Глава 33

— Колени согни, — приказывает Амир. — Еще. Стоп. Не так сильно. Сейчас раком завалишься. Ровнее.

Его губы оказываются вплотную к моей щеке. Дыхание обжигает заледеневшую кожу. Обжигает и щекочет. Сильные руки обхватывают талию, движутся по всему моему телу, придавая правильную позу. От его властного обращения дрожь пробегает.

— Не то чтобы я был против увидеть тебя раком, — хрипло бормочет на ухо. — Но не здесь и не сейчас. Не при всех.

— Ты ужасный пошляк, — сдавленно роняю я. — Ты… просто ужасный!

— Спину тоже согни, — невозмутимо распоряжается он, полностью игнорируя мои замечания. — Стань так, будто тебе врезали в грудак.

— Куда? — вопросительно выгибаю брови.

— В грудь, — поясняет терпеливо. — Ну типа под дых зарядили. Согнись. Бля. Не настолько сильно. Сейчас опять завалишься. Хватит уже мой болт соблазнять.

Интересно, этот мужчина способен обойтись без грубостей? Без крепких выражений? Вероятно, только тогда очарование напрочь потеряется.

Хм. О чем я? Какое на хрен очарование у этого громилы?! С тем же успехом можно чудище, разрывающее людей на части, назвать милым. Бредовое состояние. Рядом с амбалом становится все труднее мыслить трезво. Впечатление, точно он регулярно подмешивает в мою пищу запретные препараты.

— Короче, нельзя спину прямо держать, — продолжает инструктаж. — Если упадешь, то позвоночник в трусы высыплется. Потом буду по костям тебя собирать.

— Я… знаешь, я что-то не уверена, что хочу кататься… — начинаю нечленораздельно лепетать, пытаюсь от суровой судьбы уйти.

— Не ссы, — хмыкает. — Обучу тебя стойкам — сразу ласточкой полетишь. Еще всех тут уделаешь. Уроешь каждого. Я помогу, позабочусь лично.

Его уверенный голос вдохновляет на подвиги. Но мой собственный внутренний писк буквально вопит, обращаясь в тревожную сирену.

— А тормозить? — бросаю лихорадочно. — Тормозить ты меня научишь? Когда я ходила на курсы вождения, мы с этого практику и начинали. Кажется, здесь тоже важно…

— Выходит, тачку водить умеешь? — подозрительно оживляется.

— Не совсем, — судорожно выдыхаю. — Я не хочу никого убить. И сама умирать пока не готова. Лучше поберечь жизни людей и держать меня подальше от руля.

— Это смотря про какой руль речь, — ухмыляется.

Опять на что-то намекает. Грязное. Вульгарное. Сексуальное. Или же у меня окончательно и бесповоротно едет крыша от его магнетического воздействия?

— Носки вместе, пятки врозь, — командует Амир. — Верно. В противоположные стороны направляй. Да, так. Дальше. Смелее. Вперед. Продолжай.

Очень стараюсь верно следовать распоряжениям. Не чтобы порадовать своего тренера, а чтобы избежать опасности. Любое неосторожное движение может привести к жуткой травме. Перед глазами так и мелькают картины переломов разной степени тяжести. А потом, точно по специальному заказу, мимо проносят дико орущего мужика на носилках. На снегу остается красноречивый кровавый след и меня в момент мутит.

— Фу, — кривится Амир. — Здоровый лоб, а ноет как баба.

— Ему же плохо, — выдаю пораженно.

— И что? — плечами жмет. — Терпеть должен. Стойко все выносить. Иначе какой из него мужик? Так, сопля на ветру.

Жесткие понятия. И сам он жесткий. До жути. До одури. Жесткий и притягательный. До греха доводит. В пучину порока толкает.

— Хрень, — вдруг произносит Амир. — Завязывай.

— В смысле? — удивляюсь. — Что не так-то?

— Все, — фыркает. — Вялый плуг.

— Где? — реально не понимаю сути его слов.

— Плуг, — повторяет. — Стойка такая. Вот как сейчас ты пытаешься вытворить. Носки ближе, пятки врозь. И погнали.

— А почему вялый?

