глухо.
Торрант в два шага оказался возле меня. Наклонился и прижался своим лбом к моему:
— Мира, я…
Дверь снова распахнулась.
Эр-гард тут же встал и нахмурился.
В комнату зашло четверо в серых комбинезонах со странными перламутровыми квадратами.
Хм, я видела уже эту форму…
Следователи Совета?
Но что они тут делают?
Такой же вопрос сквозь стиснутые зубы задал и Вейн… И мы оба получили ответ.
— Мира Карт. Вы арестованы за убийство Рата Гронула. Завтра утром вам необходимо покинуть медотдел и явиться сразу в зал Совета для закрытого суда.
На следующее утро я, как и требовалось, стояла в небольшом Зале Совета. Тут было всего несколько ярусов-трибун, на которых размещались члены совета — всего сорок два. Серебристые круги на полу нижнего яруса непонятного назначения. Повисшие в воздухе сейчас пустые голограммы и… Постамент впереди, окруженный прозрачными силовыми полями.
Как правило, это место предназначалось для выступающего.
Но на этот раз оно было отведено преступнику.
То есть мне…
Я стояла там уже целую вечность… То есть несколько секунд, показавшихся вечностью. И кроме меня в зале никого не было…
Кроме меня и эр-гарда.
Я догадывалась, что Вейн должен был появиться последним, после всех членов Совета, и была благодарна ему, что он отступил от традиции. И теперь его сверкающий самыми противоречивыми эмоциями взгляд позволял мне сдерживаться.
С того момента, как Следователи зашли в комнату, где я лежала — а два из них еще и остались на всю ночь немыми изваяниями по обе стороны от кровати — мы с ним не виделись. Торрант только бросил мне: «Я разберусь» и вышел. Но разобраться, похоже, получилось не очень…
И я понимала, почему.
У меня было время подумать.
И о том, что меня ждет, в том числе.
Я не винила гардов за такое отношение… Совет следовал правилам. Пусть внутренним, которые были несколько далеки от жизни реальных людей — так, например я сомневалась, что гарды будут афишировать, что произошло с Ратом, Прорывом и отбором, и будут столь же «правильны» в отношении себя. Скорее всего скормят остальным что-то более-менее удобоваримое.
И самое что интересное, я не возражала.
Раньше мне хотелось сделать действия гардов достоянием общественности… Сейчас… Джаппа, а принесет ли это хоть немного пользы? Скорее раскол, хаос и — возможно — волнения, которые, в конечном итоге, больше навредят.
Смерть зачинщика меня полностью удовлетворила… Конечно, не очень-то радует, что я за это предстану перед судом, но… Суд — это ведь не приговор?
Определенные сомнения у меня были… И страхи тоже.
Я в который раз вздохнула. Стоять было не сложно, а вот ждать — уже сутки — очень.
Наконец, зал начал заполняться… Ударил старинный гонг…
Началось.
Правда, не то, о чем я подумала.
Сначала на гардов бесконечным потоком обрушились данные. Цифры. Итоги. Признания.
Все про Прорыв, про произошедшее. И если бы не моя привычка к скоростной переработке информации, я бы просто захлебнулась…
А так лишь жадно ловила выдаваемую на голограммы информацию. И то и дело косилась на бесстрастного Торранта.
Понятно теперь, чем он занимался, пока я валялась в беспамятстве… Да и вчерашним днем.
Понятно вообще… все.
Подоплека произошедшего и его причины. Мотивы Гронула и его нарастающие, как ком металлического мусора в брюхе переработчика, проступки. Одна ошибка, одно фатальное желание прославиться потянуло за собой такой ворох проблем и смертей…
Нет, это не оправдывало его и его ублюдочных действий. Но и то, что он натворил, не оправдывало меня…
И мне также как и остальным важно было знать — почему. И как…
Бывший эр-гард и Рат Гронул хотели совершить рывок — ради гардов, славы или денег, теперь уже точно не скажешь. А совершили тягчайшее преступление всех времен… И не смогли вовремя остановиться, вовремя задуматься о том, что лучше уж признать свою вину и ошибки в тот момент… Что тайное всегда становится явным — пока жив кто-то из тех, кого они задели таким образом.
Они за это поплатились. И если заместителя убила я, то Кора и его окружение, что было в курсе происходящего — Рат. Подстроил, чтобы предыдущий эр-гард оказался в нужном месте во время взрыва.
Меня удивило, что не оказалось никакой информации ни обо мне, ни об эр-гарде, ни о Лие…
Только потом я поняла — почему.
За мертвых говорили цифровые данные… живые могли рассказать свою историю сами.
Под воздействием сыворотки правды.
И первым… говорил эр-гард.
Встал на тот самый серебряный круг, который тут же по периметру окружило силовое поле и начал говорить… Что в какой-то момент обнаружил, что один из участников Отбора является вовсе не мужчиной…
Он говорил отстраненно, не касаясь личного, совершенно спокойно — и я снова проживала нашу с ним историю… И удивлялась — как за такое малое количество дней мы могли столько наворотить?
