Глава 20

Когда мне позвонили с неизвестного номера, я даже предположить не могла, что это сделал тот самый депутат, которым мне грозила жена Андреева. По правде говоря, я уже находилась в том состоянии, которое можно было легко спутать с нервным срывом.

«Евусь, ну ты что? - говорил мне брат, когда я, уложив Маруську, начинала тихо плакать. - Да отобьемся мы от этих богачей. Сделаем все, но нашу девочку им не отдадим».

Потом Юрик прижимал меня к себе, а я беззвучно рыдала у него на груди, оставив слова брата без ответа. Потому что сказать мне ему было нечего.

- Алло? - ответила с опаской, некоторое время пропялившись на экран телефона, чтобы понять, не забыла ли я номер, с которого мне звонили.

- Ева Лебедева? - потребовали от меня ответа, но не успела я сообразить, стоит ли признаваться в том, что я и вправду Ева, как мужчина (а звонил именно он, причем с очень приятным голосом), продолжил: - Меня зовут Виталий. Сивацкий, если вам что-то об этом говорит. Нам необходимо встретиться и обговорить важный и для меня, и для вас вопрос.

Нахмурившись, я пыталась вспомнить, где слышала озвученное имя. Кажется, в новостях, или около того.

- Какой вопрос? - подпустив в голос холодности, потребовала ответа, хотя меня уже начало трясти.

- Касается вашей дочери. Мне не нужны громкие скандалы, потому говорить мы станем тихо и мирно.

В его голосе звучали настолько бескомпромиссные нотки, что я начала закипать.

- Мы вообще никак не станем говорить, если я этого не захочу, - отрезала, а сама мысленно приготовилась звонить Андрееву.

Не раз анализировала ситуацию за последнее время и пришла к выводу - Егор тот, на кого мне и стоит положиться. Если бы его не было рядом, я бы осталась с этими монстрами один на один. А сейчас мы были вместе и это придавало сил.

- И хорошо, что вы упомянули про громкий скандал, - заявила следом, пока Сивацкий подбирал то ли челюсть, то ли слова. - Если доведете меня до крайности - я его вам устрою. А в целом мой вам совет - забудьте про мою дочь. Если, конечно, не хотите столкнуться с тем, что вам совсем не понравится.

Я блефовала - противопоставить олигодепутату, как его называл Егор, мне было особо нечего. Даже напротив, зная то, как в нашей стране относятся к законам, понимала - я проиграю априори. Но сделать это просто сложив лапки - означало предать дочь.

Положив трубку, я некоторое время постояла, приходя в себя. После чего решительно набрала номер Андреева и выпалила:

- Мне звонил Сивацкий. Он хочет встретиться и обсудить что-то, связанное с Маруськой. Заклинаю, помоги мне спасти дочь, Егор…

* * *

К моменту, когда я прибыл к Еве, зная, что эта парочка в виде олигодепутата и моей бывшей жены уже начала действовать, у меня нарисовался план. Собирался выяснить, действительно ли дети биологически мои, а потом действовать так, чтобы максимально обезопасить и Лебедеву, и наших девочек. Увезти их к хренам куда подальше - вот, что первым приходило мне в голову.

Я понимал, что это побег. Но иного варианта просто не имелось.

- Крош, со мной сотрудники лаборатории, - держа на руках Лену, которая уже очень многое понимала, сказал я.

Лебедева просветлела лицом, увидев мою дочь, но, как только перевела взгляд на тех, кто маячил за моей спиной, тут же помрачнела.

- Ты будешь брать тест прямо сейчас? - уточнила она, складывая руки на груди.

- Да. Буду. А потом мы выясним, что нужно Сивацкому.

Ева кивнула. Сотрудники лаборатории прошли в ее квартиру. Действовали быстро, точно зная, что именно стоит делать. Сначала взяли образцы у малышек, потом - у меня.

Лебедева наблюдала за этим со смесью готовности защищаться и надежды, написанных на лице. Я в очередной раз понял, что не готов терять эту женщину. И еще - что был полным дебилом, когда вытворял то, что нас в итоге и развело.

- Вот и все, - сказал, когда посторонние ушли, а Ленка утащила Машу в детскую, где они с Быстриковым принялись играть в какие-то девчачьи игры.

Юре за это можно было памятник ставить. Вроде не отец, а как вписывается в воспитание наших девочек.

- Вот и все, - откликнулась Ева и вдруг сделала то, чего от нее никак не ожидал - вцепилась в мою рубашку и притянула меня к себе.

Я даже не ждал, что она меня поцелует, или что-то подобное. Мы просто смотрели друг на друга, после чего Лебедева шепнула одними губами:

- Спасибо.

И сейчас, когда мои руки сами по себе тянулись к самым аппетитным частям Евы, но я упрямо брал их под контроль, понимал - мы с Лебедевой не были настолько близки ни разу с момента той встречи, которая объединила нас совсем недавно.