— Потому что в твоем исполнении на опавший член смахивает, — ржет этот гад. — Ты сочнее делай. Молодой и крепкий. Нормальный такой стояк. Мощный.

— Честно признаюсь, учитель из тебя весьма посредственный, — произношу ядовито, сквозь зубы цежу. — Можно все же пристойнее выражаться, соблюдать какие-то нормы, приличия.

— Можно, — согласно кивает. — А зачем?

Действительно. И не поспоришь ведь, не подкопаешься. Этому психопату закон не писан, по своей морали живет, по своим понятиям.

Илья воспитанный парень. Начитанный. Ругательств от него не добиться. Пожалуй, даже если ему кирпич на ногу упадет, ограничится пафосными стенаниями. Руки трагично заломит, слезу пустит.

Некрасиво так про бывшего думать. Но правда. Факт остается фактом. Маме его представить не стыдно. Краснеть не заставит. Только… скучный он. До зубного скрежета. До тошноты правильный.

— Какая встреча! — раздается неподалеку знакомый мужской голос. — Рад тебя видеть. Но почему на склоне для новичков?

Обалдеваю. Внутри все сжимается. Прямо тянет схватиться за папку с документами и создать видимость активной рабочей деятельности, однако в моих руках зажаты лишь дурацкие лыжные палки.

Большой Босс. Рядом. Сигнал тревоги оглушает.

Я с опозданием позволяю себе выдохнуть и пытаюсь успокоиться. Мы же не в офисе. Нет повода переживать. Он меня не уволит. Да и с учетом прошлого общения, мое нынешнее положение выглядит куда лучше. Во всяком случае, я не под наркотой. Немаловажный плюс. Очень сильно надеюсь.

— Девочку обучаю, — заявляет Амир.

И тормозит меня. Обхватывает громадной ручищей. Чуть от заснеженной поверхности не отрывает. Будто молчаливо поясняет, почему торможение пока не изучаем. Нет резона, амбал без труда подхватит и остановит самолично.

— Марианна, — улыбается хозяин холдинга, словно мы с ним сто лет знакомы. — Помню, конечно, помню. Наша звезда. С нового года в новый отдел выходит. Мы уже и место вам подготовили. Должность поинтереснее.

Господи. Большой Босс помнит мое имя. Занимается моим трудоустройство. И явно делает это не ради моих красивых глаз. Лишь по воле Амира.

Он его уважает. Черт. Не только. Чую нечто чертовски знакомое, сама подобное рядом с громилой регулярно испытываю. Страх, дикий и острый, первобытный, подавляющий, поглощающий.

Большой Босс тоже его боится?

— Это верное решение, — одобрительно говорит громила. — Талантливым сотрудникам необходимо помогать в продвижении. Такой подход окупается с лихвой.

И в чем же заключается мой талант? Стесняюсь спросить. Можно было бы сказать, что я заработала повышение через постель. Но там я, увы и ах, безнадежное бревно. Ноль.

Значит, просто повезло? Любопытно, какой отдел осчастливлю своим присутствием? Заранее представляю грязные сплетни относительно столь стремительного взлета в карьере.

Хотя это меньшее о чем переживаю сейчас. Тут бы не навернуться, кости не переломать. А то опасность высока.

— Руководитель отдела по связям с общественностью, — произносит Большой Босс абсолютно невозмутимым тоном. — Уверен, данная должность идеально подойдет. Раскроет потенциал Марианны наилучшим образом.

— Звучит неплохо, — соглашается Амир, едва ли понимая, о чем именно идет речь, однако глупо спорить с тем, что название вакансии звучит весьма солидно.

Если честно, на деле все обстоит еще гораздо лучше. Зарплата высокая, обязанностей практически нет. Сотрудники данного отдела особо не напрягаются, просто забирают деньги, еще и уходят раньше всех. И даже служба безопасности их не контролирует, могут приходить и уходить в любое время. Заявился с утра, отметился на ежедневном совещании и можешь проваливать восвояси, никто скучать не станет.

Стоп. А настоящего начальника куда денут? Уволят? Переведут? Ради меня столько жертв?

Впрочем, хозяину холдинга плевать на своих сотрудников. У него существует единственный интерес — собственная выгода. По ходу на этом этапе ему выгодно исполнять пожелания Амира.