Изменить?
В том числе друг в друге?
Гарды задавали вопросы, на которые он отвечал размеренно и степенно. Будто речь шла о совершенно другом человеке. А потом… Потом он сел.
А серебристый круг по центру открылся и оттуда выехала Лия, в силовом цилиндре. Заплаканная, бледная и… почти безумная. Ненавидящая.
Меня передернуло.
Если когда-нибудь попаду снова в Вирт, ни за что не использую её тело…
Она получила свой укол и… зарычала. В сторону гардов со скоростью ви-лета неслась вся грязь, которую только можно представить… А потом Лия успокоилась и рассказала свою историю. Не могла молчать под воздействием.
Деловито, как-то даже… издевательски. О том, что еще восемь лет назад она сделала ставку на Рата, а не на Вейна… Тот показался ей более перспективным, а в постели вообще огонь… Гораздо изобретательней зануды из лаборатории, каким был Торрант. И гораздо уверенней в себе и безумней — Вейн всегда медлил с решением…
Я сглотнула.
Зануда? Да еще и так себе в сексе? За восемь лет много что изменилось…
Лия была тогда на корабле — и была в курсе происходящего. Она сама, лично помогла Рату, в том числе тем, что раздобыла различные данные у Торранта — тот был готов с руки у нее есть, не то что ключи дать…
Я на эр-гарда во время этой речи не смотрела…
А когда все-таки глянула — удивилась. Тот не выглядел расстроенным или смущенным такими откровениями, он выглядел так, будто сейчас расхохочется… Да и вообще каким-то счастливым…
Почти с гордостью Лия объяснила, что Рат, когда возникла угроза жизни, лично поднял её из кровати и отправил на спасательной капсуле прочь, спасая её жизнь. Да, что-то пошло не так, и он думал, что она погибла — но когда её спасли, она снова помогла Гронулу… Он был истинным гардом! Верил в прогресс и стремился сделать все, чтобы их поколение вырвалось вперед и по-настоящему изменило Вселенную! И пусть при этом кто-то пострадал, но разве это в первый раз? И если бы эта тварь — тут Лия зашипела от ненависти и показала на меня — не убила её любимого, он бы смог стать величайшим эр-гардом!
Я покачала головой… Так ведь можно оправдать любое массовое убийство.
Благими целями…
Впрочем, когда ей пояснили, что Рат использовал её как и остальных — и вовсе не собирался «размораживать», это произошло это лишь в ходе спонтанных действий и его лана, когда он решил отвлечь Вейна, Лия как-то сникла и перестала потрясать невидимым знаменем великих свершений…
Мне даже сделалось её немного жалко. Иррациональное чувство, но ощущение, что ты не нужна человеку, ради которого готова была рисковать своей жизнью… В общем, оно было мне знакомо.
Её увезли снова вниз.
И пришла пора теперь уже мне отвечать подробно на вопросы.
Я болезненно скривилась, когда мне вкололи сыворотку, но роптать не стала — гораздо хуже было бы, если бы гарды залезли мне в голову с помощью своих приемчиков и приборов, так и без мозгов можно остаться.
И тогда я начала… свою историю. Оставив за кадром виртуальный и реальный секс. Стараясь говорить внятно, четко и обоснованно, не выгораживая себя… но и не пытаясь показать хуже, чем я есть. Особенно подробно я описала свое пребывание на станции — странные намеки Рата, последнее задание, то, как он меня усыпил и что я увидела, когда очнулась, задыхаясь…
Разворошенный пункт управления и раненого Гронула, жаждущего нас уничтожить…
И пистолет, который я заметила на полу…
Безликий гард, выступавший в роли адвоката на протяжение всего этого заседания задал мне единственный вопрос.
И, пожалуй, именно на этот вопрос мне бы не хотелось отвечать.
— Если бы вы НЕ знали, что именно Рат Гронул стал виновником смерти вашей семьи, стали бы стрелять?
Горло заранее схватила боль — которая не дала бы мне дышать, если бы я соврала…
И как бы я ни хотела сказать: «Да, выстрелила бы все равно», как бы ни хотела представить произошедшее как желание защитить себя и эр-гарда…
Я бы просто не смогла.
И произнесла только одно:
— Нет.
А дальше начался ужас из моего сегодняшнего пророческого сна…
Каждый из членов Совета вставал и выносил свой вердикт:
— Виновна.
Виновна, виновна, виновна…
Но хуже было не это… А совершенно спокойное лицо Вейна, который поднялся последним. И, глядя мне в глаза, спокойно сказал:
— Суд Совета признал Миру Карт виновной в осознанном убийстве заместителя эр-гарда Рата Гронула…
В моей жизни небо дважды переставало держаться над моей головой.
Первый раз, когда я увидела развалины дома.
Второй — когда поняла, что сплю — и получаю от этого удовольствие — с убийцей своей семьи…
Настало время и для третьего раза.