— Устроим твою девочку по высшему разряду, — обещает Большой Босс и меня опять начинает потряхивать от волнения.

Черт. Мне страшно, даже когда такой человек дышит рядом со мной, вот настолько близко стоит и спокойно болтает. Под запрещенным препаратом все легче казалось. Если же предположить, будто амбал еще влиятельнее, раз умудряется вертеть этим человеком как хочет, то и вовсе дурно становится. Колени подгибаются, никакая стойка не получается.

Проклятье. Надо привыкать. Легче ко всему относиться.

— Разве ты сегодня по полной не оторвешься? — спрашивает один из самых богатых мужчин нашей страны. — В плане только трассы для новичков?

— Поглядим, как пойдет, — отвечает Амир и всем своим видом показывает, что беседа окончена, пора расходиться.

— Ну увидимся, — подмигивает ему самый главный начальник.

И укатывает вдаль вместе с пестрой стайкой своих любовниц. Да, он женат, но на отдых предпочитает брать согласных на все моделей. Штук десять ему отбирают. Не меньше. Тут уже скорее работа на имидж, мол, посмотрите, какой я молодец.

— Перерыв окончен, — объявляет громила и вмиг возобновляет свою дрессуру: — Давай, отрабатывай плуг. Все как я учил. Вспоминай и показывай. Ну же, вперед. Чего вдруг застыла?

— Перерыв? — поражаюсь. — Да тут и минуты не прошло.

Но мои аргументы остаются без ответа. Амир беспощаден. Кажется, всерьез намеревается готовить меня к лыжным соревнованиям.

Хотя… я не слишком возражаю против такого расклада. Аппетит приходит во время еды. Здесь все развивается схожим образом. Адреналин захлестывает. И вот уже пора увеличивать дозу.

Постепенно обретаю уверенность. Раскрываюсь с новой стороны, вдыхаю морозный воздух полной грудью. Действую ловчее, начинаю чувствовать лыжи по-настоящему, будто часть себя воспринимаю.

Необычное ощущение. Странное. Новое. Почему-то рядом с этим жутким амбалом я становлюсь смелее и ощущаю себя абсолютно иначе. Тянет на подвиги.

Я забываю про страх.

Какая удивительная ирония: перестать бояться, пребывая настолько близко к тому, кто и является источником жесточайшего ужаса. Однако именно его руки поддерживают меня всякий раз, когда практически падаю. Именно он подхватывает и оберегает.

Виртуозная игра. Не более. Но я не могу не признать очевидный факт: этот чудовищный мужчина проявляет постоянную заботу.

Амир лично подбирает лыжи, примеряет на меня несколько разных пар, причем отказывается от моделей, которые сдаются в аренду. Выбирает только новые, подороже. А я стараюсь не смотреть на цену.

Он возится со мной долго и терпеливо, обращается как с непослушным ребенком, объясняет и наглядно показывает все снова и снова, пока суть не доходит, пока не умудряюсь повторить и воплотить его указания и советы с идеальной точностью.

Другой бы наплевал и забил, забыл о дурацкой идее чему-то обучать такую глупую и нерадивую студентку. Но этот не сдается. Гранит. Кремень. Крепче скалы.

Стыдно признаться, однако мне хочется почаще ошибаться. Совсем немного, чуть-чуть, но хочется. Ведь тогда сильные руки моментально дотрагиваются до моего тела, их огненный жар ощущается сквозь немыслимое число слоев одежды.

Пожалуй, все дело в горах. И в большом количестве свежего воздуха. Я попросту дурею от огромного количества впечатлений. От чувства опасности, которое щекочет кожу, подстегивая нервные окончания. Вспыхиваю и завожусь от самой атмосферы.

Верно? Правда?

— Ладно, — милостиво заключает Амир. — Можешь отдохнуть.

— Серьезно? — удивляюсь, чуть дышу от изумления. — Да я только во вкус вошла, только распробовала процесс. Нет-нет, мы должны это продолжить и довести до конца!

Он смотрит на меня как-то странно. Долго и с пугающей ухмылкой. Скалит зубы, в момент отрезвляет и возвращает обратно в реальность.

Его смущает мой энтузиазм? Запальчивость? Что же, я не всегда пребываю в амебном состоянии, порой довольно быстро загораюсь определенной темой и тогда подхожу к вопросу со всем возможным воодушевлением.

Пусть привыкает к изменчивому характеру.

— Еще пару минут покатаешься — завтра вообще не встанешь, — заявляет Амир. — Во всем мера нужна. Тебе стоит отдохнуть и набраться сил для нового забега.



Спорить бесполезно. Его волю не согнуть и не перебить. Остается только вздохнуть и подчиниться.

Пожалуй, амбал прав. Тут есть логика. Наверное, как в спортзале: после убойной тренировки болят мышцы. Лыжи — та же тренировка. Пока ничего плохого не чувствую, но ощущения нахлынут через пару часов.

Мужчина доставляет меня в ближайший ресторан, заказывает там несколько блюд и безалкогольный глинтвейн.

— Но я не голодна, — все же пытаюсь возразить.

Амир ограничивается красноречивой усмешкой.

Паршивец. Как только заказ доставляют и аромат теплой пищи наполняет мои ноздри, желудок урчит, немедленно требуя еды. Откуда этот громила все знает? Вот откуда? Неужели способен читать мысли, прежде чем успею подумать?

— Жди тут, — распоряжается. — Оттянусь и вернусь.

Эй, и с кем это он оттягиваться собрался? С одной из тех роскошных красоток из гарема Большого Босса? Их длиннющие ноги даже лыжный костюм не портит, наоборот, прекрасно подчеркивает.

Громила исчезает из виду с поразительной для его телосложения прытью.

Придется мне обедать в гордом одиночестве. А жаль. Еще и ветер до ужаса дует, глаза щиплет.

Ничего, справлюсь и переживу. Все равно не стоит слишком привыкать к амбалу. Прикипать к бандитам и вовсе дурная затея.

Я заполняю пустоту в душе, поглощая вкусные блюда. Все-таки на свежем воздухе есть хочется сильнее обычного. А я вообще привыкла стресс едой забивать, поэтому действую по накатанной схеме.

Хм, а может, алкогольный глинтвейн заказать, пока Амир не видит? Воровато оглядываюсь по сторонам. Пожалуй, не стоит идти на поводу таких порывов, хватило уже развлечений в изменённом состоянии, а тут вовсе занимаюсь довольно травмо опасным спортом. Надо бы поберечься. Ну и седьмое чувство подсказывает, мой инструктор не одобрит приём спиртного. А разве мне не наплевать? Он почти похитил меня, насильно вывез на дорогой курорт, купил лыжи и теперь дрессирует, заставляет сжигать лишние калории. Психопат, самый натуральный. Маньяк.

Вскоре я отвлекаюсь от дурацких размышлений и начинаю наблюдать за действом, развернувшимся прямо по курсу. Из ресторана открывается панорамный вид. Площадка, на которой я сижу, расположена прямо под ослепительной синевой небес. Кто же захочет запираться в четырёх стенах, когда вокруг раскинулась живописная природа? Поэтому я получаю шанс наблюдать прекрасный и захватывающий пейзаж, а ещё могу оценить умение настоящих профессионалов лыжного искусства. Мне видны склоны для матёрых экспертов и трассы, на которые простым смертным ступать не рекомендуют.

Даже про еду забываю. И про глинтвейн. Рот распахиваю и молча смотрю перед собой. Это как балет. Только в воздухе. Присвистываю. Обалдеть, какое зрелище. Как только смелости набраться на подобное? Неужели ребята не боятся свернуть шею? Кажется, достаточно одного неверного движения…

Вскрикиваю. Выжимаюсь в спинку стула. Ух ты. Других эмоций нет. Шок. Хоть я примерно представляла, что такое возможно, видеть вживую такие выверты и трюки — совсем другое дело. Никакой фантазии не хватит. Реальность в разы круче. Пленяет и не позволяет взгляд отвести.