Я не могла поверить в эти слова… и понимала, что так и должно было быть…
Ведь я и правда убила Гронула, а не позволила предстать перед таким вот судом.
Отомстила сама, а не стала дожидаться, когда за меня это сделают другие.
И теперь меня ждет наказание…
О приговорах гардов ходили разные страшилки. И теперь мне на себе предстоит узнать, каково это…
Я опустила голову, не в силах смотреть на окружающих, и сжала кулаки так, что ногти впились в кожу, раздирая ее до боли.
— Суд приговаривает… — голос Вейна, голос моего палача, проникал в голову как сквозь космическую обшивку. — Миру Карт к… исправительным работам в должности старшего инспектора Вирт-отдела Корпорации.
Что?!
Вейн смотрел на меня почему-то одновременно зло… и жалостливо.
Но что он сказал? Я… не ослышалась?
Джаппа, какие исправительные работы?!
— Контракт будет подписан на стандартные пять лет…
Он издевается?!
Ага. И продолжает издеваться.
— А также, согласно протоколу, Мира Карт обязана будет подписать соглашение, скрепленное ментальным блоком, о неразглашении всего происходящего в корпорации и гард-сообществе не только на период работы, но и по окончании её…
И о Прорыве тоже…
Это я поняла.
Самое важное условие.
Я изумленно смотрела на Вейна, все еще не веря в происходящее… Все еще шокированная столь быстрым поворотом от отчаяния до сумасшедшей надежды, что и у меня будет настоящая жизнь, да еще и работа, о которой только и можно мечтать…
— Мира Карт, вам понятен приговор? Вы согласны с ним?
Я медленно кивнула. А потом тихо сказала:
— Согласна.
И сразу силовые поля, окружавшие мой постамент, упали.
А гарды начали расходиться!
Я стояла на месте и не понимала — а мне-то что делать? Куда идти-то?!
Вейн подошел и как ни в чем не бывало подал мне руку.
Я взялась за нее осторожно, как за оголенный провод, и спустившись с возвышения, пошла следом…
— Куда ты меня ведешь?
— На стоянку ви-летов. Водитель отвезет тебя в… служебную квартиру. Тебе положено…
Джаппа.
А он? А мы? Он что, больше ничего не скажет?
Мы шли по коридорам гард-башни, а в голове у меня крутилось множество вопросов.
Главным из которых был какой бездны происходит-то?! Мы что, вот так расстанемся?!
Но задала я другой. Не менее спокойным тоном, чем у него.
— Условие про неразглашение… Это было требование Совета за мою свободу?
— Да. И… мое тоже, в какой-то мере. Я считаю, что так будет лучше… И не думай, что только для гардов — так или иначе мы бы восстановили свою репутацию. Нашли виновных, устроили показательные казни, подавили волнения… Но опять пострадало бы много людей.
— А если бы я отказалась? — спросила сварливо.
— Я бы придумал что-то еще… — он хмыкнул.
— И не стал бы растворять меня в аннигиляторе? — прошипела зло.21b4bc
— Мира… — Вейн остановился и глянул на меня зло и удивленно. — Ты серьезно думаешь, что после всего произошедшего я бы позволил навредить тебе?
Я только приготовилась услышать, что я ему дорога и он бы не дал меня в обиду… как услышала нечто совсем иное.
— Ты раскрыла заговор и защитила эр-гарда — да Совет будет тебе вечно благодарен, — сказал, мило улыбнулся — мило, мать его! — развернулся и пошел, пока я в бешенстве и тоске пялилась в его спину.
Да к джаппе эту благодарность! И все остальное! Ему плевать, что произошло между нами?!
Я рванула вперед, зашла вместе с ним в прозрачный лифт, который должен был перенести нас, похоже, на стоянку и постаралась спросить спокойно:
— И это все?
— Ты про что? — он посмотрел на меня недоумевающе.
Издевается?
Не похоже…
Джаппа, я кажется его сейчас убью! Или разрыдаюсь…
— А отбор… — я все еще пыталась нащупать почву.
— Закончен. Я выбрал двоих — Дарка и Тонса.
— Зачем тебе два помощника?
— Так нужно… о, приехали.
О, приехали?!
Мы и правда добрались до площадки с ви-летами. Меня уже трясло, но я держалась. Не дождется… И не такое переживала! Раз ему плевать — значит и мне тоже!
Он любезно — ненавижу! — указал мне на черную обтекаемую каплю с эмблемой гардов.
— Тебе надо отдохнуть. Все контракты и договора подпишешь завтра. С тобой свяжутся…
Угу.
И точно не ты…
— И… я пошла? — спросила хрипло.
— Конечно. Желаю тебе удачи.
Я больше не могла это выносить. Чувствовать, как все, что я понимала о себе и своей жизни, разлетается на осколки… Я сама разлетаюсь! Но что я могла поделать?
Ничего.
Развернулась и направилась к ви-лету.