Смотрю на этих профи. Восхищаюсь всей душой. Там ещё и девочки есть. Поразительно. Как они справляются? Как не пугаются? Но большинство все же парни. Есть даже целые компании. Заинтересованно изучаю талантливых мастеров. Выделяю одиночку в чёрной экипировке. Он такие повороты выписывает прямо в воздухе, что у меня сердце всякий раз замирает.

Интересно, как Амир катается? Вряд ли настолько же умело и ловко. Не думаю, что мужчина с его габаритами способен легко разрезать пространство, парить, практически застывая в невесомости. Полагаю, он просто мчит вперёд и либо сбивает всех подряд как кегли, либо движется настолько жестко и агрессивно, что несчастные лыжники сами спешат испариться с его пути. Не знаю, какие фокусы имел в виду Большой Босс, когда пел оды умениям амбала, вероятнее всего просто льстил, нахваливал из страха, задобрить хищника пытался.

Сама не замечаю, как мой взгляд оказывается прикован к одному-единственному лыжнику. К этому трюкачу в чёрном. Перестаю за другими следить. Вот совсем. Жадно наблюдаю только за этим.

Что он творит? Как? Здесь явно идёт нарушение закона притяжения. Или гравитация на него не действует? Невероятный мужчина. Двигается с поразительной легкостью. Кружит, точно кружево плетёт. Пространство рассекает как нож. Разрезает небрежно. Без труда. Кувырок за кувырком. Двойной. Тройной. Сбиваюсь со счета. Смертельный поворот. Судорожно втягиваю воздух. Страшусь, как бы этот смельчак не сорвался. Но он в буквальном смысле имеет все законы физики. И вертит мир вокруг… своих собственных лыж.

Такая манера ошеломляет. Потрясает сверх всякой меры. Это бы и за рекорд сошло. Надеюсь, кто-нибудь запишет все его выверты на видео. Я хочу пересмотреть, убедиться в том, что мои глаза не обманывают.

А потом парень в чёрном исчезает. Пропадает без следа, так же неожиданно, как и появился, резко исчезает из поля зрения.

Топлю своё разочарование в глинтвейне.

Но зачем грустить? Я здесь только первый день. Ещё встретимся. Хотя учитывая мои умения, такой опытный эксперт едва ли решит внимание обратить, не заметит очередного новичка. Ну и ладно. Амир бы все равно это не одобрил. Так. А что именно — это? Ничего же нет. Я фантазерка. Мечтами живу, вечно принца жду.

Забавная идея. Чёрный принц. На лыжах. Классно и современно. Это тебе не скучный белый конь. Ново. Остро. Цепляет в момент.

Раздаётся странный звук. Свист. Отчетливый. Совсем близко. Будто что-то стремительно скользит по навесу. Комья снега летят вниз, разлетаются в разные стороны. Темная фигура совершает виртуозный кувырок в морозном воздухе. Лыжи приземляются на узкий деревянный поручень, ограждающий площадку ресторана от зияющей внизу снежной пропасти. Рывок вперёд. Прямо к моему столу.

Вздрагиваю. Вскакиваю на ноги, ощущая предательскую слабость в мышцах. Сердце одержимо стрекочет, выламывает грудную клетку.



Это он. Он здесь. Мой Чёрный принц.

Проезжает вперёд и останавливается до жути близко. Отбрасывает лыжные палки, берет меня за руку, целует.

Боже. Я опять под кайфом? Это же нереально. Невозможно. Так не бывает! Откуда он… как…

Ничего не успеваю толком осознать.

Лыжник снимает маску. И меня как током бьет. Электричество по жилам пробегает.

— Амир, — выдыхаю и не верю своим глазам.

Громила хохочет. Запрокинув голову назад, обнажая крепкую шею. Явно забавляется моей реакцией.

— Но как ты, — облизываю губы. — Как же ты… так?

Я могла и раньше догадаться. У него экипировка чёрная. Все чёрное, от и до. Как на специальный заказ. Просто значения не придала, не связала факты воедино.

— Ты многое не замечаешь, — говорит он, отсмеявшись.

Да. Не спорю. Достоинства его точно игнорирую.

— Признайся, — подаётся вперёд и как заговорщик в самое ухо шепчет: — Хотела изменить мне… со мной?

Вопрос обжигает. А ответ озвучить страшно. До ледяной дрожи жутко.

